Часть 8

Первое, что Сенку почувствовал по пробуждении – легкая тяжесть в плече. Почти дежавю с прошлым разом, как он был у Гена. Если забыть о том, что он в другой комнате. И в горизонтальном положении. С последней мыслью перед глазами пронесся вчерашний день. И особенно вечер. Сенку сглотнул, ощутив приливший к щекам жар. Совсем недавно он и подумать не мог, что окажется … здесь. Принимая приглашение Гена переночевать, он понимал, что подобное времяпрепровождение предполагает некоторое тесное общение. Надеялся ли он, что ему предоставится возможность сблизиться с Геном ещё немного? Разумеется! Так, чтобы это не ограничивалось одними только разговорами? Нет смысла кривить душой и отрицать очевидное. Его влечет к Гену, в разных смыслах этого слова. И красноречивым подтверждением этого факта служило становившееся все более сильным напряжение в паху. Стыдоба! Сенку замер и прислушался к ощущениям в теле. Он чувствовал себя неплохо отдохнувшим несмотря на то, что проспал всю ночь в постели не один, что было для него в новинку. Да и плечо затекло не очень-то и сильно, значит Ген только недавно вновь к нему приткнулся. Что ж, так даже лучше. И всё равно необходимо оценить обстановку как следует. Медленно поворачивая голову, Сенку взглянул на мирно посапывающего Асагири. Безмятежное лицо с чуть-чуть нахмуренными бровями, окруженное взлохмаченными от сна волосами, вызывало волну умиления. Не задумавшись ни на секунду, Сенку кончиками пальцев зачесал за лоб белые пряди, едва касаясь мягкой и нежной кожи, немного прохладной даже в этой теплой комнате. Как же ему, бедному, спится в холодные ночи? Мысли о том, что Гена хочется согревать, стали проникать в голову самым коварным образом – вроде бы и ненавязчивые, витающие где-то в уголках разума, но попробуй от них отделаться! Блондин тряхнул головой в попытке вернуть трезвость рассудка. Что ему на самом деле сейчас нужно сделать, так это выбраться из кровати и привести себя в порядок, пока Ген не проснулся и не… Сенку предпочел не продолжать мысль. Что естественно, то не безобразно, но всё равно, не ловкости было бы не избежать. Силясь вытянуть руку, не потревожив чужой сон, Сенку с толикой сожаления выбирался из столь уютного пригретого места. Успешно справившись со столь, несомненно, трудным заданием, он поправил почти сползший с кровати тонкий плед и накинул его на плечи Гена. Взгляд зацепился за поджатые ноги. Замявшись на секунду, Сенку осторожно обхватил одну ступню, движимый исключительно желанием проверить температуру, ничего предосудительного. Холодная, как и ожидалось. Ген, глупый, снял носки во время вчерашнего дефиле, а потом, судя по всему, замотался и забыл надеть их обратно. Ишигами поправил плед, натянув его пониже, и для надежности подоткнул его под ноги. Сквозь сон ощутив прилив блаженного тепла, Ген мягко выдохнул. Сенку замер над ним. Такая невинная бессознательная реакция в ответ на его действие отозвалась где-то глубоко внутри него. Он сдавленно сглотнул. Пора бы ему привыкнуть, что пребывание с Геном постоянно открывает в нем что-то новое. Вопрос, был ли он к этим открытиям готов, остается, увы, без ответа. Убедившись в том, что Ген всё ещё спит, Сенку поспешил ретироваться из комнаты. Прямиком в ванную. Пока уже приведший себя в порядок Ишигами пребывал в мирной утренней суете и в приподнятом настроении пытался найти на кухне что-то похожее на кофе, в одной из комнат под пледом заворочалось взъерошенное нечто, пытающееся продрать тяжелые от сна веки. Бодрости у несчастного вялого создания поприбавилось, стояло учуять запах свежемолотых кофейных зерен. Кажется, от шума кофемолки он и проснулся. И поворчал бы про себя, что, вообще-то, мог бы ещё спать и спать, но мысль о том, что один симпатичный блондин сейчас на его кухне, готовит для них завтрак, желания бурчать как-то поубавилось. А вот улыбаться от уха до уха – ровно наоборот! Потянувшись и сладко зевнув, Ген вновь растянулся на кровати. Голову заполонили мысли о вчерашнем дне. Некоторые детали заставили щёки покраснеть. Но какими бы смущающими ни были обжимания в фотобудке, только подогреваемые поддразниваниями Сенку, или щеголяние перед ним же в совсем непривычных для себя шмотках – он бы с удовольствием это повторил. А может и… Ощутив, как теплеть вслед за щеками начало всё лицо, Ген взлохматил и без того растрепанные волосы, на автомате отвлекая себя и переключая мысли в другое русло. Пора вставать. Сенку, конечно, мальчик хороший – вряд ли станет поднимать Гена с постели, но пора и Гену побыть хорошим хозяином и проявить немножко заботы о своем госте. Это же Сенку к нему пришел, а не наоборот, в конце концов. Лениво потянувшись напоследок, Ген подобрал оставленные у шкафа носки – и надо же было дураку так заснуть – утеплился как следует и побрел тихонько на кухню. Он остановился в коридоре перед входом на кухню, осторожно наблюдая за стоящим за плитой Ишигами. Он сосредоточенно, неторопливо помешивал варящийся кофе, прерываясь, чтобы размять шею до блаженного хруста позвонков. Идиллия! Ген залюбовался такой приятной глазу картиной – утро определенно становилось всё лучше! Асагири со шкодливой улыбкой рассуждал про себя, стоит ли добавить в эту безмятежность немного красок и чуть-чуть подразнить Ишигами. Такой стоический и вместе с тем невозможно очаровательный в моменты смущения, он словно сам напрашивался, это не просто Ген такой вредный. Хотя, стоит признать, они с Сенку друг друга стоят. На ходу прорабатывая детали своего коварного плана, Ген подкрался к Сенку, пришаркивая только в нескольких шагах от блондина, обозначая свое присутствие – не хватало его ещё напугать. По-кошачьи плавно Ген прильнул к спине Сенку, обнимая его за талию: – Доброе утро…, – Ишигами явно хотел повернуться и сказать что-то в ответ, но Асагири его опередил, поведя по шее кончиком носа и оставив на ней невесомый поцелуй, – …дружочек. – Доброе, – неловко пробормотал Сенку. – Как тебе спалось? От елейного полушепота по телу Ишигами пробежали мурашки. А Асагири, наслаждаясь видом кое-чьих очаровательно заалевших ушек, пробежался пальцами по плечам