you and me

      Джей поднимается из-за стола, игнорируя вопрос однокурсника, кажется, Минхи, о том, куда он идёт, ведь пир только начался. Сонхун, что сидел напротив, не обращает на него никакого внимания, продолжает ковыряться в тарелке. Джею же в горло кусок не лезет. Он ненавидит Рождество. Ненавидит все эти счастливые улыбки, смех. Окинув взглядом стол в зале, за котором сели все, даже некоторые учителя, Джей направляется к выходу.       Он бы предпочёл остаться в поместье один, там хотя бы никто не будет радостно визжать, не будет витать в воздухе этого праздничного настроения. В тишине было бы замечательно. Но нет, отец запретил приезжать домой, когда его там нет, из-за чего им с Сонхуном пришлось остаться здесь, вместе с другими волшебниками, которые, почему-то, не отправились домой на рождественские каникулы.       Юнджин звала к себе, но это нужно было бы натягивать улыбку до ушей, радоваться. Ну уж нет. Лучше он здесь будет ходит с кислой миной, отпугивая всех, кто желает с ним заговорить, чем делать вид, что он обожает Рождество.       Он его ненавидит.       Поднявшись на четвёртый этаж, Джей останавливается напротив двери в библиотеку. Время посещения давно закончено, обычно сюда можно попасть до восьми вечера, но волшебнику всё равно. Он достаёт палочку из рукава свитера, где она прикреплена к запястью на специально ремешке. Подарок от отца несколько лет назад на день рождения. Очень практично. В любой момент она может оказаться у тебя в ладони. Пак собирается произнести открывающее заклинание, но в последний момент решает дёрнуть ручку.       И дверь открывается.       Там уже кто-то есть.       Мадам Пинс? Но Джей уверен, что видел её за столом в большом зале. Она радостно что-то рассказывала завхозу, а тот всё так и продолжал сидеть с кислой миной, кажется, совершенно её не слушая.       Джей прячет палочку обратно под рукав тёмно-зелёного цвета, в цвет факультета, и проходит в библиотеку. У него не было определённой цели, он просто хотел, как можно поскорее скрыться где-нибудь от всех, где этот дух Рождества его не достанет. Библиотека казалась идеальным местом, но тут уже кто-то есть. Об это свидетельствует тёплый свет от свечи из-за книжных стеллажей. Джей ещё раз кидается взгляд на дверь, а после двигается к свету.       Он ступает медленно, совсем бесшумно, как научил его отец, останавливается и лишь выглядывает из-за стеллажа, собираясь узнать, кто же, так же, как и он, прячется от Рождества.       Чонвон сидит за столом, подперев голову ладошкой и медленной перелистывает страницу книги. Рядом с ним стоит свеча, скорей всего, заколдованная, что она не гаснет и воск на ней не заканчивается. Джей не то, чтобы знаком с ним, но он вполне осведомлён о том, что Ян Чонвон является старостой своего факультета. Но, что он делает в Хогвартсе на Рождество? Давно ли он тут? Он его не видел в большом зале все эти дни.       Или он просто не обращал внимания, когда бесился из-за всей рождественской атрибутике в замке.       -У тебя есть какой-то специально разрешения для посещения библиотеки после её закрытия? – Джей нарушает тишину, подходя к парню. Чонвон дёргается, рукой сбивает собственную палочку, от чего она с глухим звуком падает на пол. Пак наблюдает за тем, как она катится к его ногам, слышит, как скрипит стул, когда Ян поднимается, собираясь поднять её. Но Джей опережает его, наклоняется и берёт в руку чужое древко. Неосознанно смотрит на её длину, вес и делает у себя в голове пометку.       -Не следует разбрасываться палочками. – улыбаясь одним уголком губ, Джей протягивает палочку владельцу. А тот во все глаза смотрит на парня снизу-вверх, ведь так и не успел встать со стула.       Джей всматривается в глаза, в которых играют блики от огня и взгляда не отводит, продолжая протягивать палочку младшему, пока тот её не забирает.       -Спасибо. – тихо говорит, а Джею кажется, что он впервые разговаривает со старостой Гриффиндора. Им больше негде было пересечься. Они учатся на разных факультетах, Джей, в конце концов, старше, у них нет общих классов. Чонвон даже после отбоя того не ловил и не снимал очки с факультета. Джей видел его в коридорах замка, в большом зале в перерывах, когда Ян сидел за учебниками с пергаментом и пером, несколько раз сталкивался с ним в дверях этой самой библиотеки. Но он никогда не задерживал на нём взгляда больше, чем на две секунды. Не было в этом необходимости. Он не обращает внимание на то, что ему не интересно.       -Так что ты тут делаешь? – Джей прячет руки в карманы штанов и переводит взгляд на высокие полки с книгами. Они находятся в секции с книгами по нумерологии, что совершенно Джея не привлекает.       -Что? – всё так же тихо спрашивает Чонвон, кладя палочку рядом с книгой. Он всегда так тихо разговаривает, или просто придерживается правила? Но ведь сейчас тут никого и никому они не мешают, все на празднике в большом зале.       -Библиотека закрыта, ты нарушил правила. – Джей вновь бросает взгляд на парня, а тот продолжает глупо на него смотреть. Он ведь, вроде как, один из лучших учеников в школе, как ходят слухи. Точно, Пак знает его не только как старосту, а, как и лучшего ученика школы. Так если он лучший, чего же сейчас не может ответить на такой простой вопрос?       Пак отодвигает соседний стул и садится рядом, откидываясь на спинку стула и вновь смотрит на младшего. Тот поджимает губы, нахмуривает брови, из-за чего появляется небольшая морщинка на лбу.       -Я читаю. – наконец-то Ян отвечает на вопрос и кидает взгляд на книгу на столе. А то Джей не понял.       -Нет, что ты тут делаешь в Рождество? – Джей хотел посидеть в тишине, скрыться от всех между строчек в какой-нибудь книге, но в итоге сидит и вытягивает ответы из Ян Чонвона.       -Моя мама уехала с подругами, поэтому я решил…       -В большом зале во всю идёт пиршество, все веселятся, а после планируется вечеринка в выручай комнате, так почему ты сидишь здесь, среди этих книжных полок? – Джей крутит головой, как бы показывая, что они в библиотеке.       Чонвон натягивает рукава свитера, на удивление, не в цвет своего факультета и не со львом на груди, а простого, тёмно-серого, до пальцев. Это движение не уходит от глаз старшего. Он его напрягает? Ему неприятна его компания?       А кто обрадуется, когда его покой так нагло прервали. Чонвон не от большой любви к Рождеству скрылся от всех здесь, это и дураку понятно. Джею просто хотелось знать, что он не один ненавидит Рождество.       -Ладно, извини, что потревожил. – Джей отодвигает стул, собирается встать, но его останавливает тихий голос.       -У меня нет причин веселиться. – Чонвон смотрит куда-то сквозь своих ладошек на коленях, а после поднимает глаза на парня. – Не уходи, ты мне не мешаешь, ведь библиотека общая. А правила созданы для того, чтобы их нарушать. – и Чонвон улыбается, грустно и натянуто, Джей сразу это чувствует.       Чужие открытые раны видишь, когда пытаешься так же скрыть собственные.       Чонвон отворачивается, полностью возвращая всё свой внимание к книге, а Джей при тусклом свете от свечи засматривается на парня. Почему он раньше не задерживал на нём внимания дольше чем на две секунды, а сейчас совершенно не хочется взгляда отводить. Яна, кажется, совсем это не смущает, он будто и не замечает чужое присутствие. Он вновь погрузился в книгу, так же облокотив голову ну руку. Вторую руку он держит на столе, пальцами заламывая уголок книги. Он просто её теребит и Джей замечает, что многие страницы книги немного помяты в уголках.       Джей скрещивает руки на груди, немного скатывается по спинке стула и смотрит на многочисленные книги над собой. И чего он сюда пришёл, нумерологию изучать? Можно встать и походить вдоль рядов, в попытках найти что-нибудь почитать, а ведь он мог зайти в комнату и взять книгу. Но и там, в подземелье всё так и кричит о Рождестве, везде развешаны венки, даже в углу гостиной стоит раздражающая Джея ёлка. Была бы его воля, он бы сжёг её одним взмахом палочки.       Пак прикрывает глаза и прислушивается к шуршанию страницы, когда Чонвон её переворачивает. Джей и не замечает, как погружается в сон, пока чужая палочка вновь не падает со стола, нарушая тишину. Джей резко открывает глаза, ему на плечи накинут плед, а перед ним на столе стоит кружка всё ещё с тёплым чаем, Джей видит, как поднимается пар от неё. Он переводит взгляд на рядом сидящего парня, а он… спит, положив голову на руки. Сколько времени уже прошло?       