Вернутся к фанфику

I. Мы же друзья?

14 апреля 2026, 17:17

16 сентября, 2016 год

ㅤ ㅤ ㅤ Утро в Москве выдалось тёплым и почти прозрачным, как будто сама осень решила в этот день быть особенно ласковой. Сентябрьское солнце уже не жгло, а нежно обнимало этот город грандиозных ожиданий и сбывшихся мечт. Оно заливало золотистым светом широкие проспекты, пробивалось сквозь ещё густую листву Тверского бульвара и мягко ложилось на крыши старых домов в центре. Воздух был удивительно чистым и сладковатым — с лёгкой ноткой осенней листвы, свежескошенной травы из Александровского сада и едва уловимым ароматом кофе из открытых окон кофеен. ㅤ ㅤ ㅤ Лучи солнца игриво проникали в высокие окна спальни, окрашивая кремовые стены в тёплый медовый оттенок. Они скользили по смятым шелковым простыням, по обнажённому плечу Клавы, по её растрёпанным после ночи светлым волосам, разметавшимся по подушке, словно золотистые волны. ㅤ ㅤ ㅤ Город уже проснулся, но здесь, в этой маленькой комнате, время будто замедлилось. Где-то далеко внизу слышался приглушённый шум машин, лёгкий шелест шин по асфальту и редкие гудки. А в комнате царила тишина, нарушаемая только ровным, спокойным дыханием девушки. Солнечный луч осторожно коснулся её лица. Клава слегка поморщилась, не открывая глаз, и лениво потянулась. Конечно, в такие моменты не хотелось никуда идти, но разве за этим Высокова переехала в Москву? Чтобы спать или исполнить свою самую заветную мечту. ㅤ ㅤ ㅤ Она приехала в Москву на свои последние сбережения ранней весной, чуть больше года назад. ㅤ ㅤ ㅤ Из Екатеринбурга — с одним чемоданом, старенькой гитарой в чехле и сердцем, которое билось так громко, что, казалось, его было слышно на весь вагон поезда. Клава тогда ещё носила свою настоящую фамилию и верила, что столица обязательно услышит её. Она снимала крошечную комнату на окраине города, считала каждую копейку и каждую ночь засыпала с мыслью: «Завтра я сделаю ещё один шаг и приближусь к своей мечте». ㅤ ㅤ ㅤ Как только Высокова немного остепенилась в Москве, она начала обивать пороги музыкальных студий, отправляла демо-записи десяткам продюсеров, пела на кастингах и открытых микрофонах. Голос у неё был чистый, искренний, с той самой женственной хрустальной ноткой, которая трогала до мурашек. Но очень скоро ей сказали правду — прямо в лицо, без прикрас. ㅤ ㅤ ㅤ «Милая, ты симпатичная, голосок приятный… но для большой сцены этого мало. Ты недостаточно яркая. Недостаточно талантливая. Таких, как ты, здесь тысячи. Не трать время зря». ㅤ ㅤ ㅤ И эти слова пронзали куда сильнее, чем десяток ножей в спину. Помнится, после того самого кастинга Клава вышла из кабинета, села на холодную ступеньку у входа и долго плакала — тихо, чтобы никто не услышал. Слёзы капали на старый потрёпанный блокнот, где она записывала тексты. В тот вечер ей впервые захотелось собрать вещи и уехать обратно в Екатеринбург. Вернуться к семье, к привычной жизни, где никто не будет ждать от неё звёзд с неба. ㅤ ㅤ ㅤ Но она не уехала. Что-то внутри — упрямое, горячее, почти болезненное — не позволило сдаться. Она вытерла слёзы, сжала кулаки и прошептала под нос: «Я докажу. Всем докажу. И в первую очередь — себе». ㅤ ㅤ ㅤ С тех пор Высокова начала работать ещё жёстче. Писала песни ночами, училась вокалу у тех, кто соглашался заниматься бесплатно, снимала свои первые клипы на телефон, выкладывала каверы в сеть. Она голодала, мерзла, спала по четыре часа и всё равно улыбалась, когда выходила на сцену крошечных клубов. ㅤ ㅤ ㅤ А потом случилось то, во что Клава уже почти перестала верить. Её заметили. Сначала — один из менеджеров, потом — другой. И наконец, после долгих прослушиваний, переговоров и бессонных ночей, ей позвонили на кастинг. Black Star. Один из самых мощных и успешных музыкальных лейблов страны открыл перед ней двери. Она выиграла телешоу, и теперь её имя стояло в одном ряду с теми, на кого она когда-то смотрела снизу вверх, затаив дыхание. Теперь её голос звучал не в маленькой однушке на окраине, а в студиях с лучшим оборудованием, под присмотром людей, которые умели делать из мечты — настоящий огонь. ㅤ ㅤ ㅤ Она переехала из Екатеринбурга девочкой с чемоданом и разбитыми иллюзиями. А стала Клавой Кокой — артисткой, за которой следит вся страна. ㅤ ㅤ ㅤ И хотя шрамы от тех первых жестоких слов до сих пор иногда ныли внутри, она носила их гордо. Потому что именно они научили её не сдаваться. Именно они сделали её сильнее. Теперь, год спустя, лежа в просторной спальне под тёплым сентябрьским солнцем, она иногда закрывала глаза и вспоминала ту девочку, которая плакала на ступеньках. И шептала ей мысленно, с нежной улыбкой: ㅤ ㅤ ㅤ «Видишь? Мы всё-таки смогли».

