Царевна-лягушка (G)

      Жил на свете Илья-Царевич. Молод он был да красив, грамоте обучен, весел на пиру, да в танцах хорош. Вот только не находилось для Ильи невесты подходящей. Приходили к нему на балы и девушки с косами длинными, и с кудрями заморскими, и в нарядах, камнями да золотом расшитыми, но всё Илье было не любо. Решил Илья себе в другом месте невесту найти.       Пошёл Царевич в день погожий в лес, дичи разной к пиршеству добыть да про интерес свой не забыл. Загадал Илья себе искать невесту в той стороне, куда стрела его упадёт.              Вышел на опушку леса, натянул тетиву, да пустил стрелу далеко-далеко, что не видать. Прислушался Илья, куда стрела упала, да пустился в ту сторону. Через ели да сосны пробирался Илья, да пришёл к болоту зелёному. На болоте том, на раскидистом листе кувшинки сидела лягушка, а во рту держала его стрелу. Удивился Илья, взял в руки лягушку, завернул в платочек да отправился домой.       Наступила ночь. Месяц в небе светит ярко, тонкий луч сквозь ставни окон пробивается. Сидит Илья на кровати, на лягушку смотрит.       — Что же мне с тобой делать? Неужели ты моя невеста? Где же это видано?       Заговорила лягушка человеческим голосом.       — А ты попроси у меня чего тебе надобно, там и посмотрим. Понравится тебе, авось и полюбишь меня. Стану твоей невестой.       Подумал Илья, чего он бы хотел. Богатств у него было много. Пиры всегда он устраивал чудные, вот только хотелось ему чем-то ещё гостей удивить.       — Хочу я, лягушка, сделать прыжок такой, чтобы все вокруг ахнули.       — Будет сделано. Положи меня рядом с собой, прикрой одеялом, а утром просыпайся и закати пир на всё царство. А ровно через час после начала пира встань на пол, расставь руки в стороны и посмотришь, что будет.       Проснулся Илья-Царевич на следующий день, погладил лягушку по влажной зелёной спинке и пустил клич по всему царству, что пир у него собирается. Столы ломились от яств, гостей было уйма, музыка играла. Встал Илья на пол, как сказала ему лягушка, поднял руки, да сделал сальто такое, что никто такого нигде не видывал.       Пришёл вечером Илья в спальню, поблагодарил лягушку, посмотрел в глазки её умные. Взял на ладошку, погладил маленькие длинные лапки.       — Спасибо тебе, чудо-лягушка. Век не забуду. О моём сальто теперь за бугром говорят, на выступления зовут.       — Может, ты чего-то ещё хочешь, Илья-Царевич?       Призадумался Илья.       — Больно я зиму люблю, чудо-лягушка. И лёд люблю. Хочу я, чтобы появились на свете чудо-сапожки. Чтобы можно было в них по льду скользить.       — Сделаем, Илья-Царевич. Приходи завтра в полдень к Голубому озеру, будут тебе чудо-сапожки.       Накрыл Илья лягушку одеялом, улыбнулся, да лёг спать. Проснулся утром царевич, отзавтракал, вооружился луком и стрелами и направился в лес. Пришёл Царевич к Голубому озеру, а то стало твёрдое-твёрдое, льдом покрытое. Стояли рядом с ним чудо-сапожки, а вместо сапога у них — блестящие, словно нож, лезвия. Надел Илья-Царевич сапожки, и вступил на лёд. Падал, поднимался, опять падал, но получалось у него. Назвал Илья чудо-сапожки коньками, взял их с собой.       Пришёл Илья в спальню, словно самовар начищенный блестит. Поцеловал он лягушку в гладкий носик, погладил по спинке, взял на ручки, прижал к щеке.       — Что ж ты за чудо такое. Знать бы, кто ты, да как ты выглядишь.       — Давай мне последнее задание, если не смогу его выполнить — так уж и быть, покажусь тебе.       — Слышал я, что за бугром игры спортивные проводят, Олимпиадой называются. Хочу я, лягушка, стать Олимпийским чемпионом.       — Прости меня, Илья-Царевич, но не могу я сейчас выполнить твоё желание. Вот будешь кататься на коньках, научишься делать сальто на них, будет тебе олимпийская медаль.       Пригорюнился Илья-Царевич, больно ему стало от того, что лягушка сказала, да вспомнил, что она ему пообещала.       — Покажись мне, лягушка. Кто ты?       — А ты закрой глаза.       Закрыл Илья-Царевич глаза руками, а перед ним облако дыма появилось, и вышел из облака дыма Добрый молодец. Волосы чёрные короткие, глаза зелёные, сюртук на нём заграничный, порты длинные чёрные. Увидел Илья молодца да обомлел. Настолько люб он ему оказался, что протянул Илья к нему руку и поцеловал, обогнув тонкое запястье.       — Как зовут тебя, царевич-лягушка?       — Пётр.       — Будешь ли ты моим мужем, прекрасный Пётр?       — Ты спас меня, Илья-Царевич. Буду. Отныне и навеки.       Устроили Царевичи свадьбу на весь мир. И я там был, мёд пиво пил, по усам текло, в рот не попало. И сальто Илья делал, и катались они вместе на коньках по Голубому озеру. И Олимпиаду Илья выиграл. Вот только Пётр на неё не поехал. Не мог Илья выигрывать, когда тот рядом находился.