Глава 8. След

      Мураки долго не произносил ни слова. Он стоял посреди кабинета, продолжая держать ладонь Ичиго, и смотрел на тонкую золотистую нить, возникшую между ними. Она была почти невидимой. Если бы не слабое свечение, Мураки мог бы решить, что всё ему показалось. Но это было невозможно. Он чувствовал её. Не глазами. Душой. И это пугало. — Не двигайся, — тихо сказал Мураки. Ичиго нахмурился. — Я и не двигаюсь. — Я серьёзно. — А я нет? Мураки не ответил. Он осторожно коснулся пальцами запястья Ичиго, проверяя пульс. Обычный. Ровный. Но духовное давление... Совершенно иное.       Мураки прикрыл глаза. Он чувствовал собственную душу так, как не чувствовал её уже много лет и в ней было что-то чужое. Не вторжение. Не паразит. Не чужая сущность. След. Мураки резко открыл глаза. — Невозможно... — Что? Он отпустил руку Ичиго и отошёл к столу. — Подожди здесь. — Мураки... — Просто подожди. Он начал перебирать бумаги. Одна папка. Вторая. Третья. Ичиго наблюдал за ним несколько секунд, после чего тяжело вздохнул. — Ты собираешься объяснить, что происходит? — Когда пойму сам. — Очень успокаивает. Мураки наконец нашёл нужную запись. Старую. Пожелтевшую. С многочисленными пометками на полях. Он открыл её и быстро пробежал глазами текст. Потом ещё раз. И ещё. Выражение его лица постепенно менялось. — Мураки? — Я ошибся. — В чём? — Я считал, что связь возникает между двумя точками перехода. — А это не так? Мураки медленно покачал головой. — Нет, — он посмотрел на Ичиго. — Она возникает между двумя душами. Ичиго замер. — И что это меняет? Мураки подошёл ближе. — Всё. Он взял его за руку ещё раз. На этот раз намеренно. Золотистая нить снова проявилась, но теперь Ичиго увидел её тоже. Она начиналась где-то возле его груди и тянулась к Мураки. Очень тонкая, почти прозрачная. — Она стала ярче, — заметил Ичиго. — Да. — Почему? Мураки смотрел на неё с таким вниманием, будто перед ним находилась величайшая загадка в мире. — Потому что она уже закрепилась. — Что значит "закрепилась"? Мураки молчал. Он явно не хотел отвечать. Ичиго сразу это понял. — Мураки. — Я думаю, что часть твоего духовного следа уже проникла в мою душу. Ичиго резко поднял глаза. — Что?! — Не пугайся. — Ты только что сказал, что часть моей души проникла в тебя! — Не души. — А что тогда?! Мураки задумался. — Отпечаток. — Объясни нормально. Мураки вздохнул. — Представь, что человек долго находится рядом с огнём, — он посмотрел на собственную ладонь. — Даже если убрать огонь, тепло какое-то время остаётся. — И я для тебя огонь? — Иногда ты скорее пожар. Ичиго закатил глаза. — Очень смешно. — Я не шутил. Мураки снова стал серьёзным. — Ты оставил в моей душе отпечаток. Ичиго не знал, что ответить. — И что он делает? — Вот это я как раз и пытаюсь выяснить. Мураки усадил Ичиго на кресло. Сам сел напротив. На столе появились несколько старых инструментов. Но в этот раз он не выглядел как врач, готовящий очередной эксперимент. Скорее как исследователь, который впервые столкнулся с явлением, не укладывающимся ни в одну известную ему систему. — Мне нужно провести несколько проверок. — Каких? — Духовное давление. Реакция памяти. Эмоциональные отклонения. Возможно, понадобится проверить твою реакцию на определённые воспоминания. — А если я откажусь? Мураки посмотрел на него. — Тогда я не буду ничего делать. Ичиго удивлённо поднял брови. — Просто так? — Да. — Даже если это поможет тебе понять связь? — Это твоя душа. Пауза. — Я не стану исследовать её против твоей воли. Ичиго некоторое время смотрел на него, а потом кивнул. — Хорошо. Первый тест оказался простым. Мураки попросил Ичиго закрыть глаза. — Теперь подумай о доме. — О каком? — О том месте, которое ты называешь домом. Ичиго закрыл глаза и сразу почувствовал изменение. Золотая нить вспыхнула. Мураки резко открыл глаза. — Что ты увидел? — спросил Ичиго. — Ничего. — Ты врёшь. — Я увидел воспоминание. — Моё? — Да. Мураки провёл пальцами по виску. — Но это не должно было произойти. — Что именно? — Я увидел не просто образ, — он посмотрел на Ичиго. — Я почувствовал то, что чувствовал ты. Ичиго застыл. — Что? — Тепло. Запах. Звук. Эмоции. Мураки замолчал. — И тоску. Ичиго отвёл взгляд. Он понял, о каком доме шла речь. — Каракура... Мураки повторил слово тихо: — Каракура. Будто пробовал его на слух. Несколько секунд они молчали. Затем Ичиго вдруг заметил: — У тебя глаза изменились. — Что? — Когда ты увидел воспоминание. — Как? — Они стали... мягче. Мураки замер. Он не ответил. Потому что уже знал, что происходит.       