Волшебник убирает плед с плеч и накидывает его на спину парня, ему нужнее, Джей видел, как тот прятал ладошки в рукава свитера. В библиотеке ведь совсем не холодно, а этот вон, мёрзнет. Джей невесомо дотрагивается до кончика носа парня, холодный. Достаёт волшебную палочку и накладывает согревающее заклинание на младшего. У того ресницы подрагивают, он немного носик морщит, но глаза не открывает. Не проснулся.       Пак поднимает чужую палочку, кладёт её дальше от края, а после смотрит на книгу, что так и осталась открыта. Чонвон, кажется, уснул за её чтением. Джей берёт её в руку, смотрит на название и ухмыляется. Обводит взглядом стол, и когда замечает небольшой кусочек пергамента, левитирует его к себе и трансфигурирует его в небольшую закладку. Ему совсем не хочется, чтобы Ян потерял страницу, на которой остановился. А после открывает самую первую, предварительно подвинув к себе свечу. Читать при таком свете отвратительно, но яркий свет может разбудить младшего, а он так мирно спит, Джею совсем не хочется его тревожить.       -Сколько… прошло времени? – Чонвон поднимается, трёт кулачками глаза и фокусирует взгляд на Джее. У того в руках книга младшего, но взгляд направлен на Яна. У Чонвона на щеке следы от свитера и взгляд безумно потерянный, будто он забыл, где заснул.       -Ты проспал вечеринку в выручай комнате. – Джей пожимает плечами. – Хотя, если поторопишься, можешь успеть на последнюю песню.       Чонвон поправляет плед, что упал со спины. А он ведь укрывал им старшего… Джей внимательно следит за парнем и двигает к нему вторую кружку с горячим чаем.       -Только не говори мне, что ты в восторге от этой истории любви. – Джей закрывает книгу и кладёт её на стол. Чонвон смотрит на неё и замечает закладку в середине, которой до этого не было. – Здесь описана не здоровая любовь, тебя такое привлекает?       -Откуда… ты читал?       -Книга, которую я думал, больше не брать в руки, но мне было слишком скучно ждать, пока ты проснёшься. – а ведь никто его и не просил тут оставаться. Он мог уйти, как только проснулся.       -Её…её написал магл. – тихо удивляется Чонвон, ведь ему казалось, что волшебники из семей, что придерживаются чистоты крови? не притронутся к чем-то, что написали маглы.       -Мы в каком году живём? Да хоть домашний эльф. – Джей усмехается. – Любишь любовные романы?       Чонвон не отвечает, двигает книгу к себе, проверяет страницы, между которыми лежит закладка. Действительно там, где он уснул. Джей об этом позаботился?       -А почему ты ушёл с празднования Рождества? – наконец-то спрашивает Чонвон. – Разве, ты не любишь вечеринки? Мне казалось, вы, слизеренцы, лучше всех их устраиваете.       Джей прищурившись какое-то время смотрит на парня, а после ухмыляется уголком губ. А он, оказывается, умеет задавать правильные вопросы.       -Тишина и покой привлекают меня больше.       -Но ты всегда приходишь на вечеринки. – не отступает младший.       -Мне не позволяют остаться в кровати один на один со своими мыслями. – Джей отворачивается и встаёт из-за стола. – Скоро рассвет, не хочешь подняться на астрономическую башню?       -Рассвет? – сколько же он спал?       -Да, идёшь? – Джей отворачивается, пряча улыбку, когда Чонвон встаёт. ///       -Ты в курсе, что сюда нельзя подниматься? – всё так же тихо спрашивает Чонвон, кутаясь в плед, который он взял с собой из библиотеки.       -Ты староста факультета, если нас застукают просто скажешь, что поймал меня и снимешь с моего факультета очки. – Джей не оборачивается, когда толкает дверь, предварительно отперев замок с помощью заклинания. Он придерживает её, ждёт, пока Чонвон пройдёт, а после прикрывает, не запирая.       Под ногами хрустит снег, который нападал за ночь, домовые эльфы убираются здесь каждое утро, но сегодня ещё не успели. Чонвон сильнее укутывается в плед, когда подходит к краю башни, останавливаясь возле ограждения. Он кидает взгляд на парня, тот и вовсе вышел в одном только свитере. Ему не холодно? На улице минусовая температура! Но Джей взмахивает палочкой, накладывая согревающее заклинание. Конечно ему не холодно, он ведь сообразил воспользоваться палочкой.       -Спасибо. – благодарит и переводит взгляд вдаль.       Там, за запретным лесом тёмное небо сменяется на светлое, там появляются первые лучи солнца и Чонвон заворожено смотрит на этого. За столько лет обучения в Хогвартсе, он ни разу не поднимался сюда просто так, и уже тем более не встречал рассвет.       -Знаешь, самый тёмный час всегда перед рассветом. – неожиданно говорит Джей и Чонвон переводит на него взгляд, только тот на него в ответ не смотрит.       -Что?       -Помни об этом, когда тебе покажется, что нет выхода. Обязательно наступит момент лучших времён. Ты встретишь свой рассвет. – Чонвон не успевает ничего спросить, как дверь на башню хлопает, оповещая о том, что старший ушёл.       Джей так хотел эту ночь провести в одиночестве, ему хотелось погрязнуть в собственных мыслях, в самобичевании, но Чонвон, самый неожиданный человек из всех в этой школе, не позволил ему это сделать.       В следующий вечер они встречаются на том же месте в библиотеке. Они совершенно об этом не договаривались. Каждый из них будто почувствовал. Джей в этот раз пришёл с собственной книгой, на удивление, магловского писателя.       -Диккенс? – удивился Чонвон, увидев на обложке автора и название. «Повесть о двух городах».       -Читал? – в этот раз они выбрали дальний конец библиотеки, где, о Мэрлин, стулья мягче чем в той секции, где они провели прошлую ночь. Чонвон подбирает под себя ноги, когда усаживается за стол и открывает «Грозовой перевал».       -Нет, собирался, но не успел взять в библиотеке дома. – грустно выдыхает, наблюдая за тем как Джей открывает книгу.       -Мне осталось совсем немного, могу одолжить.              -Нет, ты чего…       -Чонвон, это всего лишь книга, вернёшь, когда прочитаешь. Уверен, ты умеешь обращаться с книгами. – кажется, это впервые за столько лет, за эти почти два дня, когда Джей зовёт его по имени.              И Паку кажется, что нет ничего прекраснее чужого имени. ///       Джей был уверен, что все рождественские каникулы он будет шататься в одиночестве от одного угла в замке, к другому. Но в итоге почти всё время он проводит с Чонвоном в библиотеке. По началу, они мало разговаривают, каждый погружён в чтение, в большом зале, за завтраком, обедам и ужином они даже не пересекаются взглядом, но Джей, почему-то, начал каждый раз искать парня глазами. Тот, в свою очередь, вечно погружён в свои мысли.       Но потом, приятная для них тишина начала нарушаться тихими разговорами, оказывается, они оба очень любят английскую классику. Конечно, Чонвона сильно удивило, ведь слышать такое он наследника чистокровного рода, которые считают себя выше маглов, очень странно. Но Джей проигнорировал его взгляд, продолжил рассказывать о том, как сильно ему нравятся романы Диккенса. И он настаивает на том, чтобы Чонвон в итоге прочитал «Повесть о двух городах».       -Мне ведь нужно с кем-то это обсудить, а в моём окружении…Ёнджун читает только колонку по квиддичу в газете. – разговаривать тихо рядом с Чонвоном вошло в привычку.       -А Сонхун? – неожиданно спрашивает Чонвон, прикрыв книгу, но заложив большой палец на странице, где он остановился.       -Сонхун? – Джей хмурится и переводит взгляд с романа на столике на парня.       -Твой брат.       -Я помню. – грубее, чем хотел, говорит Пак, и Чонвон грустно переводит взгляд к себе на колени. Он не должен лезть в личную жизнь. – Извини. – уже мягче говорит Пак и зарывается пальцами в волосы, убирая светлую чёлку с глаз. – С Сонхуном всё сложно.       -А я всегда хотел иметь брата или сестру.       -Оно того не стоит. – ухмыльнувшись, говорит Пак.       -Думаешь? – Чонвон удивлённо смотрит на старшего. Но Джей не отвечает, смотрит на книгу перед собой. Он не обсуждает их отношения с братом с друзьями, и уж тем более не собирается говорить об этом с Чонвоном.       Джей не улавливает, в какой момент больше чем читать в тишине, они начинают говорить совершенно на разные темы. Чонвон робко и тихо рассказывает о том, как ему нравятся нумерология, Джей его страсти не разделяет, но внимательно слушает. Делится ценными советами по поводу того, как лучше всего подговориться к СОВ по трансфигурации и ЗОТИ, хотя и не уверен, что лучшему ученику школы это нужно. Но Чонвон слушает, задаёт вопросы и искренне смеётся, когда узнаёт, что по травологии Пак получил отметку «слабо».       Пак не думал, что рядом с кем-то ему будет так легко. В моменты, рядом с младшим, Джей не стремится прибегнуть к окклюменции и спрятать все свои эмоции. Почему-то рядом с Чонвоном не хочется прятаться, даже от самого себя.       