Часть 35

Глава 35

Картина была, мягко говоря, невероятной! Даже для Гион, дозорной, прошедшей через «Специальный призыв» в Штаб-квартиру, подобный метод тренировки казался чем-то за гранью воображения. В этот самый миг огромный военный корабль непрерывно поднимался и опускался, и одно лишь давление воздуха, создаваемое этим колоссом, заставляло дрожать окрестные здания. Именно это и было источником того самого «землетрясения». — Девятьсот девяносто семь! — Девятьсот девяносто восемь! — Девятьсот девяносто девять! Эта фигура принадлежала Бьякуе. Пот, ручьями стекавший по всему его телу, оставлял за собой длинный влажный след на земле. Дыша ровно и размеренно, он методично выполнял приседания. Каждый день в четыре часа утра для Бьякуи начиналось время самодисциплины. И эта сцена, развернувшаяся перед глазами Гион, лишила её дара речи. — Этот парень… он что, тренируется? Такая… такая безрассудная тренировка… Как… как это вообще возможно?! Даже в Штаб-квартире Дозора, учитывая её силу и скорость прогресса, Гион могли бы назвать «монстром». Но только сейчас она поняла, что настоящее чудовище — это нечто совершенно иное. Сколько весит военный корабль? И этот парень, Бьякуя, просто поднимает его, делая приседания? Неудивительно, что днём, когда он зажал её клинок обеими руками, тот не сдвинулся ни на миллиметр. Было бы странно, если бы он сдвинулся. Разве можно измерить такую силу в каких-то десяти или двадцати тысячах Дорики? Сейчас было пять часов утра. Вся база 175-го отделения Дозора погрузилась в тишину, за исключением ночного патруля. Небо ещё даже не начало светлеть, а Гион уже застала Бьякую на тренировочной площадке. — Этот парень… Неужели он настолько дисциплинирован? Внезапно Гион вспомнила. Когда она впервые увидела Бьякую, он, кажется, тоже тренировался. Только тогда это была тренировка в море. Такая же чудовищная по своей интенсивности. И такое же потрясение. В этот момент Гион начала сомневаться в себе. Она никак не могла смириться с поражением от Бьякуи. В её глазах он был обычным уличным хулиганом, подонком, играющим с женскими чувствами, волком в овечьей шкуре! Как такой человек мог быть хорошим дозорным?! Как он мог заставить себя так усердно тренироваться?! Поэтому она была уверена, что вице-адмирал Гарп заметил Бьякую и даже порекомендовал его для «Специального призыва» исключительно из-за его выдающихся врождённых данных и таланта. И факты, казалось, это подтверждали. Гион использовала даже свою тайную технику меча, но была ошеломлена одной лишь физической мощью Бьякуи. Поэтому она так негодовала! Почему такой подонок, как Бьякуя, обладая столь невероятными способностями и талантом, не использует их должным образом, а вместо этого целыми днями предаётся разврату и роскоши? Но теперь, глядя на него, она засомневалась. — Может… я ошибалась на его счёт? Возможно, у этого мужчины вовсе не было никаких уникальных врождённых данных. Его ужасающая физическая сила была результатом исключительно его собственной дисциплины и упорства. Хотя одна лишь дисциплина вряд ли позволила бы достичь такого чудовищного уровня, но… по крайней мере, его самоотдача и старания были искренними. И если уж Бьякуя, с его-то талантом, может быть настолько дисциплинированным, то какое право она имеет спать? Как вообще можно спать в её возрасте, видя такое? Спроси себя честно! Бьякуя видел тренировочную площадку 175-го отделения в четыре часа утра. А видела ли она Маринфорд в четыре часа утра? Никогда! — Чёрт! Так значит, с самого начала между нами была пропасть в самом отношении к делу? С точки зрения Гион, тренировка Бьякуи, хоть и выглядела впечатляюще и масштабно, была