Вернутся к фанфику
Часть 21
7 апреля 2026, 18:32Глава 21. Зверь
Пейринг: Тео Рейкен / Лиам Данбар
∆
Лиам проснулся оттого, что кто-то тяжело дышал ему прямо в лицо.
Горячее, влажное дыхание обдавало щёку, и он поморщился, не открывая глаз. Рядом кто-то тихо рыкнул — низко, гортанно, совсем не по-человечески. Лиам резко распахнул глаза и уставился в жёлтые зрачки, которые смотрели на него с расстояния в несколько сантиметров.
— Тео? — хрипло выдохнул он, ещё не проснувшись до конца.
Зверь, лежащий на подушке рядом с ним, был похож на волка, но не совсем. Слишком крупный для обычного койота, слишком изящный для чистокровного волка — серо-рыжая шерсть с тёмными подпалинами на спине, острые уши, направленные вперёд, и длинный пушистый хвост, который сейчас медленно вилял из стороны в сторону. Но глаза были человеческими — или почти. Те самые, цвета расплавленного янтаря, которые Лиам научился читать как открытую книгу.
— Ты… — Лиам сел на кровати, и одеяло сползло, открывая его голый торс. — Ты в этом обличье проснулся?
Тео — или то, что сейчас было Тео — коротко лязгнул зубами, словно усмехнулся, и отвернул морду. Он лежал, свернувшись в клубок, занимая больше половины кровати. Его тело было напряжено, как пружина, и Лиам чувствовал исходящую от него вибрацию — смесь тревоги и чего-то ещё, чего он не мог определить.
— Ты не хочешь превращаться обратно? — спросил Лиам, и это прозвучало не как вопрос, а как утверждение.
Тео медленно моргнул — один раз, два. А потом опустил голову на лапы и закрыл глаза.
Лиам выдохнул. Он знал эту позу. Это был «разговор окончен, отвали» на языке Тео, который в человеческой форме сопровождался бы холодным взглядом и резким «забудь». В звериной — просто тишина и демонстративное безразличие.
Но Лиам видел, как подрагивает кончик хвоста.
— Ладно, — сказал он, потянулся и почесал Тео за ухом. Зверь дёрнулся, но не убрал голову. — Ладно. Будь зверем. Но тогда ты не получишь свой утренний кофе, и мне не придётся слушать, как ты жалуешься, что я его неправильно сварил.
Тео фыркнул — явно обиженно.
Лиам усмехнулся и выбрался из кровати. Босиком прошлёпал к двери, оглянулся. Тео по-прежнему лежал, но теперь его жёлтые глаза следили за каждым движением Лиама.
— Я сейчас вернусь, — тихо сказал Лиам. — Никуда не уходи.
Он вышел в коридор и прикрыл за собой дверь, прислонившись к стене лбом.
Окей. Тео в звериной форме и не хочет выходить из неё. Это новое.
Они встречались уже несколько месяцев. Достаточно долго, чтобы Лиам перестал вздрагивать от его внезапных появлений и научился различать оттенки его настроения. Достаточно долго, чтобы перестать бояться, что Тео однажды исчезнет — потому что он всегда возвращался. Достаточно долго, чтобы Дженна перестала прятать серебряные ножи, а Дэвид — скептически хмыкать за ужином.
Но чтобы Тео добровольно оставался в зверином обличье… такого ещё не было.
Да, он мог превращаться. Полностью, в этого койота-волка, гибрида, созданного Докторами Страха из чужих генов и чужой крови. Лиам видел это в бою — когда Тео бросался на врагов, разрывал глотки, прикрывал их спины. Но это всегда было средством, инструментом. После боя Тео сразу же возвращался в человеческую форму, даже если был на грани истощения. Он ненавидел быть зверем.
Или делал вид, что ненавидит.
Лиам спустился вниз. Из кухни доносился запах кофе и тостов — Дженна уже встала. Он завернул за угол и увидел мать у плиты: халат, растрёпанные волосы, кружка в руке. Она выглядела как всегда — собранно, несмотря на ранний час.
— Ты один? — спросила она, не оборачиваясь. — А где твой… друг?
