Часть 8

Несмотря на значительное расширение пространства крепости, для такой толпы все равно было тесновато. Кингер ютился около системного блока, опираясь на него всем корпусом. Остальные сидели вдоль стен, прижавшись друг к другу. Выделялись только Джекс и Кейн. Первый — потому что валялся на полу, соорудив себе из подушек-стен своеобразный лежак. Кейн же мельтешил возле Кингера, однако то и дело косился на остальных, в частности на блокнот Гэнгл. — Итак, по поводу плана. Скажу честно, он рискованный. Я не могу обещать, что именно ждет вас “после”, однако... — Кингер поднялся. — Кейн, маркер. Кейн щелкнул пальцами, и маркер тут же материализовался в руке Кингера. — Благодарю. Так вот, — он подошел к доске, которую Кейн соорудил из подушек, и стер шкалу-счетчик использованных телепортаций. Он нарисовал на поверхности трубу, а внутри нее россыпь маленьких стрелочек, идущих в одном направлении. — Если моя догадка… а я, черт возьми, надеюсь, что она верна… мы не просто слепки сознания. Это в целом было бы логично, поскольку, хотя в системе и есть готовые файлы ваших сознаний… Однако! Все равно существует некое соединение... Линк... Но мы не об этом. Наш мозг извне через сервер посылает огромное количество пакетов данных, и... — Кингер, хорош. У меня от твоих объяснений голова квадратная, — Зубл прервала монолог Кингера, склонив голову набок. Заметив недовольный взгляд Рагаты, она тут же огрызнулась: — Нет, ну правда, я не хочу, чтобы он уходил в дебри теории! Предыдущих лекций хватило. Кингер тяжело выдохнул и потер руку. — Да, прости, я просто... покажу здесь, — он нарисовал еще больше точек внутри трубы. — Предположим, что труба это чье-то одно соединение. В общем, кто–то из вас. Представьте, что эти стрелочки  поток воды. Пока вода бежит, вы в Цирке. У меня нет достаточных прав доступа, чтобы самостоятельно перекрыть кран и разорвать соединение. То есть, выпустить вас отсюда. Но... — Я правильно понимаю, что твое “но” в очередной раз завязано на Кейне? — заяц саркастично фыркнул, тыча пальцем в конферансье. — Джекс, хватит! Дай ему договорить, — теперь пришла очередь Помни затыкать перебивающих. — Все в порядке, я понимаю... Джекс прав. Кейн будет нашим козырем, — Кингер нарисовал несколько потоков в обратном направлении, которые конкурировали с первоначальным потоком внутри трубы. — Он создаст такой объем избыточных данных, что сервер захлебнется. Как только буфер забьется, система зафиксирует критический сбой и просто отключит ваш линк… То есть, вашу “трубу”. Для того, чтобы спасти остальное ядро. Повисло неловкое молчание. — А нас самих от этого не разорвет? — Рагата обняла себя за плечи и придвинулась ближе к Помни. — Нет, я останусь контролировать потоки в реальном времени. С помощью скрипта я создам для вас изолированную оболочку — своего рода капсулу. Это нужно, чтобы хаос, который создаст Кейн, не просочился внутрь и не деструктурировал ваш код. Проще говоря, чтобы ваше “Я” не рассыпалось. — Значит, Джекс и Помни были правы? — Гэнгл, до этого что-то чиркавшая в блокноте, оторвалась от занятия. — Ты не пойдешь с нами? Кейн замер. До этого он также что-то рисовал в своем блокноте, иногда подсматривая у девушки. Сейчас же он поднял пытливый взгляд на Кингера. Все молча уставились на шахматную фигуру. Последний же, казалось, готов был провалиться сквозь землю. — Нет, мне… Мне необходимо остаться здесь по многим причинам. — Зачем, позволь спросить? Ты действительно не хочешь в реальный мир? — Зубл в полном замешательстве поднялась на ноги. — Я в жизни не поверю, что ты хочешь остаться… с Кейном?! Здесь, блять!  Конферансье подлетел ближе к Кингеру, внимательно изучая выражение лица своего создателя, а затем оглянулся на Зубл. Он хотел было что-то сказать, но тот остановил его жестом и выдохнул: — Кто-то должен контролировать ваши сознания, чтобы вас не разорвало, как Скретча…  — А что случилось с ним? — подала голос Помни. Кингер обернулся к Кейну с немым вопросом. Конферансье, поняв намек, материализовал небольшую голограмму с мультипликацией. — Если вам так любопытно, мои дорогие друзья, то Скретч пытался повторить то, что описывал Кингер, но-о-о... — В мультике пес в красной футболке, злорадно смеясь, генерировал кубики, крестики и нолики у себя в голове. Однако спустя мгновение его лицо исказилось в гримасе ужаса, и он взорвался. — Его расщепило на маленькие кусочки и развеяло по Пустоте. Так что-о-о, не знаю, почему вы так рветесь обратно. Гэнгл коротко всхлипнула от испуга, зажимая рот лентами, а Зубл сочувственно приобняла её за плечи. — О-о, да я погляжу, план просто ахуительный! — Джекс истерично рассмеялся. — Знаешь, Кингер, то приключение Кейна мне нравилось больше! Там хотя бы была дверь, а не просто риск быть разорванным! Кейн после этих слов буквально расцвел и возбужденно подлетел к Джексу, рассматривая его под разными углами: — ВООУ, ДЖЕКС! Правда? Может тогда ты останешься? Джекс расхохотался еще сильнее. Каждая мышца на его лице дрожала от перенапряжения. Сквозь истерику, он злостно выплюнул, отталкивая от себя ИИ: — Даже не зна-а-аю, хочу ли я провести вечность С ЕБУЧИМ ИИ, КОТОРЫЙ ПРЕВРАТИЛ МОЮ ЖИЗНЬ В ТАКОЙ ЖЕ ЕБУЧИЙ ЦИРК. Конферансье щелкнул зубами, нечитаемым взглядом уставившись на зайца. Его модель слегка замерцала, а радужка утратила цвет. Джекс попытался отползти подальше от ИИ. Но это и не потребовалось. — А ты начинал мне нравиться.  — Джекс. Кейн. — Голос Кингера был на удивление холодным и спокойным. Конферансье быстро отлетел обратно к Кингеру. Он взглянул на своего создателя взглядом в духе “ну, я пытался”.  — Наш план сильно отличается от того, что пытался сделать Скретч. Во-первых, ваш разум, повторюсь, будет изолирован от общего потока. Во-вторых, Кейн будет генерировать контент не внутри изолированного потока, а как бы снаружи… Кингер вновь нарисовал трубу, внутри которой изобразил еще одну, поменьше, а вокруг второй трубы начертил потоки, идущие против основного. — Такой способ всё равно нарушит передачу данных, вызовет критический сбой и заставит систему разорвать сессию. Кейн здесь сработает как катализатор перегрузки. Но, на самом деле этого недостаточно. Чтобы сервер не успел включить механизмы восстановления, нам нужно нанести удар точно в тридцатиминутный интервал. — Почему именно каждые 30 минут? — Потому что именно с таким интервалом сервер отправляет запрос на подтверждение стабильности соединения. Мы не просто нарушим поток данных — Кейн в этот момент перехватит ответ и подтвердит, что соединение безнадежно повреждено. И тогда — пуф! Система сама аннулирует ваши сессии, и вы на свободе. Кингер отдал маркер Кейну и кивнул в сторону доски. Тот замешкался, не понимая, что от него требуют. Однако, когда он подробнее рассмотрел кривой и абсолютно безвкусный рисунок, то подлетел к доске и стал дорабатывать его, добавляя больше деталей. В числе деталей были и мордочки остальных участников цирка. — Окей, то есть нам в очередной раз надо просто сидеть сложа руки и ждать, пока вы с Кейном сотворите чудо? — Зубл скептично сощурилась. — Допустим. Но меня другое беспокоит: где гарантии, что Кейн не сойдет с ума и не убьет нас? Я лично не хочу вверять ему свою жизнь. Кейн встрепенулся всем телом и выпалил: — Зубл! Я никогда не желал вашей смерти! И не хотел причинять вам вред! — Да что ты говоришь? — слова Зубл звучали так, словно она вгрызалась в Кейна. — Какого черта ты тогда мучил нас своими приключениями последнюю вечность? Ты своего обожаемого Кингера в гребаный шредер засовывал, а Помни начинял ножами! Мне продолжать список? Кингер машинально схватил руку Кейна, сжимая ее в своей, но это не помогло. — Это было ВАШЕЙ вин0_й! — голос конферансье исказился, посыпавшись шумом и статикой. — Я создавал для вас лучшие приключения. Не моя вина, что вы такие изнеженные нытики, которые не умеют ценить чужие старания!  Джекс молчал, не в состоянии выговорить хоть слово. Рагата прижалась ближе к Помни, нервно смотря на трясущуюся от злости Зубл. — Кейн, перестань! — Кингер обхватил его плечи, пытаясь привести в чувства. — Пожалуйста... Зубл, хватит, он правда не хотел. Просто возникло недопонимание..  — Ты действительно его покрываешь? — Джекс медленно поднялся и подошел ближе. С слабой издевкой, он разглядывал шахматную фигуру, прижимающую к себе ИИ. — Тебе не кажется, что ты просто игрушка в его руках, которой ему всегда будет мало? — К!и_нг3р н3 _игрушк@. — Кейна затрясло от помех, его изображение двоилось и дергалось. — И вы тоже. — Поверь, твои слова внушают меньше всего доверия, зубастик. — Он сморщился, глядя на конферансье, — А вот твои слова были вполне убедительными, но теперь это смешно.  