Часть 1

Темнота, плотная и густая точно дёготь, окутала древний реликтовый лес. Видавшая жизнь пятёрка 1979 года выпуска в очередной раз призывно взвыла, с трудом миновав ещё один метр французского бездорожья. Семейство Букиных в машине шныряло, словно в шторм. - Я вот думал, Даш, подозрительно, что дядя Ярик из Дерябино оставил наследство за границей, да ещё и дом, - его особенно сильно тряхнуло, и он ударился лбом о потолок машины, скривившись, - а оно вот что. Мы же просто не доживём до него. Даша подобралась, насколько это возможно, в качающейся машине. - Во-первых, Гена, моего любимого дядю зовут не Ярик, а Павлик. - А, если быть точнее, дядя Павлин. Света шлёпнула Ромку по руке. - А ну не обзывайся! Гена хмыкнул. - И почему я не удивлён? Хотя нет, удивлён. Странно, что родственники твоей матери не сожрали то, что звучит съедобно! Гена засмеялся Даше в лицо, и та обиделась. Дорога немного выровнялась. - А, во-вторых, ты должен быть благодарен! Мой дядя, до того, как коммунисты депортировали его из Франции на скотовозе, был богатым и всем известным дворянином! - Она гордо ухмыльнулась, сжав зелёно-розовую пятнистую сумочку, - Лекарства и возбудители, полученные особенным экспериментальным путём, разлетались среди всего высшего света точно горячие пирожки! Эх! Хорошие были времена, когда министерства здравоохранения не существовало. Между прочим, - выйдя из мечтательного состояния, мать семейства подняла палец, - Он был очень щедр к своим родственникам! Не то, что некоторые продавцы обуви... Гена почувствовал плечом привычный укоризненный взгляд. - И почему его тогда не вернули его родственники, мам? - Ха! Да они не смогли его отличить от другого скота, сынок. - Это не смешно! У его отца просто было плохое зрение и... Рыкнув, как умирающий зверь, машина остановилась и из неё повалили клубы дыма. Гена безуспешно попытался её завести. - С меня хватит, Гена! Мы с детьми пойдём пешком! Мне это надоело ещё тогда, когда нас в городе обгоняли пешеходы! Даша приоткрыла дверь пятёрки, намереваясь выйти. Ночной воздух заполнил салон. - По-моему мы просто зря ехали по тратуару. - Хватит разговоров, мы уходим! Протяжно завыл волк. Гена улыбнулся. - Я бы вас проводил. Но... - он любовно хлопнул по рулю, - не могу оставить тут свою девочку. Я её пока заведу, а вы идите! - Гена, милый, - Даша улыбнулась, с опаской закрыв дверь машины, - ты уже двадцать лет никого не можешь завести. Не обманывай себя. - Мама, папа, мне страшно! А если нас съедят, эти... - Света тревожно замахала руками, едва не плача, - Полки! Вся семья обернулась на неё. - Волки, дура! - Ыааа, и ониии тооооже! - Так, не поддаёмся панике! - С очередной попытки машина всё же завелась и Гена радостно засмеялся, - Хехехе! Ну, поехали! Спустя несколько секунд снова раздался выхлоп, крики и плач. /Тем временем в поместье. Комната Владимира/ Аарон постучал в плотную дубовую дверь. - Владимир, разрешишь? - Входи. В отличии от спален прочих жильцов, комната Владимра была просторней и чем-то походила на кабинет. По другую сторону от широкой кровати, по которой невольно скользнул взгляд Аарона, стоял массивный стол, нагруженный книгами и папками с документами. За спиной Владимира возвышались комод и стеллажи. Сам же он устало приложил руку ко лбу. Очевидно, сегодня он был не в настроении что-то решать. Но, благо, Аарон - не Рафаэль, и чужие чувства его не сильно волновали. - Я по делу. Неподалёку от замка какая-то машина. В жизни таких не видел, честно говоря. Семья из четверых человек, явно не местные. Владимир поднял взгляд. - Машина? Подстрой аварию. - Сказал бы я, что моей необходимости тут нет, - Аарон усмехнулся, вспоминая увиденное в лесу, - но подсоблю. Не хотел просто в одиночку на себя такое решение брать. В комнату внезапно, но как-то по деликатному и даже очаровательно, ворвался Рафаэль. - Синьоры! Краем уха я услышал, что вы хотите избавиться от гостей! Не слишком ли это жестоко? Может... Вампиры в голос произнесли: - Нет. Рафаэль обескураженно улыбнулся, но после уверенно прошёл вперёд, разведя в сторону руки. Отказ он не проглотит. - Вы меня разочаровываете до глубины души, друзья. Не мы ли столько раз обсуждали то, что не звери? Не в наш ли век было торжество гуманизма? - О, ты это про меня? Аарон развеселился, сведя руки на широкой груди. Его век охоты на ведьм, наёмничества, войн и работорговли с гуманизмом имел только общие буквы - две. И то не везде. - Ты же меня понял! - Допустим, - Владимир ленно подпер лицо рукой, незаинтересованно глядя на исписанный лист, - И что ты предлагаешь? - Пускай дойдут до нас. А отсюда они уже уйдут как ни в чем ни бывало после небольшого нашего содействия. Так будет много проще, чем поставлять аварию и избавляться от тел, прости Господи. Спорить было трудно. Да и не хотелось, честно говоря. От одной мысли о горячей крови, тепла и насыщения, внутри Владимира всё сжалось в томном предвкушении. И, он был уверен, эти двое, что сейчас здесь, испытывают тот же самый трепет перед долгожданным ужином. Он скучающе выпустил из пальцев карандаш, и тот, подскочив, прокатился по столу, ударившись о песочные часы. - Хорошо. Аарон выдохнул, а Рафаэль улыбнулся ещё шире. Он всегда получал желаемое. - Ты радуешь меня, амиго! Как только они вышли, вампир опустил голову на стол. Он предпочёл бы никого не радовать. /перед замком/ Ухабистая и полная препятствий дорога оказалась излишне тяжела для старого выходца советского автопрома. Семья Букиных покинула оставленный посреди дороги автомобиль. Впереди виднелся величественный и мрачный замок, свет в окнах которого смутил только Ромку. - Какой роскошный дом! И весь мой! - Восторженная Даша почувствовала взгляды семьи, и поправила себя, - Наш дом. Конечно, наш. - Знаешь, Дашунь. Впервые за несколько десятилетий я рад, что женился на тебе, - Гена обнял жену, - И теперь семейство Букиных будет жить так, как оно этого заслуживает! Больше, - пустил счастливую слезу, - никаких жирух, никаких вонючих ног и куриц в курятнике напротив нашей квартиры... - А вас совсем не смущает, что там свет? По-моему там кто-то живёт! - Ой, Ромка! Это же Франция! Наверняка тут остался дворецкий, который следил за домом, пока его истинная владелица не вернётся! - Не волнуйся, сынок! Если это бомжи, мы выгоним их как настоящие мужики! Ты и я! - Гена похлопал щуплого сына по спине. - Спасибо, я тут же почувствовал спокойствие, пап. Снова завыл волк. Испуганная екатеринбургская семья рванулась в сторону мрачного, доставшего в наследство, поместья. Аарон выглянул из-за дерева, прокашлявшись - чай, возраст уже не тот, что лет сто назад. Полная луна показалась из-за массивных туч, освещая всё вокруг мягким синим светом. /Тем временем в поместье. Подвал Нила/ "Задержанный, трищ лейтенант. Побил Дуньку нашу, в сиси ей полез. Я и сам бы туда не прочь, да поглубже и пониже, а этот контрик опередить хотел, сволочь нахальная. " Нил перевернул страницу безучастно, как самые оголтелые наркоманы вкалывают себе очередную дозу крокодила, уже не надеясь ни на что в этой жизни. Про себя он испытывал мучительный стыд, но, что ещё хуже - интерес, чему всё-таки попаданец мог научить Сталина. Подвал был полон не только чудовищных воспоминаний, но и книг: пьес, романов, лучших шедевров мирового искусства, которые Нил успел выучить наизусть. То была его личная коллекция. Тем не менее, в одном из сундуков он нашёл другую - нечто запрещённое, что должно было быть стёрто историей. И вот он уж узнал, как военный превратился в жука и спас страну от нацизма; как очередная попаданка после смерти под колёсами фургона вселяется в тело злодейки отомэ-новеллы; про вампиров-извращенцев и умственно отсталую женщину, про абьюзивные отношения в академии, и, вот, пришла очередь невероятных историй советского вождя. Этого не должно было существовать. Но, возможно, не должно было существовать и его? Высший вампир тяжело вздохнул, опустив открытую книгу на грудь, вытянувшись в кровати. Может ли эта жизнь быть хуже? И всё же извращённый пытками, опытами и плохой литературой разум, требовал продолжения. Нил открыл книгу, как услышал шум сверху. Ворвалась толпа. - Что это ещё такое..?