Часть 6. Пепел и искры

Они пришли на рассвете. Не тайком, не с разведкой - открыто, нагло, как хозяева мира. Танк выполз из леса, ломая деревья, как спички. За ним - два грузовика с вооруженными людьми. Губернатор стоял в люке танка, его единственный глаз горел безумным огнем, а на лице играла та самая улыбка, от которой у меня до сих пор холодело внутри. Рик вышел к воротам. Мы все стояли за его спиной - Дэрил с арбалетом, Мишонн с катаной, Тайриз с молотом, Саша с винтовкой, я с ножом и медицинской сумкой через плечо. Гленн, Мэгги, Кэрол, Хершел - все, кто мог держать оружие. — Ты знаешь зачем я здесь, — голос Губернатора разнесся над полем, усиленный мегафоном. — Отдай мне троих беглецов, и мы уйдем. Твои люди будут жить. Твоя тюрьма останется твоей. Это щедрое предложение. Очень щедрое. Рик молчит. Его рука лежала на кобуре. Я видела, как напрягались желваки на его скулах. — У тебя пять минут, — продолжил Губернатор. — Потом я сравняю это место с землей. Вместе со всеми, кто внутри. Тишина. Ветер трепал волосы. Где-то крикнула птица - обычная, живая, не знающая, что здесь сейчас будут убивать. — Он блефует, — прошептал Гленн. — Нет, — ответила я. — Не блефует. Я видела, что он сделал с нашим лагерем. Он наслаждается этим. Рик повернулся к нам. Его глаза - усталые, красные от недосыпа - смотрели на меня, Тайриза и Сашу. — Я не отдам вас. Это не обсуждается. — Рик… — начал Тайриз. — Я сказал - не обсуждается. Мы сражаемся. Все вместе. Или никто. Дэрил хмыкнул, поправляя арбалет. — Ну наконец-то. А то я уж думал, будем тут сопли жевать до вечера. Мишонн молча вытащила катану. Лезвие блеснуло в первых лучах солнца. Губернатор посмотрел на часы. Потом на нас. Его улыбка стала шире. — Время вышло. Он махнул рукой. Танк взревел. Башня повернулась. — Все внутрь! — заорал Рик. Первый снаряд ударил в стену тюрьмы с оглушительным грохотом. Бетон брызнул осколками, земля вздрогнула под ногами. Я упала, больно ударившись коленом. Дэрил схватил меня за шиворот и рывком поставил на ноги. — Шевелись, фельдшер! Жить захочешь - шевелись! Мы побежали. За спиной гремели выстрелы, крики, рев танка. Ходячие, привлеченные шумом, начали стекаться к тюрьме со всех сторон. Ад открылся в одно мгновение. Внутри был хаос. Люди Губернатора прорвались через восточную брешь, ту самую, которую мы с Дэрилом защищали неделю назад. Я видела, как Тайриз молотом размозжил голову одному из нападавших. Саша стреляла из укрытия, каждым выстрелом снимая по врагу. Мишонн танцевала с катаной - это было красиво и жутко одновременно. А потом я увидела Губернатора. Он шел через дым и пыль, с пистолетом в одной руке и ножом в другой. Его люди расступались перед ним, как море перед пророком. Он смотрел прямо на меня. — Кейт! — его голос был почти ласковым. — Я так долго тебя искал. Ты и твои друзья обидели меня. Очень сильно обидели. А я не люблю, когда меня обижают. Я попятилась, нащупывая нож. Он был где-то в сумке, но пальцы не слушались, скользнули по ткани, не находя рукояти. — Ты была хорошим фельдшером, — продолжал он, приближаясь. — Могла бы лечить моих людей. Жить в тепле и безопасности. А теперь… Болт вошел ему в плечо. Губернатор пошатнулся, но устоял. Повернул голову. Дэрил стоял в десяти метрах, уже перезаряжая арбалет. — Отошел от нее, ублюдок одноглазый, — прорычал он. Губернатор вырвал болт из плеча с мерзким влажным звуком. Кровь потекла по рукаву, но он даже не поморщился. — Охотник, — протянул он с