Немного не по плану

Ник, хоть и умел тупить, дураком все же тоже не был. Он не мог не заметить чрезвычайную податливость Джуди и ему это понравилось гораздо больше, нежели когда они были просто семейной парой. С одной стороны, ее внезапная распущенность немного пугала — ему бы не хотелось, чтобы его жена стала обычной прошмандовкой. Но вот мысль, что она такая именно для него сильно возбуждала и в то же время придавала уверенности в себе. Он начал отмечать, что вместо очередной «услуги за услугу» он способен запихнуть провинившегося на заднее сиденье служебной машины. «Главное с ребятами из семьи не перепутать» — не уставал напоминать себе Ник в таких случаях. Кроме того, он действительно перестал даже в мыслях примеряться к кому-то другому — мысли были заняты или чем-то важным или Джуди. Иными словами, от перемен жены были одни плюсы. Он подумывал, что надо бы с ней поговорить на эту тему, но в то же время не хотелось испортить такую благодать тупыми расспросами. Может, стоило бы проявить какие-то шаги? А какие шаги тут можно предпринять? Ник машинально прикоснулся к налапникам. Ну, можно было бы потенциально использовать их… Хотя, это возможно слишком. Или есть смысл взять может… Меховые какие нибудь… Ник решил повременить с этим, пока не поговорит с Джуди.

***

Финн сделал затяжку, глядя на ночное небо. Сейчас он был рад, что способен вовремя абстрагироваться от любых страстей. Он не испытывал эмоций. Полная пустота в голове и ясность мысли. Наверное, есть смысл свернуть эту дружбу и убрать на полочку славных воспоминаний, вычеркнув последнюю главу. А может, не стоит торопиться, в конце концов, Ник зверь полезный. Как вообще Ник додумался предлагать ему это? Нелепо, но имеет место быть. Если каждый зверь индивидуален, то и его предпочтения тоже. Почему нет? Не для всех плохое плохо и то, что для одних что-то недопустимое, для других вполне себе норма. Правила и нормы выстроены социумом и представителями этого же социума нарушаются. Финн способен переступить грань, но он не видит чего-то, ради чего это стоило бы сделать. Интересно, а в их отношениях вообще есть границы? Судя по всему, скорее нет, чем да. А может он просто сгущает краски и Джуди сама этого хочет… Сострадание к Джуди… Нет, особо сочувствовать он ей не мог. Если до этого дошло и она все еще с ним, значит ее это устраивает, ну или как минимум, она дала этому быть. Кроме того, он никогда не испытывал приступов героизма, а она помощи и не просила… С какого перепуга он вообще должен в это ввязываться? Мысленно возвращаясь к предложению Ника, Финн не испытал никакого влечения. Отвращения тоже не было, скорее обострение чувств. Сознание уцепилось за сами образы верхнего и нижнего и Финн прикидывал, что это будет. Увиденное он мог воспринимать для себя только как некую проверку на прочность, насколько далеко и как долго он сумел бы отказываться от принципов морали и нравственности, но неизбежно склонялся к тому, что уходит в намеренный перегиб. Альтернативную роль он рассматривал по той же причине, с той лишь разницей, сколько бы он сумел убеждать другого в контроле ситуации прежде, чем неожиданно перехватить инициативу. Наверное, Финн просто никогда не умел никому по настоящему доверять. Жизнь научила его быть приспособленцем и манипулятором, он научился верить в то, что говорит другим даже когда лжет. А может, оставаясь частью подпольного мира, он просто знал слишком много историй, начиющихся с доверия, но без хэппи энда в конце. Нет, с таким раскладом это точно не для него. Да оно и даром не нужно ему было. Запищал домофон и открылась дверь, отвлекая фенека от мыслей.