Дженна всегда делала микро-паузу перед словом «друг». Не потому, что не одобряла — она давно приняла, что её сын встречается с парнем, и приняла это с той же практичной прямотой, с какой принимала его оборотничество. Просто она до сих пор не знала, как правильно называть Тео. «Парень» звучало слишком легкомысленно для того, кто спас жизнь её сыну как минимум трижды. «Сожитель» — слишком официально для подростка.
— Тео… — Лиам замялся. — Он сегодня в звериной форме. И не хочет превращаться.
Дженна наконец повернулась. Её лицо не дрогнуло — она работала медсестрой в Beacon Hills Memorial Hospital и видела вещи и пострашнее оборотней, отказывающихся быть людьми.
— Ему больно? — спросила она.
— Нет, вроде. Он просто… не хочет.
— Понятно, — Дженна кивнула и достала из холодильника пакет с сырым мясом. — Тогда завтракать он будет внизу или ему принести наверх?
Лиам моргнул. Вот так просто? Ни паники, ни «вызови Скотта», ни «это опасно»?
— Ты не против?
— Лиам, — Дженна положила мясо в миску и поставила в микроволновку (разморозить, но не греть), — в этом доме уже жил волк, который пытался убить мою семью, потом девушка-койот, которая спала в гостиной три недели, а теперь твой парень, который иногда превращается в животное. Я давно перестала удивляться. Главное, чтобы он не гадил на ковёр.
Лиам фыркнул.
— Не будет.
— Вот и хорошо. Иди буди его к завтраку. И скажи, что если он хочет есть из миски на полу — пожалуйста. Но если он прокусит мою любимую тарелку, я заставлю его мыть посуду лапами.
Лиам улыбнулся и пошёл наверх. На лестнице он услышал, как Дэвид — его отчим, врач, спокойный и рассудительный мужчина с гарвардским образованием — спустился вниз и спросил:
— А где Лиам? Уже убежал?
— Нет, он наверху. С Тео.
— Что на этот раз? Тео снова поцарапал машину?
— Хуже. Он отказался быть человеком.
Пауза. Потом Дэвид сказал с лёгким смешком:
— Ну, хоть теперь он не будет спорить, чья очередь мыть посуду.
Лиам покачал головой и толкнул дверь спальни.
Тео не сдвинулся с места. Он по-прежнему лежал на кровати, положив морду на лапы, и только уши повернулись в сторону Лиама.
— Завтрак, — сказал Лиам, прислоняясь к косяку. — Мама сказала, что ты можешь есть из миски на полу, если хочешь. И что она не будет заставлять тебя мыть посуду, если не прокусишь тарелку.
Тео моргнул. Медленно, почти лениво. И вдруг он поднялся, потянулся — сначала передними лапами, потом задними — и спрыгнул с кровати. Бесшумно, как тень. Прошёл мимо Лиама, задев его бок пушистым хвостом, и направился вниз.
Лиам пошёл за ним, чувствуя странное тепло в груди.
---
∆
На кухне Дженна уже поставила миску с мясом на пол в углу — подальше от обеденного стола, но не в угол, чтобы Тео не чувствовал себя загнанным. Она явно продумала это.
Тео подошёл к миске, принюхался. Его нос задержался над мясом дольше, чем нужно для проверки — он просто наслаждался запахом. Потом он взглянул на Дженну и коротко кивнул — насколько это возможно для зверя.
— Пожалуйста, — ответила Дженна, как будто он сказал «спасибо», и села за стол.
Дэвид уже наливал себе кофе. Он взглянул на Тео, на миску, на Лиама — и ничего не сказал. Просто пододвинул сыну тарелку с тостами.
Лиам сел. Тео лёг на пол рядом с миской и начал есть — аккуратно, почти по-человечески, откусывая небольшие куски и прожёвывая их. Он не чавкал, не разбрызгивал кровь — Дженна явно оценила.
— Ты сегодня идёшь в школу? — спросил Дэвид у Лиама.
— Да. У меня тест по математике.
— А Тео?
Лиам посмотрел на зверя, который замер с куском мяса в зубах. Тео медленно положил мясо обратно в миску и уставился на Дэвида.
— Думаю, он останется дома, — сказал Лиам.
Тео кивнул. Ещё раз.
— Ладно, — Дэвид пожал плечами. — Но если он сожрёт мой любимый диван, я с него спрошу.
