Часть 16 Арка «Ревность»

Пятница, 20:07. Бар «Проходной». Всё было как обычно. Света пила красное, Роуз белое полусладкое, Хейден пиво, Шейн чай, Илья тёмное пиво. Они обсуждали работу. Света рассказывала сплетни про коллег. Роуз про кота. Хейден молча ел сырные палочки, слушал. Илья сидел рядом с Шейном. Как обычно слева. Всё было нормально. Потом Хейден потянулся за солью. Илья передал ему. Их пальцы соприкоснулись. Хейден улыбнулся. — Спасибо, бро. Илья кивнул. — Не за что, бро. Шейн смотрел на их руки. На то, как легко Хейден сказал «бро». На то, как Илья улыбнулся в ответ. В голове Шейна что-то щёлкнуло. Шейн сжал кружку. — Шейн, — позвала Роуз. — Ты чего? — Ничего. — Ты смотришь на Хейдена. — Я смотрю в пространство. — Ты смотришь на Хейдена, — повторила Света. — И у тебя лицо, как будто ты считаешь, сколько раз он моргнул за минуту. — Тринадцать, — автоматически ответил Шейн. — Это выше нормы. Он нервничает. — Я не нервничаю, — сказал Хейден. — Я просто моргаю. Шейн отвернулся. Илья смотрел на него. Ничего не говорил. Но Шейн чувствовал его взгляд. Через десять минут Хейден снова что-то сказал. Засмеялся. Положил руку на плечо Илье, как всегда делал, когда рассказывал что-то смешное. Дружеский жест. Шейн видел это сотню раз. Раньше он не замечал. Сейчас заметил. — Я выйду, — сказал Шейн и встал. — Тебе плохо? — спросила Роуз. — Нет. Просто нужно подышать. Он вышел на улицу. Стоял у стены. Смотрел себе под ноги. Через минуту вышел Илья. — Что случилось? — Ничего. — Шейн. — Я ревную, — выдохнул Шейн. — К Хейдену. Илья замер. — К Хейдену? — Да. — К нашему Хейдену? Который сказал, что ананас — это орех? — К нему. — Шейн, это… — Я знаю, что это идиотизм. — Шейн потер лицо руками. — Я знаю, что он не угроза. Я знаю, что у него есть Джеки. Я знаю, что он наш друг. Но я смотрел, как он касается тебя, и мне хотелось… — Что? — Не знаю. Увести тебя. Сказать, чтобы он не прикасался. Это же бред. Он всегда так делал. Раньше я не замечал. — Потому что раньше ты не был моим парнем. — Да. А теперь я думаю: а вдруг ты поймёшь, что с ним веселее? Что он не нудит про законы физики? Что он не считает твои ресницы? — Ты считаешь мои ресницы? — Илья подошёл ближе. — Один раз. Ты спал. И я посчитал их. Илья усмехнулся и взял Шейна за руку. — Не думаю, что Хейден мне подходит. Мне нужен кто-то кто будет считать мои ресницы, пока я сплю. И не думаю, что смогу бороться с Джеки. — Если это шутка, то она не смешная. — Это не шутка, — Илья взял Шейна за подбородок и их глаза встретились. — Я люблю тебя. Только тебя. — Я знаю. — Тогда что? — Не знаю. — Шейн опустил глаза в асфальт. — Может, так будет всегда. Я буду ревновать тебя ко всем, кто дышит рядом. И это сведёт меня с ума. Или я запру тебя в квартире, как и планировал. — Ты мой дракон? — спросил Илья. — А ты принцесса? — Судя по твоей аналогии, да. — Это твоя аналогия, Илья. Я представляю себя маньяком, а не мифическим существом. — Возможно все же тебе лучше быть драконом, — улыбнулся Розанов. — Возможно. — Ты привыкнешь. К тому, что ты теперь не один. Это страшно. Я тоже боюсь. — Ты? — Шейн снова поднял глаза. — Конечно. А ты думал, мне не страшно? Я семь лет ждал. А теперь ты мой. И я каждое утро просыпаюсь и думаю: а вдруг сегодня ты поймёшь, что ошибся? — Ты боишься, что я тебя брошу? — Да. — Я не брошу. — Я знаю. Но страх остаётся. Они стояли на улице. Мимо проходили люди. Кто-то курил у входа. Шейн не обращал внимания. — Мы оба идиоты, — сказал он. — Да, — согласился Илья. — Я ревную к Хейдену. Ты боишься, что я уйду. Мы психи. — Мы влюблены. Это одно и то же. Шейн почти улыбнулся. — Пойдём обратно, — сказал он. — Хейден, наверное, уже съел все сырные палочки. — Он всегда их ест. — Я знаю. Поэтому я заказал двойную порцию. — Ты гений. — Я знаю. Они зашли обратно. Хейден посмотрел на них. — Всё нормально? — Да, — сказал Шейн. — Извини, я погорячился. — С чем? — С подсчётом твоих морганий. Хейден моргнул. Шейн посчитал. Семнадцать за минуту. Всё ещё выше нормы. Но он не сказал. Они сели за столик. Илья снова был рядом. Слева. Шейн положил руку ему на колено. Под столом. Чтобы никто не видел. — Ты чего? — шепнул Илья. — Упражнение, — шепнул Шейн. — Принятие иррационального. — Помогает? — Пока нет. — Продолжай. Шейн не убрал руку. Сидел и смотрел, как Хейден ест сырные палочки. Он всё ещё ревновал. Немного. Но теперь это не была паника. Это было просто чувство. Он мог с ним жить. Наверное.