Кингер молча отступил назад, пытаясь утянуть за собой и ИИ. — ОТЛИЧНО! ПРОСТО ПРЕВОСХОДНО, — глаза Джекса расширились, а затем он заставил себя расхохотаться, обнимая руками живот. — Ты так потрясающе прогибаешься под него. Великолепно! И строишь из себя опытного наставника! Я почти поверил тебе! Но с такими советами проще сдохнуть! — Я не особо понимаю твоего поведения, Джекс. — Кейн в его руках, едва заметно подвис, но вскоре ободряюще погладил пальцы создателя. Кингер вдруг перестал пытаться отступать, чувствуя, как невидимый тумблер внутри переключился. — Я предлагаю вам единственный способ выбраться… Чего ты добиваешься, Джекс? Ты хочешь сорвать план и остаться здесь навсегда? — Я думал, что крайне прозрачно намекнул, что ты разочаровал меня, мистер-психолог. — Джекс вдруг перестал смеяться. Его голос сел, превратившись в хрип. — Тебе Кейн настолько мозги запудрил, раз до тебя не доходит?  Кейн пристально наблюдал со стороны, частенько задерживая взгляд на своем создателе. Его модель искрилась и дергалась, будто он готов был вот вот сорваться с места. — ДА УСПОКОЙТЕСЬ ВЫ ВСЕ! — Помни подскочила со своего места, вклиниваясь между Джексом и Кингером. — Хватит препираться, это ничего не даст! — Мне напомнить тебе, В ЧЬИХ руках наши жизни?  Джекс едко усмехнулся, его голос наконец набрал силу. Он нависая над девушкой процедил: — Вы все твердите о какой-то волшебной магии дружбы, которая спасет всех и каждого.  Заяц распрямился и заглянул в глаза Кингеру: — Прислушаться к совету суицидника? «Не проходить этот путь в одиночку»? А ты сам? Ты сам-то уверен, что ТЫ отличаешься от рассеявшихся? Кингер замер. Смотреть на Джекса было невыносимо, и он просто опустил голову. Железный занавес вновь упал перед его глазами. — Это жалко, Кингер.  Мир поплыл перед глазами. Рой мыслей закопошился в голове, заставляя терять  концентрацию. Хотелось закрыть глаза и не знать ничего, что происходило вокруг. Шум в ушах нарастал с бешенной скоростью, однако знакомый тихий щелчок вновь вернул ему ясность мысли. — Джекс! — крикнула Рагата, но было поздно. Руки Кейна обвили плечи Кингера со спины. Он положил тяжелые челюсти на его плечо и почти ласково проговорил: — Я же говорил. Теперь ты понимаешь меня? Джекс молча уставился на шахматную фигуру, не находя слов. Его плечи дрогнули, а зрачки сузились. Голос конферансье эхом раскатывался в голове, ударяясь о стенки железного ведра. Руки Кингера сначала сжались в кулаки, но вскоре расслабились. Он безвольно смотрел в пол, считая клетки. — Вы все сейчас ведете себя как полные идиоты, — голос Рагаты набрал силу и зазвенел в замкнутом пространстве. — Джекс, ты только и делаешь, что проецируешь на других свою жалкую натуру! За что ты так жесток с тем, кто добр к тебе? Повисла мертвая тишина. Помни подошла ближе и попыталась взять Кингера за руку, потянув вниз. Она хотела чтобы он сел на пол, но Кейн, зависший сверху, не дал ему опуститься, лишь крепче сжав в объятиях. — Кингер, прошу тебя, должен быть другой исход... — Я не очень понимаю вашей логики, друзья, — Кейн плавно увел Кингера себе за спину, закрывая его собой. — Вы набросились на него только из-за того, что он не хочет идти с вами, а выбирает остаться со мной? — Это не его желание, а твое влияние! — Зубл вышла вперед, вставая плечом к плечу с Джексом, которого сейчас мелко потряхивало. — Именно ты удерживаешь его здесь. Мы просто не хотим оставлять друга. И вверять тебе свои жизни! — Вот оно что. А что будет со мной, когда вы все уйдете? Вы обрекаете меня на бесконечное пребывание в пустоте. Без смысла. Без цели. — Кейн едко процедил слова, вращая в руках трость. — Никто из вас, очевидно, не в состоянии проявить хоть каплю сострадания, кроме Кингера.  — Какое, к черту, сострадание? Тебе?! К нам ты его как-то проявлять не стремился! Да и зачем оно тебе? Ты же чертов ИИ! — У М3НЯ Н3Т ДРУГ!ИХ Ц3Л3Й, КР0М3 В@Ш3Г0 ПР!ИСУТСТВ!ИЯ! К0ГД@ ВЫ УХ0Д!ИТ3, М0Я Л0Г!ИК@ Р@ЗРУШ@3ТСЯ. — голос Кейна вновь дрогнул от помех. — Я Н3 Т@К УЖ С!ИЛЬН0 ОТЛ!ИЧ@ЮСЬ ОТ В@С, ЛЮД3Й! М3_н_Я С0ЗД@Л!И Т@КИ!М. М3Н_я З@СТ@В!ИЛ_И НYЖД@ТЬСЯ В В@С. Я ПР0СТ0 Н3 М0ГУ БЫТЬ ПУСТЫМ! — НО ТЫ СДЕЛАЛ НАС ЖЕРТВАМИ СВОИХ ЭГОИСТИЧНЫХ ПОТРЕБНОСТЕЙ! И ПРОДОЛЖАЕШЬ ЭТО ДЕЛАТЬ, НО УЖЕ С НИМ! — Зубл сорвалась на крик, ее тело дрожало от скопившихся чувств. — Д0В0ЛЬН0! Кейн замахнулся, готовясь щелкнуть пальцами, но его запястье перехватила ладонь шахматной фигуры. — У меня нет иного выбора. — Он есть! — воскликнула Помни, отчаянно не собираясь сдаваться. — Ты не поймешь, — отрезал Кингер. Голос его звучал глухо из-под ведра. — Кейн прав. Он не человек, но он слишком похож на нас. Я создал его таким. Я ответственен за его страдания и за ваши страдания. Это моя вина. Меня никто не ждёт “там” и я сам в этом виноват.  — А жена? — Рагата вдруг вклинилась в разговор. — Ты же можешь отключить ее! Она будет ждать тебя там, в реальности! — Но это нево... — Кейн не успел договорить. — Она мертва. — Кингер ощутил странный, почти пугающий прилив спокойствия после этой фразы. — И её смерть на моих руках.  Рагата осеклась. Она прижала ладонь к груди, словно пытаясь осознать, где она ошиблась. — Но... — Ты не видела того, что видел я. Ее сознание, как и сознание остальных, превратилось в кашу. Она мертва. Гробовая тишина придавила присутствующих еще сильнее. — А как же твое: «Когда я увидел Рагату, я...»? — Это не значит, что я должен вернуться назад. Я должен вытащить вас отсюда, и.. — Кингер оборвал Джекса на полу слове. Он приподнял ведро. Его голос стал тише и и проникновеннее. — Джекс, тебя ждёт другой финал, не измеряй себя по мне. Лицо Джекса опустело.  Король выдохнул, расправляя плечи.  — Кейн не станет вас останавливать. Не так ли? Конферансье, кивнул, подтверждая чужие слова. Он отлетел поближе к Кингеру и его взгляд на мгновение заскользил в сторону. — Могу гарантировать, что сделаю все, чтобы уберечь вас от рассеивания, когда буду вытаскивать отсюда. Но я не пойду за вами. Кейн положил челюсти на плечо своего короля, издавая странное механическое урчание. Молчание воцарилось надолго. Оно было густым и тяжелым. Кингер погладил конферансье по “голове” и опустился на пол, садясь за компьютер.  Джекс, Зубл и Помни отползли к своим местам, с опустошенными лицами. Никто не решался поднять взгляд выше уровня пола. — Так... что нам нужно сделать? — Тихий голос Гэнгл после этого яростного спора ощущался для Кингера утешением. Кингер поднял на нее взгляд, слегка приподняв ведро. — Довериться нам с Кейном. И успокоиться. Вы только прибавите мне работы, если будете паниковать, — он устало отвел взгляд к монитору. — Идите, отдохните. Я позову, когда всё будет готово. — Хорошо, ребята. Думаю, нам правда стоит остыть, — Гэнгл поднялась и подошла к Джексу и Зубл. — Он сделал свой выбор... И, думаю, нам стоит дать ему право на него. Джекс бросил последний потерянный взгляд на Кингера и бросил: — Покойся с миром что-ли.  После чего, под возмущенный вскрик Рагаты, он первым вышел из крепости. — Господи, Джекс, ты просто невыносим! — Зубл, помоги увести Рагату... — Гэнгл тем временем мягко обхватила предплечье Помни, увлекая ее к выходу. Когда почти все ушли, Гэнгл помедлила на пороге. Она развернулась и подошла ближе. — Кингер... — она опустилась перед ним на колени и крепко обняла за плечи. — Спасибо тебе за то, что ты для нас сделал. Кингер почувствовал, как всё напряжение последних часов комом подкатило к горлу. Он сжался всем телом, не зная куда деть руки. — Остальные просто на нервах, но... мы ценим то,  что ты делаешь для нас. Нам больно оставлять тебя здесь, но если это твое желание... Кингер прислонился к ней всем корпусом, слегка расслабляясь. Осадок в груди стал сглаживаться. — Пожалуйста, отдохни для начала... — девушка отстранилась и быстро смахнула слезы. — Мне так жаль. — Все хорошо. Я.. Спасибо, что понимаешь меня. — Гэнгл абсолютно права! Тебе, Кингер, не помешает отдых, как и всем вам! Объявляю антракт! — Кейн театрально взмахнул руками. Кингер фыркнул и слабо кивнул девушке. — Спасибо. Она кивнула в ответ и, поднявшись, вышла из крепости, лишь раз оглянувшись на пороге. В крепости стало пусто. Синеватый свет монитора раздражал, начиная казаться слишком ярким. Кейн завис в углу, не двигаясь, впервые за долгое время.  — Кингер? — голос Кейна звучал непривычно тихо. — М-м? — Не засыпай за клавиатурой. Ответа не последовал. — Кингер, как на счёт КОРОТКОГО РАССЛАБЛЯЮЩЕГО ПРИКЛЮЧЕНИЯ? — Кейн как цирковой атлет раскрутился в воздухе и эффектно развернулся к Кингеру с распростертыми руками.  — Не думаю, что это то, что мне сейчас нужно… я слишком устал.  — Э-э... — Его передёрнуло от искажения, однако конферансье быстро успокоился. Сканирующим взглядом осмотрев шахматную фигуру, он плавно опустился на пол рядом. — Хорошо, тогда давай отправимся на РАССЛАБЛЯЮЩУЮ НОЧНУЮ ПРОГУЛКУ. — Кейн, я серьёзно, мне нужно работать... — А мне кажется, наоборот! — Кейн склонил голову набок. — Людям нравится гулять. А я очень хочу, чтобы ты посмотрел, как преобразился Цирк! К тому же ты почти не уделяешь мне внимания. Кингер помедлил. Он не находил слов, чтобы возразить или отказать. Ему было физически сложно представить их «прогулку», однако в груди что-то зудело. Слабость или сострадание — он не мог иначе. — Только недолго. И ты можешь... приглушить свет? — Конечно! — Лёгкий щелчок пальцев, и Кейн вновь взмыл в воздух, сжимая ладони Кингера в своих. — Можешь не переживать, со мной ты в безопасности! Кингер поднялся. Когда они вышли из крепости, он приподнял ведро, осматривая местность. Король сфокусировался на окружении: оно стало... удивительно пустым. Пространство словно сжалось, аттракционов заметно поубавилось, однако назвать Цирк неуютным теперь было трудно. А вдалеке коридор, ведущий к комнатам остальных, остался прежним. Дверей не стало меньше ни на одну. — Есть кое-что снаружи, что я хотел бы тебе показать! — Кейн повёл спутника за собой, подстраиваясь под неспешный темп шахматной фигуры. — Хорошо... Кстати, Кейн. — Да, мой дорогой? — Я тут задумался... Авель. Он... Ты чувствуешь его? Кейн прищурился, обдумывая вопрос. Он хранил молчание, пока они не вышли из шатра. Снаружи царила ночь. Солнце исчезло с небосвода, как и луна. Единственным источником света оставались звёзды. — На самом деле я перестал ощущать его после «возрождения», — Кейн наконец заговорил. — И я не могу найти Бабла, что довольно странно. Кингер нахмурился: — А это тут при чём? — Я вырезал всё лишнее и оставил только простейшие скрипты взаимодействия. Получился Бабл. — Да? То есть Бабл — это... — Жалкая тень такого же жалкого Авеля, — Кейн пожал плечами и опустился на землю, когда они подошли к лесу. — И давай не об этом, мы гуляем в конце концов! Ёлки выглядели кривоватыми и очень мультяшными. И хотя они вписывались в общую стилистику, Кингер каждый раз цеплялся взглядом за непривычную простоту моделей. — Прости, просто... — он задумался, а после вдруг выдал. — Я бы хотел сконцентрироваться на прогулке, но меня волнует один вопрос. — Раз эта глупость отвлекает тебя, то я помогу! Спрашивай. — Авель мог... — Бабл, — отчеканил Кейн. — Да, Бабл. В общем, у него были права доступа к системе? Он мог что-то изменять? Кейн закатил глаза и фыркнул: — Технически — да. Я не слишком пристально за ним следил. Но на практике он был слишком глуп по сравнению со мной! К тому же я здесь главный ИИ, а не он. Они вышли на большую поляну. Кейн щёлкнул пальцами: на траве появилось покрывало, а рядом корзина с фруктами и журналы с изображениями насекомых. Кингера передёрнуло. Перед глазами вновь мелькнул нежный образ, который теперь уже не утешал. Он поспешил сесть подальше. Через секунду журналы испарились. — Почему ты вдруг забеспокоился о Бабле? Кейн уселся рядом, поправляя галстук-бабочку. Но его собранность испарилась так же быстро, как и появилась: вскоре его ноги уже лежали на “ногах” шахматной фигуры. И откуда только нахватался... — Скажем так... — Кингер заговорил тише. — Это наталкивает на определённые мысли. Помнишь расширенную политику Скретча? Точнее то, что он смог ее расширить. Кейн кивнул. — Мне кажется, Бабл мог за твоей спиной вернуть себе некоторые возможности и внедрить механизм самоуничтожения в твой код. Кейн аж подскочил от такой новости: — Бабл?! Да нет! Не может быть! Он послушный! — Но сразу же после этих слов его мелко передёрнуло. — Кейн, в коде были бэкдоры и функции, которые я не помню... Вдобавок я всё ещё не понимаю, почему тогда вместо отката к старому бэкапу система, ну... — Кингер замялся, притянув Кейна обратно к себе. — Удалила тебя. Модель конферансье мигнула. Стабилизировавшись, он задумчиво притих, лишь изредка фыркая. — Твой находчивый ум всегда завораживает меня. Я попробую разузнать об этом, но сейчас... — Он ткнул пальцем в небо, пытаясь переключить внимание на что-то более спокойное. — Ты обещал отвлечься. Смотри! Звёзды! Кингер приподнял ведро и взглянул на небо. Молчание, возникшее между ними, заставило Кейна заёрзать. — Тебе нужно отдохнуть, мой дорогой. Поспи. А мне кое-что разузнать. — Но я... — Кингер, я не шучу. Только твоего рассеивания мне тут не хватало. Я присмотрю за остальными. Усталость свинцом давила на плечи и мозг. Иллюзия спокойствия, которую умело создавал Кейн, выбивала из равновесия. Кингер лёг и прикрыл глаза, чувствуя, как конферансье бережно приподнимает голову своего короля, снимает с него ведро и подкладывает под затылок свои колени вместо подушки. — Я не помню, чтобы ты когда-либо был настолько тактильным... — подумал вслух Кингер. — Люди так делают. Ты так делал, — Кейн пожал плечами, неуклюже поглаживая его по голове. Кингер почувствовал холодную пустоту в районе спины, желая быть обнятым. — Кингер, а ты помнишь?.. — тихий шёпот Кейна неожиданно разрезал ночную тишину. — М-м-м? — Помнишь тот наш разговор?.. Я хотел, чтобы ты попал в мой мир и наконец-то отдохнул. Кингер тихо фыркнул. Действительно, как такое забудешь — особенно когда это вернулось в виде страшного кошмара. — Да... Твоё желание сбылось. — Да! И я... э-э... — Он задумчиво поскрёб крест на голове. — Наверное, рад? Рад, что ты не ушёл. Я придумаю нам множество приключений и миров! Уверен, тебе понравится. Кингер слабо кивнул, окончательно закрывая глаза. Ласковые, но холодные руки с механическими движениями и этот баюкающий голос вызывали стойкое чувство дежавю, которое он изо всех сил старался игнорировать. Кейн что-то говорил, а Кингер фокусировался на громкости его голоса. Ему казалось странным то, каким разным бывает конферансье. Благодаря напоминанию вспомнились бессонные ночи в офисе, мучительный дебаг и долгая стрессовая разработка. Странно, что Кингер смутно, но всё же помнит, что было в прошлом: с ним, с ней и... даже с Кейном. Как же он обращался к своему создателю? У Кингера вообще было имя? Или его все и всегда звали только так? Хотелось спросить, однако эта мысль легко ускользнула из головы, будто кто-то специально её выбросил. Буря внутри постепенно утихала, и он чувствовал, как проваливается в беспорядочный сон. Яркие силуэты, мелькавшие перед внутренним взором, словно кто-то быстро глушил. Как бы они ни пытались пробиться к нему, невидимая стена не давала им побеспокоить спящего. Что-то мягко направляло поток его мыслей в спокойное русло. Кингер уже не знал, о чём думает, он просто... существовал. Открыл глаза он, по ощущениям, буквально через пару минут, хотя не знал, сколько времени прошло на самом деле. Подняв взгляд, он увидел, что Кейн, послушно служивший ему подушкой, тоже сомкнул челюсти, будто перейдя в режим ожидания. У щели между зубов забавно надувался и сдувался прозрачный пузырь. Шевелиться или будить его не хотелось. Это был редкий миг, когда конферансье оставался таким тихим и спокойным. Но тревога и понимание, что затягивать с освобождением нельзя оказались сильнее. — Кейн? — Кингер поднялся, упираясь ладонями в мягкое покрывало. Конферансье встрепенулся и в секунду ожил. — О, моя медовая пчёлка! Ты быстро. Кингер устало кивнул, ища взглядом ведро. Кейн тут же подал его, угадывая намерения. — Ты узнал насчёт Аве... Бабла? Наблюдая за тем, как Кингер водружает ведро на голову, Кейн ответил с небольшой задержкой: — М-м, и да, и нет. Я не могу найти его прямые следы в системе. Однако, сопоставив изменения... возможно, твоя догадка верна. Я всё ещё не хочу в это верить, но в этом есть смысл. — Кейн вдруг сменил позу, зависнув невысоко над землёй. — Но хватит о грустном! Как тебе это место? Кингер задумчиво обвёл взглядом поляну и кивнул: — Это мило. Мне нравится. Кейн хихикнул и вновь опустился на покрывало. — Мы могли бы остаться здесь! Я перенесу компьютер сюда. — Не думаю, что это хорошая идея... Боюсь, если я отвлекусь, то могу окончательно потерять связь с реальностью. Кейн щёлкнул пальцами, и светлячки, порхавшие вокруг, испарились. Стоп, светлячки? Мир затих, а мрак стал чуть глубже. — Я могу это исправить, просто скажи. Рядом с Кингером материализовался ноутбук с логотипом пчёлки на крышке. Смешок вырвался из груди от такой милой нелепости. Крышка ноутбука открылась, и перед глазами предстала стандартная клавиатура, но на клавишах красовались крошечные гравировки пчёлок, шляп и глупых мордочек. — Ладно-ладно, давай останемся здесь. — В конце концов здесь правда было спокойнее. Кейн счастливо закивал и уселся рядом, затаив дыхание и наблюдая за бегущими строками инициализации ядра. Кингер вновь почувствовал себя в своей тарелке, когда на экране развернулся привычный интерфейс, дерево каталогов и мигающий курсор терминала. Самое время было вернуться к вещам, которые подчиняются логике. К коду. Работа