Часть 1

Было ранее утро. Оматикайя уже начала по-тихоньку просыпаться. Шелест деревьев медленно шуршал,пробуждая малышку Туктирей из пелены сна. Ручьи из далека сливались со звуком ветвей. Кири уже спустилась в лечебницу к Мо’ат,которая встает раньше всех в клане. Ло’ак ворочался в своем гамаке,нехотя потягиваясь и лениво нерешаясь вставать с кровати. Семья Салли уже проснулась,но Нетейам проснулся уже с щелчками птиц. Было предчувствие проблем. Лесной знал это чувство,сдавливающее грудь,заселяясь где то под ребрами,блокируя воздух. Руки начинало бросать в мелкую дрожь. Тело истекало холодным потом. Ноги дергало при сидении на земле. Его это пугало,и он не знал что именно пугает. Поэтому страшнее всего.

***

— Kaltxì,sa’nok — лениво произнес Нетейам,видя розовым кончиком носа в сторону запаха еды. Тарелки с мясом пандоровского «зайца» и желто-оранжевый фрукт. — Kaltxì,ma’itan. — тихо,почти шепотом сказала Нейтири. — Как ты спал? — Нейтири обернулась,смотря в глаза сына с обеспокойством,будто хочет узнать каждый секрет своего дитя. — Ma’Teyam,ты обеспокоен. — прошептала Нейтири,скорее констатируя факт,чем спрашивая. Нетейам слышал только от матери такое обращение,и это грело его сердце,разливаясь теплом в душе. — Что с тобой? Тебе приснилось плохое? — Нейтири подозвала сына к месту готовки еды и прижала его к плечу. — Sa’nu…— выдохнул обеспокоенный на’ви и по щеке потекла слеза. Он слышал разговоры матери и отца об уходе из клана. О переезде в Меткайина. О том,как рассказать об этом детям. Но нетейам не сказал матери о том,что слышал. Он лишь заплакал в обьятиях мамы,зная что она не будет требовать от него правды и причины слез. Она просто прижмет к себе и погладит по голове,грея своими руками коренного нави с четырьмя пальцами. Нетейам почти сразу вытер слезы и пошел к сиблингам,зовя их за стол,смотря в глаза матери,которая поняла куда и зачем он пошел,медленно одобрила кивком его уход,смотря в спину как ее старший сын идет к брату и сестрам.

***

Все собрались за столом,поедая свой завтрак. Лишь Нейтири ела медленно,будто смакуя,наблюдая за своими детьми. Особенно за Нетейамом. Наблюдая за его дрожащими губами,прижатыми ушами и испуганными глазами. Этот безысходный испуг пугал всех,в чьи глаза заглядывал Нетейам. Он неосознанно искал защиты и покоя дома. Остаться здесь,в своем теплом гамаке,а не улетать в незнакомые места для «защиты и покоя». Как же отец не понимает,что их покой здесь. С икранами и пролемурами. С деревьями и ручьями. С лесными синими нави. Не с океаном. Но отец был непреклонен даже на уговоры жены. Как только тук дожевала свой фрукт,отец вышел из за стола,и подозвал семью на семейное собрание. Опуская всех на одно колено,они принялись слушать. — Дети мои..— медлил Джейк,придумывая как бы помягче рассказать о переезде своим дочерям. «Сыновья переживут» — думал Джейк. С девочками же труднее. Им нужно все разжевывать,парням же можно дать приказ и ничего не обьяснять,а девочкам же тяжелее. Они эмпатичнее,как лук в руках неумелого война. — Мы должны уехать отсюда завтра. В другой клан. На рассвете,собирайте вещи сейчас. — Джейк напряженно выдохнул,оглядывая детей. Взгляд Нетейама стал очень жалким,и почти беспомощным,глядя прямо на опустошенное лицо Нейтири. Ло’ак был в ужасе. Губа тук задрожала и скатилась слеза по щеке. Только кири почти никак не отреагировала,лишь взглянула на отца с удивлением,будто он сказал не о том,что они переезжают,а о том,как вчера Торук чуть не перевернул его в полете. Но слезы скопились в глазах кири. Она была связана больше всех с кланом. Если парни бы перенесли легко,то кири нет. Она была и вправду как тсахик. Она была наследницей Мо’ат,знала очень много разных рецептов лекарств. Для кири это было определенно тяжело. Но ее лицо было невозмутимо. Морпех был удивлен ее спокойствию,но это успокоило его. Лишь реакция туктирей и парней его напрягла. Тук прижалась к матери и плачет. Горькие слезы стекали по груди матери,обмакивая слезами ее нагрудную повязку. Нейтири гладила свое младшее дитя по голове,напевая ее песенную нить. — Lie si oue,ma’tuk — нежно напевая песню,гладила малышку по голове. Нейтири любила своих детей,всем сердцем. Делала для них все. Готова была пойти на убийство ради родных. — Это обязательная мера,sempul? — Спросила Кири,глядя своими огромными,грустными желтыми глазами,ожидая ответа,что это шутка. Она и правда не верила своим ушам. Она была «ребенком эйвы,освещенная atokirin’a». Но ее мечты об мирной жизни в лесу оборвались в миг. И она не могу поверить своим заостренным ушам. — Да,кири-кири…— медленно,будто переосмысливая свои слова,ответил Джейк. — мы должны. Здесь оставаться — подвергать себя опасности,а мы этой «роскоши» позволить себе не можем. — с опустошенной усмешкой сказал Торук Макто,вставая с колена,наблюдая за реакцией детей на его слова. Кири была расстроена каждой частичкой души. Всеми клетками организма. Она была разбита. Тук уже успокоилась,но все равно была грустная. Братья же были ошарашены. Они ненавидели покидать дом даже на охоту,не говоря о переезде. Ручей под их домой шуршал,зазывая нырнуть в освежающую воду. Деревья,будто на рисунке,шептались друг с другом. Альфа-центавра уже заходила за горизонт,уступая место Полифему,напоминая молодым нави,что они должны собирать вещи и вылетать на рассвете. Звенящая тишина после разговора давила на уши каждому из присутствующих,но никто не осмелился ее прирвать. Лишь Тук все еще не могла успокоится,переодически вздыхая. Нетейам встал после разговора первым,после Джейка. Он пошел собирать вещи. Циновка под его весом мягко прогнулась,напоминая что примет всегда в нежную пелену сна. Парень взял в руки подаренные другими на’ви вещи,и принялся собираться. Его набедренные повязки,которые вязала мать,в перерывах между охотами и вылазками к базе R.D.A. Браслет,связанный Туктирей,из перламутровой нити и разных безделушек,найденных в лесу на прогулке с Кири. Лук,сделанный своими младшими братом и сестрой,когда они поломали его старое оружие. Диадема матери,которую она передала ему,как старшему наследнику. Ожерелье,сделанное отцом с акульими зубами. Парень медленно прижал к груди браслет,сплетенный сестрой. К горлу подкатил горький,давящий ком. В глазах защипало. Его вещи — это единственное,что тесно связывало его с лесом. Читая молитву с закрытыми глазами,Нетейам молился,что их не примут на утуру,и они вернутся в Оматикайя. Но это невозможно.