интересом. — Я слышал о тебе. Диксон, верно? Твой брат был куском дерьма. Жаль, что он сдох. Дэрил дернулся, как от пощечины. И в этот момент Губернатор выстрелил. Пуля попала Дэрилу в бок. Он рухнул на колено, схватившись за рану. Кровь потекла сквозь пальцы - яркая, алая, живая. — Нет! — закричала я. Мир сузился до одной точки. До этого ублюдка с улыбкой маньяка и пистолетом в руке. Мои пальцы наконец нащупали нож. Я не думала. Тело двигалось само. Я подбежала к Губернатору сбоку, всаживая лезвие ему в шею. Не в плечо, не в руку - в шею, туда, где бьется сонная артерия. Отец учил меня этому на случай, если кабан пойдет в атаку. «Бей в шею, Кейт. Только в шею. Тогда он упадет сразу». Губернатор захрипел. Кровь хлынула фонтаном, заливая мои руки, лицо, грудь. Он попытался поднять пистолет, но рука не слушалась. Его единственный глаз расширился - не от боли, от удивления. Он не верил, что может умереть. Что какая-то девчонка-фельдшер может его убить. Он рухнул на колени, потом лицом в бетонный пол. Хрипы стихли. Губернатор был мертв. Я стояла перед ним, тяжело дыша, вся в его крови. Руки дрожали. Нож выпал из пальцев и звякнул о пол. — Кейт! — голос Саши пробился сквозь звон в ушах. — Кейт, он мертв! Ты сделала это! Он мертв! Я повернулась. Дэрил сидел на полу, прижимая руку к боку. Живой. Смотрел на меня странным, нечитаемым взглядом. — Черт, — прохрипел он. — Черт, фельдшер. Ты… ты вообще нормальная? Я бросилась к нему, падая на колени рядом. — Покажи. Убери руку. — Да ничего страшного, царапина… — Убери руку, Дэрил! Он подчинился. Пуля прошла касательной, разорвав кожу и мышцы, но не задев внутренности. Повезло. Чертовски повезло. Я сорвала с плеча сумку, достала бинты, антисептик. Руки все еще дрожали, но двигались автоматически - спасибо Хершелу и его урокам. — Ты убила его, — сказал Дэрил тихо, пока я обрабатывала рану. — Голыми руками. Ножом в шею. Как дикого зверя. — Он и был диким зверем, — ответила я, не поднимая глаз. — А ты… ты зачем полез? Он же мог тебя убить. — Он угрожал тебе. — И что? Мы друзья, Дэрил. Друзья не обязаны умирать друг за друга. Друзья просто… дружат. Он помолчал. Потом его грубая, мозолистая ладонь накрыла мою руку, все еще прижимающую бинт к его боку. — Ты дура, фельдшер. Конечно обязаны. Я подняла глаза. Он смотрел на меня - без привычной колючести, без насмешки. Просто смотрел. И в этом взгляде было что-то, от чего перехватило дыхание. — Эй, голубки! — крикнула Мэгги, пробегая мимо с винтовкой. — Танк все еще стреляет, если вы не заметили! Сопли подотрите и валим отсюда! Дэрил хмыкнул, морщась от боли, когда я помогла ему подняться. — Твоя подруга - заноза в заднице. — Зато честная. ******** Тюрьма пала. Танк разворотил главный корпус. Ходячие заполнили двор. Люди Губернатора, лишившись лидера, потеряли боевой дух и начали отступать, но многие полегли здесь, в коридорах и камерах. Мы уходили через подземный ход, который нашел Гленн за день до битвы. Раненые шли в середине, боеспособные прикрывали с флангов. Я тащила Дэрила, перекинув его руку через свое плечо. Он ворчал, ругался, но не отстранялся. Позади гремели взрывы - Рик заложил динамит в арсенале, чтобы замедлить преследование. Тюрьма, которая стала нам домом на несколько недель, превращалась в пылающие руины. Мы вышли в лес, когда солнце уже клонилось к закату. Группа растянулась цепочкой - измотанные, грязные, окровавленные. Двадцать три человека. Было больше. Некоторые остались там, под