Глава 7. Выступление для наглого гостя

      – Вернулся, рыжий гаденыш, – добродушно поприветствовал Кир. – Ничего вернуть не хочешь?       – Хочу. Нужен же был повод, чтобы вернуться, – заявил рыжий и полез в сумку.       И все они восхитились его отмороженностью.       – Тебе всё мало, – добродушно хмыкнул Стэн и чуть поправил пояс джинсов, напоминая этому шкету о своем инструменте.       – Так понравилось? – добродушно полюбопытствовал Дэн.       – Пришел повторить? – добродушно поинтересовался Малой.       – Тебе всё неймется, рыжий, – добродушно прорычал Хаммер и вперил в него свои демонические глазищи, сверкающие приглашением повторить групповушку.       Они гоготали во всю глотку и подъебывали его на все лады, но были рады, что он был всё еще живым и выглядел куда лучше, чем в свою выпускную ночь.       – Я здесь не за этим, – тут же предупредил рыжий и вытащил их диск.       – Совесть замучила?       – Нет, не замучила. Нисколько не жалею о своем поступке. Мне ваша музыка понравилась, – заявил рыжий и потребовал от них выступления вживую.       Им не оставалось ничего, кроме как взяться за свои инструменты и удовлетворить запросы этого наглого засранца.       Они уже собрались было начать играть, когда рыжий, совсем оборзев, прошел вглубь гаража и развалился в кресле.       – ЭЙ!!! ЭТО МЕСТО ЛЕКСА!!! – Они возмутились в один голос, но рыжий обаятельно хмыкнул, зачем-то достал блокнот и всем своим деловитым видом выразил готовность приступать к их прослушиванию.       Они даже слегка занервничали, до того у него были профессиональные замашки.       Спустя мгновение в гараж вошел сам Лекс, и они все воззрились на него, гадая, как же их парень на это отреагирует.       Они были уверены, что их молчаливый маньяк, подойдя к рыжему, нависнет над ним и своим флегматичным видом напугает его до смерти, но Лекс лишь устроился рядом на подлокотнике, а сам рыжий вместо того, чтобы дать дёру, выглядел при этом довольнее некуда.       Они окончательно убедились, что этот шкет – настоящий отморозок.       ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕ       ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕНДРРРРРРЬ       ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕ       ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕ-ГЕНДРРРРРРЬ, – взорвался гараж рокотом Малого, и грянула музыка.       А им оставалось только жалеть, что их единственный слушатель появился так невовремя.       Он вслушивался не в звук, а в боль, звучащую откликом на каждое касание.       БУМ!!! – взрывалось в руке, – БУМ-БУМ-БУМ!!! – пульсировало на поверхности и отдавало разрядом в каждый палец. Это его забавляло. Клавиши были продолжением его пальцев, поэтому тоже болели, а вместе с ними болели уши у населения всего их теремка.       – Всё, давай-ка, отдохни, – не выдержал Стэн, под конец просто оборвав игру. И все они с облегчением последовали его примеру.       – Да я в норме, – беззаботно отозвался Кир и в подтверждение выжал гибельную партию, от которой их перекосило.       – НИХРЕНА ТЫ НЕ В НОРМЕ ЭТО УЖАСНО ПРЕКРАЩАЙ!!!! – взвыли они в один голос.       И только рыжий, не разбираясь в нюансах, осточертело зааплодировал.       – А теперь, задница, пора отрабатывать билет на концерт, – дружелюбно бросил Кир.       – Ты с этим неплохо справляешься, – дружелюбно поддержал Дэн.       – Или ты рассчитывал на бесплатный вход? – дружелюбно поинтересовался Стэн.       – Можем устроить, – дружелюбно подтвердил Хаммер.       – А можем повторить на бис! – дружелюбно предложил Малой.       – Соглашайся, пока они так воодушевлены, – дружелюбно присоединился Лекс.       Даже он не удержался, чтобы не подъебнуть этого шкета.       Рыжий, глядя в их улыбчивые физиономии и всё дальше отступая к двери, припустил прочь, пока толпа этих дружелюбных парней на бис не пустила его жопу по новому кругу.       Они с гоготом проводили его побег и разбрелись по гаражу, остывать после своего адского выступления. Этот шкет, проторчав у них пару часов, успел раскрутить их на полноценный концерт с отыгрыванием всего альбома, и между делом, на перекурах, с замашками папарацци выуживал информацию о них самих.       На тот момент они не придали этому значения.       Рыжий хотел познакомиться поближе. Кто они такие, чтобы отказывать в интервью своему единственному слушателю. После всего-то, что у них было.       