Глава 18.

      Трансгрессия скрутила его, выжала, вывернула наизнанку, свернула обратно и выплюнула — где-то в грязном переулке по соседству, как Драко надеялся, с нужным ему зданием. Пытаясь удержаться на ногах, он оперся рукой об исчерченную причудливой вязью граффити кирпичную стену — и не отдернул даже тогда, когда осознал, насколько она грязная. Дышать. Просто дышать. Он не делал этого слишком давно, он почти забыл… но разве можно на самом деле забыть? Простое перемещение как будто открыло запертые, заржавевшие заслонки в душе, и наружу хлынул поток воспоминаний — и ощущений. Его первая трансгрессия — нелегальная, незаконная, так остро щекотавшая нервы. Первый портал — на первый и последний в его жизни матч Чемпионата мира по квиддичу. Первое перемещение камином — тошнота и пепел в носу… Первый полет на метле… Желудок скрутило болезненным спазмом, и его стошнило — прямо здесь, на улице, в проклятом переулке, словно какого-нибудь пьяницу. Чертыхнувшись, он вытер рот рукавом пальто. Слишком резко. Слишком много. Все это было... слишком.       Но шлюзы открылись — и воспоминания, которые до этого годами покоились на дне его души в глубокой спячке, неостановимым потоком хлынули в сознание. Пыльные витрины якобы заброшенного универмага — в своей новой жизни здесь ему приходилось бывать даже чаще, чем в старой, и он никогда не позволял себе думать об этом как о чем-то большем, чем просто источнике нужных зелий. Но теперь... Нарцисса всегда лечила его сама. Выпаивала зельями, делала компрессы, сидела у его постели и читала вслух, пока он не проваливался в сон... И только один раз, когда ей показалось, что вскочивший на его лице прыщик отливает фиолетовым, она в панике притащила его сюда — и подняла на уши все отделение инфекционных болезней. Драко вспомнил, как в кабинет, где его осматривал целитель, ворвался отец с перекошенным лицом — и улыбка тронула губы. Они переживали за него. Любили. Заботились, как будто он был для них по-настоящему важен. Тогда… Почему же все изменилось? Что он сделал не так?..       Отогнав прочь лишние мысли, Драко окинул быстрым оценивающим взглядом холл больницы. Людей здесь было немало — более чем достаточно для того, чтобы никто не обратил на него внимания. Грейнджер говорила что-то о специальном отделении, в котором занимаются проблемой бесплодия, но, пробежав глазами указатель за спиной у привет-ведьмы, он не обнаружил ничего даже отдаленно похожего. Травмы от рукотворных предметов, ранения от живых существ, волшебные вирусы, отравления растениями и зельями, недуги от заклятий… Все то же, что и раньше. Ничего нового. Ничего из того, что он искал.       Сообразив, что, если он будет стоять здесь столбом, то рано или поздно его заметят, Драко направился к лестнице. Дорога на шестой этаж, где располагался буфет и больничная лавка, была знакомой — он не раз приходил сюда за зельями для Ская, но сегодня это не было в списке приоритетов. Казалось, все проще простого: найти нужное отделение, зайти, осмотреться. На деле же оказалось, что плана не было вовсе. Даже если бы он и попал на нужный этаж — то что потом? Задавать вопросы целителям? Глупо: они, разумеется, не ответят. Надеяться на то, что в разгар рабочего утра кабинет окажется пустым и подвернется возможность порыться в бумагах? Наивно. Так зачем он вообще сюда пришел?!       Взгляд, бездумно скользивший по полкам, уставленным фиалами с зельями, коробочками с ингредиентами и сушеными травами, вдруг наткнулся на газетную стойку. «Ежедневный Пророк», ну конечно! Если верить словам Грейнджер, прокляты были все священные двадцать восемь — и это не могло не попасть на первые полосы. Напустив на себя скучающий вид, как у любого другого посетителя, ожидавшего назначенного ему времени, Драко лениво подошел к стойке и будто бы нехотя протянул руку к стопке газет. В другое время и в других обстоятельствах он, не раздумывая, купил бы несколько последних номеров — но сейчас в кармане лежал бумажник лишь с фунтами и пенсами, а это не та валюта, которая требовалась. Поэтому все, что ему оставалось — это вскользь просмотреть заголовки передовиц да быстро пролистать номер, притворяясь, будто не может принять решение о покупке.       