Следующее испытание было сложнее. Мураки попросил Ичиго подумать о ком-то, кому он доверяет. Ичиго выбрал одного из друзей. Нить снова вспыхнула, но теперь произошло другое. Мураки внезапно схватился за грудь. — Мураки?! Он резко откинулся в кресле. Дыхание сбилось. Ичиго вскочил. — Что с тобой? — Ничего. — Ты побледнел. — Пройдёт. — Что ты почувствовал? Мураки молчал. А затем тихо ответил: — Я почувствовал твою тревогу. Ичиго замер. — Моё чувство? — Да. — Ты почувствовал то, что чувствовал я? — Да. Мураки медленно выпрямился. Его пальцы слегка дрожали. Ичиго никогда не видел его таким. — Это уже не просто отпечаток. — Тогда что? Мураки посмотрел прямо на него. — Эмоциональная проводимость. — То есть? — Если ты испытываешь достаточно сильную эмоцию, я могу её почувствовать. — А я могу чувствовать тебя? Мураки не ответил. Ичиго вдруг понял. — Поэтому ты сегодня... — Да. — Ты боялся. Мураки отвернулся. — Возможно. — Из-за меня? — Не начинай. — Из-за меня. Мураки медленно поднял глаза. Ичиго впервые увидел, насколько сильно тот пытался сохранить привычную невозмутимость. — Это и есть изменение? — Только начало. Мураки взял зеркало. Поднёс к лицу. На первый взгляд ничего не изменилось. Но затем он заметил тонкую линию света в радужке. Едва заметную, золотистую. Ту же, что исходила от духовной энергии Ичиго. Мураки замер. — Что? — Посмотри. Ичиго подошёл ближе. Наклонился. — У тебя... Он не договорил. Золотой отблеск исчез. Но Мураки уже понял. — Моя духовная структура изменилась. — Это плохо? — Я не знаю. — Но ты можешь это исправить? Мураки покачал головой. — Не уверен. Он снова посмотрел на Ичиго. И вдруг понял самое страшное. Связь начала менять не только его способности. Она меняла его восприятие. Его реакции. Его чувства.       Мураки вспомнил момент, когда Ичиго впервые спас его. Тогда он объяснил всё инстинктом. Потом — интересом. Потом — привязанностью. Но теперь понимал: часть этих чувств могла быть усилена самой связью. И это означало, что он больше не мог быть уверен даже в себе. — Мураки? — Что? — Ты опять ушёл в себя. — Я думаю. — О чём? Мураки долго молчал, а затем сказал: — О том, насколько сильно ты уже изменил меня. Ичиго не ожидал такого ответа. — Я не хотел. — Знаю. — Тогда... — Поэтому это ещё опаснее. Ичиго посмотрел на него. — Ты жалеешь? Мураки поднял взгляд и ответил без малейшего колебания: — Нет. Мураки осторожно протянул руку. Ичиго позволил ему коснуться своей ладони. Золотая нить снова появилась между ними, но теперь она была толще, ярче и уже не казалась временной. — Если мы проведём переход сейчас, — тихо сказал Мураки, — связь усилится в десятки раз. — А если не проведём? — Она всё равно продолжит развиваться. Ичиго нахмурился. — То есть выбора нет? Мураки посмотрел на их соединённые руки. — Выбор есть. Пауза. — Но ни один вариант больше не вернёт нас к тому, кем мы были до встречи друг с другом. Ичиго ничего не ответил, он только крепче сжал пальцы Мураки. И тот впервые не попытался скрыть, что это прикосновение ему необходимо.       После слов Мураки в кабинете надолго установилась тишина. Ичиго всё ещё держал его за руку. Золотистая нить между ними едва заметно пульсировала, будто у неё было собственное сердцебиение. Теперь Ичиго уже понимал, что происходило. Мураки изменился. Не внешне, гораздо глубже. Часть его души действительно успела соприкоснуться с душой Ичиго, и это изменение нельзя было просто отменить. И чем дольше они оставались рядом, тем сильнее становилась связь. — Тогда мы не будем этого делать, — наконец сказал Ичиго. Мураки поднял глаза. — Что? — Переход. — Ичиго... — Нет. Куросаки отпустил его руку и отступил на шаг. — Ты сам сказал, что после него всё может стать ещё хуже. — Я сказал, что последствия непредсказуемы. — А ещё ты сказал, что можешь меня забыть. Мураки промолчал. — Значит, мы не будем рисковать. Мураки смотрел на него несколько секунд. Потом спокойно произнёс: — Ты должен вернуться. — Я знаю. — Твои друзья ждут тебя. — Я знаю. — Они могут быть в опасности. — Я знаю! Голос Ичиго сорвался. Он отвернулся и сжал кулаки. — Я всё это знаю, Мураки, — несколько секунд он молчал. — Именно поэтому