Они переглядывались и снова начинали ржать.       Кир, завалившись на диван, разглядывал руку в бинте и поигрывал пальцами, продолжая ощущать при каждом движении глухую пульсацию. И снова это его забавляло.       – Пора сменить тебе повязку, – Лекс, принеся из машины аптечку, устроился рядом и принялся разматывать потрепанный бинт, который накладывал только вчера.       Парни тут же сгрудились полукругом, с ужасом ожидая того, что им откроется под марлевой повязкой, но всё равно не могли отвести взгляда от бинта, который слой за слоем приоткрывал им чудовищный вид.       Они, кто воя, кто мыча, закатывали глаза, а он добродушно улыбался и не знал, как им объяснить, что не так уж и больно. Да и вообще объяснить, что он в полном порядке.       Лекс снял очередной кровавый марлевый слой, из-под которого приобнажилась кисть руки, и внезапно остановился, так и не сняв бинт до конца. Он поднял глаза к Киру и устремил на него пристальный нечитаемый взгляд. Кир в ответ продолжал глупо улыбаться.       – Нет, нужно сменить ее дома, – наконец произнес Лекс и принялся забинтовывать руку обратно. – Я приеду к тебе чуть позже.       Они были только рады, решив, что Лекс над ними просто сжалился. Даже того немногого, что им открылось, хватило, чтобы вызвать у них ночью кошмары.       Стэн, прикусив сигарету и агрессивно оскалившись, стоял посреди гаража и переводил взгляд с одного оболтуса на другого, снова задаваясь вопросом, как разрешить неразрешимую дилемму.       Хаммер тащился обратно к барабанам, и все они, глядя на его понурую спину, ощущали волны печали, исходящие от этого тоскующего животного.       – Тебе не кажется, что нам пора возвращать Лаки? – шепнул Малой Стэну.       Тут животное, только усевшись обратно за установку, замерло с палочками в руках и, сверкая белесыми глазами, навострило уши.       – Сам как думаешь? – бросил Стэн, меряя Хаммера раздраженным взглядом. От одного лишь шепотом произнесенного имени тот стал похож на зверя, готового к охоте.       – И? – Малой понизил шепот до яростного шипения, уворачиваясь от подозрительного взгляда. Хаммер, застыв как гончая, вытянулся струной над своей установкой и, ловя каждое их слово, кажется, пытался читать по губам. – Что нам делать без клавиш?       Но другой вопрос висел над ними куда острее.       Что им делать с головой Кира.       На этом они решили расходиться. Уже в одиннадцать вечера они вывалились из гаража.       – Может, остаться у тебя? – предложил Дэн. С одной стороны Кир вроде был в норме, с другой – всё равно вызывал беспокойство.       – Да я в порядке, – лишь добродушно отмахнулся тот. – У тебя скоро зачеты, иди готовься.       Дэн стоял в нерешительности, не очень-то доверяя этой беззаботности. Он не сомневался в зачетах. Единственным зачетом, который никак ему не давался, был его лучший друг. Но, может, за последний год он просто слишком привык за него тревожиться.       – Он в порядке, езжай домой, – раздался за их спинами мягкий голос Лекса.       – Как скажете, доктор! – Дэн необдуманным жестом обнял его за плечи, притянул к себе и, приподняв пальцем за подбородок, чувственно чмокнул в губы. Но, быстро сообразив, что натворил, не оборачиваясь в сторону Стэна, отлип от Лекса и механическими шажками промаршировал к Рендж Роверу. А там резво забрался в салон своей новой временной тачки и быстренько втопил по газам, боясь заглянуть в салонное зеркальце и выхватить в его отражении провожающий взгляд взбешенного мясника.       – Люблю этого парня!.. – беззаботно бросил Кир и, с мычанием вшлепнувшись поцелуем в губы Лекса, довольный и счастливый пошел домой.       Малой, видя, как искажается в бешенстве рожа их здоровяка, решил его добить и, шмякнув Лексу поцелуйчик в губы, со всех ног бросился прочь, гьякая и гогоча на весь переулок под яростные матюки.       Хаммер не понял, чего это они все, но на всякий случай тоже коротко чмокнул Лекса на прощанье. А потом одиноко и несчастно потащился домой.       – А ты, безотказный парень, марш в гараж, – прорычал Стэн, сквозь звериный оскал выдувая последнюю затяжку. И, отпульнув окурок, отвесил по заднице Лекса оплеуху, загоняя внутрь.       Парни уходили прочь, выходя из переулка и разбредаясь каждый своей дорогой.       В гараже, на диване, Стэн рвал в клочья уже сотую рубашку Лекса. И все ниже спускался своими пожирающими поцелуями, чтобы выломать молнию на его сотых брюках.