00:34

      Джошуа курит. Сидя на балконе который освещает только совсем незаметная луна, а на подоконнике телефон прокручивает музыку, в которую тот даже не вслушивается. Сокмин пришел совсем тихо. В квартире последнее время царила тишина, будто оба перестали существовать и больше даже не хотят делать шаги громче, чтобы показать друг другу что они все еще здесь. — Злишься? — Нет, — Хон врет, но не видит никакого смысла в правде. Разве так сложно просто понять? Всему нужно его слово? — Джису, — он делает последний шаг ближе, мягко обхватывая руками чужую талию, опуская подбородок на плечо Шуа, — Скажи мне все, что ты чувствуешь. — Я уже говорил, — Джошуа опускает голову и выдыхает последний дым, а его сигарета выскальзывает из пальцев и летит этажами вниз, — Я не хочу обсуждать это днями подряд. Меня это выматывает. — Но я все еще люблю тебя, — Сокмин прошептал это почти что самими губами, выпуская звук, и тот ударяется о слух парня. — И я тебя, но.. — Мы просто устали, — будто сам себе говорил Ли, почему то даже и не слушая чего то возможного в ответ. — Я не хочу, чтобы дальше так было, это полное блядство. — Тогда начни говорить со мной об этом, — Сокмин вздыхает, прикрывая глаза и слишком ощутимо ослабляя руки, — Ты держишь на меня обиды, уходишь, не разговариваешь и ведешь себя как ребенок. — О, вот оно что? — Джису усмехается, поварачиваясь в почти несуществующем охвате рук, чтобы оказаться лицом к лицу, — Ты серьезно постоянно видишь проблему только во мне? — Я не об этом. — Нет, ты как раз-таки об этом, — он склоняет голову набок, будто слишком четко видит лицо напротив, — Всегда упреки о том, какой я, но ты? — Хон вскидывает брови. — Все начинается с тебя, — Сокмин выдает это где то за секунду, как подумал. Джошуа смеётся, хлопнув в ладоши и откидываясь спиной на открытую оконную раму, таким образом казаться дальше. — Я не хочу снова ссориться. — Но ты это делаешь, Сокмин. — Прости, — Ли снова возвращает свой охват руками, притягивая ближе, и осиавляя поцелуй где то на совсем немножко оголившейся коже плеча Джошуа, — Я так устал, ты мне поверишь? — Тебе говорилось, меньше бегать за всем, — Хон обреченно вздыхает, зарываясь обеими руками в чужие волосы, чтобы убрать их назад, с лица Сокмина, — Человечество не вымрет, если ты выберешь себя. — Я выбираю тебя. — Сейчас? — Всегда. Сокмин поднимает голову, а его глаза блестят чем то слишком ярким, хотя луна там не отображается. Джошуа чувствует в этих глазах слабость, но там только любовь. Джису целует его. Мягко и по домашнему, с теми чувствами, которые обозначали только начало и огромный путь в будущем, но сейчас это ничего будто и не значило. Просто поцелуй который нужен был им обоим, вернуть что то, в чем оба нуждались и верно молчали. — Здесь холодно, ты в одной только футболке, — Ли замечает это только потом, совсем непонятно зачем, но вопросов в голове Джошуа больше не было. Сокмин легко подхватил его на руки, и в мыслях даже не укладывалось, как тот постоянно это делает. Пахнет несуществующим волшебством. Уже в комнате, чувствуя под собой мягкую и слишком излюбленную кровать, Джису тянет Сокмина на себя, целуя вновь и притягивая ближе, не собираясь думать или продолжать строить из себя все того же. Он понимает, что все уже не то. Чувства не те, и они, возможно, тоже. Но сейчас это почти ничего не значит. — Я скучал, весь день, понимаешь? — лепещет Сокмин в моменте, когда теплые руки Хона стягивают с его расстегнутую во время поцелуев рубашку. — Тогда не начинал бы все так. Ли выдыхает, а голова и не собирается начать работать. Ему бы сейчас упасть и крепко крепко уснуть, но все это казалось только лишь каким то далеким желанием. — Тише, — он опускается, начиная оставлять поцелуи не глядя куда. Сначала влажные следы на шее, медленно и без счета переходят на оголившееся плечо, а затем футболка Джошуа поднялась, и поцелуи оказались на грудной клетке по пути к впалому животу. Это единственная любовь, которая была в стенах квартиры. Она была где то в прикосновениях, тихих вдохах и быстрых словах без смысла. Где то там, где они держали начало. Там, где может быть и конец.

***

boos (00:34) нам нужно потусить, да? boos (00:34) я это чувствую. вы очень хотите junhui_moon (00:34) разве не ты говорил, что больше не будешь пить? junhui_moon (00:34) о точно, это был ты. boos (00:35) не делай вид, будто у тебя хорошая память. потому что это не так junhui_moon (00:35) я хотя бы не напиваюсь так— boos (00:35) ЭЙ у меня была причина. и в этот раз со мной будет Хансоль. и junhui_moon (00:35) и? boos (00:35) я знал, что ты не согласишься, поэтому Хансоль аккуратно сообщил мне, что на тусовке будет один красивый диджей. junhui_moon (00:36) и? boos (00:36) твой минхао это, придурок junhui_moon (00:36) он диджей??? boos (00:36) странно, что ты об этом еще не знаешь junhui_moon (00:37) я буду, ок. boos (00:37) ококок Сокмин смотрит в экран телефона впервые так долго. Наблюдая за всплывающими сообщениями друзей, сейчас не хотелось и думать о какой то тусовке. В то время пока в голове один лишь человек — Хон Джису, сейчас спокойно сопящий на своей подушке, спрятавшийся под огромным и теплым-теплым одеялом; голова устала о нем думать. Думать о всем, что есть сейчас, и понимать, что он сам устал.

seokseok (00:49)

я за