Часть 8

Утро субботы после вечера пятницы. Алиса, наконец-то выспавшаяся, лежала в тёплой кроватке, видимо, обнимая подушку. Было так удобно, что даже открывать глаза не хотелось. Только когда она уже чувствовала, как яркое весеннее солнце светит ей в глаза, ей показалось, что подушка была... немного твёрдой? Не мягкой? Тёплая, как человеческая кожа? Когда она соизволила открыть глаза, она поняла, что обнимает человека. Девушку. Не просто девушку из какого-то клуба или универа. А Аделию Петросян. А как это вообще произошло? А. Бля... Эмбер... Кто бы сомневался. Алиса аккуратно отпустила Адель и встала с кровати. Ни одна из них не переоделась, что как будто показалось естественным именно для Лью, она не помнила, когда в последний раз после пьянок у неё оставались силы переодеться. Она оглядела комнату. У Адели был тот самый любимый у подростков «творческий беспорядок», который Алиса не любила. Казалось бы, Адель такая серьёзная и тихая девушка, а с таким состоянием комнаты, который Алиса никогда не допускала. Но и она не лучше: все ей говорили, что она создаёт впечатление того, у кого есть беспорядок в комнате, а его вовсе не было. Обе противоречат своим образам? Без сомнений. Рядом с дверью из комнаты был мусорный бак, тот почти полностью был заполнен скомканной бумагой, но при этом они были и на полу. А Адель точно художник, а не писатель какой-нибудь? На спинке стула рядом с кроватью висел не сложенный плед, часть которого всё ещё халатно оставалась на кровати. На столе было несколько невымытых чашек, в которых, видимо, было кофе. Алиса даже смотреть на это всё не могла. Когда девушка увидела мольберт справа от окна, на котором был холст, и ещё один только на полу лицом к стене, она решила посмотреть их чисто из любопытства, конечно, не собираясь никому об этом рассказывать, ведь осознавала, как это неправильно, но ничего не могла с собой поделать. Для начала она взяла картину на мольберте. Там было всё. И что-то живое, душа, красивые индивидуальные детали, на заднем плане, на переднем плане было что-то отдалённое, похожее на силуэт котёнка, но пока на него не похоже. Адель и вправду красиво рисует. Она кладёт картину обратно, как она и была, и смотрит на холст, лежащий на полу. Посмотреть? А вдруг там что-то личное? Но ей же интересно... Да и только из интереса журналиста можно... Ай, ладно, будь что будет, и не из такой жопы выбиралась. Алиса берёт уголок холста и поднимает, а когда взяла уже в обе руки, посмотрела на картину. В картине она увидела на переднем плане человека и узнала... Себя? Её лицо, немного азиатские и европейские пропорции, контур глаз, родинки, которые ей не нравились под опекой её любимого отца, улыбка, которая так выделялась, по словам Ильи, в хорошем смысле, тон кожи почти подходящий, только волосы и одежда были не полностью прорисованы. На заднем фоне было два мальчика, а ногой она отбила мяч в их сторону, видимо, это было, когда она как-то решила поиграть с детьми в футбол, когда она ждала ребят в парке, но это было ещё до их знакомства. Адель, получается, тоже заметила Алису до этого? Ладно, сейчас не про это, ещё слишком рано. Алиса положила картину на место. Она не знала даже, что и думать, пока она смотрела в одну точку, уголок её губ дрогнул и расплылся в улыбке, после чего можно было распознать лёгкое смущение на лице девушки. Побоявшись, что Петросян проснётся и застанет её в таком состоянии рядом с портретом... Её самой... Она подошла к зеркалу рядом с шкафом и привела свои волосы в что-то отдалённо напоминающее порядок, хотя Илья бы сказал, что