Часть 6 Арка «Катализатор»

Среда, 19:45. Бар «Проходной» Шейн пришёл первым. Сел на своё место: у стены, подальше от двери и сквозняка. Перед ним стоял чай, заваренный ровно четыре минуты. Света, Роуз и Хейден зашли вместе. Хейден сразу же направился к барной стойке поздороваться с барменами и сделать заказ. Света села напротив, Роуз рядом с Шейном. Пару минут спустя к ним присоединился Хейден. Они говорили о разном. Роуз снова жаловалась на кота, Хейден предлагал оставить дверь «случайно» открытой, за что получил щелбан от Светы. Роуз на это одобрительно хмыкнула. Потом разговор снова свернул к Илье. — Ты вообще знаешь, — начала Света, крутя бокал с красным, — что Илья бросил курить из-за тебя? Шейн поднял бровь. — Он бросил, потому что это вредно. И дорого. И пахнет. — Сладкий, — Света подалась вперёд. — Он бросил на следующий день после того, как ты сказал ему ту фразу. Я не помню точно. Но он пришёл и сказал: «Шейн прав». — Я всегда прав, — автоматически ответил Шейн. И замер. Потому что что-то щёлкнуло. Флешбек. Пять лет назад. Бар «Проходной». Илья только что получил рабочую визу. Точнее, подтверждение, что всё оформлено. Он улыбался шире обычного и даже не матерился, когда Хейден пролил пиво. Они отмечали. Впятером. Как обычно. Илья курил тогда. Много. Вышел на крыльцо, закурил третью за час. Шейн вышел следом. Не потому что хотел курить, он не курил вообще. Никогда. Один раз пробовал, но сразу закашлялся. — Ты много куришь, — сказал Шейн. Это была констатация, не упрёк. — Стресс, — выдохнул Илья. — Визу дали, теперь надо работать, нет, надо пахать, надо остаться, надо… — Ты мне нужен живой, — перебил Шейн. Обычным своим голосом. Как будто говорил «надо не забыть купить молоко». Илья замер с сигаретой. — Что? — Ты мне нужен живой, — повторил Шейн. — Курение — это риск. Рак лёгких, ХОБЛ, снижение выносливости. Я не хочу, чтобы ты болел. Но это твое личное дело. Он развернулся и ушёл внутрь, потому что на улице было прохладно, а он не любил сквозняки. Илья стоял на крыльце ещё минуту. Потом затушил сигарету. Выбросил пачку в урну. Вернулся за столик. Шейн уже пил чай и не поднял головы. Через час Хейден предложил пойти покурить. — Не хочется, — пожал плечами Илья. — Ты уже час не курил, — отметил Шейн. — Захотелось пожить подольше, — ответил Илья и посмотрел на Шейна. Шейн одобрительно кивнул, как будто Илья принял рациональное решение. Он не понял. Конечно, не понял. — Я не заставлял его, — тихо сказал Шейн. — Никто и не говорит, что заставлял, — Роуз мягко взяла его за руку. — Он сам так решил. Просто… — Просто он делает то, что ты говоришь, — закончил ее мысль Хейден. — Не потому что ты приказываешь. А потому что для него твои слова — это… разрешение, что ли. — Он сам так решил, — упрямо повторил Шейн. — Ты правда не замечал? — спросила Света. — Я замечал. Я всё замечаю. — Шейн перебирал пальцами край свитера. — Я просто думал, что он… сам. — Он сам, — подтвердила Роуз. — Но только после того, как ты сказал. В бар вошел Илья. В спортивном костюме, с большой сумкой наперевес. С мокрыми волосами и красными щеками. — Привет. Что обсуждаете? — Тебя, — честно ответил Шейн. Илья перевел взгляд на Свету. Та пожила плечами, мол не смотри на меня. — Что именно? — он сел на своё