блондина, выбивая его из колеи ещё больше. – Нормально, кхм, – Сенку прочистил горло, пытаясь скрыть нервозность. – Я бы даже сказал хорошо, спасибо. Не стараясь скрыть улыбку в голосе, Ген спросил: – Надеюсь, я тебя не запинал? – Так ты из тех, кто запинывает своих соседей? – попытался отшутиться и сбавить обороты Сенку. Выдержав драматичную паузу, во время которой он снова уткнулся в шею Ишигами, Ген лукаво улыбнулся: – Нет! Пока Сенку пытался вывернуться из объятий, чтобы посмотреть на Асагири, без слов выражая всё свое саркастичное замешательство, Ген хихикнул и первым отошёл от блондина, не позволяя ему сменить царившее на кухне настроение. – Я пойду в ванную, буквально минут на десять, ополоснусь немного, – Ген подмигнул напоследок, и был таков. Только из коридора до Сенку донеслись его слова. – Не скучай без меня. Мурлыча себе под нос незатейливую мелодию, Ген скрылся за дверьми ванной, пока Сенку пытался справиться с едва не пригоревшим кофе. И напрашивающимися картинками происходящего буквально за соседей стеной. Снова это не кстати развитое воображение! В такой ситуации занять руки – лучший выход из положения. За методичной подготовкой к завтраку голова и правда остыла, и разум прояснился. Насколько Сенку узнал Гена за их пускай и не самое продолжительное знакомство – Ген его просто дразнил. А Ишигами повёлся, и противопоставить ничего не смог. Блондин усмехнулся. Над выдержкой ему явно стоит поработать. На кухню Ген пришёл с довольной, но уже более спокойной улыбкой. И глазами смотрел такими честными-пречестными, сама святая невинность. Сенку решил сделать вид, будто ничего не произошло. Когда Ген играет с ним вот так, действуя прямо – Сенку бы даже сказал в наглую – противопоставить ему что-либо или адекватно ответить очень сложно. Вспомнить хотя бы тот раз, когда Ген укусил его в шею, когда они гуляли на болотах. Щеки тут же потеплели. Ну вот, о чем и речь! Так что Сенку как ни в чем не бывало снова бросил короткое «Доброе утро!», под довольный вздох Асагири разлил по кружкам ароматный кофе и разложил по тарелкам то немногое, что успел приготовить. Ген принял правила игры и начал незатейливый разговор. Он спрашивал, понравились ли Сенку фильмы, что они вчера смотрели, и непрестанно хихикал, когда Ишигами отчаянно выдумывал, на ходу сочиняя красочный отзыв о кино, которое он, очевидно, пропустил мимо ушей. Следующие пару часов прошли за разговорами о времени, что они провели порознь. Ген показал ещё кучу фотографий, и Сенку осторожно переводил взгляд с экрана смартфона на его владельца, иногда пропуская показываемые ему кадры. Ведь совсем рядом с ним было по-настоящему интересное, привлекательное зрелище. Когда Ген почти выдохся от непрестанной болтовни, Сенку взял роль рассказчика на себя. В очередной раз затаив дыхание от беззастенчивого смеха Асагири, вызванного какой-то шуткой – спросите у Сенку, что такого смешного он сказал, он и не вспомнит, – он задумался. Когда в последний раз он дурачился, намеренно сгущая краски и, откровенно говоря, преувеличивая в каких-то обыденных вещах исключительно для того, чтобы вызвать чью-то улыбку? А бывало ли такое с ним когда-либо? Голос Асагири затих, Ишигами тоже не нарушал тишину. Они просто смотрели друг на друга, улыбаясь. И им было так хорошо! В разуме Сенку отчетливо вырисовывалась одна мысль – домой ему совсем не хочется. Не хочется покидать Гена, он остался бы здесь ещё на… Он даже не мог придумать какой-то конкретный срок. Ему просто не хотелось расставаться с Геном. – О чём задумался? – спросил Ген, не переставая улыбаться. Сенку глубоко вздохнул, думая, как бы выразить то, что он чувствует. И что ему сказать? Он зарылся пальцами в волосы на затылке и нервозно потрепал их. Это оказалось сложнее, чем он думал. Ишигами отвел глаза в сторону, то ли от смущения, то ли от боязни, что Ген по глазам всё поймёт. Вместо слов он откинулся на спинку кровати, на которой они устроились, тяжело выдохнул и выставил вперёд руки. Ген непонятливо склонил вбок голову. Сенку что-то проворчал и простёр руки ещё шире, помахав ладонями, приглашая Гена в свои объятия. Когда до Асагири наконец дошло, чего от него хотят, он хихикнул тихонько, любуясь румяными щёчками блондина, и склонился к Ишигами, усаживаясь у него под боком. Устроившись поудобнее и умостив голову блондину на плечо, Ген обнял его за туловище и растянул губы в улыбке довольного сытой ленивой жизнью кота, когда почувствовал, как тёплые руки обняли его в ответ. Ген снова вошёл в роль болтолога, избавляя Сенку от необходимости придумывать, что делать и о чем говорить, за что Сенку был ему очень благодарен. Перебирая мягкие, невероятно сладко пахнущие волосы, он слушал успокаивающий, даже убаюкивающий голос. В голову пришла дурацкая ассоциация. – Что-то смешное вспомнил? На Сенку из-под прикрытых ресниц внимательно смотрели сизые глаза. Чёрт, Сенку потерял бдительность. – Я подумал, будь ты суккубом, своими речами ты мог бы усыплять своих жертв. Сенку вот уже попался. И выбираться, кажется, не намерен. В комнате воцарилась тишина. Даже пальцы Гена, порхающие по плечам Сенку, замерли, к его сожалению. Ген будто ждал, что скажет ещё Ишигами. Но тот упорно молчал. Зато улыбка его с каждой секундой становилась всё более нахальной. И пусть когда-то он решил не тягаться с Асагири в подобных играх. – И что это должно значить? – поёрзал Асагири, не до конца уверенный, какую эмоцию по этому поводу чувствовать. И готовить ли какую-то кару для Ишигами, и… – То, что я сказал, – усмехнулся Сенку при виде нахмуренного, но от этого не ставшего менее очаровательным лица. – Мне очень нравится твой голос. Он такой приятный. – Ишигами вплёл пальцы в волосы на двухцветном затылке, пропуская длинные пряди между пальцами. – Очень красивый. – Ладонь провела вниз по затылку, спускаясь к основанию шеи. – Ты весь… – Пальцы подцепили подбородок, поворачивая растерянное лицо ближе к себе. – … очень красивый. Ген оказался к такому не готов. Он по-глупому почувствовал себя загнанным в угол. Ходить вокруг до около было, хмм, весело? Недосказанность в откровенных действиях, суть которых