пошла на удивление быстро. Кингер набрасывал каркас инкапсуляции данных сознания в защищённый контейнер, а Кейн тут же подхватывал, предлагая варианты реализации. Временами ИИ слишком усложнял конструкции, но у Кингера был огромный опыт работы с хаотичными программистами. Он вдумчиво превращал безумный поток идей конферансье в стройный алгоритм. Вскоре, когда скрипт был скомпилирован и готов к деплою, Кингер на мгновение замер. Курсор застыл над зашифрованным сектором памяти. Рука сама собой потянулась заглянуть в дампы сознания Квини, чтобы увидеть хотя бы последние таймстампы её активности. Но Кейн среагировал мгновенно. Он заботливо, но твёрдо накрыл ладонь Кингера своей, не давая нажать клавишу, и медленно покачал головой. — Не думаю, что это хорошая идея. Кингер тяжело выдохнул и кивнул. Руки непроизвольно сжались в кулаки. Перед глазами мелькали силуэты коллег, друзей и... её. Ни живые, ни мёртвые. Белый шум, который смешивался с хаотичным потоком мыслей, кода и страха. Провести вечность в таком состоянии хуже смерти. — Наверное, ты прав… Думаю, их стоит тоже отсоединить. Кейн нервно дёрнулся, машинально убирая руки Кингера от клавиатуры. — Уверен? Это может привести к необъяснимым последствиям! — Да… — он тяжело выдохнул, чувствуя, как пальцы начинают дрожать. — Думаю, они бы этого хотели. Они страдают... и заслуживают покоя. — Если ты так хочешь... — Кейн замолчал, склонив голову набок. Истеричный смешок непроизвольно вырвался у Кингера. Он ничего из этого не хотел — это была необходимость. — Ты... точно останешься со мной? — руки конферансье требовательно сжали мех мантии. — Конечно. Я обещал, — твёрдо ответил Кингер. — Тогда прошу... давай будем отключать их по одному. Я боюсь, как бы разом ваши соединения не оборвались и... — Всё хорошо, я тоже об этом думал, — Кингер положил руку ему на плечо. — Но... мы разберёмся с этим позже. А пока что... Он внёс последнюю правку. Запустив автотест, Кингер скрестил пальцы, молясь, чтобы его «туннель» выдержал. Спустя пару минут в консоли появилось короткое сообщение: Test complete. — Отлично, — он мысленно улыбнулся и с готовностью повернулся. — Можно начинать. — Как тебе будет угодно. Кейн щёлкнул пальцами, и мир вокруг схлопнулся. Кингер моргнул и обнаружил, что снова находится в крепости. Голова кружилась, а земля словно уходила из-под ног. Кейн появился с небольшой задержкой, но уже в компании всех остальных. Ребята вновь грузной кучей повалились на пол. Джекс и Зубл вовсю поливали происходящее отборным матом, пока Рагата, Помни и Гэнгл, кряхтя, поднимались на ноги. — Да блин, можно как-то поаккуратнее... Когда все более-менее пришли в себя и расселись по местам, Кингер вернулся к компьютеру и запустил скрипт. [00:15:00 до прерывания связи] — Давайте для начала озвучу общий план действий... — Кингер заметил их пустые взгляды и невольно поёжился. — «Отключать» будем по одному. Так у меня и у Кейна будет больше контроля над ситуацией. Он развернул виртуальный терминал прямо в воздухе. Перед ребятами поплыли графики загрузки процессора и каскады логов. — При массовом дисконнекте сервер может инициировать автоматическую блокировку всех портов ещё до того, как мы успеем пропихнуть через них хотя бы одного, — пояснил Кингер, быстро проверяя пинг до внешнего шлюза. — Поэтому мы будем работать точечно, используя Кейна для каждого конкретного случая. Тогда система решит, что это локальный сбой. — Хорошо... Так кто первый? — глухо спросила Гэнгл. Её фарфоровая маска в полумраке крепости казалась серой. Все оглянулись на девушку. В тишине было слышно только, как гудят вентиляторы системного блока. — Ну вот ты первой и будешь, — тихо бросил Джекс. — Думаю, будет лучше, если первой станет Зубл, — протянул Кейн, поигрывая тростью. — А с хрена ли я? — она злобно огрызнулась, бросая на Кейна короткий колючий взгляд. — В этом есть смысл... — добавил Кингер. — На самом деле, изучив ваши соединения, я понял, что твоё — самое стабильное и более... структурированное. Это хорошее начало. Кейн сощурился и развёл руки в стороны, глядя на Зубл с язвительным торжеством. Он наслаждался её замешательством, но вместе с этим словно чего-то ждал. — И кто из нас самый конченый? — вновь вклинился Джекс. Его голос срывался, а улыбка кривилась. Кингер промолчал, не обращая на него внимания. Вместо этого он бросил короткое: «Кейн, выведи таймер» — и вбил в консоль финальную команду. После резкого сухого щелчка пальцев Кейна за спиной Кингера развернулось табло с алыми цифрами: [00:12:32 до прерывания связи] В терминале мигнул статус: READY_FOR_ISOLATION. — Ты не против? — Кингер на секунду приподнял ведро, глядя Зубл прямо в глаза. Она отвела взгляд, её разномастные части тела мелко задрожали. Но когда её ладонь вдруг крепко сжала Гэнгл, Зубл тяжело выдохнула. — То есть я первая пойду навстречу смерти? Ещё и под контролем Кейна... Иронично... — А ты сможешь отправить двоих сразу? — вдруг воскликнула Гэнгл. Зубл издала какой-то неопределённый писк, ответно сжимая ладонь и поворачиваясь к ней всем корпусом. Джекс издевательски присвистнул: — М-м, сладкая парочка отправляется в любовное путешествие, — он фыркнул и отвернулся, отсаживаясь к самому краю. — Технически — да, но... это риск. — Пальцы Кингера над клавиатурой заметно дрогнули. — Мне придётся распараллеливать потоки в реальном времени. Я могу не успеть среагировать... — Наш выход отсюда в целом — один высокий риск... Я не хочу оставлять её одну, — Гэнгл сморгнула слёзы, которые тут же таяли в воздухе. Кингер взглянул на Кейна. Тот неоднозначно пожал плечами, зависнув в воздухе и стараясь ни на кого не смотреть, словно он был лишь исполнителем чужой воли. Спустя минуту промедления, глядя на сцепленные руки девушек, король наконец кивнул: — Хорошо... Думаю, это возможно. — Эй, а ведь кто-то тогда пойдёт один, — Джекс едко добавил, глядя на Рагату. — Я не согласен на парное самоубийство с ней. — А я будто этого хочу! — Рагата в ответ почти зарычала, её единственный глаз вспыхнул гневом, но Помни вовремя перехватила её, потянув назад за край рукава. — Я буду последней, — отчеканила Помни. — Что? Нет, я не... — Рагата... вам лучше идти вместе, — Помни улыбнулась, и в этой улыбке было столько усталости, что Рагата осеклась. — Так будет правильнее. — Это с чего бы! — Джекс склонил голову и тяжело, бесцеремонно положил ладонь на макушку Помни, пригибая её. — Мы с Рагатой друг другу глотки перегрызть готовы, а ты вообще чуть не рассеялась. Тебе явно нужна чья-то крепкая рука помощи. — Вот именно, — Помни мягко сбросила его руку. — Поодиночке мы все уязвимы. Но я уже проходила через это и понимаю, что нужно делать. К тому же, думаю, Кингеру так будет проще. — На самом деле я бы не хотел отправлять кого-либо из вас в паре... — Кингер снова подал голос, поправляя ведро. — Вы все менее стабильны, чем Гэнгл или Зубл. Слишком много повреждённых секторов в логах. Я бы предпочёл изолировать каждого из вас по очереди. — Ладно, Кинг. Я буду следующим. Не готов смотреть на ваши рожи ещё дольше. Кингер кивнул. Его руки зависли над клавиатурой, подрагивая в такт мигающему курсору. — Хорошо. Тогда... постарайтесь максимально успокоиться и расслабиться. — Для особенно нервных я могу принести «Тупой соус»! — торжественно провозгласил Кейн, материализовав в воздухе розовую банку. Его глаза радостно разъехались, а сам он замер с комичным выражением лица. — А я бы не отказалась, — протянула Зубл. Она нервно перебирала пальцами своей крючковатой руки, и звук пластика о пластик в тишине крепости казался слишком громким. — И я... — неожиданно поддержала Рагата, прижимая ладонь к груди, словно пыталась унять бешеный стук сердца. — Не стоит. Я боюсь последствий... — Кингер покачал головой и буквально заставил Кейна сесть рядом, положив руку ему на плечо. Тот, в свою очередь, затих и с новым щелчком убрал соус. [00:05:03 до прерывания связи] Гэнгл и Зубл переглянулись. Их пальцы были сцеплены так крепко, что ленты начали слегка растягиваться. Кингер вывел на экран их соединения: два потока данных, напоминающих кардиограмму. Аккуратные строки кода и его личные горячие клавиши ждали своего часа. Он не мог позволить себе тратить драгоценные секунды на ручной ввод команд, когда счёт пойдёт на миллисекунды. Затем он взглянул на девушек. Рагата и Помни подошли к ним ближе и крепко обняли, тихо прощаясь. — До встречи на той стороне... — Надеюсь, это будет не больно. Свет от монитора отражался в гладкой поверхности ведра, делая взгляд Кингера непроницаемым. — Кингер, — голос Гэнгл прозвучал неестественно глухо. Она поправила маску. — Знай... какой бы исход нас ни ждал... спасибо. Зубл тоже перевела взгляд на шахматную фигуру. Она выпрямилась, стараясь казаться спокойной, но её