***

ㅤ ㅤ ㅤ Из сладких, с чуть горьковатым послевкусием воспоминаний Клаву мягко, но настойчиво вывел звонок телефона. Мелодия была тихой, почти нежной — та самая, которую она когда-то поставила специально для своей ассистентки. Светловолосая вздрогнула, словно возвращаясь из далёкого сна, и протянула руку к смартфону, лежавшему на прикроватной тумбочке. ㅤ ㅤ ㅤ — Клава, доброе утро, солнышко, — раздался в трубке бодрый, но заботливый голос девушки. — Напоминаю, через два часа открытие первого фастфуда Black Star Burger. Ты должна быть там в качестве поддержки и продвижения. Машина уже заказана, приедет через час. Не опаздываем. ㅤ ㅤ ㅤ Высокова провела ладонью по лицу, пытаясь стряхнуть остатки утренней дымки. Сердце на мгновение сжалось. Год. Целая жизнь пролетела с тех пор, как она, девятнадцатилетняя девочка из Екатеринбурга, вышла на перрон Казанского вокзала. Тогда она боялась даже подумать о том, что когда-нибудь её будут приглашать на такие мероприятия. А теперь… теперь она едет открывать ресторан самого Тимати — человека, чьё имя когда-то казалось ей недостижимым. ㅤ ㅤ ㅤ — Спасибо. Я уже встаю, — ответила девушка чуть хрипловатым после сна голосом и сбросила звонок. ㅤ ㅤ ㅤ На несколько секунд Клава осталась сидеть на краю кровати, глядя в никуда. В груди разливалось странное, тёплое и одновременно колющее чувство. Гордость. Страх. Нежность к самой себе — той, прежней. «Недостаточно талантлива». Эти слова до сих пор иногда всплывали в памяти, как старые занозы. Она помнила, как стояла тогда в холодном коридоре одной из студий, прижимая к груди папку с демо, и пыталась не разреветься прямо перед продюсером. Помнила, как потом сидела на ступеньках и шептала себе: «Я всё равно докажу». ㅤ ㅤ ㅤ И вот она здесь. В просторной спальне, где солнечный свет играет на шелковых простынях, а за окном шумит уже совсем другая Москва — её Москва. ㅤ ㅤ ㅤ Клава медленно поднялась. Тонкая ткань пижамы скользнула по коже, оставляя лёгкую дрожь. Она подошла к большому зеркалу и долго смотрела на своё отражение. Перед ней стояла уже не та растерянная девочка с красными от слёз глазами. Теперь это была девушка с уверенным, но всё ещё немного уязвимым взглядом. Светлые волосы мягкими волнами падали на плечи, губы слегка припухли после сна, а в глазах теплилась та самая искра, которая когда-то не позволила ей сдаться. ㅤ ㅤ ㅤ «Ты справилась, — тихо подумала она, проводя пальцами по своему отражению. — Ты не просто выжила. Ты расцвела». ㅤ ㅤ ㅤ Девушка открыла шкаф и начала собираться, чтобы превратиться из никому неизвестной Клавдии Высоковой в Клаву Коку — поп-звезду, о которой знают миллионы. Пальцы слегка дрожали, когда она доставала свои любимые джинсы, которые Клава купила со своего первого гонорара, базовую футболку и нежно-голубую кожаную куртку. ㅤ ㅤ ㅤ Пока светловолосая наносила лёгкий макияж — сияние на скулах, нежный блеск на губах — в голове тихо крутилась