была очевидна обоим, флирт, ласковое подначивание, даже поддразнивание – это было то, к чему Ген привык. В конце концов, обычно он был тем, кто ввергал в смущение и вызывал у других желание спрятать лицо в одежде, чтобы скрыть свои истинные эмоции. Прямое откровение – не совсем то, к чему он привык. Не кривя душой, прямолинейность Сенку ему нравилась. Но сейчас… – Особенно мой большой зад? – отшутился Асагири. … он действовал по старой привычке. И Сенку был готов к этому. Казалось, он вполне ожидал подобной реакции на свои слова и отнесся к ней с пониманием. Но что-то вдруг насторожило Гена, чуйка ему что-то прошептала или интуиция – не ясно. Он вперил свои глаза в Ишигами. Улыбка Сенку была спокойна. До определенного момента. Потом она стала превращаться в оскал, а в алых глазах начал разгораться шалый огонь. Ой-ой. Неужели кому-то сейчас не поздоровится? – Сенку, дружочек, – неуверенно улыбнулся Ген, примирительно выставляя вперёд раскрытые ладони. – Что ты… Гена прервала низкая, хрипловатая усмешка, такая сексуальная, что Ген невольно на неё отвлёкся. И в этом была его ошибка. Раздался взвизг поваленного на лопатки человека. Буквально. Сенку навис над Геном, а Асагири… будь он котом, у него бы наверняка жалостливо пожались ушки – примерно так он выглядел в этот момент. Увы, это его не спасёт. Скорее даже наоборот. – Нет. Нет, нет, нет, – Ген, чёрт возьми, знал этот кровожадный взгляд, знал его! – Сенку, даже не думай! И началось сущее издевательство, да что там – настоящая пытка! Тишину разрезал новый визг, стоило пальцам Ишигами опуститься на чувствительные бока и сжать мягкую плоть. Помня, какой вёрткий Ген, как он сопротивлялся ещё тогда, в первый раз, на Марсовом поле, Сенку сел ему на бёдра, ограничивая возможность двигаться. Вот теперь можно разгуляться. За этим действием тут же последовало возмущение Гена. Правда долго браниться ему не позволили – кличь протеста тут же прервался громким смехом. Что ж. Ген нехотя признал – раньше Сенку, очевидно, его жалел. Или просто действовал не во всю силу. И если в прошлый раз его спасло ещё и то, что рядом были люди, то сейчас – мамочки родные, папочки, прощайте все! – Я понял, я был не прав, – запыхаясь бормотал Ген между приступами смеха. – Я больше так не буду, только опусти-и-и! Ген пытался воззвать к совести Сенку, но всё без толку. Прыткие, ловкие там, где не надо пальцы по ощущениям были везде. И не важно, что нижней части его тела никак не касались – если не считать тушки самого Ишигами – пламя от раздражения кожи разливалось по всему телу. Ох, эти садистские пальцы. Они как будто точно знали самые чувствительные места, куда и с какой силой надо надавливать, чтобы получить сильнейшую реакцию. Стоило животу напрячься от тяжелого дыхания и откровенного хохота вкупе с жалобным хныканьем, Сенку тут же сжимал, надавливал на напрягшиеся мышцы так, что Ген едва не выгибался дугой, но Ишигами надёжно удерживал его на месте, принимаясь щекотать его словно бы с двойным усердием. О, как Ген брыкался, пытаясь вырваться из цепких лап, но его только придавливали к постели так, что выбраться никак не получалось. Чёрт, Сенку явно знает парочку специальных захватов, иначе как можно объяснить то, что эти не самые мускулистые руки держали его так уверено, будто это ничего им не стоило? На деле удерживать его было не так просто, как казалось, но его откровенные реакции пробуждали желание увидеть ещё больше, зайти ещё дальше, что придавало достаточно сил. Пальцы забрались под футболку, действуя совсем не так, как прежде. Не было давления или сжатия напряженных мышц. Их сменили более поверхностные прикосновения, поддразнивание нежной кожи и стимулирование особенно чувствительных мест. Какой бы магией или тайными знаниями от предков не пользовался Сенку – иначе Ген не мог это объяснить – Асагири стало только хуже. Смех сменился на откровенные взвизгивания. От постоянных ёрзаний домашняя футболка задралась до середины груди, но никто не обращал на это внимания. Ген решительно ничего не мог с собой поделать. Как бы он ни старался сдерживаться, он начал захлебываться смехом и частыми поверхностными вздохами, которые скоро переросли в стоны. На возмущения не хватало ни сил, ни воздуха. Он уже не пытался воззвать к совести Сенку. Да и сопротивляться… стал меньше. Прежний бой не на жизнь, а на смерть трансформировался во что-то странное. Против воли он стал меньше бороться с вероломными действиями Сенку, дергаясь скорее рефлекторно. Он и сам не заметил, когда происходящее стало отзываться в нём возбуждением. Это было очень щекотно. Казалось, не только лицо, вся кожа покраснела, с щёк едва не стекали слёзы от постоянного смеха. Это всё ещё было довольно устрашающе, но с реакцией организма он ничего не мог поделать. Или виной всему был Сенку – его горящий взгляд или сильные руки, прижимающие к постели? Говоря откровенно, не только Сенку размышлял о том, что произошло на Марсовом поле, и анализировал свою реакцию. Не с такой глубиной и без попыток найти хоть какую-то информацию о том, что это вообще могло значить, но всё же. Мысль о том, чтобы вновь подвергнуться щекотке вызывала в нем одновременно и боязнь, и какой-то… трепет. Столь открытая, непроизвольная реакция, от проявления которой себя никак нельзя защитить. Остается только ощущение беспомощности. И отданной в чужие руки власти над собственным телом. И это действительно будоражило. Сердце стучало как бешенное. Грудь вздымалась от тяжелых частых вздохов. Сведя брови и зажмурив глаза, Ген прикусил губу, подрагивая всем телом, когда Сенку кончиками пальцев проводил по гиперчувствительной коже на рёбрах и на груди, задевая затвердевшие соски. Такие прикосновения, на самой грани – поверхностные, едва щекотные, заставляли тело дрожать в томительном, опасливом ожидании большего. Это чертовски возбуждало. Ген жалобно всхлипнул, стоило Сенку вновь дразняще пройтись пальцами по животу, поднимаясь вверх, пересчитывая рёбра. Тяжело и глубоко дыша, Сенку внимательно наблюдал за реакцией Гена. Опустив его руки, Ишигами взялся за край задернутой уже по самую шею футболки. Найдя