3. 2026 год

19 апреля 2026 года. Окраина Англии. Малоизвестная деревушка.

      Двадцатишестилетняя начинающая журналистка нежилась в постели. Сегодня ей снились разные сны. Она снова была в Хогвартсе. Её окружали радостные возгласы, ученики и ученицы. Квиддич, Гремучая ива, Визжащая хижина, черноволосая кудрявая девочка...       Она раскрыла глаза от осознания, где находится. «Великий Мерлин, который час?»       Молодая волшебница подскочила на кровати в поисках телефона. Той самой магловской вещицы, которую подарил ей её жених - магл, спустя четыре месяца знакомства. Невпопад хлопая по мягкому одеялу, девушка слышала, как кто-то приближается к входной двери. «Черт, черт, черт»       Она точно помнила, что заснула, листая ленту, а значит, телефон должен был быть где-то рядом.       Раздался стук в дверь. — Да? — Мисс, завтрак готов, если вы готовы, можете спускаться вниз, — прозвучал уже знакомый голос паренька.       Одновременно девушка нашла телефон и , увидев: "09.59" , облегченно выдохнула. — Спасибо, дайте мне пять минут!       Ей потребовалось больше пяти минут.       Гостевая была оснащена собственной уборной и душевой, что не могло не радовать журналистку. Она спешно привела себя в порядок, и через минут тридцать спустилась на первый этаж. — О, а вот и вы!       За столом гостиной сидел хозяин дома. В свете утренних лучей он выглядел иначе. От обычных любителей домашнего уюта его отличало только то, во что он был одет. А одежда была такая, словно он сейчас же отправится на бал. Он уже пил чай из фарфоровой кружки. — Располагайтесь.       Журналистка подметила аккуратную сервировку стола. Ей подготовили место напротив хозяина дома. — Мои домочадцы приготовили сегодня овсянку, — сказал тот, когда девушка приподняла крышечку над тарелкой. — Если вы против, могу попросить... — Нет-нет, всё в порядке, — и она начала трапезу, первым же делом намазывая масло на хлеб. — Господин, можно задать вам вопрос вне нашей беседы? — Попробуйте. — Почему вы отказывались давать интервью? — Дело в вас, — девушка чуть не подавилась. — Аккуратнее. Разумеется, не прямо в вас. А во всех журналистах. Ваша порода гонится за деньгами и , как и все смертные, за славой. Не важно, что я скажу. Важен сам факт. — Почему тогда вы согласились сейчас? Не думаю, что вы изменили своё мнение, —журналистка продолжила спустя некоторое время. Сейчас она наливала себе чай из ажурно расписного чайничка. — Ну, во первых вы ещё не выполнили наше условие, — мужчина же тем временем сидел с тонкой книгой, перелистывая страницы. Она подумала, что он что-то ищет. — Во вторых, изменилось кое-что другое, — в его левой руке сверкнуло пенсне, — а в третьих, вы мне импонируете.       Девушка постаралась сделать вид, что не удивилась. — Разумеется, как журналистка. Вы ещё не успели пасть до цинизма, и я считаю, что способны здраво оценивать со стороны наблюдателя.       Девушке льстило высокое мнение о ней. На данный момент она только стажировалась в отделе по работе с известными личностями. Её наставник пробовался на это интервью, она даже думала, что её возьмут с собой чтобы та записывала, не более. Однако наставнику отказали. И напротив, ей, ещё совсем зеленой, вручив рекомендательный список вопросов, сказали мчать, что есть силы. Правда, её забыли предупредить, что интервью может продлиться больше дня. — Итак. Вчера мы остановились на том, что девочка узнала о своих родителях.       Они переместились в его кабинет. Со вчерашнего вечера здесь ничего не изменилось : всё тот же запах книг, искусственный свет и абсолютная, если не сказать стерильная, чистота. — Да, а сегодня я расскажу вам о её непримечательном друге - Кайле Блэре. В 2018 году он поступил на третий курс...       Мужчина сидел, закинув ногу на ногу и облокотившись на спинку дорогого дубового кресла. А журналистка держала диктофон, на котором уже горело : "Нажмите, чтобы остановить запись".