одна из её самых первых песен, написанная ещё в той крошечной однушке. Тогда она пела её в пустоту, надеясь, что хоть кто-то услышит. Сегодня её будут снимать камеры, и тысячи людей будут смотреть на неё не как на «недостаточно талантливую девочку», а как на Клаву Коку. ㅤ ㅤ ㅤ Высокова надела белые кеды, закинула на плечо рюкзак и достала с верхней полки розовую кепку, которая завершила её дерзкий и слегка бунтарский образ. Всё было на месте. Но внутри всё ещё трепетало. Не страх провала — нет, его уже почти не осталось. Это было другое: трепетное, живое волнение человека, который прошёл длинный путь и теперь стоит на пороге нового этапа. ㅤ ㅤ ㅤ Клава последний раз взглянула в зеркало в прихожей. Глаза блестели чуть ярче обычного. Она улыбнулась своему отражению — нежно, почти интимно, как улыбаются старому другу. ㅤ ㅤ ㅤ «Видишь? — мысленно сказала она той девочке из Екатеринбурга. — Мы не сдались. Мы дошли». ㅤ ㅤ ㅤ Девушка глубоко вдохнула, запах любимых духов — ваниль и белый мускус — окутал её мягким облаком. Она выпрямилась, расправила плечи и тихо, но уверенно прошептала в пустоту прихожей: ㅤ ㅤ ㅤ — Поехали. ㅤ ㅤ ㅤ На улице Клаву уже ждало такси — чёрный Mercedes с тонированными стёклами, который мягко урчал у подъезда. Водитель, пожилой мужчина в аккуратной рубашке, вышел и вежливо открыл ей заднюю дверь. Кока улыбнулась ему благодарной, чуть рассеянной улыбкой и скользнула на кожаное сиденье. ㅤ ㅤ ㅤ Машина плавно тронулась с места, оставляя позади её дом и тёплое сентябрьское утро. Клава откинулась на спинку, закрыла глаза и вставила наушники. В уши сразу полилась знакомая до дрожи мелодия — её любимая песня, та самая, которую она написала ещё в Екатеринбурге. Голос в наушниках был тогда более детским, наивным, чуть дрожащим от волнения, но таким же искренним. Высокова слушала и улыбалась уголками губ. Когда песня в наушниках дошла до припева, Клава невольно начала подпевать — едва слышно, одним дыханием. Голос внутри неё звучал уже по-другому: увереннее, глубже, с той самой хрипотцой, которую поклонники так любили. ㅤ ㅤ ㅤ «Я не просто прорвалась, — подумала Клава, проводя пальцем по холодному стеклу. — Я стала собой. Настоящей. С теми же страхами, но уже с силой, которой раньше не было». ㅤ ㅤ ㅤ Машина резко повернула и остановилась у ресторана, где уже скопилось большое количество людей. Звезды шоу-бизнеса, блогеры и обычные местные жители собрались в одном месте, чтобы отведать самые сочные и мощные бургеры в столице. Солнечный свет золотисто отражался от большой красной ленты, натянутой у дверей, и от блестящих камер, уже расставленных по периметру. Клава глубоко вдохнула, поправила волосы и вышла из машины. ㅤ ㅤ ㅤ Воздух был тёплым, с лёгким ароматом свежей выпечки и жареного мяса, который уже разносился по улице. Вокруг суетились журналисты, фотографы и приглашённые гости. Кто-то громко смеялся, кто-то делал селфи на фоне вывески. Кока