в сизых глазах безмолвное одобрение, Сенку для удобства приподнялся в коленях и окончательно снимая футболку и отбрасывая её в сторону. И заодно позволяя Гену вытянуть из-под себя и ноги тоже, уже порядком затёкшие. Со вздохом облегчения Ген подтянул ноги в коленях и развёл их пошире в стороны, устраивая по бокам от Сенку, усевшегося на том же самом месте. Асагири вновь лёг на постель и немного поёжился. Разгорячённому от щекотки, ему не было холодно, но пристальный, изучающий взгляд, устремленный прямо на него, заставлял его ёрзать. Сенку с нажимом провёл по бледной узкой груди, успокаивая и заземляя. Если сначала Ген напрягся, не совсем уверенный, чего ожидать, то вскоре он расслабился, стоило горячим рукам ласково огладить его живот. Он мягко усмехнулся, когда Сенку с завороженным видом обхватил узкую талию. Что ж, приятно знать, что вчерашнее восхищение не исчерпало себя. Блондин отвлекся на ласкающий слух звук и столкнулся с развязной улыбкой, тут же появившейся на губах Асагири, стоило ему оказаться на более знакомой, предсказуемой территории. – Ты, кхм, – Сенку прочистил горло, придавая голосу больше видимой лёгкости. Ладони опустились на грудь, ненавязчиво цепляя соски. – Ты ласкаешь себя здесь, когда, ну, знаешь… – Нет, – хихикнул Ген, позабавленный зрелищем в лице замявшегося блондина. Увидев вопрошающий взгляд алых глаз, он принялся за объяснение. – Самому это делать не так интересно. Да и чувства при этом какие-то странные. – А если это будет делать кто-то другой? – не оставлял эту тему Ишигами. – Не уверен, – пожал плечами Ген. – Не то чтобы я постоянно практиковал что-то такое. После недолгой паузы последовало ожидаемое: – Можно мне попробовать? – То есть ты только что вот так просто взял и затискал меня самым коварным образом, а сейчас спрашиваешь разрешения? – фыркнул Асагири. – Да, – как-то неуверенно ответил Ишигами. Ген не удержался от ещё одного смешка от этой полувопросительной интонации, но быстро взял себя в руки – в таких ситуациях не стоит затягивать с ответом, а то уверенности в действиях Сенку наверняка станет ещё меньше. – Можно, – Ген улыбнулся неожиданно мягко и тепло. И Сенку накрыло. Не сдерживая порыва, он наклонился вплотную к Гену, но надолго решительности, увы, не хватило, и он замер у самого его лица. Он вздрогнул, почувствовав приятно прохладные руки у себя на шее, обнимающие, побуждающие склониться ещё ниже, Асагири подбадривающе улыбнулся, прикрыл глаза и первым потянулся к Сенку, касаясь его губ своими легко и невесомо. Ген оторвался от него всего на мгновение, чтобы глотнуть больше воздуха, и вновь поцеловал его, поглаживая затылок и заднюю часть шеи. Расслабившись от таких простых, но эффективных действий, Сенку постепенно стал ему отвечать. Чмокнув Сенку в уголок губ, под едва слышимый смех Ген расцеловал его щёки. – Как ты себя чувствуешь? – Ген охватил ладонями лицо Сенку и огладил большими пальцами его скулы. – Хорошо, – Ишигами застенчиво улыбнулся и вмиг принял более серьезное выражение лица. – Хочу ещё. Ген по лисьи сощурил глаза: – Что ж, тогда… Он положил руку на затылок Сенку, сжимая волосы до приятных мурашек. Ишигами блаженно прикрыл глаза, подставляясь под ласкающие руки. – Иди ко мне, – произнёс Ген на выдохе. В этот раз Сенку действовал чуть более уверенно, не только подчиняясь действиям Асагири, но и проявляя инициативу сам, ведь сминать его мягкие губы, о которых он думал уже много дней, было невероятно сладко. Прервавшись на короткий глоток воздуха, Сенку снова припал к его губам, одновременно с этим опуская руку на его грудь. Ген прикусил нижнюю губу блондина, когда тот ненароком снова сделал ему щекотно. – Экзекуция на сегодня закончена, – предостерегающе пожурил его Ген. – Извини, – Сенку примирительно чмокнул его в губы, принимаясь поглаживать его осторожней. Ген мягко выдохнул и прикрыл глаза в наслаждении. Блондин тем времени принял задумчивый вид. – Ген? – Мм? – не открывая глаз, промычал Асагири. – Мы когда-нибудь повторим это? Ген распахнул глаза, уставившись на Ишигами. Пристыженным или неуверенным он точно не выглядел. – Ты! – Ген аж запнулся. – Милый мой, ты обнаглел часом? – Ген хотел казаться строгим и одновременно равнодушным, но щёки его против воли начали краснеть. И это явно не осталось незамеченным пытливым взором Ишигами. Это и кое-что ещё. – Да ладно, тебе не так уж и не понравилось, – губы Сенку растянулись в наглой ухмылке, и он кивнул головой в сторону очевидного возбуждения Гена. – Засранец! – Ген шлёпнул Сенку по плечу, от чего тот только начал смеяться. Ген покраснел ещё сильнее. – Нахал! – Ген, – Сенку перехватил его запястья, и без задней мысли, совершенно не думая, что делает с сердцем Гена, поцеловал оба в нежное местечко, где вены были видны сильнее всего. – Извини меня. – Что? – Ген открыл рот в изумлении от резкой смены курса. – Это и правда был не самый хороший поступок с моей стороны, зная, как ты боишься щекотки, – в этот момент Сенку действительно начал выглядеть виноватым. – Но… Чёрт! Прости, искушение было слишком большим. – Сенку тяжело выдохнул и начал натурально тараторить, выкладывая всё как на духу. – Это невозможно, ты слишком соблазнительный, и у тебя в эти моменты такой чертовски сексуальный смех, я начинаю заводиться только от того, что представляю такие картины, и потом, когда ты сам стал этим наслаждаться, я же видел, мне не показалось… – Так, всё, я понял, – Ген в спешке закрыл рот блондина своими руками. Сенку вопросительно выгнул бровь, но Ген не начал говорить, пока не перевёл сбившееся во время монолога Сенку дыхание. – Твои мотивы понятны, спасибо что поделился. – Фыркнул Асагири, спасая остатки своей гордости, на что Сенку скептично хмыкнул, а Ген в ответ шикнул на него, дескать, я ещё не договорил. – Просто… Красноречие покинуло Асагири. Он не мог подобрать слов в ответ, не мог ничего противопоставить Сенку. По итогу он со стоном откинулся на кровать, закрывая ладонями лицо, признавая капитуляцию. – Не делай так больше без моего разрешения, – пробормотал он робко, всё так же отказываясь смотреть Ишигами в лицо. – То есть, ты не