Глава 37: Разговор по душам

22:00 Блиц провожал Барби Уайр и Веросику Мэйдэй до их дома. — Доброй ночи, Барб и Веросика! — сказал он на прощание. — Доброй ночи, Блиц! — сказали Барби Уайр и Веросика Мэйдэй. Когда девушки зашли в свой дом и закрыли дверь, телефон Блица звякнул. Он достал его и прочёл сообщение от Луны, которое повергло его в шок. — Чего? Луни не дома? Надо срочно её забрать! — понял по-своему это сообщение Блиц. Но бежать до дворца Столаса было бы слишком далеко и долго. Оглянувшись, Блиц увидел байкера и его мотоцикл. Не долго думая, он отобрал его агрегат, угрожая пистолетом. — Это мой байк, мудила! — закричал байкер. — Извини, но мне надо забрать дочь! Я верну его тебе! Как-нибудь… когда-нибудь… возможно! — сказал Блиц. Он завёл мотор и поехал в сторону дворца Столаса.

***

23:00 Байк был быстрый, оттого Блиц не очень долго пробыл в дороге. Бес бросил мотоцикл и побежал ко входу во дворец. Стоящие охранники остановили его. — У меня там дочь, мудаки! Пропустите меня, живо! — закричал Блиц. — Nein(Нем. Нет)! — сказал Коммандо с компактным райским автоматом. — Что значит Nein? Пропустите! — закричал Блиц. Коммандо оттолкнул его и навёл на него свой автомат. Блиц достал свой телефон и набрал номер Столаса. — Столас, ты спишь? А ты знал, что моя дочь спит с твоей? Прикажи своим охранникам впустить меня! — сказал по телефону он. Спустя пару минут перед входом во дворец появился сам Столас в халате. Он на немецком сказал, чтобы охранники пропустили Блица. Те так и сделали. Блиц показал Коммандо средний палец. Бес вошёл во дворец. — Столас, что это ещё за хрень? — спросил Блиц. — Это наша охрана, которую нам предоставил Андреальфус! — ответил Столас. — Андреальфус? Это же тот хуила, который помогал твоей ебанутой жене… — начал Блиц. — Я знаю, Блици! Но… Стелла мертва! Её убил Андреальфус! Кроме того, он также отказался от притязаний на моё имущество! — сказал Столас. Затем он сел на диван в гостинной. Блиц сделал то же самое. — И ты ему веришь? — спросил Блиц. — Я ему не верю! Но пока что лучше не портить с ним отношения! — ответил Столас. Затем он добавил: — Можешь быть спокоен, Блици! Вия и Луна мирно спят в объятиях друг друга! Они не занимались тем, чем мы! Блиц выдохнул. — Слава Сатане! Я уж думал там будет лесбийская ебля с моей Луни! — сказал он. — Луна ведь не твоя родная дочь, верно? — спросил Столас. — Да… я взял её из приюта! — ответил мрачно Блиц. — Из приюта? — спросил Столас. — Да… она была такой несчастной… я не мог бросить её там… — ответил Блиц. — Она должно быть… очень дорога тебе? — спросил Столас. — Да… очень… до недавнего времени… она была единственной, кто был для меня по-настоящему дорог! — ответил Блиц. — До недавнего времени? — спросил Столас. — Ну… сегодня я просто помирился со своей сестрой Барби Уайр! — ответил Блиц. — А из-за чего вы поругались? — спросил Столас. Блиц посмотрел на него. — Ты правда хочешь это знать, Столас? — спросил он. Столас положил свою руку на руку Блица. — Блици… ты можешь рассказать мне всё! Я всегда поддержу тебя! — сказал он. Блиц вздохнул. — Ну ладно… дело в том… что… пятнадцать лет назад… наш цирк сгорел… — сказал он. Столас наклонил голову на бок. — Из-за пожара… пострадала моя мать Тилла… она сейчас лежит в больнице ***… а Барби Уайр и Физз… во всём обвинили меня… и я… — сказал Блиц, и слёзы стали стекать по его щекам. Столас вытер их. — Я думал, что это правда… что я один виноват во всём… но… благодаря Физзу и Барби… благодаря тому, что мама жива… благодаря всему… я… наконец успокоился! Они простили меня… они выслушали и поняли меня… — закончил свой рассказ Блиц. — Блици я… — начал Столас. — Прости Столас… я не должен был этого говорить! — сказал Блиц и закрыл лицо руками. Столас аккуратно взял их. — Но теперь то у тебя всё хорошо, Блици! — сказал он и опустил голову. — Спасибо, Столас… а у тебя? — спросил Блиц. — Блици… я знаю, что в последнее время наши отношения… стали весьма натянутыми… но я всё ещё люблю тебя! Всем своим сердцем! — ответил Столас. Блиц покраснел. — Ну эм… знаешь… я… — хотел что-то сказать он, но не нашёл правильных слов. — Блици… без твоей любви мне очень больно! Моя мама и дочь любят меня, а я их… но это не та любовь, которая мне нужна! Мне нужна твоя любовь! — сказал Столас. Из его глаз начали капать слёзы. — Столас, ну не плачь только! — сказал Блиц и обнял его. Чуть позже он добавил: — Я тоже люблю тебя! Столас вздрогнул. — Правда? — спросил он, глядя Блицу в глаза. Блиц обнял его за шею. Столас обнял его за талию. — Правда, мой маленький совёнок! — сказал Блиц. Их губы слились в нежном поцелуе. Столас взял Блица на руки. — Может… ты тоже переночуешь у меня, Блици? — спросил принц. — Конечно, Столаси! — ответил Блиц. Они оба вошли в комнату Столаса. Переодевшись, Блиц и Столас легли в кровать. — Мы же не будем… — начал бес. — Нет, мой маленький бесёнок! — сказал Столас. Он обнял Блица и прижал его к себе. — Спокойной ночи, Блици! — сказал Столас. — Спокойной ночи, Столаси! — сказал Блиц. Два парня вскоре провалились в сон.