волосы Алисы никогда не бывают в порядке. Увидев на столе Адель скетчбук, она, не заглядывая в её рисунки, сорвала листок на последней странице и, взяв карандаш, который по совпадению тоже оказался на столе, написала: «Доброе утро, Адель! :> Надеюсь, что я не доставила тебе неудобств, пока была пьяной и спала. Ты так хорошо спала, что я решила тебя не будить. Если что, попроси мой номер у Эмбер. Твоя, надеюсь, что подруга, Алиса.» А чего вы хотите дальше? Я вот не знаю... Хочу немного Левиделкиных. Будем смотреть, как у них дела, потому что я так хочу 😝 Когда Соня попрощалась с Эмбер, Адель и Алисой с Изабо на руках, она направилась домой, заранее достав ключи. Она, конечно, была не против Изабо в её доме посреди ночи, а если и повезёт — в одной кровати, так вообще за, но не спящей и до ужаса пьяной, видимо, ещё и злой. Интересно, на что она разозлилась? Видимо, ей дано это узнать не сейчас и не на пороге своего дома. Войдя в дом, Соня аккуратно положила Изабо на пуфик в прихожей, за который многие Сонины друзья и любили её дом, нежно сняв с неё кеды, а потом и свои кроссовки, снова подхватила её на руки и, не пройдя больше пяти шагов по коридору, остановилась, смотря то в сторону своей комнаты, то в сторону зала. Спать на диване или остаться с Изой в одной кровати, спихнув всё на алкоголь? Это же неправильно — спать в одной кровати с подругой, но и ничего такого в этом не было, они же обе девушки. Желание оказалось сильнее моральной нормы, поэтому Соня решила, эгоистично не спрашивая мнение подруги, спать с ней в одной кровати. Когда Соня уже, войдя в комнату, подошла к кровати, пока посадила на неё Изабо к стенке, чтобы не поднимать её в лишний раз. Она пыталась решиться снять с неё свитер, который она ей и подарила на её день рождения, но не могла найти в себе такие злосчастные силы. Ей казалось, что такой жест слишком интимный для подруг, но опять же, это вроде и норма, когда вы обе девушки... Нет, для начала сама лучше переоденется, а то ещё минута, и Соня почувствует, как её тело реагирует на мысли о раздевании ПОДРУГИ. Соня сняла с себя худи, под которым был один лифчик, и взяла рандомную футболку из шкафа и спокойно на себя её натянула, мол, на ней весь вечер была эта футболка, просто я не хотела снимать толстовку. Самый переломный момент. Соня будет снимать одежду с Изабо. Вроде долгожданный, но они же не настолько близкие подруги... Да и ОДЕЖДУ — слишком громкое слово, просто свитер, не в лифчике же оставит одном. Наконец переборов себя, она тихо сняла с подруги кофту, немного придерживая её за талию, чтобы та не откинулась сразу на стену и не проснулась. Сняв его, Соня просто отложила свитер, всё ещё держа Изабо и ненароком осматривая её тело не только глазами, но и руками. Той, которая была на талии, она медленно и аккуратно прошлась выше по спине, остановившись меж лопаток, нечаянно даже немного прислонившись к её телу, но опомнилась и ослабила прикосновение, а вторую она положила на правый бок на уровне рёбер и тихонько прошлась так почти до лицевой части живота, и её пальцы коснулись тёплой кожи, потому что футболка немного приподнялась, когда она снимала свитер, но она вовремя остановилась. Сама не осознав, Самоделкина наклонилась к открытой шее Левито и поцеловала участок кожи, хотелось, конечно, не сильно откровенно, всё же спящий человек, но она полноправно прислонилась губами к её шее, спасибо алкоголь. А почему она позволила себе такое? Ой, да чёрт с ним. Как всегда, она слишком много думала для, пусть немного, но пьяного человека. Услышав немного глухой вздох