Тео фыркнул — явно обиженно. Он демонстративно отвернулся от Дэвида и продолжил есть, но кончик хвоста подрагивал.
Лиам улыбнулся в тарелку.
Завтрак прошёл в тишине. Дженна читала что-то в телефоне (наверное, смены в больнице), Дэвид листал утренние новости, а Лиам жевал тост, поглядывая на Тео. Зверь доел, облизал миску (чисто, без капли крови на полу) и улёгся на коврике у холодильника — там, где обычно лежал их старый пёс, умерший два года назад.
Тео никогда не ложился на это место раньше.
Лиам поймал себя на мысли, что смотрит на него слишком долго. На то, как поблёскивает шерсть в утреннем свете, как поднимается и опускается бок, как одно ухо повёрнуто к нему, а другое — к двери. На то, как спокойно выглядит Тео — спокойнее, чем когда-либо в человеческой форме.
— Лиам, — голос Дженны вывел его из задумчивости. — Ты собираешься в школу или так и будешь пялиться на своего парня?
— Я… — Лиам покраснел. — Да, иду.
Он встал, забрал тарелку, выбросил остатки тоста в мусор. Подошёл к Тео, присел на корточки.
— Я вернусь после обеда, — тихо сказал он. — Побуду с тобой.
Тео поднял голову и лизнул его в щёку. Шершавым, горячим языком. Лиам не отстранился — погладил Тео по загривку, чувствуя, как шерсть щекочет пальцы.
— Будь хорошим, — сказал он.
Тео лизнул его ещё раз — теперь в губы.
— Ладно-ладно, — Лиам усмехнулся и встал. — Я пошёл.
Он вышел из кухни, на ходу натягивая рюкзак. У двери обернулся. Дженна и Дэвид смотрели на Тео, который свернулся калачиком на коврике и закрыл глаза. Дэвид открыл было рот, но Дженна покачала головой. Молчи.
Лиам вышел, и дверь за ним щёлкнула.
---
∆
В школе Лиам не мог сосредоточиться.
Он сидел на задней парте в классе математики и смотрел в окно, пока миссис Флеминг объясняла интегралы. Его голова была занята другим — серо-рыжей шерстью, жёлтыми глазами, хвостом, который бил по полу, когда Тео был доволен.
Почему он не хочет превращаться?
Они уже сталкивались с этим раньше — после тяжёлых боёв Тео иногда задерживался в звериной форме на несколько часов. Но не на целый день. И никогда не отказывался от превращения осознанно.
Мейсон, сидевший рядом, пихнул его локтем:
— Эй, ты где витаешь?
— Думаю, — буркнул Лиам.
— О чём?
— О Тео.
Мейсон вздохнул. Они были друзьями слишком долго, чтобы Лиам мог скрывать от него что-то важное.
— Что на этот раз? Он снова пытался украсть твою машину?
— Нет. Он… он сегодня в звериной форме и не хочет выходить из неё.
Мейсон нахмурился:
— Это опасно?
— Не знаю. Он не агрессивный. Просто… не хочет быть человеком.
Мейсон помолчал, потом сказал:
— Может, ему так проще?
— В смысле?
— Ну, — Мейсон понизил голос, чтобы миссис Флеминг не услышала, — быть зверем — это же… не думать, да? Нет воспоминаний, нет вины, нет чувства, что ты чудовище. Просто бежать, охотиться, спать. Может, ему нужно это сейчас.
Лиам задумался.
— Ты прав. Возможно.
— Я всегда прав, — Мейсон ухмыльнулся. — Скажешь спасибо, когда угадаю с ответом на тесте.
Лиам улыбнулся краешком губ и снова уставился в окно.
Тео. Что с тобой происходит?
---
∆
Он вернулся домой сразу после шестого урока, пропустив лакросс. Тренер будет злиться, но плевать. Тео был важнее.
Дженна и Дэвид ещё не вернулись с работы — Дженна работала в первую смену, Дэвид — во вторую, так что дом был пуст.
Лиам поднялся наверх, скинул рюкзак в коридоре и заглянул в спальню.
