Вернутся к фанфику

Дальше только ты и я

9 апреля 2026, 23:55
      Прошел еще один месяц, наступил новый интересный год. Но сам праздник девушки не встречали вместе. Мария захотела впервые провести его в полном одиночестве, чтобы разобраться со своей головой. Ей нужна была еще одна небольшая передышка, где поняла, что Лукина ей начинала нравится настолько, что появилось чувство: скучаю.       Тогда и пошли переписки, звонки, встречи. Но статус никакой не появился. Это были не отношения, может, что-то только начинающееся. Лаура сама вспоминала, какого это испытать конфето-букетный период, когда тобой управлял не разум, а сердце. Когда только от одного: «Привет»; трепетало сердце. Маша же училась заново показывать себя настоящую, искреннюю и менее холодную «я». И ей это самой безумно нравилось.       Коллеги стали замечать новую журналистку. Были подколы от друзей, не нашла ли она кого-то, но Мария ничего не отвечала. Она всегда склонялась к одному — если счастье есть, то оно любит тишину. Только Тёма был в курсе этого нового счастья подруги.       — Отправлю новое приглашение с плюс один, — усмехнулся парень, выдыхая табачный дым.       — Не беги впереди паровоза. Мы не в отношениях.       — Если ты не хочешь, чтобы все знали о ваших НЕ отношениях с Лукиной, просто ведите себя не как влюбленная парочка.       — Договоришься, и я вообще не приду на твою свадьбу.       — Ты мой шафер, вообще-то.       — Странная у вас свадьба, однако. Со стороны жениха свидетельница, а невесты — свидетель.       — Все по правилам. Ничего страшного, если немного в другом положении… Так все же, что у тебя с Лукиной? После вашего интервью, она станет самой завидной невестой для акул бизнесменов и не только.       — Я не знаю, как это называется, но меня, по крайней мере, все устраивает. По факту нет лишних обязательств.       — Ты все еще не готова к большему?       — Я все еще боюсь, что счастье долго не продлится.       — Ты же в курсе, что сама притягиваешь все плохое одними мыслями?       — Как же на тебя влияет твоя будущая жена, говоришь как Инна.       — Переопыляюсь. Но она права. Больше никаких: а что если, а может… И в бизнесе все, тьфу тьфу, хорошо, и с ней безумно повезло. Так что, подруга, только позитивные мысли и долго и счастливо.       Мария лишь помотала головой улыбаясь. В чем-то друг был прав. Надо переставать видеть везде подвох, мыслить в негативную для себя же сторону. Может, это, действительно, сказывается на все. Ведь Лауру она точно не хочет потерять. За все это время, как женщина появилась в ее жизни, даже ментальное здоровье пошло на улучшение. А это новое старое забытое чувство только добавляло жизни.       В конце января, когда официально бракоразводный процесс Лукиной прошел, они встретились в студии для интервью. Журналистка пыталась сохранять свою прежнюю холодность и строгость, что уже давалось не так легко, как раньше. Но все же давалось. И снова новый формат. Формат прямого эфира, на который не охотно согласилась Мария, но с удовольствием приняла шатенка.       — Ваш бракоразводный процесс прошел. Теперь вас можно назвать одной из самых известных холостых женщин. Расскажите, какие чувства вы испытываете от этого?       — Если от развода, только облегчение. Мы с супругом потеряли искру достаточно давно. Но у нас оставались обязательства, которые смогли разрешиться только недавно. А если от нового статуса, то ко мне он не имеет никакого отношения.       — Хотите сказать, что ваше сердце уже занято?       — Да, оно уже занято.       — И как же давно?       — Наверное, около полугода.       — Что же, ему очень крупно повезло, — улыбнулась Мария. На ее наушник поступило сообщение от редактора, проверить чат в прямом эфире. — В нашем прямом эфире открыт чат, и… — она пробежала по повторяющимся вопросам, — и большей части зрителям интересно, кто же этот человек.       — Это очень хороший человек.       — Чат буквально разрывается, чтобы узнать имя счастливчика. Но не думаю, что вы захотите его раскрывать.       — Почему же?       — Мы сейчас все узнаем имя этого человека? — блондинка незаметно, но занервничала.       — Думаю, что это имя известно многим, как и мое.       — Заинтриговали всех, — Мария продолжала работать в привычном положении, хотя руки покрылись холодом.       — Он сейчас смотрит на меня.       — Это кто-то из зрителей?       — Маша, ты же знаешь, что человек, занявший место в моем сердце — это ты.       Девушка сглотнула тяжелую слюну. Все коллеги, которые присутствовали за камерой, онемели. Это точно не то, что готовы были услышать. Никто. Чат стал разрываться новыми смешанными сообщениями. Кто-то подумал, что это шутка, что Лукина специально назвала имя журналистки, чтобы не раскрывать настоящее имя избранника.       — Х… хорошая шутка.       Единственное, что смогла произнести Мария. И все потихоньку выдохнули, поняв, что шатенка, возможно, правда пошутила. Только вот Лаура поднялась с места и подошла к Третьяковой. Она наклонилась к ее лицу и перед камерой во время прямого эфира поцеловала ее. Тогда все выпали в очередной раз. Кто-то из коллег уронил стаканчик с кофе, кто-то потер глаза, думая, что это все показалось. Чат продолжал разрываться теперь от действия владелицы сети клуба «Freedom».       — Матвей Степанович, может, отключим эфир?       — Матвей Степанович, рейтинг просмотра взлетел!       — Матвей Степанович…       — Продолжаем! — произнес строгий голос главного редактора. — Крупный план на них!       Когда поцелуй прекратился, Лукина села на корточки, чтобы оказаться чуть ниже Маши и посмотреть на ее испуганные темно-карие глаза с расширенными зрачками. Она взяла ее за руки.       — Я люблю тебя. И не хочу, чтобы кто-то думал, что я свободна.       — Ты с ума сошла? — тихо спросила Мария.       — От тебя точно. Знаю, что у наших отношений так и не появился статус, но он не нужен, просто будь рядом.       — О боги… — она улыбнулась и помотала головой.       Шатенка поднялась и села обратно на свое место.       — Думаю, на этом можно закончить, у меня не осталось вопросов…       — Хорошо.       Значок прямого эфира перестал гореть. Мария поднялась с места и, взяв за руку шатенку, увела со студии, пока никто не успел подойти, чтобы побольше и поподробнее расспросить их. Она повела ее в свой кабинет, закрывая дверь на ключ.       — Что это было?! — Третьякова достала телефон из кармана, чтобы сбросить поступивший звонок.       — Зато все точно знают, что мы заняты. И не надо будет скрываться где-то за углом.       — Знаешь, я всегда относилась к тому типу людей, которые говорят: счастье любит тишину.       — А дальше и будет тишина. Дальше только ты и я. Если ты готова стать нами вместе, а не по отдельности.       — Я не… — Мария в очередной раз сбросила звонок. Но следом пришло сообщение, которое она прочитала. — Подкинула проблем… — выдыхает она. — Мне надо идти к главному редактору.       — Пойду с тобой. Не ты же виновата, что я решила тебя поцеловать.       — Нет. Если хочешь, можешь подождать меня. Точнее лучше подожди меня здесь. На входе стоят другие СМИ.       — Стой, — Лукина поймала ее за руку и притянула к себе, но блондинка быстро отстранилась.       — Поговорим потом, в более удобной обстановке.       Девушки не было уже около получаса. Шатенка настолько успела изучить ее кабинет, что могла с закрытыми глазами сказать, где что находится. Она подошла к окну, отодвигая жалюзи. Темные тучи сгущались, из которых стали падать снежные хлопья, окрашивая и так заснеженную улицу в еще больше белый цвет. От этого долгого ожидания хотелось покурить, но лучше было не покидать кабинет, пока не вернется Мария. Тогда, краем глаза, Лаура замечает в углу подоконника пепельницу с парочкой окурков. Понимая, что журналистка иногда позволяла нарушить правила безопасности, решила поддержать такую затею. Она открыла окно, впуская холодный январский воздух, от чего по телу пробежал табун мурашек, а сама кожа стала гусиной.       