из губ Изабо и почувствовав губами, что под её горячей кожей из-за её дыхания пульс ускорился, собственно, как и пульс самой Самоделкиной, и Соня сразу отстранилась, убрав одну из рук, всё ещё оставляя на спине, и, убедившись, что та не проснулась, уложила её ближе к стене на не совсем аккуратно заправленную кровать, а затем на приличном расстоянии легла рядом, не делая сразу каких-либо попыток прикосновений, кажется, она уже достаточно натрогалась женского тела, и, смотря ещё какое-то время на спящее лицо Левито, поняла, что после алкоголя, хоть и небольшого количества, позволила себе слишком много, тем более с спящим человеком. И вот настало утро (снова). Окна были закрыты шторами бордового цвета, и свет почти не проходил в комнату, Соня не любит свет в комнате по утрам, пока спит, Изабо знала это чуть ли не полгода. Так как обе девушки не бывают спокойными во сне, Самоделкина чуть ли не в форме звезды распределилась на кровати, а Левито, закинув правую ногу на подругу, обнимала её за талию и положила голову на её плечо. Слава богу, первой проснулась Изабо, открыв глаза, она увидела чересчур близко спящее лицо Сони и поняла, что лежит на её плече, значит, то, что она сейчас обнимает, и есть Соня, и ногу она тоже закинула на неё. Осознав абсурдность, она резко отстранилась, прикрыв рот рукой, чтобы не взвизгнуть и не потревожить подругу. Она огляделась. Сейчас она в комнате Сони. И они в одной кровати. Кто-то снял с неё свитер. Вчера она чувствовала странное тепло по телу, как будто чужое прикосновение, и едва ощутимое прикосновение к шее. Чего-то тёплого, но не рук. Интересно, что это было? Ладно, неважно. Важно сейчас то, что она В ОДНОЙ КРОВАТИ С СПЯЩЕЙ СОНЕЙ И ОНИ ТАК БЫЛИ ВМЕСТЕ ВСЮ, МАТЬ ЕЁ ЗА НОГУ, НОЧЬ. Она снова посмотрела на подругу. Её невинное спящее лицо, растрёпанные волосы и лёгкая улыбка от чувства тепла чужого тела. Изабо никогда её такой не видела, это ощущалось так странно, вспоминая постоянно контролирующую все свои эмоции и движения Соню... Воспользовавшись ситуацией, Изабо положила руку на щёку подруги, аккуратно, чтобы её не разбудить, и погладила её мягкую и тёплую кожу. Это такие разные ощущения, гладить кожу на руке и щеке одного и того же человека, потом рука Левито перешла к виску, незаметно и к ушам, а затем и шее. Она остановила пальцы на месте, где кожа была чуть ли не горячей, а под ней бился пульс, немного быстрый для спящего человека, но не удивительно, что её тело отреагировало на прикосновения. Когда она перешла к кадыку, который можно было только ощутить, она слегка надавила на кожу и очертила его, потом перешла к подбородку, а там уже и к губам. Прикоснулась она к ним только большим пальцем, к немного влажным из-за сонного состояния и тёплым, как и шея, проводя от одного кончика до другого. Неправильно? Да. Рискованно? Тем более да. Но когда ещё попадётся такой шанс? Вряд ли уж скоро. Она убрала палец, пытаясь запомнить их тепло и нежность, и приложила тот же палец к своим губам. Она не знала, переходит ли это черту, но ей слишком сильно хотелось ощутить то же тепло губ подруги на своих губах, а не только пальцем. Жаль, что чувство не передаётся прикосновением. Но можно было бы и рискнуть, и хотя бы легонько коснуться своими губами её губ... Но это было уже слишком. Ещё немного полюбовавшись подругой, она встала с кровати и сразу тихо удалилась из комнаты, и так как уже много раз была в доме Самоделкиной, даже не задумавшись, пошла в ванную. Присев на крышку унитаза, она достала свой телефон, сразу набрала того, с кем в последний раз