1. Тайные встречи и поклонники

Неформальные встречи были необычным явлением для «ВесельяЧас». Обычно уставшие после смен работники спешили уйти, иногда заглядывая в бары и пабы и напиваясь до беспамятства по пятницам. У многих из сотрудников вряд ли вообще появлялось желание и время для прогулок, будь то с семьей или друзьями. И все же по стечению обстоятельств, он и Стелла оказались в городском парке по середине недели в ночь. Высоко на небе игриво поблескивала луна, бросая свои бледные лучи на теплые фонарные столбы, рядом с которыми вились мошки. В траве беспрестанно стрекотали насекомые. Они то и дело мелькали маленькими пятнышками с травинки на травинку. На шее Стеллы был завязан узорчатый, шелковый платок, прикрывающий ключицы и горло. Его редко дергано поправляли. Каблуки туфель неровно стучали по камням аллеи, а голени часто неестественно сворачивались, когда под невысокую шпильку попадались неровные сколы. Эдди был здесь, чтобы вовремя схватить ее за локоть. — Боже мой, скоро я буду носить только кроссовки. Хотя бы не буду тянуть лодыжки каждую неделю, — пожаловалась Стелла, в очередной раз едва не упав. Она вцепилась в локоть Эдди и, прижимая ладонь ко лбу, остановилась. — Как думаешь, пойти босиком будет очень плохой идеей, или очень-очень плохой идеей? — Думаю, вам не стоит пробовать, — Эдди медленно шагнул вперед. Из-под трости с треском вылетела мелкая шебенка. — Да-да, ты прав… Фу. Извини, что порчу прогулку такими пустяками. — Все в порядке. — Правда, я же сама себя выдернула, а тут… — Не разбрасывайтесь извинениями, мисс Грейбер, — прервал ее Эдди, невольно потянув локоть на себя. Чужая рука тут же отпустила его. Стелла вздохнула, поправила платок на шее и неуверенно зашагала вперед. — Может быть, в исследовательском отделе что-то новенькое? Я слышала, доктор Сойер в последнее время подозрительно тих. — Доктор в ведении доктора Уайта, а не моем. Тем не менее… Эдди поднял глаза к небу. Луна кокетливо подмигнула из-за лениво плывущих облаков и верхушек деревьев. Он опустил глаза. Стелла снова споткнувшись ойкнула и неаккуратно взмахнула руками. Предложив ей руку, Эдди остановился. Ладонь Стеллы ощущалась горячей сквозь кожу перчаток. Ее острые ноготки зацарапали по их материалу — по запястью пробежали мурашки. Стелла прижалась ближе, перехватив руку Эдди под локоть. Сухо закашлявшись в кулак, она прислонилась головой к чужому плечу и тонко выдохнула. — Был донос на доктора Уилларда, за «странное поведение и частный контакт с 1006». А еще кто-то уже несколько дней мусорит на нижних этажах. — Мусорит? — Приносит с плантаций маки, — в конце концов, эти красные бутоны со специфичным запахом оказались и у Эдди в кабинете. Кто мог попасть туда без его ведома? Ключ был только у него — запасной, ранее хранившийся у тюремщика, изъяли после одного неприятного случая. — Это… Интересный способ разбрасывания мусора, — Стелла покачала головой. Ее кудряшки смялись о плечо Эдди, а платок с шелестом затерся о пиджак. — Верно. — Разве Уорренбах не расширял теплицы недавно? Мне казалось, ты частенько с ними общаешься. Особенно с мистером Сильвой… Только не запугивай его еще сильнее. Я имею в виду, может быть, кто-то из них слишком любит маки. Дарвин Сильва обходил исследовательский отдел стороной. Возможно, из-за случая с обрывом, возможно, по другим мелким причинам. — Исключено. — Эдди поджал губы. — Более того, это бутоны, а не лепестки. — Бутоны? — Стелла вскинула брови. — Целые и почти не мятые. Я думал отнести один Локхарту, чтобы он посмотрел, нет ли отпечатков. — И как? — Абсолютно ничего, — ни единого отпечатка или намека, кто мог бы оставлять такие «произведения искусства». — Может быть, у кого-то появился тайный поклонник, — Стелла негромко хихикнула, но заметив, как Эдди свел брови, замолчала, отведя глаза. — Кто-то, кто любит действовать «кому-то» на нервы? — свободной рукой Эдди скользнул под пиджак и выудил из внутреннего кармана сильно потрепанный и увядший бутон. Стелла с интересом взглянула на него, на ее губах мелькнула улыбка. — Я просто шучу. Видишь ли, маки не только означают страстную любовь, но и символизируют забвение, — она мягко обвела мак пальцами и сжала между пальцев один из лепестков, потерев. В воздухе разлился едва слышимый сладковатый аромат. — Может быть, в «кого-то» безбожно влюблены. Это же трогательно! Даже внизу, казалось бы, в самых недрах фабрики, у людей есть силы любить. — И из маков внизу делают гель для больших игрушек и усыпляющий газ. Стелла зажмурившись излишне усердно кивнула. — Может быть, Эллиот Людвиг обратил на маки внимание именно из-за их метафорического смысла. — Я сомневаюсь, что Людвиг руководствовался этим. — Ну, мы этого уже никогда не узнаем, — пожав плечами, Стелла отпустила лепесток и небрежно отряхнула руку о юбку. — Да. Вы правы, — Эдди перевел взгляд от едва видимых из-под ткани бедер Стеллы к часам на своем запястье. Время беспощадно утекало. — Вы не хотите спать? Стелла некрасиво зевнула в ладонь и потянула платок вверх, прикрывая горло. Она лениво сомкнула веки, снова коснувшись лба. — Нет-нет, здесь так чудно. — Вам плохо? — Нет. Просто тяжелый день. — Все же позвольте мне подвезти вас до дома.