Но в «Пророке» не было ни слова. Ни одного громкого заголовка, хоть отчасти близкого к теме, ни одной фотографии тех, кто его интересовал. Это стоило обдумать.       Вернув газеты на место, Драко сунул руки в карманы и задумчиво побрел обратно на первый этаж. Если проклятие и в самом деле существовало, а не было плодом воображения Грейнджер, то при таком масштабе проблемы оно должно было переполошить если не всех, то многих. Волшебный мир ужасающе тесен, так что кровное родство в той или иной мере — отнюдь не редкость. Пресечение рода — конечно, не смерть, но по сути, есть ли разница? Когда умрут ныне живущие представители рода, проклятие перейдет к непрямым потомкам, и в масштабе нескольких поколений это может привести к тому, что лет через пятьдесят волшебников не останется вовсе. Губы искривила горькая усмешка. Семь лет назад благородные Малфои и Гринграссы отвергли Ская, решив, что он недостаточно хорош. Что бы они сказали теперь, зная, что другим не суждено получить даже такого продолжения? Впрочем, этого он не узнает; да это и не имело никакого значения. Скай заслуживал гораздо большего, чем быть последним представителем рода. Он стоил того, чтобы его любили за то, какой он есть, а не за кровь, текущую в его венах и потенциальное потомство, которое он мог бы дать.       Итак, в газетах не было ничего — а значит, Грейнджер либо врала, как минимум значительно преувеличив масштаб проблемы, либо Министерство изо всех сил замалчивало происходящее. Перед внутренним взором на мгновение встала она — раскрасневшаяся от обиды и гнева, растрепанная, в помятом платье… Нет, она не врала. Не так, не тогда, не ему. Что ж, на месте министра он бы тоже не спешил предавать огласке такие новости. Это хорошо: чем меньше волшебников осведомлено, тем меньше шансов, что найдется желающий обвинить во всем его, Малфоя, и отомстить. Но были еще списки, и фамилии в этих списках наверняка не случайны. Их обследовали — но сообщили ли, что происходит на самом деле? Если целители пляшут под дудку Министерства и не торопятся сообщать плохие новости пациентам, то можно считать, что они со Скаем в относительной безопасности. А если нет? Ведь приходил же кто-то в его дом...       Его губы тронула улыбка. Выяснить это было проще простого.       Драко направился к невысокой стойке, за которой сидела, безуспешно пытаясь спрятаться за цветастым журналом, светловолосая ведьма с брюзгливым выражением лица. Да уж, она вряд ли расположена к болтовне с посетителями — но на это он и не рассчитывал.       — Доброе утро! — Драко постарался улыбнуться так, чтобы улыбка вышла жалкой и немного дрожащей. — Мы думаем, что на моей жене лежит родовое проклятие…       — Недуги от заклятий — пятый этаж, — привычно бросила ведьма, даже не удосужившись дослушать его подготовленную речь до конца, и снова уткнулась в журнал.       — Видите ли, это не совсем то, — замялся Драко. — Никаких проявлений у неё нет, и чувствует она себя превосходно, но у нас уже долгое время… понимаете, ну… нет детей, — он послал ей самый проникновенный и жалостливый взгляд, на какой только был способен.       — О, — густо накрашенные розовой помадой губы блондинки сложились в кружок. — В таком случае вам нужен мистер Фэйрфакс, он специалист именно по такого рода проклятиям.       — Фэйрфакс? А где я могу его найти?       — Ну, или мисс Морланд... Вообще они принимают по записи, — вдруг как будто о чем-то вспомнив, категорично отрезала привет-ведьма, с раздражением поднимая журнал к глазам, но потом все же добавила: — Попробуйте спуститься на минус первый этаж.       