***

Ник, как водится, вернулся вечером, Джуди его уже ждала. Они оба чувствовали неловкость и оба думали практически об одном. — Ну, как прошел день? — спросила Джуди, стараясь казаться естественной. — Да, как обычно. Мне больше нравилось, когда моей напарницей была ты. Какой москит нашего Быкана укусил… — посетовал Ник. Джуди соглашается с ним и приглашает за стол. Они ужинают и давящая неловкость порождает ощущение напряженной тишины. — Знаешь я тут хоте… — они заговорили в унисон и так же одновременно осеклись. — Говори, — с готовностью предложил Ник. — Нет, давай ты. — тут же поспешила на попятную еще более смущенная Джуди. — Тогда давай так, я назову тему, о которой хотел поговорить и ты назовешь и решим, кто первый? — предложил лис. — М… — мимолетное размышление Джуди, — давай! — Я хотел поговорить о наших отношениях, ну в плане постели, скажем так. — Ник заходит с краев. Джуди ощутила нарастающий пульс, она посторалась скрыть легкую дрожь от волнения, которая пошла по телу. Неужели он дошел до того же, о чем думала она… Она испытывала сейчас весь спектр чувств, от стыда до легкого возбудения. — Твоя очередь, — вернул ее в реальность Ник, когда пауза начала затягиваться. — Давай все-таки ты начнешь. Пожалуйста, — сама то она хотела просто корсеты с ним разглядывать. Джуди просит его настолько обезоруживающим тоном, что он не может с ней спорить. Вздохнув, он сказал: — Ну, понимаешь, как бы сказать… В последнее время… Ты стала такой податливой… И… — Ник мнется, боясь реакции, — Я, в общем, ты… У тебя кто-то есть? — наконец выпалил он первое, что пришло в голову. — Что?! Нет, что ты?! Абсолютно точно, уверяю тебя, ты мой единственный! — Джуди даже задета таким вопросом. Складывается ситуация, в которой она может прямо сказать, почему именно она это делала и она поясняет ему. Ник проникается уважением к ее поступку, еще бы, она стала еще более доступной, чем раньше и это чтобы удержать его. В целом — правильно. Он муж, а это обязанность жены, удерживать мужа. Ник квохчет: — Детка, я не ожидал, что ради меня ты можешь стать такой. Джу, слушай, я бы никогда тебе не стал изменять. Просто… Это было временное помутнение. Джуди чувствует патовость ситуации — если она перестанет удовлетворять его, он может счесть все происходившее просто уловкой и либо вернется к тому, с чего все началось, либо действительно начнет ей изменять. Если она продолжит потакать его желаниям, то… Отношения могут перейти на следующую ступеньку уже сейчас. Но ведь этого же она и хотела, разве нет? Принадлежать ему. — Ничего, — примирительно улыбается Джуди. — Знаешь, мне нравилось быть твоей сучкой. — А уж мне то как понравилось, когда ты была моей сучкой, любимая. — преисполнился Ник. — А ты бы хотел, чтобы я… Оставалась твоей сучкой? — немного нервно, но в целом игриво спрашивает Джуди. — Твое желание детка и я буду твоим папочкой, сколько пожелаешь. — довольно отвечает Ник. — Плохим папочкой? — подыгрывает Джуди. — Еще каким плохим! — охотно отзывается Ник. — Знаешь, у меня тут кое что есть для тебя. Думаю, тебе это понравится. — Джуди уже плохо соображает, слова Ника создают вязкий ком в ее мыслях. Она боится, что форсирует события, но хочет разом выложить карты на стол. Вскоре она вернулась с матово черной коробочкой и неуверенно протянула ее Нику. — Вобщем, вот… — она старается, чтобы ее голос звучал ровно и не выдал того волнения, что внутри нее, из-за этого она говорит довольно тихо, едва ли не бурчит под нос с видом провинившегося крольченка. Ник заинтересованно принимает из ее рук коробочку. — Что же это может быть? — Ник заинтригованно открывает презент. Некоторое время разглядывает лежащий в ней ошейник с нефритом. «Ну, по крайней мере не с петлей сразу» — отмечает Ник. Пока Ник разглядывает аксессуар, Джуди пожает голос: — Надень его на меня. — Ты уверена? Это то, чего ты хочешь? — колеблется Ник. — Сделай меня своей сучкой, Папочка! — чуть ли не требует Джуди. — Твое слово, детка и я сделаю тебя кем угодно! — расплывается в широкой улыбке Ник. Можно было бы обговорить определенные условности, но эта мысль как-то вылетела из головы Джуди, чьи познания были довольно