обычное место слева от Шейна. Взял сырную палочку. Откусил. Шейн смотрел на него. Долго. Потом спросил: — Ты бросил курить из-за меня? Тишина. — Ты сказал, что я тебе нужен живой, — наконец, ответил Илья, не глядя на Шейна. — Я решил, что это веская причина. — Я имел в виду… — Я знаю, что ты имел в виду, — Илья наконец повернулся к Шейну. — Ты имел в виду буквально. Не умирай. А я услышал… Неважно. — Что услышал? — наставал Шейн. Илья смотрел ему в глаза. Улыбался краешком рта. — Что я тебе нужен, не как друг, как кто-то другой. Важный. — Но ты всегда был важным. Света закрыла лицо рукой. Роуз утыкнулась в меню. Хейден допил пиво залпом. Шейн молчал. Потом покраснел, он чувствовал это. Взял свою кружку с чаем, хотя она уже давно остыла. — Ты мне нужен, — сказала он тихо. — Это правда. Илья кивнул. Не улыбнулся. Просто кивнул. — Знаю. Они сидели рядом, как всегда. Смотрели друг на друга на секунду дольше, чем обычно. Потом Шейн отвел взгляд и начал рассказывать, что случилось сегодня на работе. Илья слушал. С улыбкой. /// Суббота, 21:00. Ледовая арена. Илья вышел из раздевалки. Весь мокрый, счастливый, с сумкой через плечо. — Ну как? — Было классно, — радостно сказал Света. — Мы чуть не оглохли от свистков, — произнесла Роуз. — Я испугался за того парня во втором периоде. Илья посмеялся и посмотрел на Шейна. — У тебя 83% выигранных вбрасываний в чужой зоне. Это выше среднего по лиге на 12%. Но в средней зоне ты просел до 61%. Тренер переставил тебя с левого круга на правый после первого периода — это сработало. Во втором периоде твой корси за 5 на 5 был 67%. Илья замер. — Ты считал? — спросила Света. — Я веду статистику, — спокойно ответил Шейн. — Это логично. Илья играет. Я считаю. — Ты ведёшь статистику на любительских матчах? — спросил Хейден. — На матчах Ильи, — подтвердил Шейн. Илья смотрел на него. Долго. Света и Роуз переглянулись. — Ты никогда не говорил… про статистику. — Ты никогда не спрашивал, — пожал плечами Шейн. Тишина. — И твой бросок на 37-й минуте — xG был 0.28. Не самый высокий шанс, но ты выбрал правильный угол. Вратарь не успел. Илья засмеялся. По-настоящему. Звонко. — Господи, Шейн. — Что? — Ничего. — Илья всё ещё улыбался. — Спасибо. — За что? — Что считаешь. — Я всегда считаю. Они шли в бар. Илья шел чуть ближе, чем обычно. Света и Роуз немного позади. Хейден и вовсе отстал, пока звонил Джеки. — Он реально ведёт статистику, — сказала шепотом Роуз. — Он реально ведёт статистику на его матчах, — подтвердила Света. — А говорил, что ничего не смыслит в романтике. — Это их личная романтика, — улыбнулась Света. 21:35. Бар «У Хенка» Бар напротив арены новый, чистый, с живой музыкой и коктейлями, которые Шейн не пил, но одобрял за эстетику. Они заняли большой стол у окна. Илья ушёл в туалет, Хейден всё ещё болтал по телефону у входа, Роуз изучала меню. Света отпила вино и посмотрела на Шейна. — Ты правда был хорош сегодня, — сказала она. — Я просто констатировал факты, — ответил Шейн. — Я не про статистику. — Света поставила бокал. — Я про то, что ты ходишь на его матчи. Что ты смотришь. Что ты считаешь. Для него это много значит. Шейн поднял глаза. — Я знаю. — Правда, знаешь? — Света усмехнулась. — Ты хоть представляешь, как он был счастлив, что вернулся в хоккей? Он же бросил после универа. Думал, что началась взрослая жизнь, не до детских игр. А потом ты сказал ему одну фразу и он вернулся. — Я просто сказал, — произнёс Шейн. — Ты не просто сказал. Ты нашел для него новую команду. Он скучал по льду. И боялся, что уже не тот, что не потянет. А ты одним действием вернул ему это. Шейн молчал. — Он вернулся потому что хотел, — настаивал Шейн. — И потому что ты сказал, — закончила Света. Шейн смотрел на дверь, откуда вот-вот должен был появиться Илья. — Я не думал, что мои слова так… важны. — В этом вся прелесть, — усмехнулась Роуз. — Ты даже не представляешь, как ты важен. — О, я знаю, что я важен, — поправил Шейн. Он смотрел на подруг своими «оленьими глазками». — Но не знал, что настолько. И что мне с этим делать? — С тем, что ты делаешь Илью счастливым? — спросила Света. — Наверное. — Прими это, — твердо сказала Света. — Принять? — Да, просто прими это. — Просто, — повторил Шейн. Он вспомнил их с Ильей разговор. Флешбэк. Четыре года назад. Квартира Шейна. Вечером они смотрели хоккей. Илья сидел на диване слева, Шейн справа. Илья вздохнул. — Смотри, как шайба летит. Красота. Я так скучаю. — Илья отставил кружку. — По льду. По клюшке. По этому дурацкому запаху раздевалки. А сейчас — работа, отчёты, взрослая жизнь. Чувствую себя старым. — Ты не старый. — Но чувствую себя старым. Шейн повернулся к нему. — Почему бы тебе не найти любительскую лигу? Илья усмехнулся. — Это не так просто. Надо звонить, узнавать, пробоваться. У меня времени нет. — У тебя есть время, — спокойно сказал Шейн. — Ты два раза в неделю ходишь в зал, остальные вечера ничего не делаешь. — Мы дважды в неделю ходим в зал и дважды в неделю смотрим сериалы, — напомнил Илья. — Ладно, ты занят 4 дня в неделю. А остальное время? — Я отдыхаю? — А хоккей не отдых для тебя? Илья молчал. — Ты скучаешь, — продолжал Шейн. — Ты хочешь играть. Я думаю, это просто. — Для тебя всё просто. — Для тебя тоже. Ты просто не пробовал. Илья смотрел на экран. На экране была его любимая команда, любимый спорт, без которого, он казалось, уже научился жить. Шейн открыл ноутбук. — Давай я тебе помогу. — В смысле? — Я поищу. Лиги, расписание, требования. Я хорошо умею структурировать данные. — Ты хочешь найти мне хоккейную команду? — Я хочу, чтобы ты перестал вздыхать перед телевизором. Илья посмотрел на него. — Ты серьёзно? — Я всегда серьёзно. — Шейн… — Что? Я всё организую. Ты просто придёшь и попробуешь. Илья не знал, что сказать. Шейн уже стучал по клавишам, сосредоточенный, спокойный. — Спасибо, — тихо сказал Илья. — Не за что, — ответил Шейн, не отрываясь от экрана. — Заодно разберусь в правилах. Илья усмехнулся. — Ты не разберёшься. — Разберусь. Шейн искал лиги. Илья смотрел на Шейна. И думал: «Я люблю тебя». Вслух не сказал. Но улыбнулся. Илья сел на своё место слева. Взял меню. — Что заказали? — Вино, — Света отсалютовала бокалом. — Я еще не решила, — добавила Роуз. Шейн подвинул к нему чашку. — Я заказал тебе латте. — Я хотел американо. — Ты хотел американо. Но тебе нужен латте. У тебя был тяжёлый матч. Илья взял чашку. Сказал «спасибо». Уже не удивляясь. — Ты как? — спросил он у Шейна. — Нормально, — ответил Шейн. Потом добавил. — Вспомнил кое-что. — Хорошее? — Да. Хорошее, — улыбнулся Шейн.