Вернутся к фанфику

Глава 2

14 апреля 2026, 00:22
— Как-то ты долго, Готи. Я уже начал переживать, что вы не придете. Скэриэл лежал на краю фонтана, болтая ногой в воздухе. Ещё теплое сентябрьское солнце согревало его, лучи играли в темных волосах. Да и в целом Лоу выглядел как кот, что греется в этих лучах, позабыв о своих заботах. Готье лишь фыркнул и сел рядом с его головой. Оливер занял место в ногах полукровки. — Ещё бы, у тебя занятие в соседнем здании было, а мы сюда с другого конца Академии шли. — Оу, ты уже выучил мое расписание? Я польщен, господин Хитклиф. — Иди ты в жопу, Скэр, — Готье пихнул его в плечо, и полукровка чуть не свалился в воду. Оливер на это тихо прыснул в кулак. — А где Леон и Оливия? — поинтересовался Лоу, наконец садясь. Оливер заметно помрачнел при этом вопросе, и теперь выглядел как обиженный ребенок. — Гуляют, — коротко отозвался он, глядя в сторону. Скэриэл выжидающе смотрел на него, ожидая продолжения. — Просто Оливер ревнует Леона к Оливии, — как ни в чем не бывало пояснил Готье, и Лоу рассмеялся. — Ничего я не ревную! — Ну конечно. Признай уже, что тебе тоже нравится Леон, все всё понимают. Оливер замялся, но так и ничего не ответил, лишь обиженно отвернулся от них. Скэриэл в это время коснулся ладонью прохладной воды и полностью повернулся к Готье. Глаза его чуть прищурились. — Кстати, Готи, нам на паре про твоего отца рассказывали. Понятия не имел, что в Октавии есть видимость оппозиции. Зачем, если чистокровных и так всё устраивает? Эти слова резанули по ушам Готье. Настроение тут же упало, а в голове загорелся огонек злости. — «Видимость»? О чем ты? По-твоему, это всё для отвода глаз? — Ну конечно. Сам подумай, с каждым годом жизнь для полукровок и низших становится всё хуже. Или мне напомнить про закон о принудительной стерилизации?! Всем плевать на нас, Готье. Лоу не заметил, как в ходе своей речи поднялся на ноги. Готье встал следом, сжав кулаки так сильно, что ногти вонзились в плоть. — А ты думаешь, так легко что-то изменить?! Что так просто убедить большинство старейшин, когда против вас сам, мать твою, Лир?! Конечно, отцу и Гедеону нечем заняться, кроме как имитировать бурную деятельность. Какая видимость оппозиции, если большинство полукровок и знать не знают об этом? Скэриэл презрительно фыркнул. — Готье, ты же умный мальчик, почему же сейчас ты не понимаешь очевидного? Чтобы соседние страны лучше относились к Октавии. Им показывают, что кто-то здесь якобы заботится о всех гражданах, и они закрывают глаза на остальное. Подумай об этом на досуге, не идеализируя отца и брата. Лоу развернулся на каблуках и направился в сторону фехтовального клуба, оставив позади ошарашенного Оливера и озлобленного Готье. Внутри у Хитклифа всё горело. Его семья из кожи вон лезла, чтобы хоть немного улучшить жизнь в Запретных землях, практически в открытую осуждали постоянные рейды полиции и действия Лафара, а его лучший друг предпочитает не замечать этого из-за своей обиды на весь род чистокровных. И самое обидное то, что он приравнивает Готье к тем людям, что каждый день бросают полукровок в тюрьмы и стерилизуют низших. — Готье… Что это вообще было? — озадаченно воскликнул Оливер, наконец придя в себя. — Неважно. Пойдем, мы уже опаздываем на лекцию по истории темной материи. Готье лежал на кровати и смотрел в потолок, прокручивая в голове сегодняшний разговор. С каждой минутой обида только росла, и её мерзкие, склизкие корни обвивали теплые воспоминания, словно высасывая из них краски. В своих раздумьях он даже не сразу понял, что его телефон навязчиво вибрирует. Хитклиф устало глянул на экран: звонил Люмьер. Готье поднес телефон к уху и услышал слегка встревоженное: «Нужно поговорить. Жду тебя у музея». Усталость придавила парня к кровати, идти никуда не хотелось, но что-то подсказывало, что Уолдин не тревожил бы его по пустякам. Поэтому, через силу поднявшись, Готье накинул на плечи пальто и вышел из комнаты. Солнце уже село, и дневное тепло сменилось пробирающим до костей северным ветром. Он мысленно похвалил себя за идею одеться потеплее и направился по вымощенной кирпичом тропинке. Рядом со зданием музея его уже ждал Люмьер: в своей неизменной шинели и с довольно мрачным выражением лица. Когда Готье подошел, он шумно вздохнул, словно не хотел этого говорить, и начал: — Скэриэл в «Валетудо» с ранением. Воспоминания о сегодняшней ссоре вмиг улетучились, а по спине пробежал холодный пот. В голове тут же всплыл образ Лоу, направляющегося в сторону фехтовального клуба. — Что случилось? Кто? Люмьер, прошу, не томи. — У Плуто было занятие с Марсеном. Мне эта идея изначально не понравилась, но Хантеру явно виднее, как составлять расписание занятий. Не удивлюсь, если он специально натравливает на Лоу дом с самыми отбитыми студентами. Я разбил их на группы, и меня позвал поговорить в коридор Рамси Мур. Когда я вернулся, Скэриэл сцепился в бою с Котийяром и Лестьенн одновременно. Эти идиоты сняли со шпаг защиту. Я успел остановить Лилит, но Дарсериан воспользовался тем, что твой друг отвлекся. Органы не задеты, но его пришлось госпитализировать. Я посчитал, что тебе нужно знать. Внутри Готье словно что-то сломалось. Злость на друга пропала, сменившись желанием уничтожить Котийяра и его подружку. Осевшим голосом он спросил: — Что будет с ними двоими? — Я потребовал суда над этой парочкой, но их префект будет пытаться выставить всё как провокацию. И, учитывая, что твой друг полукровка, у него это получится. Но даже если так, от занятий я отстраню их надолго, обещаю, Киллиан. Готье слабо улыбнулся. Когда Люмьер только закончил Академию, он хотел оставаться ближе к нему, чтобы всегда иметь возможность помочь принцу, поэтому согласился сменить профессора Бертрана на посту преподавателя по фехтованию. Поначалу вся женская половина Академии была в восторге от этой новости, и каждая девушка считала своим долгом начать строить Уолдину глазки. Но после первого же занятия они готовы были взмолиться о возвращении Бертрана. Люмьер не жалел никого, словно тренировал патрициев для создания настоящей армии, не иначе. Готье не был исключением — после занятий он не чувствовал ничего, кроме ужасной усталости и боли во всем теле. Но это давало свои плоды, и вскоре все студенты владели шпагой на достойном уровне. — Спасибо, что сообщил, Люмьер. В остальном без новостей? — К сожалению или счастью, да. Если хочешь, можешь завтра навестить своего друга, его состояние позволяет это. А теперь иди спать, Киллиан. Плохие новости не являются уважительной причиной быть похожим на сонную муху на завтрашней тренировке. Хитклиф тихо усмехнулся и едва заметно кивнул Люмьеру, после чего направился к общежитию. Он явно не шутил — фехтование стояло первой парой, и пережить его будет той еще задачей.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!