Тео лежал на его кровати — точнее, на той стороне, где обычно спал он сам. Он вытянулся вдоль, положив голову на подушку Лиама, и дышал ровно, почти неслышно.
Лиам сел на край кровати и осторожно погладил его по спине. Шерсть была мягкой, тёплой. Под пальцами чувствовались мышцы — напряжённые даже во сне.
— Тео, — тихо позвал Лиам. — Ты меня слышишь?
Тео дёрнул ухом, но не открыл глаз.
— Я не буду заставлять тебя превращаться, — сказал Лиам. — Хочешь быть зверем — будь. Но… мне страшно, Тео. Я не знаю, что происходит. Если тебе больно, если ты боишься — скажи. Ну, или лизни меня в щёку.
Тео медленно открыл глаза. В них не было страха — была усталость. Глубокая, выматывающая усталость, которую Лиам видел в человеческом лице Тео лишь пару раз — когда они оставались вдвоём и Тео позволял себе быть настоящим.
Тео приподнял голову, лизнул Лиама в щёку и снова уронил голову на подушку.
— Понятно, — выдохнул Лиам. — Просто устал.
Он лёг рядом, прямо поверх одеяла, и прижался щекой к тёплому боку Тео. Зверь замер на секунду, а потом медленно выдохнул и придвинулся ближе.
Они лежали так, пока солнце не начало клониться к закату.
---
∆
Дженна вернулась около пяти. Она нашла их в спальне — Лиам спал, свернувшись калачиком, прижимаясь к Тео, а Тео лежал с открытыми глазами и смотрел в стену.
Она тихо присела на край кровати со стороны Лиама и положила руку ему на плечо.
— Лиам, — мягко сказала она. — Просыпайся.
Лиам вздрогнул и открыл глаза.
— Мам? Который час?
— Пять. Ужин через час. Я хочу поговорить с тобой.
Лиам сел, потирая лицо. Тео тоже поднял голову, и его жёлтые глаза уставились на Дженну.
— Не о Тео, — добавила Дженна. — О тебе.
Лиам кивнул, встал и пошёл за матерью в гостиную. Тео остался на кровати, но его уши были повёрнуты в сторону двери.
В гостиной Дженна села в кресло и указала Лиаму на диван.
— Садись.
Лиам сел, чувствуя себя нашкодившим щенком.
— Я хочу спросить тебя кое о чём, — начала Дженна. — И я хочу честный ответ.
— Хорошо.
— Ты счастлив?
Лиам моргнул.
— Что?
— Ты счастлив, Лиам? Не «всё нормально», не «я справляюсь». Ты счастлив с Тео? Или ты просто… чувствуешь себя обязанным? Потому что он твой якорь, потому что ты его спас, потому что он бездомный? Я должна знать.
Лиам открыл рот, закрыл, потом сказал:
— Мам, я… Я люблю его.
— Это я знаю. Но любовь бывает разной. Иногда мы любим тех, кто делает нас несчастными, потому что привыкли к боли. Иногда мы путаем любовь с чувством вины. Я не хочу, чтобы ты жертвовал собой ради того, кто когда-то был врагом.
— Он не враг, — резко сказал Лиам. — Он изменился.
— Я знаю. Я вижу, как он на тебя смотрит. Как он прикрывает тебя в драках. Как он каждое утро проверяет, закрыты ли двери. Но это не ответ на мой вопрос.
Лиам замолчал.
Он думал. О том, как Тео впервые поцеловал его — неловко, почти больно, и сразу отстранился, будто испугался, что Лиам ударит его в ответ. О том, как Тео каждую ночь ждал, пока Лиам заснёт, и только потом позволял себе закрыть глаза. О том, как Тео никогда не говорил «я люблю тебя» — он показывал это иначе: отдавал последний кусок еды, вставал между Лиамом и врагом, не спал, когда Лиам болел.
— Он делает меня лучше, — наконец сказал Лиам. — Ты знаешь про мою… проблему. С гневом. Раньше я взрывался из-за любой мелочи. А теперь… когда он рядом, я могу дышать. Я могу думать. Я не боюсь себя, когда он рядом.
Дженна посмотрела на него долгим взглядом.
— А когда его нет?