довольно примитивной. Это были самые базовые упражнения. Когда-то в тренировочном лагере для новобранцев Зефир-сенсей говорил ей, что когда физическая сила достигает определённого уровня, эффективность таких базовых тренировок становится крайне ограниченной. Она задумалась. — Как давно я не занималась такими дисциплинированными тренировками, как он, полностью сосредоточившись на процессе? Возможно, никогда? В конце концов, эти базовые упражнения с железом — занятие скучное и монотонное. Всё, что помнила Гион, — это как улучшить свои боевые навыки, владение мечом и Волю. В этот момент, глядя на Бьякую, обливающегося потом в предрассветной тьме, Гион погрузилась в свои мысли. В её душе зародилось какое-то странное, сложное чувство. До этого она бесчисленное количество раз мысленно принижала его. Но теперь, видя эту сцену, она больше не могла испытывать к нему неприязнь. И правда! Как можно ненавидеть человека, который настолько дисциплинирован и трудолюбив? Кем бы он ни был, самодисциплина и упорство заслуживают уважения. Внезапно Гион улыбнулась. Теперь её любопытство к Бьякуе стало ещё сильнее. Что же он за человек на самом деле? Дисциплинированный и усердный дозорный! Но почему тогда он ведёт себя как подонок? В её голове роилось множество мыслей. Сердце забилось всё быстрее и быстрее! Она даже покраснела! А потом… Чёрт! О чём я, твою мать, думаю?! Гион отвесила себе пощёчину. Она сама была в шоке от своих мыслей. К чёрту это трепетание сердца. Он просто подонок. Гион глубоко вздохнула и снова посмотрела на Бьякую. Увидев его лицо, его серьёзное выражение… Ту-дум! Ту-дум! «Двигатель» снова завёлся. Уголок рта Гион дёрнулся, она поспешно отвела взгляд, и её сердцебиение немного успокоилось. Затем она неосознанно бросила на него ещё один взгляд. Ту-дум… Сердце снова ускорилось. Гион приоткрыла рот, чувствуя, что происходит нечто странное. Она обнаружила, что стоит ей только посмотреть на Бьякую, как в ней просыпается необъяснимое желание влюбиться в него. Но как только она отводила взгляд и вспоминала, что он подонок, её сердце успокаивалось. В качестве эксперимента Гион повторила это несколько раз, и результат заставил её широко раскрыть глаза. Она была потрясена. Чёрт возьми… — Этот ублюдок… он что, ядовитый? Любовь Шрёдингера? Посмотришь на него — и влюбляешься? У него что, встроенный любовный тег? — Этот парень… он что, и вправду съел какой-то Дьявольский Фрукт с эффектом «очарования»? Но… нет, это не так. В море он был проворен, как угорь, она изо всех сил гналась за ним, но так и не смогла догнать. При этой мысли уголки её губ снова дёрнулись. Врождённое обаяние? Чёртовщина какая-то. Хотя Гион мысленно и поносила это проклятое обаяние Бьякуи, но, отбросив в сторону этот необъяснимый любовный дурман, нельзя было не признать: вид его самоотверженной тренировки невероятно вдохновлял. — Возможно, мне тоже следует стать более дисциплинированной и усердной! То, что я забросила в прошлом, необходимо вернуть! Например… первоначальное стремление стать сильнее! Вернувшись в свою комнату, она закрыла дверь, обнажила меч и начала наносить удары! Дисциплина начинается здесь и сейчас, с твёрдой почвы под ногами. Многое в жизни может предать тебя, но только не твои собственные усилия. В этот миг в глазах Гион зажёгся огонь юношеского порыва. — Если даже такой подонок, как Бьякуя, настолько дисциплинирован! Как я могу позволять себе расслабляться? В общем… нужно просто начать вкалывать! Взмахи меча в предрассветных сумерках заставили Гион пролить первые капли пота самодисциплины. А её мысли, сами того не ведая, начали двигаться в совершенно неожиданном направлении.