« Все только начинается » (1)

Юля стояла у окна, её руки сжимали раму, будто она пыталась вырвать ответы из самой ткани реальности. Зима за окном была безжалостна, словно её сердце — холодное, но полное тревожных узоров. Она повернулась к матери, её глаза — два горящих угля, готовые испепелить любую ложь. — Мама, кто он? Почему его нет?  — её голос дрожал, как струна, натянутая до предела. Мать сидела на краешке дивана, её пальцы нервно переплетались, словно пытались сплести ковёр из слов, которые она так долго прятала. Она вздохнула, и этот звук был похож на шум ветра в пустыне — одинокий и безнадёжный. — Юля, он… он был как шторм. Красивый, но разрушительный. Я не могла удержать его. Он ушёл, как уходит ветер — без предупреждения, без объяснений. Юля шагнула ближе, её тень легла на мать, как тёмное облако. —Ты думала, что это объяснит всё? Ты думала, что я никогда не спрошу? Мать подняла глаза, в них читалась боль, старая, как мир. — Я хотела защитить тебя. Ты была моей маленькой девочкой. Я не хотела, чтобы ты знала, как больно любить кого-то, кто не может остаться. — Но это моя боль, мама. Моя жизнь. Я имею право знать. Мать опустила голову, её плечи сгорбились, будто под грузом воспоминаний. — Его звали Валера. Он был певцом. Его мир был славой и музыкой , но он не смог сочинить романс и  своё место в нашей жизни. Юля почувствовала, как внутри неё разливается горечь, словно чернила по бумаге. — И ты просто отпустила его? — Иногда, чтобы сохранить что-то важное, нужно отпустить то, что тебя разрушает. Юля отвернулась, её сердце билось как барабан, звонкий и громкий. В её голове закрутились мысли, как вихрь, готовые унести её в неизвестность. — Я найду его. Я хочу знать, почему он ушёл. Мать не ответила. Она просто сидела, её лицо было как маска — спокойное, но с трещинами, сквозь которые проглядывало море эмоций. Юля вышла из комнаты, её шаги звенели по полу, как удары молота. Она знала, что это только начало. Начало пути, который приведёт её к правде, какой бы горькой она ни была.                       * * * Рина, как акула в океане интриг, рассекала волны переговоров, ее голос — холодная сталь, пронзающая мягкую ткань компромиссов. Телефон на столе вибрировал, словно наэлектризованный жук. Она бросила взгляд на экран — Юля. — Да, Юль? — ее голос был как шелест осенних листьев, но с оттенком стали. — Рин, дорогая, собираемся в кафе, ты с нами? — голос Юли звенел, как бокал с шампанским, готовый взорваться пузырьками смеха. Рина улыбнулась, представляя, как подруга уже качает головой, ее волосы — золотой водопад. — Конечно, я уже на пути, — ответила Рина, чувствуя, как ноутбук перед ней превращается в ненужный груз. — Но предупреждаю, я вся в делах. Если начнете обсуждать Никиту и его « гениальные » шутки, я ухожу. Юля расхохоталась, звук ее смеха напоминал каскад горного ручья. — Ты знаешь, без тебя это не то. И, кстати, Энка сказала, что у нее есть кое-что пикантное для обсуждения. Ты же не пропустишь такое? Рина почувствовала, как в животе закрутилась спираль любопытства. — Пикантное? Ты говоришь так, будто это не просто еще одна история о ее неудачных свиданиях. — Нет, это… другое, — Юля сделала паузу, как будто играла на струнах ее воображения. — Ты же знаешь, Энка умеет удивлять. — Хорошо, я в деле, — Рина встала, отбрасывая стул, как ненужный якорь. — Но если это окажется еще одна байка про ее кота, я лично оплачу твой счет. — Договорились, — Юля улыбнулась в трубку, ее голос стал теплым, как летний бриз. — Увидимся через десять. И, Рин, не забудь прочистить губную помаду. На всякий случай. Рина замерла, ее взгляд стал пристальным. — Почему? — Ты же знаешь, что я люблю держать тебя в тонусе. С этими словами Юля повесила трубку, оставив Рину в облаке двусмысленностей. Она взяла сумочку, ее мысли, как щупальца, уже тянулись к вечеру, который обещал быть… интересным.                   * * * Рина вышла из дома, и осенний ветер обнял ее, словно старый знакомый, нашептывая обещания чего-то большего. Сумочка в ее руке казалась легкой, как перышко, но в ней скрывалась тяжесть ожиданий. Она шла по аллее, где листья кружились в танце, словно огненные мотыльки, поджигая воздух своими красками. Кафе, куда она направлялась, стояло как маяк в бурном море городской суеты. Сквозь стекло она увидела Юлю и Энку, их смех пробивался наружу, как музыка из открытого окна. Юля, как всегда, была яркой вспышкой — ее красное платье облегало фигуру, как вторая кожа, а волосы, словно солнечные лучи, падали на плечи. Вика сидела рядом, ее взгляд был загадочным, как глубина океана, а улыбка обещала секреты, которые ждали своего часа. Рина открыла дверь, и звонок прозвучал, как начало новой главы. Юля подняла голову, ее глаза заискрились, словно звезды в ночном небе. — Рин, да ты сияешь, как драгоценность! — Я просто не успела потухнуть после рабочего дня, — парировала Рина, но в ее голосе был намек на игривость. Энка придвинула стул, ее пальцы скользили по столешнице, как паутина, готовящаяся поймать добычу. — Садись, у меня есть кое-что, что заставит тебя забыть про твой ноутбук. Рина опустилась на стул, ее взгляд скользнул между подругами, как стрелка компаса, ищущая направление. — Так что за пикантная новость? Маша наклонилась вперед, ее губы искривились в улыбке, полной обещаний. —Представь, что ты встречаешь кого-то… кто знает твои секреты лучше, чем ты сама. Юля засмеялась, звук ее смеха был как брызги шампанского, щекочущие кожу. — Рин, ты выглядишь так, будто тебя только что ударили током. Рина почувствовала, как ее сердце забилось быстрее, как барабан перед бурей. — И что же дальше? Энка опустила голос до шепота, словно делилась сокровищем. — Это только начало Глаза Юли, как два раскаленных угля, горели решимостью. Рина словно кошка, изящно изогнулась в кресле, ее пальцы лениво перебирали шнурок от капюшона. — Рин, ты же знаешь всех, кто хоть как-то пахнет славой, — начала Юля, ее голос, как лезвие, разрезало тишину. — Мой отец — Валерий Меладзе. Певец. Я хочу встретиться с ним. Рин медленно подняла бровь, словно оценивая масштаб просьбы. Ее губы растянулись в улыбке, напоминающей кошку, которая только что поймала мышку. — Ну, Юль, ты знаешь, что я люблю сложные задачи, — проворковала она, ее голос был сладким, как мед, но с примесью яда. — Но твой отец — это не просто персона, это легенда. И легенды, милая, не просто так бродят среди нас. Юля сжала кулаки, ее ногти впились в ладони, как когти хищника. — Не надо мне твоих загадок, Рин. Я не прошу тебя вытащить луну с неба. Просто дай мне адрес. Или хотя бы намек. Рин засмеялась, ее смех был звонким, как звон разбитого стекла. — А что, если он не захочет тебя видеть? — Она наклонилась вперед, ее глаза сверкнули, как два алмаза в темноте. — Ты готова к тому, что твой отец — не тот человек, о котором ты мечтаешь? Юля замерла, ее дыхание стало тяжелым, словно она только что пробежала марафон. — Я готова ко всему, — прошептала она, ее голос дрожал, как лист на ветру. Рина словно довольная своей игрой, откинулась назад, ее пальцы снова заиграли с шнурком. — Ладно, Юль. Я сделаю для тебя исключение. Но помни, дорогая, некоторые двери, открывшись, уже не закрываются.