— Тогда мне страшно. Но не за него. За себя. Без него я снова становлюсь тем, кем был — злым, неуправляемым. Он мой якорь, мам. Не в том смысле, в каком оборотни говорят про альф. В прямом. Он держит меня на земле.
Дженна кивнула.
— Хорошо. Я просто хотела убедиться.
Она встала, подошла к Лиаму и обняла его. Крепко, по-матерински.
— Я люблю тебя, сынок. И я хочу, чтобы ты был счастлив. Если Тео делает тебя счастливым — я приму его. Уже приняла. Но если когда-нибудь ты поймёшь, что это не то, что тебе нужно… ты всегда можешь вернуться домой. Я не буду спрашивать почему.
Лиам уткнулся носом в её плечо.
— Спасибо, мам.
— Не за что. А теперь иди к своему волку, пока он не сожрал мой ковёр от беспокойства.
Лиам усмехнулся и пошёл наверх.
---
∆
Тео сидел на кровати — в звериной форме, но напряжённый, как струна. Его уши были прижаты, хвост неподвижен, а глаза метались от двери к окну.
— Всё нормально, — сказал Лиам, закрывая дверь. — Мама просто беспокоится. Она не против тебя. Она против того, чтобы я жертвовал собой.
Тео медленно кивнул.
— Пойдём в лес, — предложил Лиам. — Побегаешь. Тебе нужно размяться.
Тео встал, потянулся и направился к двери.
Они вышли через задний двор. Лиам знал все тропинки в лесу за домом — он бегал здесь с детства, задолго до укуса. Тео шёл рядом, иногда забегая вперёд и возвращаясь, как собака, проверяющая, не отстал ли хозяин.
Лес встретил их тишиной и запахом прелой листвы. Солнце уже почти село, и между деревьями сгущались сумерки.
— Беги, — сказал Лиам. — Я догоню.
Тео сорвался с места.
Лиам никогда не видел, чтобы Тео бежал так — свободно, без оглядки, не оглядываясь на него. Он летел между деревьями, перепрыгивал корни, огибал кусты, и его шерсть светилась в последних лучах солнца.
Лиам побежал следом. Его оборотническая скорость позволяла не отставать, но он не пытался догнать — он просто смотрел.
Тео остановился на небольшой поляне, залитой лунным светом. Он запрокинул голову и… завыл.
Низко, тоскливо, протяжно.
Лиам замер.
Он слышал вой волков много раз — и от Скотта, и от Дерека, и от других оборотней. Но этот вой был другим. В нём не было угрозы, не было призыва к стае. В нём была боль.
Тео выл о том, что потерял свою сестру. О том, что стал чудовищем по собственному желанию. О том, что никогда не сможет вернуться в прошлое и исправить ошибки.
Лиам подошёл к нему медленно, чтобы не спугнуть. Опустился на колени в траву и обнял Тео за шею, прижимаясь лбом к его лбу.
— Я здесь, — прошептал он. — Я не уйду.
Тео замолчал. Его тело дрожало мелкой дрожью.
Они сидели так несколько минут — Лиам на коленях, Тео стоя, прижавшись к нему. А потом Тео вдруг лизнул Лиама в шею — долгим, влажным языком, проводя от ключицы до уха.
Лиам вздрогнул.
— Тео?
Тео лизнул снова — теперь по губам. И Лиам понял.
Он понял, что Тео не просто хочет ласки. Он хочет быть любимым таким — зверем. Он хочет, чтобы Лиам принимал его не только как человека, но и как это существо из шерсти и когтей.
— Хорошо, — выдохнул Лиам. — Хорошо.
Он провёл рукой по шерсти на спине Тео, затем по боку, затем по животу. Тео замер, его дыхание участилось. Лиам нашёл чувствительные места — за ушами, на шее, у основания хвоста — и надавил пальцами.
Тео издал низкий горловой звук — не рык, не скулёж, а что-то среднее между стоном и урчанием. Его хвост медленно вилял.
— Тебе нравится, — не спросил, а утвердил Лиам.
Тео мотнул головой — не то «да», не то «не останавливайся».
Лиам продолжил. Он гладил Тео везде, где мог дотянуться — по спине, по бокам, по груди. Он нащупал соски — маленькие, твёрдые бугорки под шерстью — и провёл по ним большими пальцами.
