14. Я тебя больше не брошу

Малинин сидел все на том же стуле, поджав к себе одну ногу. Способ спрятаться и начать разговор с некого безопасного расстояния. Он боялся все испортить и сделать еще хуже. Хотя то, что сказал пару минут назад Гуменник до сих пор не отпускало. Вроде он радоваться должен, а в груди только жжет страх неизвестности и того, что это все снова посчитают ошибкой. На улице уже было темно и мрачно. Тучи справлялись со своей задачей, скрывая лучи солнца, делая небо более угрюмым. Маленькие капли все еще стучали по стеклу, но уже не так громко, как это было ещё два часа назад, когда к нему в квартиру вбежала Лью. Юноше было так стыдно, что он заставил своих друзей испытывать такой стресс. Он чувствовал себя последней мудотой. Кофе в чашке уже остыл, так и оставшись нетронутым. Петя сидел напротив, на таком же стуле, но их разделял круглый стол. Будто некий барьер, который в случае чего мог послужить защитой. Начать первым разговор никто не мог. Почему? То ли страх показаться навязчивым, то ли боязнь сблотнуть лишнего. В комнате был только звук холодильника, часов и двух сердец, которые неосознанно подстроились под ритм друг друга. Тишина давила, казалось, что она была осязаемой, проведи рукой и сможешь ее пощупать. Илья все таки сдался, понимая, что если кто нибудь не начнет диалог, то это затянется снова, убивая каждого изнутри. -Петя, - почти шепотом начал он. Имя все равно прозвучало, как гром среди ясного неба. - Я.. - он не знал с чего начать. Как подступиться. - Как ты эту неделю прожил? -Я не спал всё это время. - ответил также тихо парень. -Почему? Ты злился? -Нет, не злился. Ну может только на себя. А так, нет. -Так и почему же? - спрашивал Малинин, продолжая разговор. -Потому что тишина между нами убивала сильнее, чем тот.. Чем тот поцелуй. Илья опустил глаза на кружку. Кофейная пенка уже растворилась, оставляя слабые следы. Потом посмотрел на пол, окно, но взгляд все равно оказался на Пете. Все те же растрепаные волосы, уставшие глаза, острые скулы, губы чуть сжатые в тонкую полоску. Гуменник посмотрел на него в ответ. В его взгляде тоже были переживания и страх. Внутренние демоны поглощали их изнутри. -Почему ты поцеловал меня тогда? - спросил брюнет, чуть склоняя голову в бок. Он рассматривал лицо Ильи в свете уличных фонарей. Одна часть его лица была поглощена в темноту, а вторая в теплом желтом свечение. Одна радужка казалась тёмно-синей, почти бездонной, а другая лазурная, будто цвета тиффани. Кудри торчали в разные стороны, а губы чутка приоткрыты. -Я испугался. - честно ответил блондин. -Чего? -Я.. Тот поцелуй.. Я не хотел переходить черту. Рушить ту стену, которую выстраивал. - честно начал выплескивать свои чувства Малинин, дергая маленький заусенец. - Я просто испугался. Испугался того, что если не сделаю этого сейчас, то навсегда останусь для тебя просто старым другом. А я не мог. Я больше не справлялся с ролью просто друга. Я боялся за тебя. -За меня то почему боялся? Я же не делал ничего такого, что могло бы.. - Гуменника перебили, не давая договорить. -Я боялся, что если подпущу тебя слишком близко, то разрушу тебя, испорчу. - шептал юноша. - Нанесу вред или потерял контроль над своими чувствами и эмоциями, а это вылилось бы все в гораздо большую