Драко понял, что дальнейшие расспросы не имеют смысла. Внимательно оглядевшись по сторонам, он — далеко не сразу — заметил узкую дверь в левой части холла, ведущую на лестницу.       Три пролета вниз — и он уперся в белую дверь, единственным украшением которой оказалась табличка «Целитель М.Э. Морланд, отделение экспериментальных разработок и исследований». Морланд. Никакой не Фэйрфакс. Хотя, судя по названию отделения, пришел он по адресу… Сомневаясь, Драко коротко постучал, а затем нажал на ручку — но та не поддалась. Дернул сильнее, толкнул дверь плечом — никакого результата. Заперто. И, судя по полной тишине и отсутствию реакции на стук — еще и пусто. Драко облизал пересохшие губы. Может быть, это тот шанс, что был ему нужен?.. Вскрыть замок, просмотреть личные дела пациентов, какие-то записи — должно ведь быть что-то? А если кто-то застукает, можно соврать, что дверь была не заперта…       — Добрый день, вы что-то хотели?       Драко вздрогнул и одним движением спрятал обратно в карман волшебную палочку. Обернулся; позади стояла симпатичная девушка в лимонно-желтой мантии.       — Я… Я искал буфет, но, кажется, заблудился… — растерянно пробормотал он.       — Да уж, — мило рассмеялась девушка и смущенно прикусила губу. — Вам нужен шестой этаж. Это наверх по лестнице, не вниз.       — О боже, ну конечно! — Драко хлопнул себя ладонью по лбу. — Как я мог перепутать! Спасибо вам большое, мисс?..       — Райли, — лукаво усмехнулась девушка. — Кендра Райли.       — И вы работаете здесь? — он небрежно махнул рукой на запертую дверь.       — Да, помощником целителя, — кивнула она.       — В таком случае, может быть, вы проводите меня до буфета, а я в благодарность угощу вас чашечкой кофе?.. — обаятельно улыбнулся он. — Ну, раз уж вы все здесь знаете...       Девушка вовсе не выглядела нелюдимой букой, и в душе Драко вспыхнула надежда, что за кофе она, возможно, что-то расскажет о своей работе. Но Кендра снова улыбнулась и отрицательно качнула головой.       — Мне жаль, мистер. Это весьма заманчивое предложение, но, во-первых, я на работе…       — И до скольки вы на работе? — невинно поинтересовался Драко. О, он очень хорошо знал, как действует на женщин подобная невинность!..       — … а во-вторых, меня уже пригласил... кое-кто. Что, как я полагаю, не позволяет мне принимать приглашения на кофе от симпатичных пациентов, — мягко, но непреклонно закончила она.       — Я не пациент, — быстро сказал он. — Пришел навестить приятеля, но оказалось, что его уже выписали. Думал, хотя бы кофе выпью…       — О, в таком случае советую вам найти местечко посимпатичнее, — рассмеялась Кендра. — В больничном буфете кофе, мягко говоря, не лучший.       — Что ж, непременно воспользуюсь вашим советом, — Драко сверкнул улыбкой напоследок. — Удачного дня и спасибо!       — Не за что! — полетело ему вслед.       Драко задержался лишь на пару секунд, необходимых, чтобы заметить, что Кендра открыла ту самую дверь, что так его интересовала, а затем поднялся по лестнице и направился к выходу, чертыхаясь про себя. Мало того, что вытянуть информацию из милашки Кендры не вышло, так он еще и засветился — так что, приди он сюда снова в качестве пациента, у девчонки явно возникнут лишние вопросы. Это же надо было ляпнуть про приятеля!.. Почему он не выдал ей ту же сказочку, что и привет-ведьме? Почему вдруг решил, что флиртом добьется больше, чем прямыми вопросами?       Теперь путь в Мунго был закрыт. Что-то выяснить и при этом не привлечь внимания к собственной персоне не удастся — разве что воспользоваться Оборотным зельем, но для этого у Драко не было ни средств, ни возможностей. Оставалось лишь вернуться домой, обезопасить жилище и ждать — молясь всем богам о том, чтобы это ожидание оказалось напрасным.       Черное пальто, рукав которого навечно, казалось, пропитался едко-кислым запахом его позора, отправилось в мусорку сразу же, стоило ему вернуться домой.