Часть 1

      Она всегда говорила ему, что в его глазах небо. Он знал, что внутри нее море. Надя не выходила из его головы с того самого дня, когда сгорела ведьма. Студентка тогда была напугана, винила себя в ее смерти, хотя это было не так. Привычное «ну чего ты?» и легкие поглаживания ее дрожащих плеч успокаивали девушку, за что та была очень благодарна Николаю. Всякий раз, когда Надежда чувствовала, что на грани, дядя Коля всегда был рядом и находил нужные слова, возращая студентку в привычное состояние легкого волнения (с ним она не могла чувствовать себя иначе).       Тот день, когда ее подруга могла лишиться собственной жизни из-за подселенной икотки, запомнится им двом надолго, если не сказать навсегда. Увлекающаяся коми-пермяцкой мифологией и заговорами Надежда решила вызвать Медвежьего Шамана, чтобы он помог им. Вот только… он был рядом всю дорогу. «Служить тебе буду… Вечно… Твоя буду… Вечно…» — шептала она, вырисовывая узоры пальцем на холодном камне. Шаман действительно помог им тогда, подставил спину, чтобы Егор смог забраться на поверхность и выпустить спутников из заключения.       А что же потом… Началась охота. За икоткой, за Николаем и за стариком, чьих сил так жаждал Медвежий Шаман…       Тишина леса застывает в ушах. От быстрой ходьбы на щеках горит румянец. По щекам стекают слезы страха. Страха за свою жизнь. Надя не верит, что перед ней стоит тот Николай, который помог с ногой и утешал ее сотни раз. Его взгляд совершенно иной, в нем уже нет той небесной голубизны. Только лишь темная болотная зелень. Выстрел. Снова бег.       Холод Камы пронизывает насквозь. Дальше бежать некуда. Впереди быстрая река, за спиной отшельница с ружьем, готовая в любую секунду отнять жизнь у Нади и Николая. Первая оборачивается с мольбой в глазах и голосе, обращаясь к женщине на ее родном языке.       — Не стреляй, Шура! Не надо! Мы уйдём! Позволь нам уйти… Он уйдет. Вместе со мной! — поворачивается к нему, снова не улавливая отражения неба. Касается его окровавленной щеки и шепчет. — Я тебя люблю… Давай мы сейчас все бросим… Уедем… И забудем обо всем, что было… Ты со мной?       Море, что было внутри нее, брызжет из глаз, заставляя голос дрогнуть. Он обнимает ее, не мигая глядя на женщину с ружьем. В его кулаках сжимается коричневая куртка. Гремит выстрел. Всплеск. И тишина…       Неизвестно, сколько они так плывут вниз по реке, пока их не прибивает к заснеженному берегу. Словно герой легенд, Николай выносит на руках из воды промерзшую до костей Надю. Девушка порядком нахлебалась воды. Шанс спасти ее мог получить только лишь Медвежий Шаман, наделенный силой…       Разведя костер, Николай вытаскивает ритуальный нож и аккуратно обрезает рукав Надиной куртки.        «Небо в глазах… Море внутри…»       В голове возникает ее живое, чуть обеспокоенное лицо, но с волнующей улыбкой и такими чистыми, точно карамельки, глазами. Не стой она лицом к солнцу… Николай бы и не подумал, сравнивать их тягучей карамелью. «Так надо…" — напоминает себе Шаман, вырезая на предплечье символы, которые несколько дней назад выводила сама Надежда.       Глухой стук борта лодки о камень. На берег выбегает злой Егор. Он в бешенстве. Однако его тоже можно понять: родители пропали по вине человека, которому он доверял больше, чем кому бы то ни было в этом лесу. И Николай отлично понимает его, спокойно объясняя, что происходит.       — Я Медвежий Шаман, — твердо говорит он, переводя взгляд на тело Надежды. — Так нужно. Иди к старику. Он ждет тебя… — слова звучат как гром среди ясного неба для Егора, но согласиться будет самым разумным вариантом. И Егор уходит в пещеру…       Он поднимается со снега, берет студентку на руки и укладывает на снег, как можно ближе к костру, чтобы ее тело получало тепло. Шаман воскресит ее. Костьми ляжет, но воскресит. Пожертвует чем угодно и кем угодно. Даже Егором. Хоть последний и был племянником Николая, мужчина заботился о нем, но исключительно, как о том, кому следовало сохранять жизнь, чтобы убить в нужный момент…       Шершавая окровавленная ладонь касается ее пораненной щеки там, где секунду назад пробежалась струйка воды из легких… «Небо в глазах…» — повторяет Николай слова Нади, печально поднимая все тот же темный взгляд на холодную гладь… Мужские пальцы, не подчиняясь воле, сплетаются с тонкими девичьими, когда из пещеры выходит Егор. Он другой. Серые глаза утратили зрачки и радужки, став абсолютно белыми. Это говорит лишь об одном: сила в Егоре. Осталось лишь уговорить его передать их Шаману…       — Отдавай силу. Я верну твоих родителей к нормальной жизни. Тебе она ни к чему, а мне нужнее…       Егор мотает головой. Завязывается драка… Николай валит его на снег, берет за грудки и несколько раз ударяет о едва припорошенную землю.       — Отдавай… силу старика… — цедит мужчина сквозь зубы, давя на горло. Сдавленное «нет» побудило Шамана упереть колено в грудь Егора. Николай снова повторяет, и полумертвый парень касается большим пальцев его лба. Внутри Шамана что-то загорается. Глаза становятся белыми, зрачки исчезают, и получивший древнюю силу Николай отпускает парня и подходит к телу Нади.       Он видит, что ее сердце не бьется. Руки Шамана обнимают голову Надежды. Мужчина садится на колени, прижимая девушку к собственной груди. Николай зовет ее с иного света на языке старика, подарившему свои силы Егору… В том месте, где должно было быть сердце, начинает теплеть. Это Надя. Она здесь… «В этот миг время замрет. Две души стали одной…»       Неизвестно, сколько прошло времени, но с шумным вздохом распахиваются глаза девушки, вздымается грудь, и Николай слышит шум морских волн. Слышит душу Надежды. Понимая, что лежит в снегу, в объятиях мужчины, студентка поворачивается к нему и снова замечает небо в его глазах.       — Прости… — срывается с окровавленных губ хриплый шепот. Его щеки касается ее ладонь. На лице Николая застывает удивленное выражение, в то время, как на лице Нади грустная, но такая чистая улыбка.       — Не нужно… Я обещала быть твоей вечно… Обещания принято сдерживать. Я люблю тебя… — блестят слезы, дрожит голос. Но девушка честна с собой и с ним. Она поняла, что он — Медвежий Шаман. В ту же ночь, когда им удалось выбраться из каменной тюрьмы… «Ты не бойся, ты просто следуй за мной…»       Мягкие губы касаются кровоподтека на уголке рта. Тонкие руки без единого ранения обвивают чужую шею. Голова удобно укладывается на плечо мужчины. Надю подхватывают под колени и несут вглубь белого леса. «Навсегда ты сохрани Небо в глазах…»