Сладость на Хэллоуин| Дань Хэн

      Запах корицы и дешëвого пива бил в нос, заставляя почесать кожу ниже него и на мгновение зажмуриться. Девушка мимолëтно оглядела помещение, спокойно выдыхая не только воздух из лëгких, но и тревожность из организма. Комната была украшена бумажными летучими мышами; на столах при входе стояли вырезанные тыквы, что угрожающе смотрели на гостей; а где-то в далеке стояли пластиковые скелеты, что приветствовали всех знаком мира. Всë пестрило оранжевыми и чëрными цветами, а полумрак добавлял атмосферы праздника и таинственности. На колонках играл какой-то заезженный трек для таких "страшных" вечеринок, но, к счастью, многим он и не успел надоесть. По крайней мере, Т/и точно. Сейчас заботило лишь одно: есть ли тут кто-то из еë знакомых, к которым можно пристроиться? Хоть вечеринка и была большая, да и народу было навалом, но среди толпы она не видела знакомых лиц, из-за чего начала нервно сдирать кожу с пальцев. Толкучка давила на мозг, заставляя поддаваться лëгкий панике. Вдруг на плечо девушки легла чья-то рука, из-за чего та нервно дëрнулась от неожиданности.       — Хэй, Т/и, — голос был спокойным, ровным, даже холодным, что заставлял пробежать мурашки по коже. Девушка тут же обернулась, обличая для себя его хозяина. Перед ней стоял один из еë одногруппников. Хотя, лучше сказать, староста их группы – Дань Хэн. Он хоть и был тем ещë занудой и "каменной горой", но к девице он всегда относился с уважением, прощая прогулы и прикрывая перед строгими преподавателями. За это студентка была ему благодарна, поэтому всегда была ему мила в ответ, стараясь не доставлять больше проблем на мужские плечи, но получалось это плохо из-за лени одногрупницы. Хотя, сам брюнет только был рад услужить своей не пунктуальной и не дисциплинированной подруге. О них даже начали ходить слухи из-за его особого отношения к девушке. Уж слишком староста и постоянная прогульщица походили на отличную пару из дешëвого романа.       Т/и поджала губы, впиваясь взглядом в юношу перед собой. На нëм был костюм, чем-то похожий на традиционное белое кимоно с зелëными вставками, такой же зелёный тканевый пояс и серëжки в ушах, напоминающие колокольчики. На голове же красовался ободок с маленькими бирюзовыми рожками. Девица даже не думала, что парень не только будет на таком шумном мероприятии, так ещë и в костюме. Он точно над ним хорошенько попарился, судя по замысловатый узорах на одеянии.       — Ох, Дань Хэн, — вздохнула студентка, запрокидывая голову, — Как же мне приятно тебя видеть, ты бы знал, — плечи девушки тут же расслабились, пока та с облегчëнным вздохом прикрыла глаза.       — Это видно, — староста вскинул брови, немного кивая в сторону подруги. Всë же было заметно, как тревожность и нервозность той ушла на задний план после появления знакомого человека. Интересно, если бы появился кто-нибудь другой, она бы так же отреагировала? — Слушай, тут ребята собираются играть. Не хочешь с нами? Меня послали искать игроков, поэтому и спрашиваю. Прости, что сразу спрашиваю, просто эти неугомонные меня до белого каления доведут, если не найду кого-то.       Девушка немного застыла, не вслушиваясь в слова своего собеседника. Конечно, она его слушала, хотя, скорее, его немного хрипловатый и даже глубокий голос, что ласкал девичьи уши. Вот что, а ей всегда нравился именно голос студента, пока другие юные девицы засматривались на саму внешность серьëзного и ответственного красавчика. Она всегда невольно задавалась вопросом: "А как он поëт? Точно как какая-то рок звезда". Помотав головой, дабы отогнать ненужные мысли, студентка вновь вдумчиво посмотрела на стоящего напротив. Всë же некоторые слова она смогла уловить, поэтому еë ответ не заставил юношу ждать.       — Да, почему бы и нет? — сказанные слова отдавали неким волнением и неуверенностью в воздухе. В конце концов, она тут знает относительно пару человек, а играть с незнакомцами не очень и хотелось. Да и так сказу, как только пришла. Т/и не знала, хорошо это или плохо, уж слишком неожиданным было предложение. Хотя, если Дань Хэн рядом... То, наверное, не так страшно поиграть во что-то с рандомными людьми с вечеринки.       Юноша был ответственным и правильным до тошноты, хотя съязвить или дерзить это ему не мешало. Но рядом с ним можно почувствовать себя, будто за железной стеной, рыцарским щитом. Не зря он был старостой. Всë же, как бы группа ему не доставляла хлопот и головной боли, он всë равно отчитывался перед профессорами за них, оберегая, как курица наседка своих цыплят. К сожалению, это замечали немногие, но точно не девушка. Поэтому она и, хоть прогуливая пары, но старалась сдавать всë вовремя, чтобы на брюнета лишний раз не накричали.       Игра была слишком заезженная, уже приевшиеся всем ещë в подростковом возрасте: "7 минут в раю". Иногда студентке казалось, что еë придумали те самые свахи и шипперы, иногда подтасовывая бумажки с именами. Всë легко и просто: по методу жребия вытаскивали две записки с именами двух людей, которых надо запереть в закрытом пространстве на 7 минут. Зачастую тем самым уединëнным местом являлись шкафы, чуланы или какие-то другие помещения, где мало места. А самое главное то, что на протяжении всего времени игроки могли делать всë, что угодно: молчать, разговаривать или вытворять что-то более интимное. Последнее обычно и ждали все те, кто стояли за дверью, желая увидеть красные лица спалившихся за развратными действиями. Будто маньяки, что хотят увидеть на лицах своих жертв стыд.       Компания играющих была небольшая. Поэтому девушка чувствовала себя более менее комфортно рядом с ними. Конечно, еë смущало то, что когда все друг друга знали, она вообще была ни слуху, ни духу о других игроках, но тревожность сбавлял Дань, что специально сел рядом, зная, что девица может волноваться из-за абсолютно незнакомых людей рядом. В конце концов, давно знакомы – больше года – и за это время брюнет заметил склонность своей одногрупницы к тревоге из-за чужих компаний. Все уже положили маленькие листки бумаги, которые, к слову, были вырваны из чьего-то забытого блокнота, и когда рука ведущего потянулась в лаконичную деревянную тыкву, Т/и невольно сжалась. Всë же мысль о том, что она будет с абсолютно незнакомым человеком в закрытом и тесном помещении ей не нравилась. И вот, главный достал сразу два имени двумя пальцами, раскрывая каждую бумажку сразу. Со стороны тамады послышался смешок, который не обещал ничего хорошего.       — Дань Хэн и Т/и, прошу в кладовку, — парень показал рукой на дверь, пока девушка расслабленно выдохнула. Хоть знакомый человек, которого она немного, но понимает и он уж точно не сделает ничего плохого. Женские глаза перешли на лицо старосты и на нëм на миг расцвела... улыбка? Девица моргнула несколько раз, чтобы убедиться, что ей не почудилось. Почему юноша улыбался? Может, он так же рад тому, что это именно она? А может он что-то да задумал? Эти вопросы так и остались без ответа, ведь Т/и, которая улетела в свои мысли лишь на секунду, бесцеремонно запихали в маленький чулан. За ней так же полетел и староста, что из-за резкого толчка в спину чуть ли не упал на подругу. Благо он сумел опереться на свои руки, прижимая чужое тельце к бетонной стене. По росту он был выше неë на голову, поэтому перед очами у девы был лишь ворот кимоно брюнета. Лазурные глаза зацепились за шею одногруппницы, пока сам их хозяин нервно сглотнул из-за сложившейся ситуации.       