привычно натянула на лицо лёгкую, уверенную улыбку — ту самую, которую она научилась надевать, как вторую кожу. Девушка сделала несколько шагов к входу, когда внезапно кто-то слегка задел её плечо. ㅤ ㅤ ㅤ — Ой, простите! — раздался рядом молодой, чуть виноватый голос. ㅤ ㅤ ㅤ Клава повернула голову и встретилась взглядом с парнем, который едва был старше её самой. Высокий, с тёмными волосами, большими голубыми глазами в стильной чёрной кожанке и с обаятельной, немного смущённой улыбкой. ㅤ ㅤ ㅤ — Я не хотел толкаться, честно, — быстро добавил он, поднимая руки в примирительном жесте. — Просто здесь столько всего… Я Дима. Дима Масленников, блогер. Меня тоже пригласили на открытие. ㅤ ㅤ ㅤ Клавдия на мгновение замерла. Что-то в его глазах — живых, тёплых, с лёгкой искоркой озорства — показалось ей неожиданно знакомым, хотя она точно видела его впервые. ㅤ ㅤ ㅤ — Клава. Клава Кока, — ответила она мягко, протягивая руку. — Очень приятно. ㅤ ㅤ ㅤ Дима пожал её ладонь чуть дольше, чем требовалось, и вдруг его лицо осветилось озорной улыбкой. ㅤ ㅤ ㅤ — Слушай… — он понизил голос и наклонился чуть ближе, будто собирался поделиться секретом. — Мы тут снимаем влог для моего канала. Давай отыграем, будто мы знакомы с пелёнок, лет тридцать? Я буду называть тебя «Клавка», ты меня — «Димка», и мы будем делать вид, что вместе когда-то бегали по деревне, отдыхали в одном лагере и ели шаурму в три часа ночи после концерта. Идёт? ㅤ ㅤ ㅤ Клава не смогла сдержать улыбку. Его предложение было таким внезапным, таким лёгким и забавным, что внутри неё что-то приятно дрогнуло. Она посмотрела на него внимательнее: милые ямочки на щеках, когда он улыбается, лёгкая небрежность в причёске, открытый, совсем не «столичный» взгляд. ㅤ ㅤ ㅤ «Какой он… милый, — подумала Высокова неожиданно для себя. — И забавный. Как будто настоящий, а не из этой глянцевой тусовки». ㅤ ㅤ ㅤ Сердце екнуло — тихо, почти незаметно, как лёгкая волна в груди. Но Клава тут же привычно отогнала это чувство. «Просто приятный парень, — сказала она себе. — Ничего больше». ㅤ ㅤ ㅤ — Интересное предложение, — ответила девушка с лёгким смехом. — Договорились. Только не переигрывай, Димка. ㅤ ㅤ ㅤ Масленников широко улыбнулся, и его глаза заискрились ещё ярче. ㅤ ㅤ ㅤ — Обещаю, Клавка. Мы же друзья? Пошли. Я провожу тебя внутрь, чтобы не потерялась в этой толпе. ㅤ ㅤ ㅤ Дима галантно предложил ей руку. Клава, всё ещё улыбаясь, вложила свою ладонь в его. Прикосновение было тёплым, уверенным и… неожиданно приятным. Она почувствовала лёгкое тепло, разливающееся по коже, но снова быстро спрятала это ощущение куда-то глубоко. ㅤ ㅤ ㅤ Они вместе направились ко входу. Клава шла рядом с ним, чувствуя, как внутри неё тихо плещется что-то новое — лёгкое, игривое и немного опасное. Но она не придала этому никакого значения. ㅤ ㅤ ㅤ По крайней мере, пока. Они же просто друзья. ㅤ ㅤ ㅤ

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!