отказываешься от таким, эмм… экспериментов? – осторожно уточнил Сенку. Ген что-то пробурчал и легонько кивнул, поглядывая на Сенку сквозь растопыренные пальцы. – Правда? – Сенку едва не сиял. Ген ещё не видел в этих глазах такого, почти щенячьего восторга. – Посмотрим, как ты будешь себя вести. Пускай Ген такое, кхм, мероприятие, по-прежнему немного его пугало, но смотря в эти довольные глаза… Ах, ну и да, под конец ему и самому стало даже нравиться, чего греха таить. Но Сенку это говорить не обязательно. И пока Ген рассуждал в своей голове, Сенку подобрался к нему и втянул его в новый поцелуй. Асагири промычал возмущенно для проформы, но быстро сдался, отдаваясь в руки Ишигами. Он тихо ахнул, почувствовав короткий ноготок, цепляющий набухший сосок, сменившийся шершавыми подушечками пальцев, сминающих чувствительную плоть. Ощущения и правда странные и всё равно посылающие импульсы возбуждения прямо в низ живота. В какой-то момент трение стало приносить больше дискомфорта, чем удовольствия, отчего Ген неприязненно зашипел. – Больно? – тут же отозвался Сенку. – Нет, не то чтобы, – замотал головой Ген. – Скорее не очень приятно. – Может попробовать со смазкой? – спросил Ишигами. – Если ты не против. Ген задумался. Кажется, это может быть довольно приятным. Да и в конце концов, раз уж выдался такой сумасшедший денёк, почему бы не попробовать и это? – Хорошо, давай попробуем. Ген повернулся в сторону шкафа и указал Сенку, где взять смазку. Пускай Ген и не пользовался ей особенно часто, он всё же предпочитал всегда иметь запас. И наконец-то это ему пригодилось. Растерев смазку между пальцами, разогревая её, Сенку принялся скрупулезно, с исследовательским интересом ласкать грудь Гена, то едва касаясь сосков, скорее играясь с ними, дразня кончиками пальцев, то кружил по ореолам, сминал плоть, перекатывая её между пальцами. И непрестанно отслеживал реакцию Гена, запоминая, что ему нравится больше. Когда такое пристальное внимание стало смущать слишком сильно, Ген притянул Сенку ближе к себе, втягивая в его новый, глубокий поцелуй. Ишигами отвечал ему с охотой, встречаясь с юрким, скользким языком, постанывая от столь необычных, но очень приятных ощущений. Сенку губами ловил тихие всхлипы Асагири, не прекращая ласкать его грудь. Блондин выпрямился, чтобы взять ещё немного смазки из бутылька, который успел отодвинуть в сторону. И заодно полюбоваться видом. – Ах, Сенку, дружочек, ты и правда у нас фетишист, мм? – мурлыкнул Ген. – А ты против? – ухмыльнулся Ишигами. Сенку поперхнулся воздухом и сдавленно простонал, почувствовав весомое прикосновение к своей эрекции. Ишигами устремил вниз свой взгляд. От представшего зрелища его тут же бросило в жар. – Вовсе нет. Ген, по лисьи улыбаясь, бесстыдно оглаживал внушительную выпуклость в паху Ишигами кончиком стопы. – Чёрт, Ген! – Сенку зашипел сквозь зубы, когда пальцы ног невозможно приятно надавили на всё ещё скрытый одеждой член, принимаясь тут же поглаживать длину. – Что такое, милый? – сделав настолько невинное лицо, насколько было возможно, учитывая обстоятельства, Ген лучезарно улыбнулся, ни на секунду не переставая водить стопой по эрекции Ишигами. Его лицо стало ещё более довольным, когда Сенку едва заметно качнул бёдрами, притираясь ещё ближе. Не сводя с Гена глаз, давая возможность оставить себя, отказаться от этой затеи в любой момент, Сенку с трепетом перехватил хрупкую лодыжку, снимая с неё домашний носочек, обнажая узкую стопу с молочно-белой кожей и светлыми, едва просвечивающими венками. И как же чертовски приятно было смотреть на эти привлекательные аккуратные пальцы и видеть на них плод своего труда, осознавать, что он приложил к его красоте руку. Не удержавшись от искушения, он оставил невесомый поцелуй на тыльной стороне стопы, отчего у Гена перехватило дыхание, и сладко потянуло внизу живота. То же самое Сенку проделал со второй ногой. Всё ещё лёжа на кровати, Ген приподнялся на локтях для лучшего обзора. Прикусив губу, Асагири вновь провёл кончиком стопы по всей длине Ишигами, от головки до основания члена, принимаясь поглаживать и массировать мошонку. Сенку даже не старался сдерживать томных вздохов и полных удовольствия, пока ещё тихих стонов. Ген забрался выше, поднимаясь от паха к животу. Нога юркнула под футболку, прослеживая рельеф напряженных мышц туловища, скользя по подвздошным косточкам и, наигравшись на первое время, уютно устроилась на кромке шорт, едва-едва оттягивая пальцами резинку. Сенку смотрел на происходящее, как загипнотизированный, даже дыхание задержал. Хороший знак. Можно двигаться дальше. Ген попробовал нырнуть ещё глубже под одежду, но из-за его положения это было не совсем удобно. – Сенку, милый, – дождавшись, пока Ишигами посмотрит ему в глаза, Ген, едва сдерживая шкодливую улыбку, заговорил приказным тоном. – Сними их. Ишигами едва не поперхнулся воздухом. Он тяжело сглотнул, из-за чего его кадык маняще задёргался. Ох, с этой прекрасной шеей Ген ещё разберётся, но уже, скорее всего, в другой раз. А пока он наблюдал за тем, как Сенку резво, слегка судорожно снял шорты сразу вместе с нижним бельём, для удобства скидывая и футболку тоже, оставаясь перед Геном полностью обнаженным. Словно демонстрируя себя, Сенку сел на кровать, немного разводя согнутые в коленях ноги. Асагири не удержался от того, чтобы окинуть его жадным взглядом. Стройный, даже немного худоватый, но крепкий и жилистый, он был прекрасно сложён. С широкими, на порядок шире, чем у самого Гена, плечами, узкой на контрасте талией, стройными бёдрами и… кхм. Весьма привлекательным членом. Впрочем, его тепло и весомую тяжесть он сегодня уже успел почувствовать, и не раз – при таком тесном контакте эрекцию Ишигами невозможно было не заметить. И у Гена было однозначное намерение ещё пообщаться с ним поближе. А пока он огладил обнаженный и очень горячий член от самого основания до головки, тут же прижимая его к животу всей ступнёй. – Возьми смазку, – указал Ген. Сенку потянулся за смазкой, едва удерживая себя от того, чтобы начать двигать бёдрами. Ген не давал ему по этому поводу никаких указаний, но почему-то