Молчание было тягучим, неприятным. Обычно тишина между молодыми людьми была естественной, непринуждённой, но не сейчас. И девушка уже пожалела о том, что думала, что с ним будет легче. Как раз наоборот: то, что они знали друг друга только ухудшало ситуация, давая понять то, что следующую неделю никто не сможет смотреть друг другу в глаза. С тонких юношеских губ сорвался вдох, давая понять всë напряжение парня напротив. Даже не надо было привыкать к темноте, чтобы это понять. Шея будто бы отказывалась держать голову старосты, поэтому она опустилась на девичье плечо, пока холодный нос утыкался в шею молодой девушки. По крайней мере, именно такое объяснение пришло в голову запертой, когда Хэн наклонился к еë коже, проводя кончиком носа по лебединой шее. Дыхание парня было прерывистым, частым, будто он только что пробежал марафон.       От этого у девушки аж дух перехватило, пока сердце ухало где-то в пятках. Прогульщица хотела верить, что еë друг тяжело дышал из-за духоты, что была в не проветренном помещении.       — Ты вкусно пахнешь, — прошептал студент, после чего, как зачарованный, легко поцеловал нежную кожу. От поцелуев девушка зажмурилась, поджимая челюсть и сжимая ладони в кулаки на груди своего искусителя, — Прости, что именно в этой атмосфере я это говорю, но ты мне нравишься, — чужие губы уже стали настойчивее впиваться в чужую шею, пылко касаясь самими ладонями желанной талии. С женских уст сорвался нетерпеливый всхлип, подначивая Дань Хэна продолжать. Сам одногруппник уже жадно дышал через нос, будто какой-то зверь. Горячий язык прошëлся по тонкой шее, после чего ровные зубы прикусили чувствительную кожу. От такого действия невозможно было сдержать стона, после чего девица поджала губы, — Прошу, если это взаимно, позволь удовлетворить наше общее, — всë же, от прытких глаз и чутких ушей не могло укрыть сбитое дыхание своей спутницы, что жадно вбирая воздух в лëгкие в попытках унять отбивающее чечëтку сердце.       — Откуда ты знаешь, что я чувствую то же самое? — прошептала девица, заставляя юношу взглянуть в еë глаза. Они уже достаточно простояли тут, чтобы их очи привыкли к темноте. Чëрт, почему именно сейчас эти 7 минут длились так мучительно долго? Словно кто-то остановил время, оставляя их в одном моменте.       — А разве нет? Я не прав? — староста вопросительно изогнул бровь, вынуждая хрупкие коленки его одногрупницы затрястись. Во мраке его глаза будто бы светились лазурным светом, маня к себе, словно мотылька к лампе. Ладонь парня перешла на женскую талию, стараясь удержать ту от падения. Девушка зажмурилась, не в силах связать слова из-за смущения и понимания, как же брюнет прав. Всë же ей симпатизировал этот немного холодный, но добрый молодой человек. Юношеские уста вновь перешли на аккуратную шею, продолжая еë покусывать. Ему было достаточно и милой реакции запертой, чтобы всë понять и без слов. Вторая рука стала нежно оглаживать плоский живот Т/и, заставляя ту закинуть голову назад от приятной щекотки. Дань Хэн после каждого, даже маленького, укуса зализывал его своим шершавым языком, словно извиняясь за свои животные порывы. Его ободок с рожками съехали на бок, намереваясь с характерным звуком упасть на пол. Времени было катастрофически мало, поэтому студент, оставляя белую толстовку с красными пятнами на теле возлюбленной, потянулся к краю еë штанов, торопливо растëгивая пуговицы. Он определëнно не хотел признаться в чувствах так; не хотел, чтобы их первая близость была такая, но судьбе не прикажешь, как и гормонам, бурлящих в студентах.       