Часть 4. Снежная Королева

Мир сказочного леса мгновенно выцветает, превращаясь в бескрайнюю ледяную пустыню. Пышные наряды Нолана сменяются простым теплым пальто и красным шарфом. Ветер свистит, поднимая колючую снежную крошку. Нолан шел по сугробам, едва переставляя ноги. Впереди, среди ледяных шпилей, возвышался замок, пульсирующий холодным неоновым светом. Это был чертог Системной Машины — Снежной Королевы этого мира. В центре огромного зала, на ледяном полу, сидел Лу. Но он не был тем блистательным принцем из прошлых снов. Его взгляд был пустым и остекленелым, а кожа — бледной, почти прозрачной. Перед ним лежали острые льдинки, из которых он пытался сложить слово «СОВЕРШЕНСТВО». — Лу! — крикнул Нолан, бросаясь к нему. — Я нашел тебя! Пойдем домой, в Агливилль, в Институт... куда угодно, только уйдем отсюда! Лу даже не поднял головы. Его пальцы, посиневшие от холода, медленно двигали осколок. — Тише, Нолан, — монотонно произнес он. — Система сказала, что если я сложу это слово, я стану свободным от ошибок. Я буду вечным. Я буду идеальным. Над ними зависла огромная тень Системной Машины. Её механические щупальца-сосульки заскрежетали: «Чувства — это дефект. Тепло — это системная ошибка. Оставь его, Герда-Нолан. Он теперь часть кода». Нолан почувствовал, как отчаяние сжимает горло. Он обхватил Лу за плечи, прижимаясь к его холодной груди. — Тебе не нужно быть кодом! — Нолан зарыдал, и его горячие слезы упали прямо на грудь Лу, прожигая лед, сковавший его сердце. — Ты нужен мне таким, какой ты есть. С твоим характером, с твоими придирками... живым! Лед в глазах Лу треснул. Он моргнул, и в его зрачках снова вспыхнуло то самое высокомерное, но живое пламя. — Нолан? — Лу встряхнул головой, отбрасывая льдинки в сторону. — Почему здесь так холодно? И что это за ужасный интерьер в стиле минимализма? Он посмотрел на Системную Машину и брезгливо поморщился. — Моя очередь спасать нас от этой безвкусицы. Лу крепко сжал руку Нолана. В этот момент реальность вокруг них начала идти трещинами. Стены ледяного замка осыпались пикселями, а голос Машины превратился в далекое гудение будильника. Нолан резко сел в кресле, тяжело дыша. Книга сказок соскользнула на пол. В комнате было темно, только свет из коридора падал на порог. — Наконец-то ты проснулся, — раздался знакомый голос. В дверях стоял настоящий Лу, прислонившись к косяку и скрестив руки на груди. — Ты спал так крепко, что я уже собирался вызывать ремонтную бригаду. О чем ты вообще читал, что у тебя было такое лицо, будто ты сражаешься с армией пылесосов? Нолан посмотрел на него — живого, теплого и совершенно не ледяного — и невольно улыбнулся.