Глава 4: Резонанс

Комната содрогнулась. Стены Южного крыла начали медленно, с жутким скрежетом, сдвигаться внутрь. Пыль веков посыпалась с потолка, а тени-палачи стали плотнее, приобретая черты лиц тех, кого студенты Хогвартса предпочли бы забыть навсегда. — *Протего Максима!* — выкрикнул Драко Малфой, и над группой раскрылся дрожащий серебристый купол. Хлыст тени ударил по нему, рассыпавшись искрами. — Поттер, долго я это не удержу! Моя палочка не рассчитана на борьбу с архитектурными капризами замка! — Рон, Невилл, слушайте меня! — Гарри перекрикивал шум разрушающегося камня. — Вы — вне системы! Кристалл видит нас как «живых игроков» и блокирует нашу магию. Но для него вы — просто программный код, ошибка! Призрачный Рон, всё еще обмотанный серпантином, посмотрел на Невилла. Лонгботтом, мерцающий розовым светом, решительно кивнул. Они оба рванули вверх, проходя сквозь стены и перекрытия, как нож сквозь масло. — Гермиона, Луна, сейчас! — скомандовал Гарри. Девушки встали спина к спине.  — *Конкордия Резонанс!* — в унисон произнесли они.  Это не было боевым заклинанием. Это была чистая гармония. Золотистый свет полился от их палочек, сплетаясь в нити, которые потянулись к Гарри и Драко. — Малфой, дай руку! — Гарри протянул ладонь. — Ты серьезно? После всего, что было на шестом курсе? — Или ты даешь мне руку, или нас расплющит через три минуты! Выбирай: гордость или жизнь в виде гербария! Малфой выругался, но схватил руку Гарри. В тот же миг золотые нити Грейнджер и Лавгуд окутали их обоих. Энергия была такой мощной, что волосы Гарри встали дыбом, а шрам обожгло холодом.

***

Тем временем в «Вентиляционном узле»... Призрачный Рон ворвался в пространство, где парил кристалл. Теодор Нотт, окутанный черным дымом, даже не обернулся — он был слишком занят, направляя энергию на разрушение комнат. — Ты... — прошипел Нотт, почувствовав холод. — Убирайся, никчемный предатель. Ты уже выбыл из игры. Рон не мог ответить, но он сделал нечто лучшее. Он вспомнил все свои навыки вратаря Гриффиндора. Он увидел, что внутри кристалла пульсирует маленькое черное ядро — «мозг» саботажа. — Давай, Невилл! — беззвучно скомандовал Рон. Невилл Лонгботтом, который в жизни всегда был немного неловким, в призрачном состоянии обрел поразительную точность. Он подлетел к Нотту и... просто обнял его. Холод призрака, усиленный магией Выручай-комнаты, сковал движения Теодора. — Что?! Отпусти! Ты ледяной! — закричал Нотт, пытаясь стряхнуть с себя розовое сияние Невилла. Это был шанс для Рона. Он глубоко вдохнул (хотя призракам это и не нужно) и буквально нырнул внутрь кристалла.  Его окутала тьма, но Рон видел цель. Он схватил розовый баллончик с «краской для устранения», который всё еще был у него в руках как часть игрового инвентаря.  «Если я выбыл, то и ты выбываешь, чертова железка!» — подумал Рон и нажал на клапан.

***

Внизу, в гостиной, Гарри и Драко почувствовали толчок. — Пора! — крикнула Гермиона. — Бейте в центр! Гарри и Драко одновременно направили палочки на потолок. Их объединенное заклинание — бело-золотой луч чистой энергии — пробило камень и ударило точно в кристалл, который в этот момент изнутри заливался розовой краской Рона. *БА-БАХ!* Взрыв был не громким, но сокрушительным. Это был звук лопающейся струны. Черный дым, окутывавший Нотта, развеялся с обиженным визгом. Стены, которые уже почти коснулись локтей студентов, замерли и начали медленно отъезжать назад. Красный свет сменился мягким, золотистым сиянием. Фигура Теодора Нотта обмякла и повалилась на пол трубы. Рон и Невилл, совершив «обратный маневр», плавно опустились вниз и снова стали обычными людьми.  Розовые блёстки исчезли. Серпантин растворился.  — Я... я живой? — Рон ощупал свои уши. — О Мерлин, я чувствую свои уши! И я хочу есть! Невилл просто сел на пол и начал тяжело дышать. Сверху, через дыру в потолке, спрыгнул Теодор Нотт. Он выглядел так, будто по нему простадо кентавров. — Поттер... Грейнджер... — прохрипел он. — Простите. Я не знаю, что это было. Я нашел старый дневник в библиотеке, там было написано про «истинный способ победы в играх разума»... Я просто хотел выиграть у Малфоя хотя бы раз. — Ты едва не похоронил нас заживо, Нотт! — Малфой брезгливо отряхнул мантию, хотя его рука всё еще немного подрагивала. — В следующий раз, если захочешь выиграть, просто купи себе метлу побыстрее. Двери Зала Собраний распахнулись. В коридоре стояла профессор Макгонагалл, скрестив руки на груди. Рядом с ней стоял профессор Флитвик, подозрительно рассматривая плавающий в воздухе гаечный ключ. — Мистер Поттер, мистер Малфой... — начала Макгонагалл своим самым «опасным» тоном. — Может ли кто-нибудь объяснить, почему Южное крыло только что пыталось превратиться в оригами, а из вентиляции идет запах розовой сахарной ваты? Гарри посмотрел на Рона, который уже доедал чей-то забытый эклер. Посмотрел на Малфоя, который всё еще стоял ближе к нему, чем когда-либо за последние семь лет. — Мы просто... — Гарри замялся. — Мы проходили тест на командную работу, профессор. — И как успехи? — сухо спросила она. — Мы нашли предателя, — улыбнулась Гермиона, подходя к Гарри. — Но оказалось, что самый сложный саботаж был у нас в головах. Макгонагалл тяжело вздохнула.  — Пятьдесят очков Гриффиндору за спасение замка от... самих себя. И пятьдесят очков Слизерину за то, что мистер Малфой не проклял мистера Поттера, пока они держались за руки. Малфой мгновенно отскочил от Гарри, будто тот был болен драконьей оспой. — Это было стратегическое маневрирование, профессор! — Конечно, мистер Малфой, — Флитвик хихикнул. — А теперь, я полагаю, всем пора на ужин. Выручай-комната закрывается на техническое обслуживание. Кажется, ей нужно время, чтобы забыть этот... «розовый инцидент».

***

Позже вечером, в Большом Зале, Рон уплетал четвертую порцию картофеля. — Знаете, — сказал он с набитым ртом. — А быть призраком было не так уж плохо. Я мог подглядывать в карты Малфоя. — И что ты там видел? — спросил Гарри. — Ничего интересного. У него на каждой карте было написано «Я лучший», — Рон усмехнулся. — Но знаете, что самое странное? — Что? — спросила Гермиона. — Тот голос... когда кристалл взорвался. Я слышал его. Это был не Нотт и не комната. Гарри замер с кубком в руке.  — А кто? Рон понизил голос до шепота: — Это был смех. Очень знакомый смех. Как будто... как будто Джордж и Фред где-то снаружи нашли способ подключиться к магии комнаты и просто решили добавить «немного спецэффектов». Гарри и Гермиона переглянулись. Где-то в конце стола Джордж Уизли подмигнул им и поднял кубок с тыквенным соком.  Игра закончилась. Но в Хогвартсе никогда нельзя быть уверенным до конца — кто же на самом деле был Инфильтратором. КОНЕЦ ИСТОРИИ.