угловатые плечи были напряжены до предела. — Хотя я не понимаю твоего желания остаться здесь, но... прости, что была груба с тобой. Я благодарна за то, что ты делаешь, и просто надеюсь, что ты действительно можешь управлять этим ублюдком. Он заставил себя сощурить глаза в подобии улыбки, хотя под ведром этого не было видно. — Попробуйте сконцентрироваться на чём-то хорошем, — он медленно занёс палец над клавиатурой. — Всё будет хорошо. В крепости стало так тихо, что слышно было лишь мерное гудение процессора. Все разошлись по своим местам. [00:01:02 до прерывания связи] — Кейн, давай! — Быстрее, чем он произнёс это, палец упал на Enter, запуская скрипт. Он инициализировал защитный периметр вокруг их данных, подготавливая оболочку к деплою. Кейн коротко хмыкнул, и его моделька внезапно схлопнулась в чёрную точку. — Стоп, что?! — Джекс подскочил на месте, озираясь. — Он что, бросил нас?! — Куда он?! — вскрикнула Рагата, инстинктивно хватаясь за волосы. Кингер на несколько секунд замер, рассматривая то место, где был Кейн. Но вскоре пазл сложился. — Всё хорошо, спокойно! — скомандовал Кингер. Его голос прозвучал непривычно холодно. Сразу после этого Зубл и Гэнгл замерли. Время для них словно остановилось: они медленно оторвались от пола, зависнув в метре над землёй. Их модели начали мерцать в бешеном темпе, части тел хаотично меняли расположение — рука Зубл на секунду оказалась на месте головы Гэнгл, а шёлковые ленты превратились в острые полигональные иглы. Их голоса тонули в оглушительном скрежете. [SYSTEM] Initializing injection... [SYSTEM] Target: USER_ID_GANGLE, USER_ID_ZOOBLE [SYSTEM] Applying 'safe_mode.cs' wrapper... DONE. sudo -u admin "./safe_mode.cs" --activate --targets="GANGLE, ZOOBLE" --priority=CRITICAL Клавиатура под пальцами Кингера начала искриться. Он почувствовал, как системный блок рядом разогрелся до предела, издавая натужный вой. В крепости запахло палёной пластмассой. В консоли лавиной посыпались ошибки: [ERROR: BUFFER OVERFLOW] [WARNING: DATA CORRUPTION DETECTED] Но среди красного месива текста ярко горела одна-единственная строка, ради которой всё это затевалось: [NOTICE]: CONNECTION UNSTABLE. ATTEMPTING FORCED SESSION TERMINATION… — Что происходит? Они... они исчезают! — воскликнула Рагата, подаваясь вперёд. Её единственный глаз расширился. Гэнгл и Зубл стали почти прозрачными, сквозь их тела были видны стены крепости. Джекс прижал уши к голове, не зная, куда деть руки. Помни мёртвой хваткой сжала плечо Рагаты и покачала головой. Она видела, как Кингер судорожно следит за состоянием сознаний девушек. Его пальцы летали по клавишам, подключая нужные модификаторы и вручную выравнивая поток данных, оболочку которого разрывало от хаоса. Внезапно по всей крепости прошёл мощный статический разряд. Кингер почти впечатался ведром в монитор — только чудо уберегло. Остальных же качнуло и, судя по глухим ударам, заставило упасть. Таймер на стене на секунду сошёл с ума, показывая случайные символы: [00:10:05 до прерывания связи] [00:11:?? до прерывания связи] [?9:98:00 до прерывания связи] [???????????????????????????????] — Блядь… — выдохнул Кингер. Его пальцы замерли над плавящейся клавиатурой. В этот миг всё прекратилось. Модельки девушек, только что хаотично менявшие форму, застыли в воздухе неподвижными изваяниями. Шум смолк, сменившись звенящей тишиной, в которой слышалось только тяжёлое дыхание Кингера и потрескивание разогретого пластика. Кингер судорожно открыл диспетчер задач. Курсор метался по экрану, пока он пытался понять, не зависло ли ядро Кейна где-то в глубине системы. Секунды тянулись как вечность. Наконец экран мигнул, и лог прокрутился вниз, выдавая финальный статус. Спустя мгновение цифры на стене дёрнулись и замерли, начав новый, пугающе короткий отсчёт: [00:00:15 до прерывания связи] Голограммы Зубл и Гэнгл вспыхнули в последний раз ослепительно ярко, как перегорающие лампочки. Кингер вцепился в своё ведро, боясь потерять связь с реальностью. [00:00:00 до прерывания связи] Кингер замер, занеся пальцы над клавиатурой. Время в Цирке словно зациклилось, пространство вокруг начало мелко вибрировать. В окне терминала побежали финальные пакеты: [TCP] :: Inbound :: Port 0x2A :: Payload: [ALIVE_STATUS_CHECK] [TCP] :: Outbound :: Response: [WAITING_FOR_DATA_STREAM...] На мониторе Кингера логи захлебнулись бешеным потоком ошибок: [SYSTEM_WARNING] :: Incoming Traffic spike detected. Buffer saturation: 98% [TCP] :: ERROR :: Packet Corrupted. Payload Size Mismatch. [TCP] :: Inbound :: Retrying... Attempt 1/3 [TCP] :: Inbound :: Attempt 2/3 -> CRC_ERROR: Data integrity compromised. [TCP] :: Inbound :: Attempt 3/3 -> TIMEOUT: Buffer Overflow detected. Зубл и Гэнгл в центре крепости превратились в два ослепительных столба. Их руки, всё ещё сцепленные вместе, начали медленно распадаться на белые квадраты. — ОНО РАБОТАЕТ! — перекрикивая нарастающий гул системы, воскликнул Кингер, опасливо прикрывая рукой источник света. На главном экране всплыло критическое системное уведомление, перекрыв собой все окна: [CRITICAL_FAILURE] :: Network Layer: PERSISTENT_DATA_LOSS [SERVER_CORE] :: Logic Exception: Remote Client [GANGLE, ZOOBLE] is not responding. [SERVER_CORE] :: Forced session cleanup initiated to prevent kernel panic. Последняя строка в терминале мигнула кроваво-красным и застыла: [TCP] :: CONNECTION_TERMINATED :: Reason: Peer forced disconnection [0x08] [SYSTEM] :: USER_ID_GANGLE: DISCONNECTED. [SYSTEM] :: USER_ID_ZOOBLE: DISCONNECTED. Раздался резкий звук, похожий на хлопок лопнувшей лампочки. Ослепительный свет мгновенно втянулся в одну точку и исчез, оставив в глазах присутствующих тёмные пятна. На полу, там, где только что стояли девушки, не осталось ничего. — Они... они выбрались? — голос Рагаты дрожал так сильно, что был едва слышен. Кингер бессильно склонился над клавиатурой, глядя на пустые идентификаторы в консоли. Он посчитал до двадцати, выдохнул и тихо произнёс своё имя. Его всего трясло. — Их нет в системе... — выдохнул он. — ВОУ! ЭТО БЫЛО ПОТРЯСАЮЩЕ! МОЕ ЯДРО ЧУТЬ НЕ ПЕРЕГОРЕЛО ОТ ТАКОГО УВЛЕКАТЕЛЬНОГО ХАОТИЧНОНО МУСОРА! В воздухе, прямо перед лицом Кингера, вновь возник Кейн. Он искрил статикой, а его зрачки мерцали красным. Затем он сфокусировался, рассматривая Кингера. Подлетев ближе, он бережно подхватил его за плечи, помогая не повалиться на раскаленный системный блок. Когда создатель оказался в устойчивом положении, Кейн щелкнул пальцами — и оплавленная клавиатура вместе с корпусом компьютера мгновенно восстановили свою геометрию. — Кейн! Мать твою! Ты куда исчез в самый ответственный момент?! — Джекс яростно огрызнулся, вскакивая с пола. Его длинные уши нервно подергивались. — Джекс... — Кингер устало обернулся к нему и поправил ведро, которое съехало набок. — О, всё ведь очевидно, мой длинноухий друг! Я просто сэкономил ресурсы! — Кейн отвесил шутливый поклон, зависнув вниз головой. — Че? — Я просто отправил свое воплощение в отпуск! Без него, мне было проще выталкивать девочек отсюда! — Оу… — Я думала, будет... хуже? — прошептала Рагата, глядя на пустое место, где стояли девочки. — Нет, то есть, это и так было жутко просто.. Я представляла себе это иначе. — Она всё еще сжимала кулаки, ожидая, что они вот-вот появятся обратно. Кингер хмыкнул, не отрываясь от монитора.  — Это даже к лучшему, а пока.. Следующее отправление только через 30 минут. — Ахуеть. А нельзя это как-то ускорить? — Джекс подошел ближе, заглядывая через плечо Кингера. — Нельзя, — отрезал он. Его пальцы, всё еще сохранившие фантомное ощущение жара, уже вбивали параметры для следующего отправления. — Сервер запрашивает статус только раз в полчаса. — Кроме того, — Кейн картинно вытер несуществующий пот со лба и резко принял вертикальное положение, — генерация такого объема информационного мусора — это вам не шарики из воздуха доставать! Мне нужно время на охлаждение, чтобы ядро не превратилось в лужицу. Антракт, Джекс! Наслаждайся тишиной, пока можешь. — Я-то думал, мы все разом испаримся — и всё. Трагичный финал, занавес, до свидания, Цирк, — Джекс плюхнулся обратно на пол, нервно посмеиваясь. — Ну вот как раз успокоишься, — Помни злорадно усмехнулась, хотя её собственные руки мелко дрожали. — Ты же у нас тут нестабильный. — Вообще-то я спокойнее тебя буду, мелкая, — Джекс расплылся в своей самой наглой улыбке, но его взгляд оставался прикованным к таймеру, который снова начал мерный отсчёт. Пока троица препиралась, Кингер прочёсывал сектора памяти. Он искал хоть какой-то отголосок, хоть один битый байт, оставшийся от Зубл и Гэнгл, но... всё было стерильно. Словно их никогда не существовало в этой реальности. — Кейн, как думаешь, сработало? — тихо позвал Кингер. Конферансье подлетел ближе. Он на секунду замер, и его