общалась. Адель. Мда... Сообщить, что оказалась в одной кровати с девушкой, которую любит её лучшая подруга. Гениальнее и быть не могло. Через несколько гудков она слышит сонный, немного хриплый и раздражённый голос Адель, видимо, только она такая придурошная встаёт в восемь утра после пьянки. — Ало, Изабо?.. Ты видела, который час? — Да, доброе утро, Аделечка, прости, что разбудила, у меня просто такое произошло сейчас! — сказала чересчур быстро Изабо, видимо, её тело отреагировало на произошедшее более бурно, чем сама Левито. — А это не может подождать хотя бы часик?... — сказала немного измученно Адель, видимо, даже она не всегда готова выслушать человека, когда ему это нужно. — Не знаю, это связано с Соней, а я не уверена, что кто-то сможет лучше выслушать мою ситуацию, чем её лучшая подруга, — пыталась найти оправдание, кроме как «ты первая высветилась в звонках», Изабо. — А Эмбер? Я думаю, что она не хуже меня тебя бы выслушала, — видимо, Адель уже достаточно хорошо пообщалась с Эмбер, раз сделала такой вывод, — ладно, я уже вряд ли усну. Можешь говорить. — Я не знаю почему, но я проснулась с Соней сейчас не просто в одном доме, а в одной постели! Я, конечно, хотела оказаться после вечера в её доме, но не ожидала, что сама того не зная, буду в её кровати! Адель даже не знала, что на это ответить, но поняла одно: хотя бы под алкоголем её подруга немного действует, а не переживает «ой, а что если...» — Может, Соня решила не заморачиваться на счёт того, кто где будет спать? — задала логичный вопрос Адель. — Но почему она тогда сняла с меня свитер? Адель хлопнула себя по лбу: «Самоделкина, ну ты и дура, конечно. И как мне тебя оправдывать?», но решила сойти с темы. — Ну так, что там случилось? Дальше Изабо уже говорила всё без остановки, даже скорее тараторила, по голосу было слышно, что она всё время смущается. Адель же только заметила, что рядом Алисы уже не было, видимо, та ушла, пока она спала, но всё же решила потом с этим разобраться и пошла умываться, пока слушала Изабо и выключила микрофон, чтобы не мешать её монологу, всё ещё слушая уже новую подругу. Ну а через какое-то время проснулась и Соня, и сразу вспомнила всё, что вчера натворила, и не просто произошло, а именно натворила, ведь делала она всё одна. Она обнаружила, что Изабо не было рядом. Проснулась и ушла? Возмутилась, в плохом смысле, что проснулась рядом с подругой? Возможно. Но зачем быть такой пессимистичной? Может, у неё какое-то дело дома? Или ей вообще было всё равно, что она проснулась рядом с ней? Тоже вполне реально. Чтобы проверить свои догадки, надо хотя бы дом осмотреть, на случай, если она действительно осталась. Соня встала с кровати и сразу подошла к зеркалу. Она поправила свою одежду, распустила свои волосы с пучка, который был на ней с вчерашнего вечера, и, расчесав волосы, сделала лёгкий низкий хвост и вышла из комнаты, не видя сейчас нужды прибираться. Немного повысив голос, чтобы в случае чего её услышали, Соня сказала: — Иза? Ты не ушла? В ванной комнате Изабо, уже просто рассуждающая над ситуацией с редкой, но хорошей поддержкой, услышала голос Сони и сказала: — Ой, там Соня уже проснулась, можем продолжить позже по переписке? — Да беги уже ты к своей ненаглядной. Только в дёсна друг друга не вбейтесь при первом взгляде друг на друга, — уже немного измученно проговорила Адель. Изабо сбросила трубку и, выйдя из ванной, сразу ответила: — Да, я тут в ванной была, — когда Соня уже пришла к ней, а она закрыла дверь и выключила свет в ванной, Изабо добавила: — Ты не рано проснулась? Выспалась? Изабо