Джей и забыл, что он умеет искренне улыбаться. А Чонвон напомнил, ведь хочется на его тихий смех ответить яркой улыбкой.       Но прекрасное мгновенье заканчивается, когда они сталкиваются взглядами за завтраком и Чонвон ему улыбается. Джей сразу понимает, что скрывается за этим взглядом, которым на него смотрит Чонвон через весь большой зал.       Нет, так нельзя.       Отец всегда говорил, что любовь - это слабость, она разрушительна. Вдалбливал это ему в голову с самого детства.       -Не позволяй никому любить себя. И не люби никогда сам. Любовь тебя уничтожит. – так говорит отец, смотря на портрет любимой женщины, мамы Джея.       До определённого возраста Джей не понимал, что плохого в его любви. Почему ему нельзя? Но страшная тайна, о которой поведал его отец разрушило все его мечты о счастливой жизни с любимым человеком, о которой он читал в магловских романах. Отец не знал, но домашние эльфы приносили ему книги, которые, оказывается, любила и его мама. Она оставила это ему. Она хотела, чтобы он полюбил чтение так же сильно. Он полюбил. И он надеялся, что всё будет так же как и в красивой сказке.       Но жизнь жестока.       Он просто не может позволить Чонвону продолжить на него так смотреть. Он должен уничтожить, пока ещё не до конца зародившиеся чувство в чужом сердце. Джей так же тихо прикрывает дверь в библиотеку, совершенно бесшумно двигается в конец зала, где за книжными полками его уже ждёт Чонвон с книгой в руках.       Младший отрывает взгляд от страницы, поднимает голову и улыбается, завидев Джея. Улыбается.       И сегодня за эти дни уже в сотый раз в голове у Джея проносится мысль о том, какой же Чонвон красивый.       Пак подходит ближе, не садится на привычное место, он бедром облокачивается на стол и незаинтересованно смотрит за младшего.       Все чувства, эмоции, которые причинят боль, он вновь спрятал за стенами у себя в сознании.       Наверно, окклюменция это единственное за что он благодарен своему отцу. Без неё, было бы тяжко.       Джей перекатывает палочку между пальцев и Чонвон ненадолго задерживает на этом внимание, а после смотрит в чужие глаза. Только там, почему-то нет прежней заинтересованности и внимательности. Там пустота и что-то, до этого Чонвону неизвестное.       -Завтра все возвращаются с каникул. – начинает Джей и смотрит прямо в глаза парня.       -Да, - неуверенно и тихо отвечает Чонвон. – Но я привык к тому, что в школе так тихо и спокойно. Я больше люблю тишину, как здесь.       -Возвращается и Соми.       -Соми? При чём здесь она?       -Она моя невеста. – Джей пожимает плечами, - хотя, ты должен был об этом знать, Соми любит трещать об этом на всю школу.       -Я не очень понимаю. – Пак замечает, как Чонвон начинает заламывать пальцы, а после натягивает на них рукава свитера, но со стула не поднимается.       -Но не переживай, Соми не стена, подвинется. – делает паузу, видит в чужих глазах тысячу вопросов. – Чтобы оказаться у меня в постели, тебе было не обязательно говорить со мной о книгах. Ты смазливый, прям в моём вкусе. – Джей усмехается.       -Что ты говоришь, я не собирался… - начинает, но голос предательски дрожит, что вызывает у Джея больший смех.       -Но знаешь, я тут вспомнил, - Джей перестаёт крутить палочку между пальцев. – Один твой изъян, из-за которого я не хотел бы находится с тобой в одной комнате. Твоё смазливое личико, твои знания, звание лучшего ученика школы не очистит твою кровь от грязи. – старший выплёвывает слова как яд, а у Чонвона в глазах противно щипать начинает. Пак замечает, даже при таком тусклом свете от свечи, видит, как в чужих глазах скапливается влага.       -Джей… – Чонвон впервые за столько дней обращается к нему по имени, его голос подрагивает, - зачем ты говоришь мне…это? – на последнем слове голос ломается, а Джей наклоняется вперёд.       -Больше не приближайся ко мне, грязнокровка.       Пак знает, что этими словами он наносит Чонвону ещё больше шрамов на его сердце. Но уж пусть Ян будет его ненавидеть, чем в итоге умрёт от любви к нему.       Джей уходит, не оборачиваясь, выстраивает в голове огромные стены и прячет за ними чувства и желание вернуться, обнять парня, просить прощения и шептать его имя, ведь Пак и не знал, как прекрасен его звук.       А у Чонвона на коленях остаётся чужой томик «Повести о двух городах», об который разбиваются горькие слёзы.