Женщина подошла к своей сумке, которую оставила в кабинете Третьяковой еще до начала интервью, откуда вытащила недавно открытую пачку сигарет. Она вернулась к окну и села бедром на подоконник, чтобы удобнее было выпускать никотиновый ядовитый дым на улицу. Сделав пару затяжек, услышала, как открылась дверь в кабинет. Но спускаться и убирать улики не собиралась.       — Оказывается, что я на тебе заработала больше, чем думала, — Мария закрыла дверь и, достав свои сигареты, подошла к шатенке.       — Это же хорошо.       — Степаныч, конечно, высказал пару своих мыслей, но все сходилось в положительный результат, — она выпустила дым. — Мне дали отпуск.       — Видишь, сплошные плюсы.       — Тут больше, чтобы волна сми подутихла. Я спокойной на работу не смогу приезжать.       — Бессрочный отпуск?       — Буду работать дистанционно. Ничего, так уже было.       Девушки вышли с черного входа из здания. Артем подогнал к нему машину подруги. Путь был направлен в неизвестное направление. Пока что просто хотелось выбросить все за дорогой.       — Ты как-то хотела прокатиться на полной скорости?       — И все еще хочу.       — Пристегнись.       Было одно место, где можно было испытать весь адреналин. Пустая практически заброшенная трасса, но со все еще ровной дорогой. Через какое-то время они полностью покинула чертоги Москвы, несясь дальше в неизвестном направлении. По крайней мере это было для Лауры. Но она доверяла журналистке, поэтому только наслаждалась скоростью и ее вождением.       Зимой солнце садилось достаточно рано. На циферблате было около шести вечера, но видимости практически не было вокруг, кроме трассы, освещенной фонарными столбами и фарами автомобиля. Еще через какое-то время скорость стала ниже, поворотник горел с правой стороны. Поворот, и перед ними стояли гостиничные комплексы, которые обычно использовали дальнобойщики или путешественники.       Мотор заглох напротив одного из зданий. Мария повернулась на Лукину, читая в ее глазах непонимание и удивление.       — Предлагаю переночевать, а утром вернуться обратно.       — Никогда не останавливалась в дорожных гостиницах.       — Все бывает впервые, — она первая вышла из машины. Поставила на сигнализацию, когда шатенка закрыла дверь с пассажирского сидения. Они стали идти в сторону входа. — Здесь не ресторан со звездой Мишлен, но еда вызывает гастрономическое удовольствие. По крайней мере в последний раз, когда мы тут были.       — И как давно это было? — Лаура прошла первая, пока Маша придерживала ей дверь.       — Очень. Когда все были живы.       После оплаты, им выдали ключ на одноместный номер, но с большой двуспальной кроватью. Журналистка отошла в ванную. Она охладила лицо под прохладной водой. Ее взгляд метнулся к зеркалу, что висело над раковиной. В отражении была все та же Маша, но все же точно изменилось. И не внешне, а в самом взгляде. Даже при всей нелепой ситуации на интервью, они сияли.       Спустя некоторое время они вышли на улицу, чтобы пройти в типичную дорожную забегаловку с домашней едой. Будто это приготовила матушка, все было слишком родное. Самый бонус, что не надо было долго ждать блюда, разогрев, им сразу все выдали.       Лукина не помнила, когда вообще ходила в подобные заведения. Скорее всего никогда. Но по вкусу, правда, казалось, что это было приготовлено будто маминой рукой. Она даже прикрыла от удовольствия глаза, вспоминая свое детство, и как ее мама заставляла съесть до дна приготовленный суп.       — Это безумно вкусно.       — Я говорила, — отпивая чай, сказала Маша. — Не часто хожу по таким столовым, но, когда накрывает волна ностальгии, еду в другой конец Москвы ради подобного.       После необычного ужина, они вышли на улицу. Завернули за угол, чтобы принять очередную дозу никотина.       — Странно, что у тебя телефон не разрывается, после эфира.       — А я его сразу же отключила.       — А как же работа? Мало ли, что-то случится, а до тебя никто не сможет дозвониться.       — Разберутся. Если нет, значит, я сама со всем разберусь, но позже. Не хочу, чтобы меня отвлекали, пока я с тобой.       — Моя девушка оставляет работу ради меня. Хм… — Мария усмехается. — Моя девушка, звучит непривычно странно.       — Моя девушка… Значит, у наших отношений появился статус?       — Ты призналась, дай бог, на миллионную аудиторию, что любишь меня.       — А, только из-за этого… понятно… — протянула шатенка, зная, что это был сарказм.       Журналистка выкинула бычок и, взяв ее за руку, приблизилась, смотря в темные голубые глаза.       — Я не говорю громких слов, не жди, что буду часто вообще говорить, что люблю тебя. Мой язык любви — это действия и внимание. Я не нежная, не особо люблю тактильность, но всегда буду обнимать тебя по ночам или когда это будет необходимо. Мне приходится заново учиться показывать свои настоящие эмоции и чувства. Хотя с тобой это происходит автоматически. Не особо теперь люблю готовить, но могу радовать разными интересными блюдами. Не особо люблю алкоголь, но энергетики точно будут стоять в холодильнике. По работе могу часто находиться в командировках, при этом на связи двадцать четыре на семь. У меня небольшие проблемы с ментальным состоянием, иногда бывает бессонница или откат сил, что буквально не могу подняться с кровати и в целом хоть что-то испытывать, в плане эмоций. Это происходит редко, но происходит. Ненавижу мелодрамы, тупые комедии, но, если тебе нравится, буду смотреть. С условием просмотра чего-то из жанров боевиков и ужасов вместе со мной. Первые дни отпуска или выходных предпочитаю оставаться дома. Но потом люблю вылезать из своей берлоги и желательно за город, там, где есть только природа и тишина от приевшихся городских шумов. Могу даже с палаткой на пару дней уйти в лес, чтобы привести все свои мысли на места. Это малая часть, которую я рассказала. А теперь подумай, тебе точно нужна такая девушка?       Лаура внимательно слушала ее, впитывая каждое слово. На лице рисовалась искренняя улыбка. Она провела рукой по блондинистым волосам, заправляя прядки за ухо. И, после того, как Мария закончила, задавая последующий от монолога вопрос, ответила:       — Я готова говорить хоть каждую минуту, что люблю тебя. Но и мой язык любви не только слова, а также действия, поступки и внимание. Ты моя полная противоположность во многом, но я с этим готова жить. Буду часто бесить и раздражать своей тактильностью. Особенно поцелуями, ведь не целовать твои губы — это самый страшный грех. Или большой соблазн. Выбирай сама. Учись не учись заново показывать свои эмоции, главное, будь собой. Мне не надо, чтобы ты заставляла себя делать то, что сейчас не по силам. Даже твоя холодность и серьезность до безумия сводит меня с ума. Что там еще было? Работа? Командировки? Без проблем поеду в любую точку планеты вместе с тобой. Но, если так хочешь побыть немного одна, только скажи. Я знаю, как это необходимо. А все остальное, вплоть до фильмов, сериалов, музыки придет. Везде и во всем есть компромиссы. Ты не маленькая девочка, а я уже и подавно. Я всегда буду рядом с тобой, даже в самые трудные моменты жизни. Главное — довериться. Это не сразу придет, но я буду ждать. Столько, сколько нужно. Я люблю тебя, и мне нужна именно ты. Такая, какая есть. А об остальных наших тайнах, проблемах, мы можем узнать позже, постепенно, когда сами будем к этому готовы.       Глаза Марии сверкнули, заполняясь соленой водой. И это не означало, что было как-то грустно. Наоборот. Это были настолько приятные и нужные слова, что чувства, переполняемые в данный момент, решили вылезти именно таким способом.       Заметив мокрые дорожки, Лаура не убрала их. Она приблизилась к губам девушки, даря ей поцелуй наполненный искренней любви. Без страсти, без похоти. Именно что-то нежное и новое. Он скрепил все сказанные слова друг другу. Как и в целом вечер. Это стало начало чего-то нового, давно забытого. Это стало начало их истории. Дальше только ты и я. Дальше только они.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!