очередной раз переживала за свою подругу, но она не видела в этом ничего особенного, как будто это абсолютно нормально — волноваться за то, не слишком ли мало поспала подруга. — Не переживай, я выспалась, — улыбнувшись, сказала Соня, — а у тебя-то голова не болит? Ты вчера всё же немало выпила? — Я хорошо переношу, всё нормально. — Настолько хорошо, что вырубилась сразу, как села в машину нашей любимой Эмбер? — спросила Соня с некой иронией. — Ой, так я там только вырубилась? А я-то думала, раньше! Не помню, как до машины дошла, — сказала Изабо с ноткой гордости, явно не помня последний час до крепкого пьяного сна. Дальше девочки разговорились, видимо, даже забыв о прошлых волнениях «как с ней разговаривать после того, что я натворила?!». На кухне, после пары стаканов воды, они уже начали обсуждать, чем бы им позавтракать, пока Соня ещё и делала, как истинный мастер, кофе. Себе бреве (латте, в котором вместо молока используется смесь сливок и молока, и из-за этого более густой, не самый любимый, обычно Соня пьёт его только дома, а так любимый — это мокко) и Изабо флэт уайт (самый крепкий кофейный напиток, где присутствует молоко, и так же любимый кофе Изабо), и так они остановились на том, что будут просто хлопья с молоком, как и всегда, когда они ночевали вместе. Несмотря на то, что они натворили, обе вели себя как обычно. Мило общались, улыбаясь друг другу, как будто они уже вместе и просто наслаждаются временем, проведённым вместе перед следующей разлукой, которая станет для них невыносимой из-за отсутствия объекта своего учащённого сердцебиения. Они за время завтрака и попивания кофе успели запланировать на среду киновечер, обычно после которого одна из них не идёт в универ, хотя всегда говорила, что пойдёт. На этот раз это будет у Изабо, по хотелке Сони, мол, это будет расплата за сегодняшнюю ночь в её кровати. После завтрака девочки ещё немного поговорили и успели обсудить, как у всех остальных прошла ночка. Илья, скорее всего, где-то под забором, Петя, выпивший примерно как Соня (4 бокала вина), выглядит так, как будто даже глотка алкоголя не делал. Адель, раздражённая от того, что её разбудили, так как после выпивки, как говорила Соня, та любила поспать подольше. Алиса где-то рядом с Ильёй, а Эмбер выпила после того, как всех развезла, и лежит у себя где-то на диване, закинув ногу на спинку дивана, а руку повалила на пол. И наконец-то Изабо ушла, хоть и не с сильным желанием. В этот момент Соня, заперевшись, приложила лоб к холодной двери и прикрыла глаза. Почему, когда Изабо рядом, всё плохое мозг игнорирует, а стоит хоть на полминуты перестать на неё смотреть и разговаривать, так сразу её тупая голова считает, что можно снова навалить на неё весь негативный груз? Естественно, она не знала ответ и ничего не могла с этим поделать. Вместо того чтобы подумать насчёт того, как мило были растрёпаны каштановые волосы подруги или о том, как прекрасна её улыбка после первого глотка флэт уайта, она вспомнила, как была горяча кожа её шеи посреди ночи под её губами, а из подру... Нет, из обладательницы её сердца вывалился вздох, почти похожий на стон. Господи, как же ей снова стало стыдно! Она ещё и смела называть себя подругой Изабо после подобного рода преступления! Уже чувствуя, что скоро сойдёт с ума, она пошла в душ. После такого тёплого утра почти сразу на голову полилась холодная вода, стекая для начала на лицо, а потом на плечи, передавая неприятное чувство холода всему телу. Наконец-то она остудит свою голову после всех событий. Пьянка, тело Изабо, тяжёлое чувство груза, которое