Тео выгнулся дугой, лязгнул зубами в воздухе, но не укусил.
— Легче, — прошептал Лиам. — Я не сделаю тебе больно.
Он наклонился и лизнул Тео в живот — от грудины до паха. Язык зацепил шерсть, и Лиам почувствовал под ней разгорячённую кожу.
Тео скулил. Громко, отчаянно, его когти впивались в землю, оставляя глубокие борозды.
Лиам отстранился, посмотрел на Тео. Зверь стоял, расставив лапы, его член уже вышел из препуция — длинный, тёмно-розовый, покрытый тонкой шерстью у основания. Крупнее, чем в человеческой форме.
— Ох, — выдохнул Лиам. — Тео…
Тео опустил голову и лизнул Лиама в щёку. Разрешая. Прося.
Лиам сглотнул. Он никогда не делал этого со зверем. Но Тео — это Тео. Не важно, в каком обличье.
Он обхватил член Тео рукой — шершавый, горячий, пульсирующий. Провёл большим пальцем по головке, собирая каплю предэякулята.
Тео вздрогнул всем телом.
Лиам наклонился и взял член в рот.
Вкус был странным — металлическим, солёным, с примесью звериного мускуса. Но Лиам не остановился. Он работал языком, облизывая головку, заглатывая глубже, насколько мог. Тео был слишком большим, чтобы взять целиком, но Лиам старался.
Тео выл. Не тоскливо, как раньше, а низко, гортанно, вибрирующе. Его бёдра двигались в такт движениям Лиама, не толкаясь, а покачиваясь — он явно боялся причинить боль.
Лиам застонал вокруг члена, и вибрация заставила Тео кончить.
Горячо, обильно, прямо в горло. Лиам проглотил, не отстраняясь, чувствуя, как сперма течёт по пищеводу. Тео кончал долго — несколько толчков, несколько струй, и Лиам принимал всё, не в силах оторваться.
Когда Тео наконец затих, Лиам медленно отпустил его член, облизал губы и посмотрел наверх.
Тео стоял, тяжело дыша, его глаза были полузакрыты.
— Хорошо? — спросил Лиам.
Тео лизнул его в лоб.
---
∆
Они вернулись домой за полночь.
Дженна и Дэвид уже спали — в гостиной горел ночник, на кухне стояла тарелка с бутербродами, накрытая плёнкой. Дженна всегда оставляла им ужин, когда они задерживались.
Лиам отнёс бутерброды наверх, поставил на тумбочку. Тео лёг на кровать — снова на подушку Лиама — и уставился на него жёлтыми глазами.
— Я в душ, — сказал Лиам. — Ты со мной?
Тео покачал головой — нет.
— Ладно.
Лиам разделся, бросил одежду на стул и ушёл в ванную. Вода была горячей, почти обжигающей, и он стоял под струёй, пока кожа не покраснела. Он думал о Тео. О том, как тот выл в лесу. О том, как дрожал под его руками.
Он вышел из душа, вытерся, надел только боксеры и вернулся в спальню.
Тео лежал на том же месте, но теперь его хвост медленно бил по кровати — признак волнения.
— Иди сюда, — позвал Лиам.
Тео встал, потянулся и медленно подошёл. Он ткнулся носом в голый живот Лиама, лизнул кожу.
— Хочешь ещё? — спросил Лиам, и в его голосе не было страха — только желание.
Тео кивнул.
Лиам лёг на кровать, раскинулся на спине. Тео забрался сверху, но не стал ложиться — он встал на задние лапы, передние упёр в грудь Лиама, и навис над ним.
— Ты сверху? — усмехнулся Лиам. — Окей.
Тео опустил морду и лизнул Лиама в шею. Потом в ключицу. Потом в сосок.
Лиам выдохнул, чувствуя, как шершавый язык скользит по его коже. Тео лизал его везде — грудь, живот, бока, даже подмышки — и везде оставлял влажные дорожки.
— Тео… — простонал Лиам.
Тео поднял голову и посмотрел на него. В его глазах читался вопрос: можно?
— Да. Давай.
Тео опустился на задние лапы, прижался пахом к паху Лиама. Его член — снова твёрдый, пульсирующий — тёрся о член Лиама через ткань боксеров.