проблему. -Ты пытался уберечь меня от тебя? - догадался парень. -Возможно. -Илюша.. Ты бы не сделал мне хуже своим признанием. -А то что сейчас происходит, это разве не «хуже»? -Хуже, - согласился он. - Но.. -Вот именно. Тот вариант был бы ещё хуже, а из двух зол я выбрал более безопасную. - ответил блондин, опуская взгляд в пол. - Я ещё накрутил себя тем, что ты весь идеальный, правильный, ещё и религиозный. -Да. Наверное ты прав, хотя.. Я не боюсь. -Не боишься чего? Петя, я по твоим глазам вижу, что тебе страшно. Ты испуган. Но чего? -Не знаю, может непринятия со стороны других, осуждение общества, веры. -Но я ведь не предлагаю тебе признаваться в этом всем сразу. Мы можем держать наш секрет только между собой. -Я не думал так. Ты ведь медийная личность, да и я тоже. За нами везде следят, одно неловкое прикосновение и всё. Интернет взорвется. Нас и так с тобой в тик токе уже сводят, да сейчас слабее, но тогда, после концерта, это был настоящий кошмар. Мне каждый день звонили с выше и спрашивали, что за херня происходит. А я не знал, что отвечать. Что, мол, извините, но я просто очень скучал по близкому человеку, которого не видел пятнадцать лет? Они бы не поверили. Приходилось ждать пока это утихнет. Я не говорю, что нам надо прекратить общаться, нет! Просто.. -Просто у нас проблема одной медали. - подытожил Илья. -В плане? -У меня страх перед тобой. Ты боишься Федерации, своей религии и осуждения. Но нас объединяет страх неизвестности. Мы просто два сломанных человека, которые нашли друг друга и не понимают, что с этим делать. -Ты прав. - тихо согласился Гуменник, вставая со стула, подходя ближе к Малинину. Он сел перед ним на корточки и аккуратно взял в руки его ладони, поглаживая костяшки пальцами. Их глаза встретились. В них больше не было боязни, а только чистое непонимание того, что будет дальше. Вроде они поняли проблему, но не нашли её решения. -Илюш. -М? -Может, - в горле фигуриста резко пересохло. - Может мы сможем попробовать? -И ты не боишься настоящего меня? Общества? -Ангел мой, ради тебя я готов встать против всего мира. Да, мы не знаем как это будет, и, наверное, очень сложно, но мы не будем проходить это по одиночке. А вместе. -Ты уверен? - недоверчиво спрашивает Илья, глядя в темные бездны. -Увереннее, чем перед заходом на четверной. Юноша улыбнулся уголками губ впервые за долгое время. Он осторожно потянул на себя Петю, тоже вставая со стула. Стоя посреди ночи на кухне, где пахло кофе и травмами, билось два сердца в унисон. Между ними было совсем небольшое расстояние в пару сантиметров. Илья смотрел на лицо, которое освещали фонари с улицы и не мог налюбоваться. Прямой нос, небольшой румянец, густые ресницы, которые немного трепетали, чуть приоткрытые пухлые губы. Юноша осторожно поддался вперед, сокращая дистанцию. -Можно? -почти в губы, прошептал он. -Можно. И в следующую секунду коснулся его слабой полуулыбки. Поцелуй вышел смазаным, почти невесомыми, будто проверяющим границы дозволенного. Но к удивлению вокалиста, инициативу стал брать на себя парень напротив. Он чуть-чуть углублял поцелуй, выпуская ладони, перемещая свои руки на талию. Петя нежно поглаживал её пальцами. В этих действиях не было никакой пошлости, а лишь облегчение и принятие всего, что только что произошло.

