Слишком много.

Быстро направляясь к месту назначения, Ёшка думал только о Кратком. Он всегда помогал ему, по крайней мере пытался, угощал, если тот забывал свой обед, всегда относился хорошо, как положено. Неужели я и правда важен кому-то? Полностью погрузившись в свои мысли, Ёшка, к сожалению или к счастью, не замечает перед собой столб. Смачно врезавшись в него, Ёшка жмурится от резкой боли во лбу и отшатывается назад, сразу хватаясь рукой за лоб. – Ох!.. Боже.. Вдруг он слышит чей-то отдалённый смех. Поворачивая голову, он уже ожидает увидеть едкую группу подростков, но не тут-то было. Прямо к нему навстречу идёт Краткий, сгибаясь со смеху. Нет, всё-таки он не заядлая опека. – Ёшка! О господи, Ёшенька! – заливается тот смехом. – Ты чего со столбами целуешься? Он наконец подходит к раздражённому пострадавшему, вытирая пальцем бусинки слёз от смеха. Тот лишь недовольно смотрит на него, потирая лоб. Навязчивые мысли как рукой сняло да ветром сдуло. Ёшка улыбнулся, всё-таки различая нежное выражение лица Краткого. Похоже, сейчас будет... – Сильно ударился? Болит? Глаза-то иногда на мир поднимай! Краткий говорит с улыбкой, как и всегда, впрочем. Казалось, что на его душе всегда светит солнце, а если и идёт дождь, то приятный и питающий прекрасные луговые цветы. И с оценками у него было всё хорошо, и с друзьями, и с родителями. Затем они долго гуляют по всему городу. С Кратким всегда так спокойно... Так весело и безопасно. Злые мысли не достанут Ёшку, когда он под защитой по имени «И Краткий». Каждая проблема кажется лёгкой мелочью, когда он рядом. По пути они заглядывают в парк. Поют птички, где-то неподалёку играют в догонялки дети. Ёшка заворожённо смотрит на маленькую компанию, держась рядом с Кратким. Малиновый же, в свою очередь, проследил за взглядом Ёшки, тоже увидев компанию, играющую в догонялки. Вдруг он подрывается с места, касаясь Ёшку рукой. – Ляпа!! Ёшка, ты водишь!! Он заливается смехом, начиная убегать. Ёшка сначала впадает в замешательство, но затем на его лице тоже начинает играть улыбка. – Ну, сейчас ты у меня отхватишь. Носясь по парку ещё около получаса, они поочерёдно догоняли друг друга, ляпая, и вновь убегая на другой конец парка. Ещё через полчаса они падают на ближайшую скамейку, тяжело дыша и вздыхая с улыбками. – Я не знал, что ты такой быстрый... – произносит Ёшка, пытаясь восстановить дыхание. – Ты тоже далеко не промах! – Малиновый легонько толкает его в плечо. Наконец отдышавшись, Краткий предлагает: – Слушай, может, в кафешку заскочим? Пить хочется пиздец, да и поесть чего-нибудь... – Давай... Ёшка вдруг чувствует мурашки по всему телу. Тепло же на улице, вроде? Так. Нет. Только не сейчас. Только же всё было хорошо. Настроение внезапно начинает падать. Ёшка никогда не мог объяснить этого явления. Мысли вновь начинают накатывать, но, казалось бы, рядом же Краткий?.. Почему тогда так плохо? Потому что эти мысли связаны с ним. От таких мыслей его присутствие только давит. Вдруг он ненавидит меня?.. Ох, нет, с чего ты вообще это взял? Хотя... – Ёшка? Голос Краткого пробивается в его сознание. В ответ звездоглазый вздрагивает, поднимая взгляд на друга. – Ты снова завис... И не прикрывайся глюками, как ты сделал это с телефоном. Краткий всегда был крайне внимателен, крайне любопытен, крайне настойчив. Ранее он интересовался психологией, поэтому вполне может позволить себе почти профессионально поддержать человека. Иногда это пугало Ёшку. Тот видит людей насквозь, читая их как открытую книгу. Ёшка всегда надеялся, что тот не пытается прочитать и его. Надеялся на чудо. Он знает, что Краткий однажды допытается до правды: узнает, увидит, услышит, прочитает. Он знает всё это и отлично понимает. Но надежда умирает последней, как говорится. – Так, всё, хватит. Ёшка, мы идём ко мне домой. Что? Что он, блять, сейчас сказал?! Домой?! К нему?! – ...что?.. ам... зачем?.. – робко произносит Ёшка, сжимаясь, будто нашкодивший ребёнок. – мы же хотели идти в... Ёшка не успевает опомниться и договорить, как малиновый хватает его за холодную ладонь и начинает вести к своему дому. Сознание мутнеет, но он не теряет сознание. Ноги ватные, но они продолжают идти. Сердце бешено колотится, но оно чувствует и чужое тяжёлое сердцебиение. Мимо летят прохожие, дома, деревья, фонарные столбы. Ёшка чувствует, как снова начинает задыхаться, как сердце бешено бьётся. Слишком много. Слишком много наваливается на него сейчас. Воздух тяжёлый, свет весеннего солнца, которому Ёшка был рад несколько часов назад, теперь невыносимо давит. Ёшка невольно поднимает взгляд на спину Краткого. Мышцы плеч напряжены, волосы подпрыгивают при каждом быстром шаге. В один момент Ёшка чувствует, как начинает падать от недостатка кислорода, но тут ощущает тёплые руки на своих щеках. – Ты со мной вообще?! Эй! Ох, ну наконец-то. Ёшка, я задал вопрос три раза. Ты снова не реагируешь. Какой вопрос? Когда они успели оказаться у него в квартире? Почему я на диване? Почему он держит меня за лицо? Где я?.. – Ёшка!! Краткий срывается на крик, чувствуя, как тот снова ускользает из реальности. Сиреневый сразу возвращает на него взгляд, немного вздрагивая. Краткий сразу смягчается. – Ёшь... Я понимаю, что ты не хочешь обременять меня своими проблемами, не хочешь показывать, как тебе плохо, но... это правда трудно просто не замечать. Ты выглядишь потрёпанно, это мягко сказано. Что с тобой? Голова кругом. Всё плывёт, ничего не понимаю... Нужно что-то ответить, но... Что мне отвечать?! Как мне выбраться из этой ситуации?! Его вновь охватывает паника, Ёшка еле выдавливает из себя слова, заикаясь. – Краткий... Нет. Организм Ёшки не настолько силён, чтобы держаться без сна да ещё и в стрессе несколько дней. Недосып заставляет его упасть прямо на Краткого, мигом засыпая крепким сном.