Лиам нетерпеливо стянул с себя боксеры и отбросил их в сторону. Тео лизнул его член — один раз, быстро — а потом переместился ниже, раздвигая бёдра Лиама лапами.
— Ты собираешься… — начал Лиам и замолк, потому что Тео уже приник языком к его анусу.
Лиам вцепился в простыни. Язык Тео был горячим, влажным, шершавым — он проникал внутрь, лизал края, кружил вокруг отверстия. Лиам не думал, что зверь может быть таким нежным.
— Тео, — выдохнул он. — Тео, пожалуйста.
Тео отстранился, лизнул внутреннюю сторону бедра и встал на задние лапы. Он навис над Лиамом, прижимаясь членом к его промежности.
— Да, — прошептал Лиам. — Входи.
Тео толкнулся.
Член вошёл туго — даже после растяжки языком. Тео был крупнее в этой форме, и Лиам чувствовал каждую миллиметра, каждую выпуклость, каждый пульс.
— Медленнее, — попросил он. — Ты большой.
Тео замер, давая привыкнуть. Его дыхание было горячим на шее Лиама, шерсть щекотала кожу.
— Теперь можно, — сказал Лиам через минуту.
Тео начал двигаться. Медленно, глубоко, почти полностью выходя и снова погружаясь. Лиам стонал, вцепившись в шерсть на спине Тео, царапая кожу под ней.
— Быстрее, — попросил он. — Пожалуйста.
Тео ускорился. Его бёдра били по бёдрам Лиама, когти царапали простыни, хвост хлестал по ногам. Лиам чувствовал, как член Тео давит на простату с каждым толчком, и его собственный член истекал смазкой, не получая никакой стимуляции.
— Я кончу, — предупредил Лиам. — Сейчас.
Тео толкнулся глубже, и Лиам закричал, выгибаясь дугой. Он кончил без прикосновений — только от толчков Тео, от трения о простату, от вида зверя, который трахал его с такой нежностью и такой силой одновременно.
Тео продолжал двигаться. Лиам уже кончил, но Тео ещё нет — он всё толкался, и толкался, и Лиам чувствовал, как его анус сжимается вокруг члена, как внутри нарастает давление.
— Кончай в меня, — прошептал Лиам. — Наполни меня.
Тео замер на секунду, а потом издал долгий, низкий вой — и кончил. Горячо, обильно, прямо в Лиама. Лиам чувствовал, как его наполняет сперма, как она течёт по стенкам прямой кишки, как живот начинает вздуваться.
Тео кончал долго — несколько толчков, несколько струй, и Лиам принимал всё, не в силах пошевелиться.
Когда Тео наконец затих, он не вынул член. Он остался внутри, прижимаясь к Лиаму всем телом, и лизнул его в губы.
— Тео, — прошептал Лиам. — Ты… ты не хочешь выходить?
Тео покачал головой. Нет.
— Ладно. Оставайся.
Они лежали так, соединённые, грязные от спермы и пота, в темноте спальни. Тео положил морду на плечо Лиама и закрыл глаза.
Лиам гладил его по голове, по ушам, по шее, и думал о том, что никогда не был так близок ни с кем.
---
∆
Лиам проснулся от того, что кто-то целовал его в шею.
Мягкие, влажные губы. Горячее дыхание. Человеческие руки, обнимающие его за талию.
Он открыл глаза и увидел Тео.
Настоящего Тео — в человеческой форме, с бледной кожей, тёмными кругами под глазами и растрёпанными волосами. Он лежал, прижавшись к Лиаму, и его член всё ещё был внутри.
— Ты превратился, — хрипло сказал Лиам.
— Да, — голос Тео был низким, сонным. — Посреди ночи. Не хотел тебя будить.
— Я не спал.
— Врёшь.
— Немного.
Тео усмехнулся и поцеловал Лиама в уголок губ.
— Спасибо, — тихо сказал он. — За вчерашнее.
— За что именно?
— За то, что не заставил меня быть человеком. За то, что принял меня… таким.
Лиам провёл рукой по спине Тео — гладкой, без шерсти.
— Ты всегда будешь таким, — сказал он. — И волк, и койот, и человек. Я люблю тебя всего.