***

В окно пробивались лучи восходящего солнца. Открытая форточка впускала звуки и запахи с улицы:Асфальт после дождя, шелест листьев, редко проезжающие машины, пение птиц. Питер потихоньку просыпался после сна. Хотя кто-то даже и не ложился. Они до сих пор сидели на небольшой, но уютной кухне, попивая чай, кутаясь в один флисовый плед. Ночной разговор шёл долго, тягуче, обволакивая их. Парни обсудили всё, начиная от внутренних терзаний, до того, что теперь им делать. И если честно, то оба чувствовали такое дикое облегчение, будто с их души упал огромный камень стыда и страха. Они не будут спешить говорить об этом кому-то из близкого круга, пока нет. Это будет их самое сокровенное и тайное, что будет скрыто ото всех. Петя одной рукой гладил открытое плечо Малинина, который сидел рядом с ним, прижимаясь боком, нуждаясь в ласке, как кот. Тишина больше не давила, а только дополняла утренний рассвет, который красил всё в розово-оранжевые цвета. -Ты сейчас замурчишь. - сказал Гуменник, куда-то в волосы Ильи. -А разве это плохо? - спросил юноша, поднимая глаза на парня. Под ранними лучами солнца он выглядел иначе. Если еще ночью Петя казался недоступным, запретным, отстраненным, то сейчас все было иначе: Тёплый, домашний. И, кстати, почему то только недавно вокалист заметил, что фигурист всё это время был в штанах с хелло китти, которые были похожи на его, но другой расцветки. Это улыбнуло. Такая комфортная атмосфера давала ощущение спокойствия и безопасности, будто в мире нет проблем, а времени не существует для них двоих. Не хватало кошек блондина для полной картины, чтобы те лежали у них на коленях, тихо мурча. Эту идиллию прервал звонок телефона. Малинин понял, что это его. Он нащупал устройство в кармане джинс, смотря, кто же ему звонит. Это была Лиза. Юноша не понял почему в такую рань ему звонит сестра, так ещё и помня, что брат пока в полной не зоне доступа. Он посмотрел на Гуменника, который лишь кивнул, говоря, мол, возьми, ей надо услышать твой голос. Илья снова мягко улыбнулся, беря трубку. -Да? - спросил он. -Ответил все таки. - девочка будто выдохнула. - Ты живой вообще? -Да. Живой. -А что же отстранился тогда? Всё в порядке? Может помочь с чем-то? -Всё хорошо, честно. Просто, период был не самый.. Лучший. -Точно? -Точно. -Не сильно тебе верю. Включи видео, мне надо понять, что ты не врешь. - голос Малининой прозвучал настойчиво, без доли шутки. Юноша опешил от такого, моргая пару раз, наблюдая за реакцией Петра, который все слышал. Он задал немой вопрос, куда можно отойти, чтобы она не заметила смены обстановки. Парень лишь пожал плечами, немного закусив губу. -Ильяяя. - протянула младшая в трубку. - Если ты сейчас не покажешь мне себя, то я пойду уже звать тяжёлую артиллерию. -Не надо никого звать. - затараторил он, будто нашкодивший подросток, который скрывался дома у возлюбленного от родителей. - Сейчас переключу. Малинин выпутолся из пледа, быстро вставая на фоне окна, чтобы хоть как-то подстроить вид под свою квартиру. Пальцы немного подрагивали, нажимая значко камеры. -Вот он, наконец-то. - сказала девочка, улыбаясь в камеру. - Ты спал вообще? Под глазами синевы больше, чем у тебя в глазах. -Спал, честно. - ответил юноша, но зевок говорил обратное. -Ну-ну, поверю. - закатила глаза сестра. Но в какой-то момент она прищурилась, придвигая экран телефона ближе. - А ты не один что-ли? -Чего? - ошеломлено спросил блондин. -Ну у тебя в окне отражается кто-то. И в правду. В стекле было видно размытое отражение брюнета, который сидел, укутанным в плед. Илья потупил взгляд сначало на сестру, потом на Петю, а потом и на окно. В горле встал ком, а губы сжались в тонкую линию. Фигурист, который заметил это, осторожно встал со стула, подходя ближе к вокалисту, но в полезрение камеры не попадал. Он одними губами прошептал: «Может меня покажем? Скажем, что в гости зашел. » Юноша немного подумал, понимая, что Лиза видела силуэт и отмазываться смысла нет. Он лишь вдохнул и на выдохе слабо кивнул, почти незаметно. -Привет. - поздоровался брюнет, заходя в кадр. - Ты ведь Лиза? Помню тебя с концерта Ильи. -Вот это прикол. - присвистнула младшая. - Ты у него что-ли? -Эм.. Да, - неловко как-то сказал Малинин. - Ночевку устроили, из-за.. -Из-за того, что у меня тур скоро и мы долгое время не увидимся. - вклинился Гуменник. Илья на это лишь активно закивал. -А, понятно. - ответила девочка. - Ты смотри за ним, пожалуйста, - она обратилась к Пете. - А то я волнуюсь за него и мама с папой тоже. -Обещаю, с ним все будет в порядке. - улыбнулся парень. -Спасибо тебе. - младшая посмотрела на часы, корча гримасу удивления. - Ой, уже четвёртый час, ладно, мне спать надо. Спокойной ночи. Илья, за тобой следят если что, так что спи. Понял? -Понял-понял. - пролепетал юноша. - Сладких снов, мелкая. Звонок завершился. -Слышал, что тебе сказали? - повернулся к Илье Петя. - Спать пора. -Хорошо, лягу. - улыбнулся он. - Только соберусь и пойду. -В смысле? Ты не останешься? - удивленно спросил парень. -Да нет наверное. Тебя теснить, ещё и пижамы нет. -Ты не стеснишь меня, поверь. А пижама, - он задумался. - Могу футболку свою дать какую нибудь и шорты. Малинин сначала улыбнулся уголками рта, а потом захихикал. -Хорошо, - согласился юноша. - Но домой я все равно сбегаю потом. Кошек покормлю и возьму нормальную пижаму. Ты ведь не против? -Нет, не против. - нежно прошептал Петя, обнимая Илью.