поверхностными еще и рот был занят поцелуем. А Нику было в целом пофигу — не обидит же он всерьез свою любовь. Да и вообще, сейчас они упивались одной мыслью о разделении ролей и обоюдным желанием. Он валит ее на ковре гостиной, почти как в ее фантазиях. Стараясь не разрывать поцелуй, они очень быстро оставляют друг друга без одежды. Вид стоящей на коленках крольчихи в ошейнике вызвал идею вместо уже ставшего традицией траханья рта постучать прибором по ее мордочке. Чем Ник и занялся. Своим пенисом он попал ей по губам, лбу, глазу и настучал по обеим щечкам. Это возбуждало и давало новые ощущения, он чувствовал себя выше нее и рост тут был абсолютно не при чем. — Хочешь пососать, да? — не зря он смотрел столько немецких фильмов в свое время, вот и нашлось им применение. — Да! — отвечает Джуди, но получает членом по губам. — Проси меня! Покажи мне, как сильно ты этого хочешь! — не унимается Ник. — Дай мне в рот пожалуйста, я хочу его целиком! — отзывается послушная крольчиха, но Нику мало и он снова стукает ее елдой. — Проси, как положено! — Трахни свою соску в рот, пожалуйста Папочка, я хочу чтобы ты оттрахал меня в рот! — разошлась Джуди, осваиваясь в новой роли. — Ну, держи! — Ник наконец-то позволяет ей взять его и она жадно заглатывает. Памятуя о прошлой ночи, он на этот раз старается не доводить дело до пика и вовремя достает. Поворачивает, она встает на четвереньки. Он дает ей пару несильных шлепков и принимается дразнить ее, водя пальцами у самых створок. — Не, сегодня мы пойдем другим путем, да? — спрашивает он. — Да, Папочка, моя дырка изнывает от желания. — отзывается Джуди. — Это хорошо, правильный ответ. Смажь-ка. — велит лис, сунув ей палец ко рту. — Да, Папочка. — отзывается Джуди и делает, что велено. Ник ублажает ее, в тоже время сунув ей в задницу обсосаный палец. Некоторое время, пока его лапы заняты делом, он размышляет, стоит ли заставлять ее облизывать пальцы после жопы. В фильмах показывали. Он решает, что пока не стоит доводить до этого. Вместо этого, руководствуясь все теми же толковыми фильмами, он как следует плюнул ей на задний проход. Вышло грязно. — Тебе нравится? — Да, Папочка. Наконец, более менее подготовив нужную дырочку, Ник приноровился и аккуратно вошел в нее. Возможно ему бы и хотелось сделатьэто более грубо, но нельзя забывать, что это ее первый раз. Джуди застонала и напряглась, отчего его орган сильно сдавило. — Расслабься, так только больнее. Ник принялся играть с ее нежной вишенкой, стараясь поддержать возбуждение. Джуди расслабляется и Ник начинает двигаться. Сперва медленно и аккуратно, потом слегка нарастив темп. Ему очень хотелось ухватить ее за новый аксессуар, но это он сделает в другой раз. На сегодня с нее, пожалуй, достаточно. Спустя некоторое время они лежали на ковре и переводили дыхание. — Это было невероятно. — говорит Ник. — Ты была хороша. — Рада, что тебе понравилось. — угодливо отзывается Джуди. — Я старался, чтобы тебе захотелось еще. — И я правда не стану возражать… — искренне отвечает Джуди. Все происходило почти как в ее фантазиях. Преисполненный Ник под настроением решил размять клавиши и Джуди, само собой, составила ему компанию, аккуратно присев на краешек рояля. Ну и Ник запел: Есть у меня крольчуня Ей засадить хочу я Присуну так, что пенис засаднит… Люблю давать я в рот Я дам тебе камшот Заставлю проглотить Членом закусить За это будешь ты меня благодарить… Готов тебя я приструнить Но ты должна сначала попросить Иначе с хреном будешь говорить… Пою балладу о члене И знаешь ты, каков он в деле Когда лежит он у тебя на теле Твой папочка готов и в деле И если ты не в теме Сперва спроси, потом соси И дождя золотого не забудь попросить… Пою я очень складно Так поцелуй меня в глаз шоколадный За это дам в награду Зажимы и бутылку Чтоб обкончалась ты… Ник посмотрел на остолбеневшую Джуди. — Ну как, понравилось? — интересуется он с видом, как будто насрал, но не смыл. — Ты… Я… Это так откровенно и в тоже время так похотливо и искренне… — мямлит Джуди. — Я знал, что ты оценишь! Всетки, не зря я с установкой этого рояля столько возился! — с гордостью восклицает на эмоциях Ник хвалебно похлопав ее по голове.