Часть 70

      В безмолвной печали прошел новый день. Поспав совсем немного, Юстина снова вернулась к непонятной туманной реальности, где вскоре лишатся жизни двое хороших людей от пожирающей их скверны. Тут же в голове всплывало почерневшее лицо Панталоне, которого однажды удалось спасти от погибели. Это было так, будто бы Глаза Бога втянули в себя всю тьму, поглотили ее светом, после чего погибли, лишившись и света, и тьмы. Звучало вполне себе справедливо и логично.       Решив, что раскисать более одного дня она не имеет права, Юстина уверенно ворвалась в уже знакомый кабинет Доктора, который, кажется, совершенно смирился с тем, что девушка могла приходить в него в любое время. Совершенно на него не похоже.       Внутри было пусто. Скорее всего, Дотторе занимался изучением скверны Чайльда, пока это еще было возможно. Разместившись за столом Доктора, Юстина взяла чистый лист и грифель, после чего начала писать все, что знала из игры и этой реальности о скверне, Белом Гнозисе и архонтах. В голову мало что шло, но потом, вспомнив о Статуе Семи Архонтов, что была подвешена вниз головой цепями, девушка ощутила как близка она сейчас к тому, чтобы найти новое знание, новое толкование старого пророчества и услышанного и увиденного в игре и здесь теперь. Еще давно отыскав в литературе то, как представлялся этому миру Белый Гнозис, Юстина нарисовала его по этому описанию. Это была самая обычная пешка, но будто бы склеенная из двух таких доньями друг к другу.       — Пешки... И это тот самый гнозис, который все так хотят?.. — разочарованно шептала под нос она, глядя на свой набросок. Это был просто карандашный контур с пустотой внутри пешек.       Замерев, Юстина даже прекратила дышать.       Пешки одновременно и черные, и белые. Без черных не было бы смысла в белых, также как и без белых не было бы смысла в черных. И именно пешками играли вышестоящие шахматные фигуры, чьи формы имели гнозисы Архонтов. И Архонты были бы никем без своего главного инструмента – пешки. Именно поэтому такой могущественный гнозис не имел хозяина. В этом и была его сила. Он универсален, всесилен и независим.              

***

             — Хорошо, теперь их не отличить. — переодев гомункулов, довольно констатировала Шисо.       — Да уж... — с сомнением добавила Ариана, смотрящая на другую себя.       — Контролируй ситуацию, понял? — пиро девушка в приказном тоне обратилась к Александро, стоящему позади них.       — Понял. — он закатил красные глаза.       Активировав камень телепортации, девушки исчезли в белом свете, оставив парня наедине со своими спокойными копиями, которых ему придется очень быстро обучить надлежащему поведению.       Оказавшись недалеко от того домика, где Шисо ночевала с Колеи, девушки направились туда, где скорее всего находился Тигнари. И какова была удача, когда рядом с ним они нашли самих аль-Хайтама и Кавеха. Последние о чем-то, по всей видимости, спорили, а Тигнари просто наблюдал за ними.       — Привет! — энергично махнула рукой Шисо, приблизившись на достаточное расстояние к ним.       — Шисо? — уши Тигнари выпрямились в удивлении. — Чем обязан? — он перевел взгляд на Ариану, с которой не был знаком.       — Нам нужно каким-то образом покопаться в мозгах у Ирминсуля, чтобы понять, есть ли там упоминание о нас троих.       Воцарилась странная тишина, стоило ей упомянуть Ирминсуль. Кавех и аль-Хайтам переглянулись.       Секретарь сложил руки на груди с умным видом:       — Зачем?       — Извини, здоровяк, но рассказывать очень долго. От нас троих, возможно, зависит судьба вашего мирка. Ты ведь в курсе, как это сделать?       — Нет. — отчеканил мужчина, на чьем лице не дрогнул ни один мускул.       Тигнари странно посмотрел на своего соседа, но ничего не сказал.       — Но ты же знаешь. — вмешался Кавех, которому было только в радость помешать безделью бывшего друга.       Ариана и Шисо переглянулись, улыбнувшись.       — В таком случае я даже не поленюсь рассказать, зачем нам это.

***

      — Ты должен притвориться этим человеком, чтобы пробраться к Ирминсулю. — спокойно отдал приказ Доктор, вызвавший к себе самый приближенный к своему образу сегмент, который едва ли можно было различить с настоящим Предвестником.       — Будет исполнено.       — И как только ты окажешься там, сообщи об этом мне. Я хочу лично покончить со всем этим. — Доктор широко улыбнулся большими губами, разделенными острой маской, словно кот, предвкушающий вкусный обед свежей рыбой.              

***

             Стоя перед дверью, Альбедо почему-то не мог решиться на этот шаг. Уже несколько минут его действия ограничивались созерцанием деревянной двери в винокурне.       Наконец решившись, парень постучал. Изнутри послышалось ровное «да» голосом Арианы. Оказавшись в комнате девушки, алхимик закрыл за собой дверь.       — Я бы хотел поговорить с тобой.       Девушка сидела на кровати и смотрела на него без каких-либо видимых эмоций:       — Хорошо.       Приблизившись, Альбедо сел не слишком рядом с ней.       — Это касается твоих взаимодействий с клоном.       Он пристально смотрел в зеленые глаза. Ариана кивнула.       — Что ж... После того, через что вы прошли вместе, ты могла бы утверждать, что ты влюблена в него?       — Нет, я влюблена только в тебя. — отчеканила гомункул, запомнив, как выглядит Александро, который мил настоящей Ариане, и совершенно не различая его с Альбедо.       Алхимик шире раскрыл лазурные глаза, глядя в зеленые и пытаясь отыскать в них правду.       — Ты... уверена? — все же его очень беспокоила непоколебимость девушки, которая ей была совершенно несвойственна.       — Уверена. — она улыбнулась, как учила ее Ариана. Это стерло все подозрения Альбедо.       — Это так внезапно, Рина... — он искренне растерялся. — Я ожидал получить совсем другой ответ, но... Я думаю, что мне нужно подумать об этом. Все же мы из разных миров. Ты человек — я гомункул, который не знает смерти и чувств. Эти чувства очень... неудобны в нашем случае, понимаешь?.. Прости, я очень груб. — он попытался смягчить интонацию, но гомункулу, что сидела перед ним, было совершенно все равно. Она все также влюбленно смотрела на него и улыбалась.       — Я понимаю тебя, все в порядке. — она взяла его за руку. — Я не строю ложных надежд.       — Спасибо тебе... — расслабился алхимик, улыбнувшись и обняв гомункула в одежде Арианы.