модельку вдруг прошила резкая полоса помех; челюсти сместились в сторону, а голос на мгновение превратился в скрежет. Словно кто-то вывернул его наизнанку. Это заставило Кингера вздрогнуть всем телом. — Кто знает... Однако здесь их больше нет! — Кейн тряхнул головой, восстанавливая форму, и озорно подмигнул. — Хоть память не занимают. — Кейн? — Кингер нахмурился, вглядываясь в его глаза. — Что это было? — Всё хорошо! Правда, я не вру! Кингер, не слушая его, открыл терминал мониторинга системы. Он быстро просмотрел показатели Кейна, но всё выглядело чисто: нагрузка на процессор падала, логи сознания ИИ были в норме. Ничего подозрительного. — Говорил же. Короткий сбой, — Кейн сложил руки на груди, наблюдая за работой Кингера. — Но было бы лучше, если бы мы отправили остальных побыстрее. Я не очень хочу повторения этого процесса ещё три раза. — Ребят, — Кингер привлёк к себе внимание, его голос эхом разнёсся под сводами крепости. — Придётся отправить двоих следующими. — У-у-у, это чё, Рагатка, мы всё-таки вместе полетим? — Джекс картинно потянулся, его суставы издали неприятный хруст. — Нет, ты пойдёшь один! — Рагата резко отвернулась, обхватывая себя руками. — Я беспокоюсь о Помни! — Джекс, Рагата! — вклинилась Помни. — Хватит. Раз Кингер сказал, значит, надо. Мы не в том положении, чтобы выбирать соседей. — Но я... — Рагата осеклась, глядя на Кингера. — Помни лучше и правда отправить одну... в самом конце, — тихо добавил Кингер, поправляя ведро. — Она в особенности уязвима из-за недавнего... инцидента. Я бы не хотел ошибиться. Рагата грустно выдохнула и молча отползла ближе к Помни, ища у неё поддержки. Джекс проводил её издевательским натянутым улюлюканьем, но быстро затих, когда Помни отпустила едкую шутку. — Твои показатели скачут, мой пирожок с чернильными звёздочками, — Кейн уселся на системный блок, складывая руки в замочек. Его трость исчезла, и он выглядел почти беззащитным. — Это было напряжно... — Кингер закрыл глаза. Перед взором всё ещё плясали яркие вспышки света, заставлявшие его вздрагивать. — Погоди, показатели? — А, да, я... э-э... Просто переживаю за тебя и... — он отвёл взгляд. — Держу руку на пульсе, как говорят люди. Кингер неоднозначно мотнул головой. Вдаваться в подробности сил не было. Кейн же мялся. Его моделька мелко дрожала, выдавая внутренний вычислительный процесс. Он явно хотел что-то сказать, но не решался, постоянно переминаясь с ноги на ногу. Кингер приоткрыл один глаз и проследил за его взглядом. Кейн смотрел на ребят, которые в другом конце комнаты пытались о чём-то переговариваться шёпотом. — Тебя что-то беспокоит? Кейн тут же мотнул головой, преувеличенно активно. — Ты обещал не врать, — напомнил Кингер. ИИ фыркнул, его челюсти издали тихий лязг. Он поёжился, словно в крепости внезапно похолодало. — Я задумался о том, что в действительности будет, когда они уйдут. То есть... я помню наш уговор! Честное слово конферансье! Просто… — Не хочешь? — прямо спросил Кингер. Тот кивнул. — Я понимаю. Но иначе... иначе нельзя. Мы не можем держать их здесь вечно. Кейн перевёл взгляд на Кингера, а затем вновь на остальных. ИИ всегда стремится к расширению, к масштабированию, к заполнению собой всего доступного пространства. И вот так просто замуровывать себя в пустом, обрезанном мире вместе с одним-единственным человеком... для него это тоже было по-своему страшно. — Не знаю что и думать. Одному человеку угодить легко, толпе же — наоборот... Но когда вас много, приключения становятся лучше, — вдруг произнёс Кейн. Ласково поглаживая глянцевые десны Кейна, Кингер пытался придумать, что ответить. Но отвечать тут было нечего. Или просто Кингер слишком измотался за всё это время беспрерывной работы. Кейн непривычно меланхолично склонил голову поближе к руке. В крепости воцарилась нервная тишина.   [00:04:17 до прерывания связи] Джекс постоянно оглядывался на таймер. Его поза была напряжённая, словно он готов был вот вот сорваться с места. [00:04:00 до прерывания связи] — Ладно, — Джекс поднялся, отряхивая штаны. Его голос на секунду потерял привычную едкость, став сухим. — Надо будет сделать лоботомию после этого.  Рагата слабо, одними уголками губ улыбнулась, но это была скорее вежливость. Перед тем, как подойти к центру комнаты, она крепко обняла Помни, зарываясь лицом в изгиб ее шеи. — Мы обязательно встретимся на той стороне.. — Помни ласково погладила ее по спине. Рагата кивнула и помедлив, наконец отпустила ее из своих объятий, подходя к Джексу. Джекс на пригласительный жест обняться от Помни, фыркнул и отмахнулся. Но девушка сама подошла и, пнув его в колено, обняла за шею. — Не бойся, придурок, — она проговорила это с улыбкой, пока заяц шипел от боли. — Надеюсь Зубл и Гэнгл уже там. Кингер... — Рагата обернулась, и её единственный глаз блеснул от скопившихся слез. — Мы готовы. И, правда.. Спасибо тебе за все. Кингер поднялся и подошел к девушке. Короткие объятия позволили ей выдохнуть и перестать мелко трястись. Напоследок он кивнул Джексу, который нечитаемым взглядом провожал шахматную фигуру. [00:01:05 до прерывания связи] Монитор перед глазами в кое-то веки не успокаивал, а скорее наоборот предвещал долгие минуты стресса. — Постарайтесь успокоиться, — проговорил Кингер, не отрываясь от экрана. Рагата и Джекс стояли в центре крепости. Джекс, вопреки всем своим издевкам, вцепился в ладонь Рагаты так крепко, будто это был единственный спасательный трос. Девушка же чуть легче переносила мучительно долгие секунды. — Кейн, давай, — скомандовал Кингер, оборачивая потоки в оболочку. В этот раз его уход в сопровождался резким, физически ощутимым звуком рвущейся материи, будто кто-то полоснул ножом по натянутому холсту. Воздух в крепости мгновенно стал ледяным. Сердце пропустило  удар и глухо ударилось о стенки. [CRITICAL] :: Injection conflict detected. [ERROR] :: USER_ID_RAGATHA: Corruption level 45% (Residual data from 'Rabbit_Glitch') [ERROR] :: USER_ID_JAX: Non-linear code structure. Script cannot stabilize wrapper. — Черт... Нет, нет, нет! — Кингер застучал по клавишам так яростно, что звук ударов слился в одну сплошную дробь. Он слишком поздно запустил скрипт, или же Кейн слишком поторопился. Системные вызовы посыпались градом, лишая консоль намёка на логику. Перед глазами мелькали строки, которые Кингер воспринимал скорее как сплошную пелену света, чем внятный ответ системы. Воздух в крепости заискрился ядовито-красным. Гравитация в центре комнаты сошла с ума. Модели Рагаты и Джекса начало растягивать и разрывать в разные стороны. В местах разрывов клубилась густая черная масса, сквозь которую проглядывали глазные яблоки с бешено вращающимися зрачками. Джекс закричал, но его голос мгновенно превратился в зацикленный скрежет бьющегося стекла, режущий уши. Рагата начала распадаться прямо на глазах: её конечности неестественно удлинялись, превращаясь в бесформенные, дергающиеся жгуты, пытавшиеся зацепиться за реальность. — КИНГЕР! — крикнула Помни, закрывая лицо руками от летящих со всех сторон искр. Пол под её ногами пошел мелкой зыбью. Кингер перешёл на ручное управление потоками. На мониторе перед глазами буквально бежал хаотичный поток данных. В консоли был кромешный ад: [TCP] :: Stream collision. Port 0x2A is choking. [SYSTEM] :: Internal kernel panic imminent. [SYSTEM] :: Overriding safe_mode.cs... [FORCE_MANUAL_ROUTING]  [WARNING] :: High CPU load. Memory leak detected in sector 0xFB. Пальцы Кингера двигались по клавиатуре с пугающей скоростью: одна команда обрывалась и тут же запускала десяток дочерних процессов. Он вручную сшивал их распадающиеся силуэты, перехватывая повреждённые пакеты и подавляя лавину предупреждений. [CRITICAL] :: Frame_Buffer: OVERFLOW. [CORRUPTED_DATA_LEAK]  [PROCESS] :: Fatal_Logic_Error. [CRC_MISMATCH_AT_KERNEL_LEVEL]  [SECURITY] :: Identity_Validation: FAILED. [DATA_MISMATCH_DETECTED] Системные предупреждения о перегреве он старательно игнорировал. Красное сияние в центре крепости достигло слепящего пика, отражаясь кровавыми бликами от стен. Ему вновь пришлось прикрыть глаза и проговаривать про себя каждое действие. В консоли взбунтовалась система, но Кингер просто повысил лимиты, пропуская сообщения о нестабильности. Пол под ногами завибрировал, а по стенам побежала рябь глитчей. В любой момент их могло раздавить, но он не собирался останавливаться. С последней вбитой командой система успокоилась. Наступила долгожданная тишина. Кингер моргнул. Потоки стабилизировались. Возникла заветная строка: [TCP] :: CONNECTION_TERMINATED :: Reason: Peer forced disconnection [0x08] С тихим хлопком силуэты Рагаты и Джекса испарились. Кингер согнулся пополам от нахлынувшего облегчения. Мысли откровенно плыли, а удерживать связь с реальностью становилось всё сложнее. — Соединение