ему казалось, что так будет правильно. – Куда мне её налить? – спросил Сенку в ожидании дальнейших указаний. – Мне на стопу. Только будь осторожен, пожалуйста. Постарайся ничего не пролить. Когда Сенку сделал то, что было ему велено, подогреваемый похвалами, он тщательно размазал гель по всей ступне, заодно массируя нежную кожу. Ген томно вздыхал с блаженной улыбкой на лице, поглаживая при этом свободной ногой бёдра Ишигами. Закончив с подготовкой, Сенку с долей сожаления выпустил Гена из своих рук, но сокрушался он недолго. Ощущение размеренно-плавного, невероятно сладкого скольжения вытеснило из головы лишние мысли. И не только лишние. Ген покачивал ногой, то поднимаясь носком вверх по твердому стволу, прослеживая манящие набухшие от притока крови вены, то вновь опускаясь вниз. Всё мировосприятие Сенку постепенно сужалось до одного места, едва не горящего пламенем, когда ловкие пальцы обводили головку, потирали уздечку, дразня столь чувствительное место. От погружения в собственные ощущения Сенку отвлёк тонкий всхлип. Ишигами рефлекторно посмотрел в сторону, откуда до него донесся такой, несомненно, соблазнительный звук. Ген, приспустив пижамные штаны, медленно ласкал себя, стараясь двигать рукой в такт ноге, доставляющей удовольствие Сенку. От представшего вида сердце зашлось в новом приступе удушающего возбуждения. Движения Асагири становились всё более беспорядочными и менее синхронными, тогда к Сенку в голову пришла одна очень привлекательная идея. – Ген, погоди секунду! Тяжело дыша, Сенку отстранился от Гена. Стараясь справиться с затёкшими от сидячего положения ногами, он подполз ближе к Асагири, не удержавшись от искушения чмокнуть его в сладкие манящие губы. – Что такое, мой милый? – тут же обеспокоенно спросил Ген. – Всё хорошо? Грудь Сенку наполнилась теплом от изливаемой на него заботы, и не только в этот конкретный момент. Всю их близость, такую внезапную и закономерно ожидаемую в то же время, Ген улыбался так ласково, был таким открытым и таким понимающим! Сердце затопило незнакомой доселе нежностью, и Сенку втянул Гена в глубокий до горящих от нехватки воздуха лёгких поцелуй. – Всё прекрасно, – утолив жажду поцелуев на первое время, улыбнулся Ишигами. – Я хочу немного поменять позицию, ты не возражаешь? – Всё, что захочешь, душа моя. Под аккомпанемент приглушённого бархатистого смеха Ген ахнул от неожиданности, когда Сенку одним рывком стянул с него штаны. Блондин с восторгом смотрел на Асагири – наконец-то он видит эти роскошные ноги полностью обнажёнными. – Боже, дружочек, сколько в тебе экспрессии, – хихикнул Ген. – Ты только сейчас это заметил? – Сенку выгнул бровь с нахальной усмешкой на губах. – Ну…, – Ген сделал вид, что всерьёз задумался над этим вопросом, но тут же отбросил эти глупости, вовлечённый в новый поцелуй. Он обнял Сенку, поглаживая его спину, и хотел было выгнуться ему навстречу, чтобы прижаться ближе, плотнее, но тут же вспомнил о перепачканной в смазке груди. – Мм, Сенку. – Блондин недовольно замычал, не желая отрываться от его сладких губ, так что Гену пришлось положить ладонь на его рот. – Подожди. – Ген переливчато засмеялся, смотря на недоуменно, почти жалостливо сведенные брови Ишигами. – Я весь перепачкался, подай мне мою футболку, пожалуйста. Только выполнив просьбу Гена, Сенку пробормотал в замешательстве: – А меня ты просил быть осторожнее со смазкой, – и всё равно он внимательно смотрел, как Ген небрежно вытирается своей футболкой. Даже от такого, казалось бы, незначительного контакта, кожа на груди порозовела. Такая чувствительная. Ох, ещё чуть-чуть, и у него слюнки потекут от этого зрелища. – Это было до того, как планы изменились, – повёл плечом Ген. – Какой хитрый, – ухмыльнулся Ишигами. Вместо ответа Ген чмокнул блондина в уголок рта. Сенку уселся под боком у Асагири и, дождавшись, когда он привёл себя в мало мальский порядок, притянул его ближе к себе: – Ген, сядь мне на бёдра. Распознав замысел Сенку, Ген прикусил губу, сдерживая довольную, полную предвкушения улыбку. Не отказывая себе в удовольствии покрасоваться немного, он грациозно поднялся со своего места, изящно перекидывая ногу через бёдра Ишигами. Тот оценил зрелище по достоинству, смотря на Гена с восхищением, близким к благоговению. И это чертовски льстило, чего уж тут скрывать. Сенку с трепетом положил руки на узкую талию, едва сжимая её. – И откуда взялась такая осторожность? – поддразнил Ген, закидывая руки на плечи блондина для большей устойчивости. – Ну же, смелее. Разве мог Сенку не следовать словам, сказанным столь ободряющим и одновременно мягким тоном? К такой интонации он может пристраститься не меньше, чем к другим поразившим его наслаждениям, которые открыл для него этот потрясающий юноша в его руках. И уст Гена раздался подрагивающий вздох, когда горячая рука невозможно приятно, с выверенной силой смяла упругую плоть туловища и тут же переключилась на то, чтобы огладить, а заодно и облапать как следует длинные стройные ноги. – Мм, так гораздо лучше, – Ген мурлыкнул на ушко Сенку, прикусывая мочку. Ген поёрзал на месте и придвинулся ближе к Сенку, усаживаясь на его бёдра и улыбаясь, когда да ушей донёсся полный удовлетворения выдох. Кажется, кому-то нравится, когда сидят на его коленях. И Ген обязательно это запомнит. Асагири огладил красиво очерченную нижнюю челюсть и зацепил подбородок, поднимая голову Ишигами ближе к себе. Он оставил целомудренный поцелуй на высокой скуле и наконец-то обнял его как следует, прижимаясь своей грудью к его груди, чувствуя тяжелое биение сердца. На лице Сенку промелькнуло замешательство, но Ген, догадываясь о его причине, не стал обращать на это внимание. Глубоко вздохнув, словно готовясь к нырянию на большую глубину или прыжку с высоты, он захватил в плен нижнюю губу Сенку, посасывая её, тут же покусывая и зализывая место укуса. Углубив поцелуй, Ген медленно качнул тазом, проехавшись своей эрекцией по члену Ишигами. Сенку несдержанно простонал в поцелуй от новой вспышки возбуждения от столь приятного контакта. Ген повторил это движение ещё несколько раз, доставляя им обоим ещё больше