***

На студии часы показывали уже десятый час. Алиса стояла и настраивала свою гитару, как вдруг со спины её обняли. Девушка сразу поняла, что это была Петросян, которая приехала вместе с ней. У фигуристки сегодня не было никаких планов, поэтому она решила провести день с любимой. -Ты сегодня нервная, все в порядке? - спросила брюнетка встревожено. -Наверное. - ответила она. -Почему наверное? - Аделия решила устроить распрос, чтобы узнать причину такого настроения у своей партнерши. -Ну.. - начала Лью. - О таком обычно не распространяются, но тут такой прикол.. Помнишь я почти в двенадцать ночи домой приехала? - фигуристка лишь кивнула. - Так вот, мы с Эмбер, Мишей и Владом ездили к двум нашим молчунам. - Петросян сразу поняла о ком идет речь и продолжала молча слушать. - Оказывается эти придурки не разговаривали неделю из-за.. Поцелуя. Прикинь, просто поцелуя! Всё это время они игнорировали всех из-за своих страхов! -Ну мы не имеем право их осуждать, ведь так? - спокойно говорила брюнетка. - Ты нас вспомни в первое время. -О.. Ну ты права.. -на гитаристку нахлынули воспоминания.

Год назад

Алиса тогда уже перешла на третий курс, когда в их университет поступила Аделия. Девушку сразу приставили к Лью, так как так была директором студ совета, да и еще быстро находила общий язык с людьми. Она сразу пригляделась к ней:Низкий рост, миниатюрное тело, темные волосы, густые ресницы и почти чёрные глаза. И эти глаза, с той встречи, она бы не спутала ни с чьими либо другими. У остальных они были какими-то обычными, а эти прям светились. Петросян, конечно, в первое время вела себя тихо, стараясь не привлекать внимания к своей персоне. Басистка не знала почему, поэтому решила спросить у Изабо, с которой она тоже довольно таки быстро сдружилась, а та в свою очередь, нашла общий язык с брюнеткой. -Так она же фигуристка, довольная известная между прочим. - как-то сказала Левитто. - Естественно ей не нужно лишнее внимание. -Так вот оно что. - протянула девушка. И после того разговора, Алиса начала как-то по особенному относится к Аделие. То конспект даст переписать, то тему объяснит, которую фигуристка пропустила из-за тренировки. И так прошло немного времени, за которое они стали очень близки. И в один из дней, Лью поняла, она чувствует что-то иное к ней. Девушка сразу поняла, что влюбилась и не стала это отрицать. Но осознание этого её убивало. Гитаристка боялась лишний раз подойти к Петросян, показавшись навязчивой, а та совсем не понимала изменений в своей лучшей подруге. И во время одного из разговоров, брюнетка спросила: -Почему ты избегаешь меня? Вопрос прозвучал, как выстрел. За окном подула метель, а снег, с голых деревьев, полетел вниз. -Я.. - гитаристку тогда бросило в маленькую дрожь. То ли от холода, то ли от страха раскрыть правду на эмоциях. -Я что-то не так сделала? -Нет! -воскликнула она. - Дело совершенно не в тебе! -Так в чем же? -Дело во мне. Аделия склонила голову по птичьи. Её волосы упали с плеча, а свет от настольной лампы заиграл с густыми прядями. Лью тогда не смогла держаться и сквозь слезы рассказала всё. От первых эмоций и переживаний, до страха быть навязчивой. И Петросян её не оттолкнула, а только прижала к себе в нежный, почти детских, объятиях, тихо шепча куда-то в макушку, что той не о чем переживать, ведь её чувства взаимны.

Нынешнее время

-О чем задумалась, милая? - спросила Петросян, разрывая тишину. -Да так, вспомнила тот декабрь. - слабо улыбнувшись, ответила она. Аделия лишь развернула её к себе и притянула в нежный, сладкий и успокаивающий поцелуй. Девушка осторожно, со всей лаской и любовью, сминала губы возлюбленной, шепча самые теплые слова. Лью тоже проявляла инициативу, прижимая фигуристку ближе к себе. Гитаристка до сих пор была счастлива, что в тот зимний вечер она нашла силы в себе признаться, ведь если бы она этого не сделала, то сто процентов не стояла бы сейчас в объятиях самого дорого для неё человека.