Нижняя часть женской одежды была спущена на пол, пока мужские руки, беря тело девушки под ляжки, заставили Т/и обхватить бëдра парня и прижать ближе к себе. Поцелуи становились всë горячее, возбуждающе, переходя от открытой шее до линии челюсти и виска. Приходилось идти ва-банк, чтобы оба получили достаточно наслаждения в кратчайший срок. Поэтому, как только большой пояс также упал на пол, свободная ладонь искусителя прижалась большим пальцем к клитору, начиная выводить круги на комочке нервов. Из женских уст вырвался внезапно громкий стон, который утонул в излишне мокром поцелуе. Пришлось на секунду оторваться от ласк, чтобы Дань Хэн смог припустить свои стринги и отодвинуть ненужную ткань костюма в сторону, чуть ли не порвав. Позже его фаланги вновь вернулись на чувствительное место студентки, нажимая на него с новой силой. К сожалению, из-за спонтанности всей ситуации, старосте придëтся наплевать на свою ответственность и войти без защиты, рассчитывая лишь на свою быстроту реакции. Это ему жутко не нравилось, но иногда приходилось засунуть свои принципы куда подальше ради своего же удовольствия.       Трясущиеся кисти рук переместили на макушку одногруппника, зарываясь в тëмные локоны и сжимая их от предвкушения. Спина прижималась к холодной стене, неприятно затекая, но сейчас было не до этого.       Организм лишь хотел разрядки, быстрой и резкой, чтобы разум лишний раз не кричал о том, что в любой момент могут зайти. Хотя, по правде говоря, 7 минут наверняка уже давно истекли, а затейники порешили оставить эту парочку одних, лишь услышав приглушённый девичий стон. Стоит их похвалить за то, что они не ешили любопытствовать, заглядывая в кладовку сразу же по истечению времени.       Упругая головка члена пристроилась к половым губам, уже заставляя прогульщицу закусить чужую нижнюю губу от нетерпения и желания. Дань Хэн не мог не улыбнуться такой реакции в поцелуе, перехватывая инициативу и, наклоняя свою голову в бок, углубляя поцелуй. Мышцы перекатывались под бледной коже, когда мужская плоть смогла на половину войти в промежность Т/и. Большой палец всë не переставал крутиться на клиторе, в попытках возбудить девицу сильнее ради безболезненого и более безопасного проникновения. Девичьи соки стекали по ногам, падая на сам ствол, будто смазывая его. Когда брюнет вошëл полностью, девушка разорвала их поцелуй, закидывая голову назад и вновь простонав. Тонкие и уже искусанные уста вновь перешли на нежную кожу, в порыве страсти кусая. Дань Хэн старался начать с медленных, размеренных толчков, но всë пошло не по плану. Вся эта ситуация была тем, что пошло не по плану.       Грубые толчки выбивали из чужой грудной клетки блаженные вскрики, пока уже побелевшие пальцы всë сильнее сжимали угольные волосы, прижимая ближе к шее. Наверняка останутся синяки, метки, укусы, но обоим было как-то всë равно. В висках пульсировала кровь, пока в животе каждого готовы были взорваться фейерверки. Девушка с трудом отодвинула голову старосты за пряди от своей уже изнывающей кожи. В голубых глазах играли черти, что хотели лишь ощутить приятную негу во всëм теле. Студент вновь впился глубоким поцелуем в чужой рот, проводя длинным языком по нëбу. Хотелось больше стимуляций, больше жарких поцелуев и возбуждающих касаний. Хотелось заполучить друг друга полностью до дрожи в ногах.       Как только белоснежные клыки впились в губу партнëрши, та гортанно простонала, выгибаясь навстречу их хозяину, кончая. На кончиках пальцев начало приятно покалывать, пока с ног до головы начала распространяться желанная истома. То, как Т/и сжала его внутри себя, заставило Дань Хэна прорычать в чужие уста, доставая член из лона и кончая на мягкие бëдра. Голова юноши легла на женское плечо, пока двое молодых людей старались перевести тяжëлое дыхание в порядок из-за чересчур быстрого, но долгожданного оргазма. Мужская рука, что всë эта время была на клиторе, наконец-то освободила нервный комок от своих терзаний и перешла на чужую ногу, аккуратно поглаживая, как бы извиняясь за грубость.       — И за это меня тоже прости, милая, — прохрипел студент, целуя прогульщицу в челюсть, — Наш первый раз должен был быть более романтичным. Но я ни о чëм не жалею.       На секунду у девушки появилась мысль, что сегодня староста слишком много извинялся. А ещë, что эти страстные укусы идеально подходят еë хэллоуинскому образу.