Глава 28. Наказание

      Я не чувствую своего тела. Руки и ноги не повинуются. Вокруг — вязкая темнота. Не ощущаю себя единым целым — скорее раскрошенной мозаикой, которую, не успев толком собрать, разрушили.       Не имею понятия о времени. Даже не понимаю, что со мной происходит. Словно вне пространства и времени. Ни боли, ни эмоций, ни ощущений. Ничего. Тягучая бесконечность.       Не осознаю в какой момент что-то меняется и ко мне возвращаются звуки. Только они. Вокруг по-прежнему темно и себя не ощущаю. Но постепенно, сначала бывший фоновым, шум начинает заполнять меня всю. Он как будто живой и тянет к жизни. Вслед за начавшими проступать звуками появляется свет — белёсое пятно под веками, которое быстро расползается, как акварельная краска по мольберту, светлея. И тоже наполняет собой всё, что только можно. Дальше — больше! Начинаю что-то чувствовать. Словно бы прикосновение — лёгкое-лёгкое, почти невесомое. Но тем не менее вызывающее лёгкую дрожь.       И мурашки. Господи, мурашки!.. Я всё-таки жива, не умерла! Правда пока не знаю, стоит ли этому радоваться. Мозг почти не функционирует, но к осязанию прибавляется обоняние — дышу через нос.       Открыть, открыть глаза. Хочу, хочу увидеть этот мир — непредсказуемый, порой жестокий и страшный, но такой незыблемый!       Но веки тяжелы и не поддаются моим мысленным уговорам сразу. В конечном счёте, спустя, кажется, вечность, всё же приоткрываю глаза. Теперь яркий столб света бьёт прямо по ним, вызывая неприятную боль, словно в мне в лицо горстью песка бросили. Морщусь, ощущая, что лицо какое-то будто бы онемевшее, что ли?.. По ощущениям будто не моё. Губы обветренные и искусанные. Чтобы их приоткрыть приходится тоже приложить немалое усилие. Грудная клетка постепенно начинает вздыматься и опадать. Слышу первый неровный вдох и выдох. Всё как чужое. И смотрю-смотрю вверх — прямо в серо-серебристое покрывало небосвода, на облака.       Почему-то всё это завораживает, хотя… я же не об этом сейчас должна думать, да?..       Ну точно.       А вот дальше… дальше непонятки. Всё тело одеревенело, в голове гудит. Кое-как повернув голову, понимаю, что лежу на спине в зарослях зелёной травы. Причём, очень высокой! Никогда такой не видела… Затылком чувствую землю, перепачкавшую мне волосы. Пробую напрячь мышцы, чтобы сесть. И опять — как-то всё уж очень непривычно.       Я на обочине дороги, по обе стороны от которой — лес. Боже, почему деревья такие громадные и так громко шумят?! И отчего дорога кажется такой невероятно широкой?.. Или у меня проблемы со зрением?..       Машинально подношу ладонь к лицу… и так и застываю. Что это?! Моя ладонь… нет, не ладонь, а ладошка. И она маленькая, как и пальчики. А волосы… где мои длинные пряди?! Вместо них какой-то «пушок»!       Неимоверной силы страх отравляет кровь, заставляя вскочить. Мало того, что мне это удаётся далеко не сразу, так ещё всё вокруг по-прежнему кажется слишком близким и большим!..       Только не говорите мне, что это развязка обыкновенного фанфика, в котором героиня перерождается в тело ребёнка и начинает свой путь в новом мире! Пожалуйста нет! Я ведь уже не в своей реальности!       Внутри всё дрожит так, что чувствую себя осиновым листом. Совсем ошалев от происходящего, бросаюсь вперёд, к трассе, совершенно не понимая, что собираюсь теперь делать.       ГОСПОДИ, КАКОЕ ЖЕ ВСЁ ТЕПЕРЬ ОГРОМНОЕ!!!       Что же произошло? Меня же ранили, возможно даже убили! Как мой нынешний облик с этим связан? А ты думала, бестолковка, что будешь на горе Олимп с древнегреческими богами заседать? Не, не заслужила, да и чхать они на тебя хотели.       Глас разума! Как же я была рада его слышать! Пусть и звучал он сейчас гораздо более внушительно. Или так мне только казалось…       Давай-ка всколыхнём твою память…       И тогда услышала знакомый рокочущий голос: — Ну что, недовольная! Какова тебе твоя роль? — В-Вы! — прохрипела. — Какая догадливость, — ехидство в каждом слове, — А знаешь что происходит? — Меня только что убили? — Хуже! Ты не справилась со своей миссией. — Вы же не всерьёз думали, что я справлюсь? — Нет, недовольная, так дела не делаются. Эта игра в «режиме реального времени», так сказать. Твои полномочия реальны, ведь ты не потеряла никого. До этого момента. А теперь Джим умирает, и это — твоя жертва… — И что будет? Что вы сделаете?.. Голос кажется ухмыльнулся. — А как ты думаешь? Накажу. — В воображаемый угол поставите?.. — Боже, как я умудряюсь даже сейчас язвить?! — Нет, что ты, просто усложню задачу. И если надо, то удвою ставки. — Как это?! — Увидишь… С забвением, недовольная.       Забвение… Усложнение задачи… Ставки… Этот голос…       Неужели?!..       — Нет-нет-нет-нет… — мотая головой из стороны в сторону и прижимая руку ко рту, шептала, — Этого просто не может быть. Так не бывает!       И — что бы вы думали??? Вместо своего голоса я услышала… невнятный писк и бормотание — так разговаривают маленькие дети!       Нет, конечно, дрожь в интонации мне бы тоже не доставила радости, но это… Хуже просто быть не могло.       Не зарекайся.       Да… действительно.       И что теперь?.. До сих пор не могу понять, как так получилось. Меня же порезал ножом Оуэн! Умирая, я истекала кровью, но вокруг точно были друзья! Каким образом теперь я очутилась в этом незнакомом месте?!       Наверное это происки той самой «высшей силы», которая забросила меня в эту вселенную и отшлёпала по попке за то, что я сплоховала.       Замерла. Сглотнула.       Припомнила.       Почему всё так. Джим. Погиб. Я продлила ему жизнь, но не смогла уберечь. Впервые не спасла кого-то.       Господи…       От самобичевания и первых слёз, меня отвлёк шорох в ближайших кустах. Упав на четвереньки, сжалась. Ёлки-палки, ну какое же всё теперь огромное по сравнению со мной! Просто с ума сойти!       Стали слышны голоса и шум шагов. Так, ну это точно не ходячие. Люди. Признаться, не знаю, насколько это лучше. Конечно теперь позариться на мою персону какие-нибудь бандиты вряд ли могли, но ведь совсем не факт, что и в живых оставят если найдут. Посчитают, что «облегчают мне муки» потому что мне не жить. Или. Пристрелят просто ради забавы. Этот мир не знает жалости. А мне просто везло. И то — не всегда, как видите.       — …И всё-таки я не думаю, что это…       Этот голос узнаваем для меня из множества других! Гленн Ри! Милашка!       Чувствуя как быстро колотится сердечко, принялась ползти по траве вперёд, чтобы меня заметили.