покинуло её всего на час и так же снова появилось. Что ей теперь делать... Поговорить с Адель? Конечно, с ней можно поговорить, но разве такой тип разговора, как с Адель, ей нужен? Вряд ли... Но с кем? Петей? Он хоть ответит? Он и так наслушался вместе с её коллегами об Изабо, а как человек, который полностью контролирует себя и говорит брать пример, он всё же не поймёт... Может, Лиза... Нет, даже придумывать оправдания не будет. А, точно! Эмбер! Как она могла забыть?! Под холодную воду не может думать о чём-то настолько тёплом, как Эмбер. После она уже переключила холодную воду на тёплую, и после уже тёплого душа и полного приведения себя в порядок она надела свою пижамку, которую ей подарила Изабо, она укуталась в тот же плед, на котором они спали, даже пахло как Изабо немного, она набрала Эмбер и, включив громкую связь, она положила телефон на кровать, закутав всё, кроме лица, через примерно 15 секунд взяли трубку. Приятный, свежий голос Эмбер прозвучал в трубке, как всегда, когда все видят 10 сон, Эмбер, скорее всего, проводит уборку, качается, а может, ещё и пытает кухню, ой, то есть готовит. Ну бодрствует, проще говоря. — Соня? Доброе утро, ну что, как там прошла ночка? — с лёгким намёком сказала Эмбер. — Эмбер! Убей меня! Нет, запрети мне пить алкоголь навсегда! А если выпью, вот тогда и убей. — Так, что там у вас произошло? — сказала Эмбер уже серьёзно. — Ну ты же знаешь, у меня дома довольно тепло, и спать в свитере было бы невыносимо, так я и сняла его с Изы, а потом мной руководил алкоголь, я бы в жизни не делала то, что делала! Я начала гладить её тело... Ну... Я не буду вдаваться в подробности... Но я вовремя остановилась! А ещё... Ну... Я поцеловала её немного... — Ну или алкоголь просто подтолкнул тебя это сделать. И... Поцеловала? Прямо в губы? — сколько Эмбер живёт, а всё так же наивна в своих ожиданиях на Соню... — В губы?! Нет! Ещё бы в губы её поцеловать, я была готова сквозь землю провалиться! В шею я её поцеловала... — немного смущённо проговорила Соня. — Эх, а я-то надеялась... — Только в твоих влажных снах, Гленн! — прервала мечтания старшей Соня. — Я не знаю, как вообще смогла с ней разговаривать в течение часа абсолютно нормально... — Абсолютно нормально? После такого? Я в прошлом позавидовала бы такому умению... У меня всё на лице обычно было написано. Ну ладно. Иза ничего не заподозрила и ничего тебе не говорила? — Нет, вела себя как обычно, — сказала Соня, пожав плечами. — Раз так, думаю, Изабо ничего не помнит. Можешь расслабиться, — пыталась подбодрить её Эмбер. — А если... Эмбер её перебила. — Софья Самоделкина, никаких «если». Не напрягайся, она не поймёт, что именно это было. Всё будет хорошо, и ничего с вашей дружбой не случится, — сказала твёрдо Эмбер. — Хорошо, мам, — сказала с улыбкой Соня. Она и вправду выбрала идеальный вариант, чтобы высказаться. — Если это всё, то мне пора. Захочешь ещё об этом поговорить, пиши. — Да, хорошо, спасибо тебе, — напоследок сказала Самоделкина и сбросила трубку. Отложив телефон в строну, Соня ге выходя из под пледа легла на кровать и смотрела на потолок всё ещё вспоминая, как трогала тело Изабо. Вроде бы приятно, а вроде бы... Она поступила ужасно... Если Адель узнает, она её 100% убьёт. И не понятно из-за чего. Либо за то, что вообще выбрала спать на одной кровати и в добавок поступила так. Либо за то, что не сделала большего, и не рассказала Изе. Зная Адель, скорее всего втрое. Она снова засмущалась и перевернулась уткнувшись лицом в подушку. Всё же та она ещё дура, когда пьяная, это Софья Самоделкина. Дура