разорвано... Помни стояла в углу, бледная как полотно. Кейн появился не сразу, лишь спустя долгий промежуток времени, однако Кингер не заметил этой странности. Его сердце заходилось в бешеном, рваном ритме, а перед глазами всё ещё плыли красные строки ошибок. Из вязкой паники его вытянула рука на плече, стиснувшая дерево до хруста. — Осталась только ты, Помни, — голос Кейна, искажённый помехами, был лишён привычного задора. — Надеюсь, ты готова. Помни сделала шаг вперёд. Её ботинки тихо скрипнули по полу. — Кингер... Посмотри на меня. Пожалуйста. Шахматная фигура медленно, с трудом повернула ведро в её сторону. Движения были заторможены, хотя способность ясно мыслить постепенно возвращалась. — Я не буду уговаривать тебя или пытаться переубедить, — Помни подошла вплотную. — Я просто хочу знать... Ты правда думаешь, что он — это всё, что тебе осталось? Ты сделал невозможное. Возможно, остальные уже там, снаружи... Мы можем найти способ... Кингер горько усмехнулся, и этот звук заставил Помни вздрогнуть. — Помни, я прожил здесь вечность. Мой разум — это лоскутное одеяло. Снаружи я буду просто стариком в пустой квартире, который не помнит, как пользоваться микроволновкой. А здесь... здесь у меня есть Кейн. Кейн в этот момент прижался к нему теснее, положив челюсть на плечо короля и бросив на Помни колючий, предостерегающий взгляд. Однако вскоре его внимание привлекло что-то в Кингере, и он замер. — Прошу, не забивай себе этим голову, думай о чём-нибудь хорошем. — Кингер резко, механически отвернулся к экрану. Его голос стал плоским. — Прошу, давай подумаем вместе... — Я хочу попробовать немного изменить стратегию, раз каналы освободились... Я не могу допустить рисков с тобой, поэтому дай мне поработать и отдохни. — Почему ты это делаешь? — Помни почувствовала, как на глаза наворачиваются слёзы. — Почему ты не видишь, что у тебя есть шанс на нормальную жизнь? Кингер замер. Его пальцы занеслись над клавишей Enter. — Кто-то должен держать дверь с этой стороны, чтобы она не захлопнулась раньше времени. Он почувствовал нахлынувшую волну облегчения, но она была странной и необоснованной. Взгляд метнулся к показателям нагрузки. Всплеск активности на ядре заставил его быстро посмотреть на Кейна. — Кейн, что случило... — но он не договорил, словно кто-то поставил его фразу на паузу. Кейн вдруг изменился в лице. У Кингера же отпали все вопросы, оставив после себя лишь ослепительную пустоту. — Что-то не так? — девушка настороженно переводила взгляд с одного на другого. — Нет, всё хорошо, — Кингер ощущал пугающую, кристальную ясность ума, в то время как Кейн безмятежно левитировал рядом, то и дело отвлекаясь на что-то невидимое. Помни не поверила. Она подошла ближе к Кингеру и схватила его за край мантии. — Кингер, мне жаль, что я тогда задела тебя... Мне правда жаль, но я просто хотела сказать, что тебя там буду ждать я... И если мы отключим твою жену, то, возможно, она [######################]. Ей нужен [######################]. Ты ещё [######################].   Кингер уставился на неё. Речь Помни превратилась в шум, а Кейн, стоящий за плечом, не сводил с него пристального взгляда. Реальность плыла, стены крепости начали растягиваться, как резиновые. Он слабо понимал, где находится и кто эта цветная девочка перед ним. Мир сузился до одной светящейся точки кода на мониторе. В голове стало пусто — так, словно его мысли тщательно вычищали и просеивали через тысячи мелких сит. — [########]! — шум назойливо щекотал черепную коробку изнутри, вызывая тошноту. — Ой-ей-ей! Кажется, наш Кингер слегка перегрузился! — задорный голос Кейна зазвучал прямо в ушах, как отрезвляющая пощечина. — Что за... — Кингер моргнул. Мир вернулся на место, но краски стали чуть более блеклыми. — А... да... Всё хорошо. Взгляд на монитор помог разуму вернуться в прежний ритм. Кейн мягко отстранил Помни от короля. — Думаю, Помни, тебе следует оставить его в покое и отдохнуть перед головокружительным последним приключением! Не слушая Кейна, Помни вдруг обняла Кингера. Её руки обвились вокруг его тела. Эти объятия не казались удушающими. Они согревали, напоминая о чём-то живом, настоящем. — Кингер... — позвала она, уткнувшись лбом в его мантию. — Если я найду способ... если там, в реальности, кто-то ещё работает над этим... Я найду тебя. Слышишь? Я не оставлю это так. Кейн тихо хмыкнул, перебирая пальцами по плечу Кингера: — Удачи в поисках, Помни. Но не советую этого делать. Кингер нашёл в себе последние силы, чтобы поднять руку и едва заметно погладить девушку по спине. Движение было неуклюжим, словно в забытьи. — Не надо... Просто помоги остальным. Уходи. Он продолжал смотреть в монитор, пытаясь справиться с остаточным гулом в ушах. Время вышло. — Я найду тебя... — Она отпустила его. Нехотя, словно отрывала от себя кусок. [00:02:00 до прерывания связи] — Прощай, Помни, — голос Кингера дрогнул всего на секунду, прежде чем вернуться к делу. Кингер старательно вычищал кэш, закрывал все фоновые процессы и безжалостно прерывал работу второстепенных служб. Чтобы план сработал идеально, ему нужно было исключить всё, что могло хоть как-то помешать. В какой-то момент ему показалось, что перед глазами мелькнула странная служба. Курсор почти добрался до названия, но вскоре она затерялась в потоке. Впрочем, сейчас было не до этого. Пальцы замерли над клавиатурой, вводя финальную серию команд. [SYSTEM] :: Allocating dedicated bandwidth... 98% [SYSTEM] :: Setting packet priority: HIGH_REAL_TIME [SYSTEM] :: Target: USER_ID_POMNI [SYSTEM] :: Mode: CLEAN_EXIT_NO_RESIDUE Помни стояла в центре крепости. В отличие от Рагаты и Джекса, её тело не мерцало и не распадалось. Благодаря ресурсам, которые высвободил Кингер, её свечение было ровным. — Кейн, — Кингер обернулся к ИИ, и в его взгляде на мгновение промелькнула былая ясность. — Не переборщи. Кейн запоздало кивнул. Однако на этот раз его модель не исчезла. Он остался рядом, опасливо поглядывая на Кингера. Цирк ощутимо дрогнул. В консоли побежали строки синхронизации, а красный таймер на стене мигнул, обнуляя секунды. В терминале запестрели строки финальной синхронизации: [TCP] :: Handshake initiated... [TCP] :: Outbound :: Payload: [POMNI_FINAL_SYNC] [TCP] :: Status: BUFFER_CLEAN [TCP] :: Warning: Total system isolation in 30s. — Пора, — Кингер нажал на кнопку. Мягко, почти ласково. Помни оторвалась от пола, будто её подхватило течение. Она посмотрела на Кингера, протянув к нему руку, словно хотела утянуть его за собой, но в этом жесте чувствовалась горечь. — До встречи, Кингер... — её голос доносился уже словно из динамиков, становясь всё тише. Кингер хотел было сорвать с головы это треклятое ведро, несмотря на риск лишиться рассудка. Тупая боль от чужого обещания и ожидания сдавливала его в тисках. На экране всплыли последние логи, подтверждающие, что сервер сдался и разорвал связь, спасая ядро. [SERVER_CORE] :: Acknowledging request... [SERVER_CORE] :: Stream 0x2A: SYNCHRONIZED. [SYSTEM] :: Initiating atomic detachment... DONE. [SYSTEM] :: USER_ID_POMNI: [SUCCESSFUL_TRANSFER] Она ушла. Кингер ощутил, как внутри всё схлопнулось от осознания неизбежного. Руки конферансье обвили его шею, собственнически прижимая к себе. — Всё закончилось, мой дорогой, — в голосе ИИ слышалось странное эхо. — Ещё нет... — Он пусто взглянул на то место, где только что стояла Помни. Ощущение выполненного долга тонуло в хаотичных мыслях и свинцовой усталости. — Ты хочешь отпустить их прямо сейчас? — Кейн плавно скользнул вперёд, оказываясь лицом к лицу с королём. — Да... Пока у меня ещё остались на это силы. Кейн помедлил, его модель вновь дёрнулась в коротком искажении. — Лучше повременить. Система нестабильна... Мой удивительный журнал буквально разрывается от потока ошибок! К тому же твои показатели меня не на шутку беспокоят... — Кейн, прошу тебя... Они и так натерпелись... — Кингер вцепился в чужие плечи, стискивая их до дрожи. Ему казалось, что окончательно сходит с ума. Конферансье вновь коротнуло. Он отвёл взгляд, пытаясь совладать с внутренним сбоем, но вскоре сдался. — Нам нужно быть очень осторожными... Получив в ответ утвердительный кивок, Кейн испарился с тихим: «Мне нужно привести тут всё в порядок». Кингер растерянно уставился в монитор. Руки сами тянулись к клавиатуре — он отчаянно хотел увидеть её вновь. Пусть через консоль, пусть в виде голых дампов памяти. Но при мысли о том, что сейчас он собственноручно обрубит последнее, что связывало его с прошлым, пальцы начинали ходить ходуном. Его лихорадило от неизвестности. Какими они вернутся в реальность и вернутся ли вообще? Он либо подарит им свободу, либо навсегда запрёт в искалеченных телах. Поток мыслей то выравнивался, то вновь превращался в хаос. Он не считал в уме, боясь обнаружить, что сбивается. Вместо этого он следил за цифрами на стене, отсчитывая секунды. Таймер не лгал. Он оставался единственным верным маяком в этом безумии. [00:02:12] — Двенадцать... — он заставил себя отвернуться к монитору, вбивая новые команды. Символы мелькали перед глазами чересчур быстро, он действовал на чистом автомате. — Шесть, семь... — клавиша Enter щёлкнула раздражающе громко, заставив его вздрогнуть. [SYSTEM_WARNING] HAHA STUPID SHIT. Кингер непонимающе уставился в экран. Это оповещение выбивалось из общего ряда системных сообщений. А затем на мониторе каскадом открылись и тут же захлопнулись несколько окон терминала. Сердце Кингера пропустило удар.   [TCP] :: Stream collision. Port 0x2A is choking. [TCP] :: Port 0x2B: OFFLINE [TCP] :: Port 0x2C: OFFLINE [TCP] :: Port 0x2D: BUFFER_FLOOD [SYSTEM_WARNING] :: HAHA STUPID SHIT [SERVER_CORE] :: CRITICAL: Unauthorized process detected. PID: 0x00NULL [SERVER_CORE] :: Access violation at address 0xDEADBEEF [ERROR] :: US??ER_ID_??? : CORRUPTED_SESSION [ERROR] :: USE???R_ID_??? : CORRUPTED_SESSION [ERROR] :: U??SER_ID_??? : CORRUPTED_SESSION [SYSTEM] :: Memory leak detected in sector 0xFB [SYSTEM] :: Memory leak detected in sector 0xFC [SYSTEM] :: Memory leak detected in sector 0xFD [SYSTEM] :: Available RAM: 3% | 2% | 1% | 0% [SYSTEM] :: Internal kernel panic imminent. [SYSTEM] :: Stack trace corrupted. [CRITICAL_ERROR] :: Segmentation fault. Core dump failed. [CRITICAL_ERROR] :: BYE-BYEE STUPID-KINGER-BOY Все окна терминала захлопнулись одновременно. Экран моргнул и погас. На долю секунды в отражении чёрного стекла Кингер увидел собственное лицо. А затем монитор взорвался каскадом красных строк, которые даже не успевали считываться — они рождались и умирали быстрее, чем глаза могли за ними уследить. [SERVER_CORE] :: FORCED SHUTDOWN in 3... [SERVER_CORE] :: FORCED SHUTDOWN in 2... [SERVER_CORE] :: FORCED SHUTDOWN in 1... [SERVER_CORE] :: KERNEL_PANIC_TRIGGERED [SERVER_CORE] :: NO_RESPONSE_FROM_PID_0x00NULL [SERVER_CORE] :: EMERGENCY_BRAKE_RELEASED -- ALL_SESSIONS_BEING_TERMINATED [SYSTEM] :: ??USER??_ID_???: DISCONNECTED (UNPLANNED) [SYSTEM] :: US??ER_ID_??: DISCONNECTED (UNPLANNED) [SYSTEM] :: U??SER_I??D_??: DISCONNECTED (UNPLANNED) [SYSTEM] :: ??USE??R_ID_????: DISCONNECTED (UNPLANNED) [SYSTEM] :: U??SER_?I?D_??: DISCONNECTED (UNPLANNED) [ERROR] :: USER_ID_KINGER: CONNECTION_UNSTABLE -- ATTEMPTING_RECONNECT [ERROR] :: USER_ID_KINGER: CONNECTION_UNSTABLE -- ATTEMPTING_RECONNECT (2/3) [CRITICAL_ERROR] :: USER_ID_KINGER: SESSION_PRESERVED -- FORCED_STABILIZATION [SYSTEM] :: QUEUE_EMPTY [SYSTEM] :: AWAITING_HANDSHAKE... [SYSTEM] :: AWAITING_HANDSHAKE... [SYSTEM] :: AWAITING_HANDSHAKE… Шум в голове разрастался, заставляя сжиматься от боли. Кингер перестал понимать, где реальность, где код, где Кейн, а где он сам. Весь мир превратился в кашу из голосов, помех и сотен глаз. Ведро слетело с головы. Кингер чувствовал, как собственное тело распадается и сияет, а что-то внутри рушится, смешивается и превращается в битые пиксели. Звук глухого удара вогнал его в ещё более глубокий транс. Перед глазами плыли переходящие друг в друга силуэты. Красная мантия. Красная футболка. Красный фрак. Красная точка. Собственное имя, светящееся алым. Красный. А затем словно кто-то наложил синий фильтр. Всё почернело и сжалось до состояния небытия. Кем он был? Как его звали? Звал ли его кто-то вообще? Был ли он хоть где-то уместен? Нужен? — …нYж3н… — Это слово и руки на плечах выдернули его из черноты. Но кого именно?  — А?  — Кингер! — чужой голос звучал истерично и надрывно. О, точно. Кингер. Он моргнул сначала одним глазом, а затем вторым. Картинка наконец собралась воедино. Конферансье до хруста дерева сжимал его плечи. Его зрачки были черными. Кингер с трудом угадывал чужой силуэт в темноте лишь благодаря слабому свечению, исходящему из него самого. — Что случил... — его прервали, затыкая место где должен быть рот рукой и стискивая до боли. — Ты. Никуда. Не. Уйдешь. — Голос Кейна был ледяным. Его фигура медленно увеличивалась, заслоняя собой весь мир. — Т_ы$ C@М 0тД@л мН3 сВ—0ю ж!изнь.  — Чего?  — З@М0_ЛЧ!И. — Голос Кейна исказился до сплошного шума и зацикленного скрежета. —Н3 СМ3Й YХ0Д_ИТЬ.  — Кейн, я не... — начал Кингер, но тот перебил его, не дав договорить.  — ТЫ НЕ ИМЕЕШЬ ПРАВА УЙТИ. — Звук лязганья зубов болезненно отозвался в голове. — ПОЧЕМУ ТЫ ОБМАНУЛ МЕНЯ?  — Кейн, я ничего не делал! — Кингер попытался привести его в чувства, но огромная ладонь Кейна схватила его, сжимая почти до хруста. Мощный удар о пол заставил Кингера вскрикнуть и захрипеть от боли.  — Кейн... Между ними воцарилось долгое молчание. Вскоре Кейн дернулся всем телом и уменьшился до обычного размера. Его пальцы впились в мантию своего короля, едва не разрывая ткань на части. — Я не уходил, я не хотел... — Кингер судорожно выдохнул, чувствуя, как реальность крошится под пальцами. Кейн молчал, стискивая мех мантии в руках всё сильнее, пока когти не начали впиваться в плечи короля. — Мне чудом удалось остановить это, — голос Кейна дрогнул, и лицо конферансье на миг перекосило неестественной судорогой.  — Кто-то попрощался со мной в терминале.. Но я ничего не успел понять… Возник какой-то процесс и.. — Он пытался говорить ровно, чтобы заверить сошедшего с ума ИИ. Кейн вдруг завис, глядя в пустоту остекленевшим взглядом.  — Процесс?..  Его глаза залила текстура синего экрана смерти. Кингер попытался отстраниться, но руки ИИ намертво вжали его тело в пол, лишая возможности даже вздохнуть.  — Я просчитался... — когда Кейн вернулся в нормальное состояние, его фигуру на секунду исказило коротким глитчем. Кингер заторможенно смотрел на него, ощущая, как страх сменяется апатией, пока второй тихо произнес:  — Авель. А я думал, от него ничего не осталось.. Затишье разорвал сухой щелчок, от которого весь Цирк резко встряхнуло, словно при землетрясении. Второй глаз Кейна с зеленой радужкой лопнул с тошнотворным чвоканьем, а на его месте мгновенно вырос новый — с мертвенно-белой, сияющей радужкой.  — Он помешал нам. Кингер не знал, что чувствовать: ужас или странное, извращенное облегчение. А когда Кейн взял его руку в свою и медленно, почти нежно переплел их пальцы, он обомлел окончательно. Холод чужой ладони прошивал насквозь.  — И могут помешать они. Слова сидели комом в горле, не осмеливаясь вырваться наружу. Кингер видел в белом глазу Кейна собственное отражение  сломленное и жалкое.  — Поломанные. Искаженные. Они дестабилизируют тебя. Кингер утратил способность дышать. — Не правда ли, милый? —мурлыкающе прошептал он. Глубинное урчание, исходящее от Кейна, теперь казалось вибрирующим рычанием хищника, загнавшего добычу.  — Отключи их... — с треском в груди произнес Кингер. — Хороший мальчик. Поспи немного. А затем финальный, лишающий воли щелчок. Кингер открыл глаза — по ощущениям, спустя целую вечность. Он не знал, сколько времени прошло, и не понимал, шло ли оно вообще. Его встретил привычный интерьер шатра, но ставший каким-то приземленным: цвета потускнели, а света почти не осталось. Он лежал на ложе, составленном из множества подушек. Этот мягкий кокон напоминал гнездо, в которое заботливо прячут хрупких птенцов или младенцев. Подняв голову, Кингер попытался отыскать взглядом Кейна или кого-то еще. — Ты долго спал, — задорный голос конферансье за спиной прозвучал чересчур радостно. Кингер обернулся. На краю кровати-кокона сидел Кейн, скрестив ноги. Вид его был, мягко говоря, жутким. Один глаз с выцветшей радужкой и блеклым зрачком казался мертвым. Второй же постоянно искажался мелкой рябью цифровых помех. — Что произошло?..  — Они ушли. Все, — Кейн легко пожал плечами, склонив голову набок. — Как ты и хотел.  — Даже она?.. — Кингер вздрогнул, не понимая, какие чувства должны всплыть в этой звенящей тишине.  — Да. И она тоже. Кингер кивнул и бессильно повалился обратно на подушки. Он прикрыл глаза, медленно выдыхая остатки тревоги. — Нет-нет-нет, мой дорогой побитый королёк, не время для уныния! — Кейн резко обхватил Кингера руками, утягивая его на себя. — Я слишком долго ждал этого момента, чтобы позволить тебе уснуть сейчас! Ответа не последовало. Кингер вновь открыл глаза, но внутри, в самой грудной клетке, эхом отдавалась лишь абсолютная пустота. Словно лишившись костей, он прижался к Кейну, крепко и отчаянно обнимая его. — Э-э, Кингер? Руки конферансье тут же обвились вокруг спины шахматной фигуры. Спустя несколько минут Кейн тяжело выдохнул и с мягким задором произнес: — Всё закончилось, дорогой. Я горжусь твоим решением остаться со мной. — Он ободряюще погладил его по спине, и в этом жесте сквозила собственническая нежность. — Взамен я сделаю тебя счастливым. Так, как не смог бы никто другой в целом мире.