удовольствия. – Чёрт, где же она? Шипя ругательства, Сенку с неохотой отлепился от Гена в попытках найти смазку, ведь той, что осталась на члене Ишигами, стало не хватать для гладкого скольжения. Асагири, очарованный его пылкой несдержанностью, обнял блондина, вплетая пальцы в непослушные светлые волосы. Такая простая ласка немного заземлила его и успокоила, и он с благодарностью оставил лёгкий, целомудренный поцелуй на губах Гена. Отыскав заветный бутылёк, Ишигами налил немного смазки на свою ладонь и обхватил прижатые друг ко другу эрекции, растирая по ним гель. Ген лбом прижался ко лбу Сенку, деля с ним одно дыхание на двоих. Удовольствие накрыло их обоих, комнату наполнили влажные звуки, прерываемые нетерпеливыми стонами. Сенку ускорился, наращивая амплитуду движения. Вдруг Ген тоненько всхлипнул от неожиданности – свободной рукой блондин ухватился за его упругую ягодицу, тут же сминая, впиваясь пальцами в мясистую плоть, переходя на другую сторону, ненавязчиво задевая расселину между ягодиц. Беспомощно хныкая, Ген цеплялся за плечи Ишигами, не зная, куда ему податься, вперёд, где его член так сладко притирался к члену блондина, или назад, где его задницу – следуя заветам самого Гена быть смелее, на что он не смел жаловаться – беспощадно, невозможно приятно тискали и мяли. Сенку пока об этом не знал, но Гену очень нравилось, когда с его задницей не нежничали. Хотя, слушая весьма красноречивые стоны Асагири, Ишигами явно об этом уже догадался. Мозг, по ощущениям, уже начал плавиться от окутавшего со всех сторон тепла и возбуждения, и справляться с ним Ген уже был не в состоянии. Он просунул руку вниз между их телами и обхватил их эрекции с той стороны, до куда не дотягивалась ладонь Сенку. Они встретились друг с другом взглядом и потянулись вперёд, впиваясь несдержанным, мокрым поцелуем. Никто из них не смог бы сказать, кто кончил первым. Их сплетённые пальцы окропило спермой, стекающей с прислонённых друг ко другу головок густыми каплями. Оба двигались по инерции до тех пор, пока не закончились силы и не спало марево возбуждения. Сенку первым откинулся на кровать, утягивая Гена за собой. Тот, неловко кряхтя под выдохшийся смех Ишигами, разогнул ноги из неудобной позы, вытянул их до приятных мурашек во всём теле и уже привычным образом улёгся Сенку на плечо. Устроившись наконец в удобной расслабленной позе, он с блаженной улыбкой на губах прикрыл глаза. Обоим нужно было перевести дух, и они лениво валялись на постели, – сил хватило только на то, чтобы утереться всё той же несчастной футболкой, – переплетя пальцы, иногда рассказывая невпопад какие-то глупые шутки и так же лениво над ними хихикая. – Сенку, дружочек, признайся, – Ген пальчиком тыкнул в щёку Сенку. – Таков был твой план с самого начала? – О чём ты? – недоумевающе спросил Сенку, перехватив его руку и осыпав костяшки пальцев лёгкими нежными поцелуями. – Защекотать меня, выбить из сил, а потом соблазнить, – Ген перешёл на драматичный шёпот. – Чёрт возьми, ты раскусил меня, – досадливо цыкнул Сенку, но долго оставаться в роли у него не получилось, он почти сразу же засмеялся. Отсмеявшись вместе с ним, Ген улыбнулся легко и непринуждённо: – Как ощущения? – деликатно поинтересовался Ген. Сенку задумался на мгновение. Стоило гремучему коктейлю из разных гормонов утихомириться, на смену похоти и возбуждению пришла незнакомая ему до этого момента нега, почти эйфория. И в голове было непривычно пусто, обычно буйный поток мыслей тёк вяло, но это нисколько не напрягало, скорее наоборот. – Прекрасно, – вынес Сенку краткий вердикт. Ещё лучше становилось от вида лучистых глаз, смущённо смотрящих на него в ответ. – А ты как? Я, ну… нигде не перестарался? Ген не сдержался и прыснул в кулак. – Что такого я сказал? – Нет-нет, ничего, – махнул рукой Ген и тут же примирительно поцеловал Сенку в щёку. – Просто я снова вспомнил, с чего всё началось. Сенку невозможно очаровательно насупился, и Ген не сдержал порыва снова поцеловать блондина, на этот раз уже в губы. И чтобы точно его успокоить, горячо шепнул на ухо «Всё хорошо» и снова лёг ему на плечо, обнимая за туловище и переплетаясь нижними конечностями. Сколько времени они пролежали вот так, никто из них не смог бы сказать. К сожалению, эта идиллия не могла длиться вечно. Нарушителем спокойствия оказался телефонный звонок Гену, а точнее пытающийся связаться с ним приятель-одногруппник. Оказалось, что тот вернулся в город после своего почти двухмесячного отсутствия, и теперь звал гулять. Первые секунды Асагири колебался и повернулся неуверенно в Сенку, слышавшему их разговор. Ишигами хоть и выглядел немного расстроенным, шёпотом говорил Гену, что он может идти, если хочет. И тогда он со спокойной душой согласился. Правда времени на сборы ему назначили совсем немного. Он и начал возмущаться, но его собеседник уже сбросил трубку, так что Асагири только и оставалось, что бурчать себе под нос «Ну ничего, я ему за это ещё устрою взбучку». Так что обоим пришлось вставать, борясь с ленью и желанием понежиться в объятиях друг друга ещё немного. – А сегодня пасмурно, – отметил Сенку, пока натягивал на себя одежду. Кажется, он только сейчас обратил внимание на то, что твориться за окном. – Боишься замёрзнуть? Ген тоже подошёл к окну, с интересом смотря на то, как улица живёт свою жизнь. Ну точно кот, наблюдающий за птичками. Сенку усмехнулся про себя – ну вот, он снова пришёл к тому, что сравнивает Гена с животными. А на котёнка он и правда похож. Не хватает только ушек, они бы ему очень пошли, ну и разве что ещё хвостика. Кхм. А вот тут мысли начали идти куда-то не в ту сторону. Блондин тряхнул головой. – Нет, я теплокровный, – хмыкнул Сенку. На языке так и плясали слова «В отличие от некоторых». – Но подаренное тобой хаори всё равно будет кстати. Сенку заметил, как Ген смущённо улыбнулся при упоминании его подарка. Теперь он точно не снимет хаори, даже если в нём станет жарко. Асагири медленно, даже немного робко – Сенку невольно задался вопросом, это точно тот же самый парень, что совсем недавно бесстыдно вытворял всякое своими ножками? – приблизился к блондину и