Часть 1

Леонард метался от двери к двери, не в силах выбрать более притягательную и безопасную. Быть может, всё дело в постоянных предупреждениях отца: «Выбирай внимательно, Леонард, от этого зависит многое, Леонард». Или в жутких историях, рассказанных беспокойным родителем. Уже близилась ночь, когда двери в мир людей откроются, а юный инкуб никак не мог определиться: вот та зелёная, обвитая плющом, вот эта небесно-голубая с огромным золотым глазом посередине или соблазнительная, как он сам, в тон его шортам красная. Нервно кусая пухлые губы, Леонард, пока оставалось время, решил посоветоваться с отцом ещё раз. Главный секретарь ада как-никак, зачем-то на сотом веку решивший заделать смертной сыночка. И теперь, кажется, об этом горько пожалевший. Подняв голову от кипы пергаментов, разложенных на адамантовой поверхности стола, Ваалберит недобро сверкнул алыми глазами: — Во-первых, ты выглядишь пошло в красных шортах, топике и с хвостом, Леонард. Во-вторых, твоё время на исходе, и я уже говорил, ты должен выбрать дверь без моей помощи, полагаясь только на собственные чувства и инстинкты. В-третьих, у меня куча работы. Я должен раздать всем просроченные контракты, чтобы по ним привели проштрафившихся смертных, пока двери в их мир открыты. И в-четвёртых, ты вряд ли забудешь главное правило: никаких прочных связей, никаких настоящих имён, никаких привязанностей и восхищения другим миром. Однажды твой дядя Маммон беспечно выбрал дверь, попал на вечеринку к сатанистам и, напившись крови, назвал своё имя. Так они его потом каждый месяц вызывали и требовали богатств. Пришлось убить всех раньше срока, я потом десять отчётов за Маммона переписывал — страшная морока. Так что всё, кыш! Напутствие ты получил, правила знаешь: вернуться до первых петухов, не конфликтовать с нечистью из параллельных ведомств, с женщинами предохраняться, если не хочешь бестолковых наследников, и кровь выпивать не всю, а то вампиры снова будут кричать на совете, что мы их подставили. Понуро опустив голову, Леонард поплёлся в коридор с расположенными в ряд дверьми. Он точно знал, про бестолковых наследников отец его имеет в виду, нéкого больше. Умом Леонард явно не в блестящего Ваалберита пошёл, да и внешностью тоже: тощий, бледный, волосы чёрные, как душа Люцифера. Отец только глазами Леонарда всегда восхищался и длинными ресницами. Впрочем, говорят, смертные как раз за красивые глаза любят и в праздники в близости не отказывают. Сейчас не так просто, конечно, как во времена отцовской молодости: там любой шабаш рано или поздно в оргию перерастал, но другие инкубы рассказывали, что и современные вечеринки от оргий мало отличаются, особенно когда все здорово напьются пунша. К полночи, вконец изведшийся Леонард знал, какую выберет дверь. Всё-таки любовь к ярким, как кровь, помадам, шортам и алым розам, которыми пару раз баловал непутёвого сына отец, сыграла свою роль. И когда из-под красной деревянной двери подул свежий ветерок, приободрённый Леонард толкнул её не задумываясь и немедленно вывалился на танцпол аккурат в объятия сразу к двум едва стоящим на ногах красоткам. От смеси запаха сладких духов и алкоголя замутило, а когда рука одной из дам сжала обтянутую красной блестящей кожей ягодицу, Леонард пожалел, что не воспользовался советом отца и не оделся скромнее. Поймавший панический взгляд инкуба здоровяк в костюме призрака, топчущийся на танцполе, мгновенно оценил ситуацию и протянул Леонарду руку, вытаскивая его из толпы. — Ну ты, парень, попал. Ещё никогда не видел, чтобы женщины смотрели на кого-то, как на добычу. Хочешь выпить и прогуляться? Если у тебя нет планов быть изнасилованным в ближайшее время. — Спасибо, я, признаться, новичок в земных делах и не ожидал сразу попасть в водоворот событий. Я Лео, а как твоё имя? — А в каких делах ты дока? В своих, демонических? — Человек кивнул на костюм Леонарда, и крепко взял его под локоть. — Я Крис, пойдём, а то включат новый трек и нам не выбраться. Вывалившись из клуба на свежий воздух, Леонард замер с открытым ртом, уставившись в небо. Раньше он только слышал о звёздах и небоскрёбах с яркими огнями, а теперь, видя их своими глазами, понимал, почему нечисть стремится использовать хотя бы несколько дней в году, чтобы пробраться на землю. Красота-то какая! — Ну ты точно как из-под земли вылез, звёзд что ли никогда не видел? Или домов? Здесь, кстати, паршиво видно, отсвечивает, то ли дело за городом. — Там лучше? Леонард встрепенулся, переводя взгляд на спутника. Идти и искать кого-то совершенно не хотелось, а Крис парень видный, с таким и за город можно, и за угол сразу. — В миллион раз. Стоит уехать от небоскрёбов хотя бы за Джерси и уже совсем другой вид. Зацепив взглядом толпы в костюмах, шастающие по улицам, втянув носом запах сигарет, парфюма и тыквенных семян, Леонард решил окончательно разочаровать отца, но провести свою первую ночь на земле так, как хочется ему самому. — Крис, а ты можешь увезти меня за Джерси? Туда, где совсем другой вид и много звёзд? Казалось, человек не раздумывал ни минуты. Поймав такси, он вывез Лео из центра, по дороге рассказывая про каждое здание, в которое инкуб тыкал пальцем, и к концу путешествия не стеснялся класть тому руку на колено. Хоть в чём-то Леонард оказался правильным: магия работала как надо, привлекая людей и заставляя делать то, чего хочет инкуб. — Вылезай, здесь пересядем в мою колымагу и рванём за город. В багажнике найдётся всё, чтобы отметить Хэллоуин вдвоём, а чего не хватит — захватим по дороге. Хватило всего с лихвой. Оказалось, что пить пиво из жестяных банок, вместе вырезать светильник из тыквы и рассказывать друг другу придуманные на ходу страшилки ничем не хуже страстного секса на заднем сидении джипа. Если Леонард и лукавил сам с собой, то совсем немного. Лёжа на крыше осквернённого джипа и кутаясь в тёплую куртку, заботливо накинутую Крисом на плечи, Леонард хотел только одного: остаться на земле и познакомиться с человеком поближе. И отнюдь не в тех позах, которые оказались приемлемыми в замкнутом пространстве. Наверное, это именно то, о чём предупреждал отец, говоря о привязанностях и земных опасностях. Но у Леонарда имелось весомое и неоспоримое оправдание: он ещё очень молод, а шишки нужно набивать свои собственные, даже демонам. Под утро рассматривая задремавшего и охрипшего от чередующихся с сексом разговоров Криса, досыпающего в машине, Леонард аккуратно поставил ему свою метку под левую лопатку и оставил на память вынутую из волос заколку. Видок на входе домой у него был тот ещё. Впрочем, инкуб, не выглядящий после Самайна затраханным, плохой инкуб, отец всегда это подчёркивал. Так что пусть думает, что та энергия, которую Леонард принёс из мира смертных, получена сугубо благодаря его бесценным советам. А знать о том, как его непутёвое чадо ждёт священный Йоль, когда дни становятся короткими, а ночи самыми тёмными, и у демонов появляется возможность пробыть целых тринадцать ночей с избранным смертным, отцу не обязательно. Леонард уже взрослый мальчик, ему сказали выбирать дверь самому и он воспользовался советом с умом.