Туториал. Этап 16: Спросить друга х3

Когда Хуа Юн снял трубку, он впервые услышал голос Вэньлана, который был полон страха. Он с детства был знаком с ним. Альфа был ребёнком, который никогда не плакал. На любые обидные вещи он всегда дерзил с поднятой головой, но ни одна слезинка не срывалась с его ресниц. — Мне нужна помощь. А сейчас его тон был непривычно беспомощным. Энигма даже на какой-то момент завис, переваривая. Он сразу же напрягся и принялся слушать. Впервые на его памяти Вэньлан просит. Нет, не так. В его голосе можно было услышать мольбу. — С секретарём Гао что-то стряслось? — предположил Хуа Юн осторожно. — Твой голос звучит так, словно у тебя кто-то умер. — Иди ты. Он почти здоров. Но я… нашёл у него заявление, — раздражённо выдохнул альфа и откинулся на спинку стула. Свободной рукой он постукивал ручкой по столу, не зная, чем себя занять. Его душа была в полном раздрае, и он совершенно не знал, что ему следует делать. — Заявление на увольнение по собственному. Хуа Юн замолчал, ожидая продолжения, но его не последовало. Нашёл. А дальше что? Что от него требуется? — Так. Ну нашёл. И что? — спокойно спросил Хуа Юн, ожидая хоть каких-то слов от альфы. Шэнь Вэньлан действительно был совершенно плох в межличностных отношениях. Ежу понятно, что своими нефильтрованными словами он сам подталкивал Гао Ту к увольнению. — Что значит «и что»? Я не знаю, что мне делать. Это заявление у него там лежит не первый день. Значит, он давно хочет уйти, — нервно усмехнулся Шэнь Вэньлан, внезапно выпрямившись и достав чистый листок для заметок. — Мне нужно что-то сделать. Срочно. Он не должен уйти. Я не позволю ему. Впервые Шэнь Вэньланом овладели эмоции. Хуа Юн мысленно поаплодировал Гао Ту, который смог вытащить хоть что-то человеческое из этого комка злости и детских травм. Энигма даже не знал, радоваться тому, что Вэньлан умеет любить, или горевать от того, что у него совсем всё запущено с пониманием базовых человеческих чувств. Сделав глубокий вдох, он не смог отказаться от исполнения своих обязанностей психолога. — Вэньлан, с таким подходом ты явно не удержишь секретаря Гао Ту, — прямо сказал Хуа Юн. Его тон был спокойным и даже более мягким, чем обычно. Создавалось впечатление, что он общается с ребёнком. После этих слов он замолчал, ожидая, когда до Шэнь Вэньлана дойдёт их смысл. — Что? Какой подход? Разве ты сам не говорил, что нужно делать всё постепенно? Каждый раз Хуа Юн слишком верил в него. Энигма сделал обречённый вздох. Он всегда готов помочь своему другу. Но когда у самого в личной жизни творится чёрт-те что, довольно сложно сделать всё идеально. — Я про то, что тебе нужно избавиться от мыслей «я не позволю ему уйти» и принять мысли «я не хочу, чтобы он уходил», — неторопливо объяснил ему Хуа Юн. Его голос был серьёзным, не выражающим эмоций. — Секретарь Гао — человек. Не собака. Ты не сможешь удержать его на цепи. Тебе нужно, чтобы он сам захотел остаться. — Последний месяц я старался исправляться. Но это письмо всё ещё не в мусорке, — разочарованно вздохнул Шэнь Вэньлан. Он слегка ослабил свой галстук, который почему-то душил его. — Что мне делать? — Посмотри на это под другим углом. Да, оно не в мусорке. Но и не у тебя на столе. Тебе лишь нужно приложить усилия, чтобы чаша весов перевесила на нужную сторону, — протянул Хуа Юн, желая для начала успокоить Шэнь Вэньлана с его паранойей. — Допустим. Значит, у меня ещё есть время. Мне нужно сделать что-то более весомое, чтобы он понял, что я ценю его? — хрипло спросил Шэнь Вэньлан, который на листочке для заметок неосознанно написал имя Гао Ту. Друг помог ему взять под контроль накрывшую его бурю эмоций. — В каком-то плане да, — после секунды раздумий сказал Хуа Юн. — Покажи ему, что ты тоже человек. Он привык видеть тебя на работе. Идеальным бизнесменом, без слабостей, без чувств. Он, скорее всего, даже не представляет, что тебе может понравиться кто-то в романтическом плане. Ты женат на работе, Вэньлан. К тому же ты и сам не знал, что можешь кого-то полюбить. Но секретарь Гао нравится тебе уже давно. Просто без пинка ты не осознал бы этого. Твой эмоциональный интеллект на уровне зубочистки. Ты не виноват в этом, но тебе нужно меняться. Шэнь Вэньлан на том конце провода замолчал, словно глубоко о чём-то задумавшись. В голове вновь всплыли прошлые слова Хуа Юна, сказанные вскользь в момент разговора. Когда-то он их обдумал, осознав свои чувства. Он был занят самокопанием и совсем позабыл, что энигма уже намекал ему на чувства Гао Ту. Причём довольно прямо. Тогда он посчитал это чем-то похожим на шутку. Гао Ту не кажется ему кем-то, кто способен любить. Шэнь Вэньлан редко видит его истинные чувства. Обычно этот бета очень сдержан и не позволяет чему-то личному проскользнуть наружу в рабочее время. «Секретарь Гао довольно милый. Вэньлан, ты ему нравишься?» Как это возможно? — Хуа Юн, ты говорил, что я ему нравлюсь. Почему ты так решил? — спросил Шэнь Вэньлан с заминкой. Он не хотел поднимать эту тему, ведь ему сложно понимать себя. Понять Гао Ту звучало ещё сложнее. — Если ты слепой, это не значит, что и все вокруг такие же. Это ведь очевидно. Для меня с моими обострёнными чувствами и подавно, — слегка усмехнулся Хуа Юн, но его тон звучал очень сочувствующе. — Его взгляды на тебя. То, как он краснеет при тебе. Даже если он пытается скрыть, у него всё написано на лице. Да и к тому же, стал бы он терпеть твой скверный характер, если бы ты не был ему так важен? От тебя увольнялись все твои прошлые секретари. А секретарь Гао терпит тебя уже не первый год. — Ты не мог бы как-то узнать, действительно ли я нравлюсь ему? — неуверенно и немного смущённо спросил Шэнь Вэньлан. Он никогда бы не подумал, что опустится до такого. — Нет, — сразу, чётко и без заминки сказал Хуа Юн. — Это ваши отношения. Я в них третий лишний и не имею права вмешиваться. Я и так достаточно дал тебе подсказок. Дальше ты сам должен завоевать его. Отпускаю тебя в свободное плавание. Удачи. Это было последнее, что услышал Шэнь Вэньлан, прежде чем звонок завершился серией быстрых гудков. И только сейчас Шэнь Вэньлан понял, какая же трудная задача его ждёт.