обнял его за талию, целуя так сладко, так нежно, что из груди против воли раздался тихий стон. Как же ему хотелось в этот момент прижать Гена ближе к себе и поцеловать как следует, но им, вообще-то, нужно было собираться. Исключительно благодаря силе воли, Сенку проигнорировал недовольное мычание, которое издал покинутый Асагири. – Нам уже выходить пора, – напомнил Ишигами, едва удерживая себя от того, чтобы потрепать мягкую округлую щеку Асагири. – Да знаю я, – надулся Ген и с несчастным вздохом продолжил собираться. Дальше всё пошло легче. У Гена ушло некоторое время на чтобы, упаковать всю необходимую мелочь – да, дружочек мой, я правда собираюсь взять всё это с собой, оно может пригодиться, да, и это тоже, – и Сенку выгодно им воспользовался в попытках уложить непослушные волосы в пучок, который вчера вечером, а точнее уже ночью, ему делал Ген. Получилось более-менее сносно, да и вместе с хаори смотрелось неплохо. А Ген так и вовсе чуть слюной не подавился от этого зрелища. Даже добавил пару фото в свою коллекцию. Было принято решение дойти вместе до ближайшей станции метро, а там уже каждый отправится куда ему надо. Сенку замечал, что окружающие поглядывают на них с Геном, что его, на самом деле, не сильно удивляло – со своей роскошной шевелюрой Ишигами привык к подобному, у Гена тоже была необычная внешность, а в тандеме они тем более наверняка смотрелись весьма колоритно, но… Кажется сам Ген нервничал. То делал вид, что ничего не видит, то наоборот, кидал украдкой недовольный взгляд на улыбающихся в их сторону девушек. Ген явно думал, что Сенку этого не заметит. Что ж, заметил. – Всё в порядке? – спросил Ишигами так тихо, чтобы окружающего его не слышали. – Что? – хлопнул ресницами Ген. – О чём ты? – Ты как-то странно себя ведёшь. – В каком смысле? – Ну, – Сенку почесал затылок, пытаясь подобрать слова. – Ты вдруг стал каким-то хмурым, раздраженным даже. – Неуверенно предположил Сенку, отслеживая реакцию Гена на свои слова. По его лицу трудно было понять, о чём он думает. – А ещё ты сурово посмотрел на девушку, которая нам помахала, как будто хотел её отчитать. – Тебе помахала, – едва различимым шёпотом пробормотал себе под нос Асагири. – Что? – переспросил Сенку, не до конца уверенный в том, что услышал. – Ничего, я просто возмущён тем, сколько на улице сейчас народу, – активно жестикулируя, всей своей сущностью, то есть актёрской натурой, выражая праведное негодование. – Вроде рабочий день, а набежало их… Сенку вполуха слушал его восклицания. И анализировал. Ему ведь правда не послышалось? Ну помахала ему девица какая-то, и что с того? Проходя через турникеты, он оглядывался на людей вокруг, всматривался в то, как они себя ведут, обращал внимание на то, о чём разговаривают. И вдруг в его голову пришло одно предположение. – Ты что…, – Сенку развернулся к стоящему на эскалаторе ступенькой выше Асагири. – …ревнуешь? Тишину между ними разбавляли гул толпы, скрип механизмов и рёв проезжающих по тоннелям поездов. Сенку пристально смотрел на Гена и отчётливо видел, как по его щекам расползается румянец. Асагири жевал губы и что-то бормотал, отведя глаза в сторону. Очень красноречивый ответ. Сенку изо всех сил сдерживал расползающуюся скалистую улыбку. Получалось у него, впрочем, неважно. Он поставил одну ногу на ступеньку, на которой стоял Ген, придвигаясь к нему ближе, теснее, так, чтобы проезжающие рядом люди не видели их сцепленных рук. Были бы они сейчас одни… Как назло, поезд приехал почти сразу же, как они сошли на платформу. Всё то непродолжительное время, пока они ехали вместе, Сенку рассказывал о том, какой материал он планирует в ближайшее время проходить со своей юной ученицей. И хоть расставаться всё ещё не хотелось, оставшийся до дома путь Сенку шёл в приподнятом настроении. Он невольно возвращался к событиям этого утра, хоть и запрещал себе это делать, пока не войдёт в квартиру, иначе не избежать ему некоторых казусов. Он решил отвлечься на размышления о планах на ближайшее будущее, о скором походе в театр… Сенку встал как вкопанный, из-за чего на тут же едва не налетела недовольная жизнью тётенька. Но ничего, кроме брошенного вскользь извинения она не получила – Ишигами полностью погрузился в свои мысли. Он метафорически хлопнул себя по лбу. Театр! Решив уладить вопрос, пока он о нём помнит, Сенку тут же полез за телефоном, радуясь тому, что тот ещё не сдох без зарядки, и набрал Асагири: – Сенку? – с той стороны раздался озадаченный голос. – Дружочек, что случилось? Ты забыл что-то? – Да, то есть нет, то есть…, – Ишигами мысленно дал себе затрещину и глубоко вдохнул, успокаиваясь. – Ты ещё не встретил своего друга? – Пока нет, этот засранец опаздывает, – раздражённо фыркнул Ген, тут же высказывая в его адрес пару ласковых. – Торопил меня, а теперь сам задерживается! Ладно, не важно. Что ты хотел у меня спросить? – Помнишь, я рассказывал тебе про билеты в театр и с собой звал, ты тогда согласился, и в общем..., всё в силе? – Сенку пытался понять, откуда в нём взялась эта нервозность, и почему он так взволнован, но пока не мог дать себе ответ. – Аа, – протянул Ген и вдруг засмеялся. – Знаешь, я ведь тоже хотел с тобой об этом поговорить, но совершенно забыл. Как хорошо, что ты вспомнил. Весть о том, что Ген тоже думал об этом, разлилась в нём теплом с примесью сладкого предвкушения. – Моя староста говорила, что пока на этой неделе у нас никаких мероприятий не планируется, но я всё равно ещё за день-два снова напишу тебе, тогда скажу наверняка. Но знаешь, дружочек, – мурлыкнул Ген. – Я приложу все усилия, чтобы всё получилось. Сенку выдохнул с облегчением. И кажется, он снова улыбается. Он хотел было попрощаться с Геном и пожелать ему хорошей прогулки с другом, как вдруг по ту сторону телефона снова раздался голос Асагири: – Но у меня есть одно условие, – безапелляционным тоном заявил Ген. – Какое? – уточнил Ишигами. Сенку явно насторожился, но решил не делать поспешных выводов, позволяя Гену озвучить то, что он хочет, и… – Это будет считаться свиданием. … он не ошибся. – Хорошо, – мягко выдохнул Сенку. – На такое условие я согласен.