завалами. Рик остановился на небольшой поляне, поднял руку. — Привал. Час. Потом идем дальше. Люди повалились на землю, как подкошенные. Я усадила Дэрила под дерево, проверила повязку. Кровь пропитала бинты, но не сильно. Жить будет. — Дай посмотрю, — Кэрол опустилась рядом, в ее руках была фляга с водой и чистые тряпки. — Ты сама-то как? Ты вся в крови. — Это не моя. Это его. Губернатора. Кэрол кивнула, ничего не сказав. Она умела не задавать лишних вопросов. Просто начала аккуратно менять повязку Дэрилу, а я сидела рядом, глядя в пустоту. — Она его завалила, — сказал Дэрил Кэрол. — Ножом в шею. Даже не задумалась. Кэрол перевела взгляд на меня. В ее глазах было понимание. — Ты сделала то, что должна была. Не кори себя. — Я не корю, — ответила я. — Я просто… устала. Очень устала убивать. — Все устали, — Кэрол закончила с повязкой и поднялась. — Но пока мы живы, мы идем дальше. Другого выбора нет. Она отошла к другим раненым. Я осталась сидеть рядом с Дэрилом. Лес шумел вокруг, живой и равнодушный. — Знаешь, что я подумал, когда эта пуля вошла? — спросил он вдруг. — Что? — Что не сказал тебе одну вещь. Глупую вещь. — Какую? Он помолчал, глядя куда-то в сторону. — Что ты единственный человек, кроме Кэрол, с которым я могу просто сидеть и молчать. И это нормально. Не неловко. Нормально. Я повернулась к нему. В закатном солнце его лицо казалось почти мягким, несмотря на грязь и кровь. — Для меня тоже, — сказала я тихо. — Ты… хороший друг, Дэрил. Настоящий. — Друг, — повторил он, и в его голосе мелькнуло что-то, что я не смогла расшифровать. — Ага. Друг. Мы сидели молча, солнце садилось за деревья. Его плечо касалось моего. Теплое. Живое. Подошла Мэгги, плюхнулась на траву напротив. — Ну что, Кейт, — она усмехнулась кивая на Дэрила. — Твой «просто друг» опять в тебя пулю словил. Вы, ребята, как старая супружеская пара - сначала ругаетесь, потом друг друга из огня тащите. Только детей не хватает. — Заткнись, Мэгги, — буркнул Дэрил без злобы. — И не подумаю. Кто-то же должен говорить правду. Я покачала головой, но улыбка сама собой тронула губы. — Он мне как брат, Мэгги. Почти как брат. — Ага, — протянула она с сомнением. — Брат. Конечно. Я видела, как «братья» смотрят на своих «сестер». Обычно в кино такое показывают под романтическую музыку. Дэрил швырнул в нее шишкой. Мэгги ловко увернулась и рассмеялась, уходя к Гленну. Мы снова остались вдвоем. Тишина стояла другой - более напряженной, что ли. Я чувствовала его взгляд боковым зрением, но не поворачивалась. — Она идиотка, — сказал он наконец. — Полная, — согласилась я. Мы помолчали. — Но она не совсем неправа, — добавил он так тихо, что я едва расслышала. Я повернулась. Он смотрел прямо перед собой, в темнеющее небо, и его профиль в сумерках казался вырезанным из камня. — В каком смысле? — спросила я осторожно. Он не ответил. Только его рука - та, что не была ранена - чуть сдвинулась на траве, так что мизинец едва коснулся моего мизинца. Случайно? Или нет? Я не отдернула руку. И он не отдернул. Так мы и сидели - два грязных, израненных, смертельно уставших человека на краю гибнущего мира. Соприкасаясь мизинцами. Не говоря ни слова. Где-то впереди Рик поднялся и махнул рукой. — Выходим. Нужно найти место для ночлега. Все начали подниматься. Дэрил встал первым, морщась от боли, и протянул мне руку. Я приняла ее, чувствуя тепло его ладони. Он помог мне подняться и задержал мою руку в своей на секунду дольше, чем обычно. — Пошли, фельдшер.