Тео замер. Он никогда не говорил «я люблю тебя» в ответ. Он просто смотрел на Лиама долгим взглядом, а потом поцеловал его — глубоко, требовательно, вкладывая в поцелуй всё, что не мог сказать словами.
— Я тоже, — прошептал он, отрываясь от губ. — Ты даже не представляешь, как сильно.
Лиам улыбнулся.
— Представляю.
Они снова поцеловались, медленно, лениво, наслаждаясь близостью. Тео начал двигаться — плавно, почти незаметно, просто покачивая бёдрами.
— Ещё? — спросил Лиам.
— Ещё, — подтвердил Тео.
Он перевернул Лиама на живот и вошёл снова — уже без подготовки, потому что Лиам всё ещё был полон его вчерашней спермы.
Лиам застонал в подушку.
Тео трахал его медленно, глубоко, иногда останавливаясь, чтобы поцеловать лопатки или провести языком по позвоночнику. Он шептал что-то бессвязное — не слова, а звуки, смесь английского и рыка, но Лиам понимал: ты мой, только мой, никогда тебя не отпущу.
Они кончили почти одновременно — Лиам от толчков Тео, Тео — от того, как Лиам сжимался вокруг него. Тео снова наполнил его, и Лиам почувствовал, как сперма вытекает из него, стекая по внутренней стороне бёдер.
— Грязно, — пробормотал Лиам.
— Приму душ, — ответил Тео.
Он поцеловал Лиама в затылок и ушёл в ванную.
Лиам перевернулся на спину, положил руку на живот — он был вздут, твёрдый, полный. Он погладил себя по животу и улыбнулся.
Тео.
---
∆
Утром Дженна накрыла на стол.
Она не спрашивала, почему Лиам хромает. Не спрашивала, почему Тео выглядит довольным, как сытый кот. Она просто поставила перед ними тарелки с яичницей и спросила:
— Ты теперь снова человек?
— Да, — ответил Тео, жуя бекон.
— И надолго?
Тео пожал плечами.
— Не знаю. Но сейчас — да.
Дженна кивнула.
— Хорошо. Тогда не забудь, что у тебя после школы встреча с психологом. Скотт записал тебя на консультацию, и я не хочу, чтобы ты пропускал.
Тео скривился, но кивнул.
Дэвид вошёл на кухню с газетой в руках.
— О, Тео снова похож на человека. А я уже привык ставить миску на пол.
— Очень смешно, — буркнул Тео, но в его голосе не было злости.
Дэвид сел за стол, налил себе кофе и посмотрел на Тео долгим взглядом врача, привыкшего оценивать состояние пациента.
— Ты выспался?
— Да.
— Кошмары были?
Тео помолчал.
— Нет.
— Хорошо. Если вернутся — приходи, поговорим. Не обязательно со мной, но с кем-то.
Тео кивнул.
Лиам смотрел на эту сцену и чувствовал, как внутри разливается тепло. Его семья приняла Тео. Не терпела, не мирилась, а приняла — со всеми его шрамами, звериными повадками и тёмным прошлым.
После завтрака они с Тео поднялись наверх, чтобы собраться в школу.
— Ты сегодня идёшь? — спросил Лиам, натягивая футболку.
— Да. Не хочу, чтобы Дженна снова читала мне лекции о важности образования.
Лиам усмехнулся.
— Она добрая, но настойчивая.
— Как и ты, — Тео подошёл сзади, обнял его за талию и прижался губами к шее. — Спасибо за вчерашнее. Правда.
— Ты уже говорил.
— Я могу говорить это тысячу раз.
Лиам повернулся в его объятиях, посмотрел в глаза.
— Тогда говори.
Тео улыбнулся — редко, искренне, без тени своей обычной насмешки.
— Спасибо. Спасибо. Спасибо.
Он поцеловал Лиама — быстро, почти целомудренно, но в этом поцелуе было столько, что Лиам почувствовал, как у него перехватывает дыхание.
— Пойдём, — сказал он, беря Тео за руку. — А то опоздаем.
Они вышли из дома, и солнце светило им в спины.
Впереди был новый день. Новый день, в котором Тео был человеком, зверем и всем, чем хотел быть. А Лиам был рядом.
И это было главное.
---
Конец двадцать первой главы.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!