***

Примерно то же время. Дворец Маммона. Сам Грех Жадности сидел в своём большом кабинете. Он рассматривал разные бумажки и считал деньги. Результат его не обрадовал. Закричав, Маммон швырнул стол далеко. — У нас проблемы, господин? — спросил рядом стоящий Страйкер. — Да! Из-за всей этой ситуации, я потерял огромное количество денег! Глиц и Глэм даже на треть не так популярны, как Физарролли! Теперь убытки начинают постепенно быть больше чем прибыль! — закричал Маммон. — Может всё ещё будет, господин! — сказал Страйкер. — Да что будет? Асмодей, будь он проклят, перестал работать со мной! Две мои тюрьмы были разрушены! — сказал Маммон. В этот момент в комнату вбежал охранник. Он поклонился. — Что такое? — спросил Маммон. — Тут к Вам кое-кто пришёл, господин! Ждут встречи лично с Вами! — ответил охранник. — Ну пусть входят! — сказал Маммон. Охранник кивнул и вышел. Через пару минут в кабинет Маммона вошла дюжина бандитов во главе с Алессио. Сам демон-акула был сильно изранен: правая его рука отсутствовала, половина головы тоже, а на груди была большая рана от дробовика. Кроме того, он был весь в царапинах, ссадинах и синяках. Алессио шёл к Маммону, хромая на одну ногу. — Минуточку… я же тебя знаю! Ты же заместитель Кримсона! Одного из глав мафиозных семей! — сказал Грех Жадности. — Бывший… — прохрипел Алессио. — Бывший? — переспросил Страйкер. — Кримсон мёртв… как и все остальные главы… мафий… уже не осталось… мы последние! — прохрипел Алессио. — В таком случае… зачем вы ко мне пришли? — спросил Маммон. Алессио вышел вперёд. — Мы хотим… стать… Вашими слугами, господин Маммон! — ответил Алессио и встал на одно колено. Остальные бандиты сделали то же самое. Маммон засмеялся. — Вы? Стать моими слугами? — спросил он. — Мы можем быть Вам весьма полезны! — невозмутимо ответил Алессио. Маммон снова засмеялся. — И как же вы будете мне полезны? Даже все вместе вы не смогли выполнить мою просьбу! А тут лишь жалкие остатки! — сказал Маммон. Он щёлкнул пальцем. В комнату вошли охранники с автоматами. Они наставили свои стволы на бандитов. — Советую подумать лучше, господин Маммон! — сказал Алессио. Маммон выгнул бровь. — Я слышал… что у Вас проблемы с деньгами? — спросил Алессио. — Ну допустим! И что с того? — ответил Маммон. — Просто… мы бы могли Вам с этим помочь! — сказал Алессио. Маммон жестом приказал своим охранникам убрать оружие. — И как же? — спросил он. — У Вас много должников? Или тех, кто не хочет с Вами работать? Не считая Асмодея? — спросил Алессио. Маммон задумался. — Да… хватает и первых и вторых! Я бы и сам с ними разрбрался, но вот времени постоянно нет! — ответил он. Алессио хмыкнул. — Мы… могли бы… так сказать… заставить первых отдать Вам деньги с процентами, а вторых убедить, что работать с Вами лучше и безопаснее! — сказал Алессио. Маммон посмотрел на Страйкера. Тот пожал плечами. — Хорошо! Я сделаю вас своими слугами! Но вы должны мне беспрекословно подчиняться! И выполнять все мои приказы! — сказал Маммон. — Как Вам будет угодно, господин Маммон! — сказал Алессио.