***

Ночь наступила медленно. Полифем входил в небо,освещая приглушенными лучами холодного,ночного света. Река под их пещерой текла медленно. Течение размеренное,тихое. Журчание ручья сливалось с шуршанием листьев. Нетейам прислушивался к дыханию семьи. Храп отца и брата смешивался воедино,нарушая тишину. Кири дышала тихо,почти незаметно для слуха. Тук мирно посапывала в своей циновке,готовясь к вылету. Нейтири спала с приоткрытым ртом,тихо сопя и бормоча что-то себе под нос,иногда резко и громко вздыхая ртом. Дыхание и храп семьи растекался для На’ви теплым,согревающим чувством заботы и защиты семьи. Прислушиваясь к дыханию семьи,Нетейам услышал как кто-то проснулся и запорхал к краю пещеры. Это была Кири. Нетейам,решив что он уже не уснет,встал и медленно покрался к сестре,стараясь не напугать ее,но и не разбудить остальных членов семьи. — Привет,Тейам. Почему ты не спишь? — по сестрински спросила Кири. Она переживала за семью,хоть они,скорее всего,даже не догадывались; Кири всегда была тихой и «странной». Над ней часто издевались внутри клана. Из за этого часто разгорались драки между обидчиками и Сыновьями Салли. И потом,Кири обрабатывала им раны в Лечебном жилище. — Не спится.. много давящих мыслей… — медлил Нетейам ,стараясь говорить тише,чтобы никто его не услышал. — Ты слышала что мы будем жить в молодежных маруи? — передал сплетню Паренек. Округленные глаза девушки оглядели лицо Нетейама на наличие насмешки,или глупого выражения лица. Но увидела лишь серьезное лицо. — Тейам,это шутка? — решила удостовериться сестра,все еще говоря шепотом. — Нет,но я не уверен,правда ли это. Это Ло’ак мне сегодня сказал. — поделился секретом парень. На самом деле он доверял Кири все свои секреты,которые не мог доверить никому. И поэтому их отношения были ближе. Будто скреплены тонкой нитью,где даже в тишине будет комфорт. — Посмотрим что будет. — пробурчала себе под нос девушка,и положила свою руку на руку брата,оставляя свое тепло на холодной,дрожащей руке родного на’ви. Туман окутал местную территорию,скрывая свою красоту от лишних глаз. Альфа-центавра начала виднется из-за горизонта,оголяя свои лучи,освещая лесные просторы. Семья медленно просыпалась и готовилась к вылету в чужие земли. Джейк умывался прохладной водой ручья. Нейтири встала и потянувшись,словно кошка,пошла готовить завтрак своей семье. И лишь две родные души грели руки друг друга,успокаиваясь лишь присутствием их тел рядом. Ри’ланг и Ло’а уже резвились рядом с пещерой,ожидая своих хозяев к вылету. Пение птиц делало утро светлым. Река медленно текла своим чередом. Какие-то подростки-на’ви уже резвились в реке. И эти просторы были для семьи Салли не просто родными,они были вплетены в их души крепким узлом. У каждого по своему. Но завтра точно будет лучше,чем вчера.