всё так сложно. Мураки подошёл к нему. — Если ты останешься здесь ради меня... — Я не говорю, что останусь навсегда. — Тогда что? Ичиго повернулся. — Я хочу найти другой способ. — Его нет. — Ты не можешь знать. — Могу. — Нет! Ичиго резко шагнул к нему. — Ты всю жизнь ищешь невозможное. Ты пытался вернуть человека, которого потерял. Ты работал с душами, с шинигами, с границами между мирами. И теперь говоришь мне, что другого способа нет? Мураки выдержал его взгляд. — Да. — Почему ты так уверен? — Потому что я проверил всё. Ичиго покачал головой. — Тогда проверь ещё раз. — Я уже это сделал. — Ещё раз. — Ичиго... — Ещё раз! Мураки закрыл глаза. Когда он снова открыл их, в них было что-то совершенно непривычное. Усталость. — Я не хочу, чтобы ты оставался здесь только из-за меня. Ичиго замолчал. — Это не твой мир. — А если я не хочу уходить? — Это не меняет того, где твоё место. — А кто решил, где моё место? Мураки ответил не сразу. — Ты сам. Ичиго усмехнулся. Горько. — Забавно. — Что? — Ты говоришь так, будто сам не понимаешь, что я уже сделал свой выбор. — Какой? Ичиго посмотрел ему прямо в глаза. — Остаться. Мураки застыл. На несколько секунд его привычная невозмутимость исчезла. — Нет. — Что? — Я не позволю. — Ты не можешь мне запретить. — Могу попытаться. — Мураки... — Ичиго, — перебил он. — Я не собираюсь становиться причиной того, что ты бросишь своих друзей. — Ты не причина. — Тогда докажи. Ичиго нахмурился. — Как? — Вернись. Эти два слова оказались страшнее любого приказа. Ичиго медленно отвёл взгляд. — А ты? — Что я? — Что будет с тобой? Мураки слегка улыбнулся. — Я переживу. — А если забудешь меня? Улыбка исчезла. — Тогда... — он замолчал. — Тогда я буду знать, что когда-то был человек, которого стоило помнить. Ичиго почувствовал, как сжалось сердце. — Ты невозможный. — Мне уже говорили. — Я серьёзно. — Я тоже. Мураки подошёл к кругу. Встал в центре. Проверил печати одну за другой. Ичиго понял. — Ты уже всё подготовил. — Да. — Когда? — Пока ты спал. — Ты собирался сделать это без меня? — Если бы я сказал тебе заранее, ты бы отказался. — Конечно бы отказался! — Поэтому я и не сказал. Ичиго резко направился к нему. — Остановись. Мураки не обернулся. — Ещё можно отменить? — Да. — Тогда отмени. — Нет. Ичиго замер. — Почему? Мураки повернулся. — Потому что через несколько минут ты можешь передумать снова. — Я уже передумал! — Я знаю. Он подошёл ближе. — Именно поэтому я должен сделать это сейчас. — Ты не имеешь права. — Возможно. — Тогда зачем? Мураки посмотрел на него очень спокойно. — Потому что ты однажды спас меня, когда тебе это было совершенно не нужно. Ичиго ничего не сказал. — Ты мог уйти, — Мураки сделал шаг ближе. — Но остался. Ещё один. — Теперь моя очередь. Он протянул руку. Ичиго не хотел её принимать, но всё-таки принял. Их пальцы соприкоснулись. Золотая нить вспыхнула. — Я ненавижу тебя, — тихо сказал Ичиго. — Знаю. — Ненавижу за то, что ты опять решил всё сам. — Знаю. — И если ты меня забудешь... Мураки сжал его руку. — Тогда найди меня снова. Ичиго поднял взгляд. — Ты правда думаешь, что я смогу? — Я уверен. Круг загорелся. Серебряные линии вспыхнули одна за другой. Воздух в комнате изменился, стало трудно дышать. Ичиго почувствовал знакомое ощущение — то самое, которое возникало, когда его душа пыталась покинуть тело, но теперь оно было в десятки раз сильнее. — Мураки! — Не сопротивляйся! — Я не хочу! — Ичиго! Свет становился ярче. Ичиго почувствовал, как его тело начинает становиться почти невесомым. Внутри словно что-то разрывалось. Не боль. Связь. Он посмотрел на Мураки. Тот стоял напротив, удерживая печать обеими руками. На его лице впервые не было спокойствия. — Мураки! — Всё хорошо! — Не говори мне, что всё хорошо! Ичиго почувствовал, как золотая нить между ними начинает истончаться. — Она исчезает! Мураки посмотрел на неё. — Нет. — Что? — Она меняется. Последний импульс энергии прошёл через комнату. Ичиго увидел десятки вспышек. Кабинет. Коридор. Первую встречу. Мураки у его кровати. Их споры. Смех. Ночные разговоры. Тот первый поцелуй. Всё промелькнуло за несколько секунд. Ичиго протянул руку. — Мураки! Тот сделал то же самое. Их пальцы почти соприкоснулись. Почти, а затем пространство между ними исчезло. Ичиго исчез. Кабинет погрузился в тишину. Мураки остался один.       Он стоял посреди круга, тяжело дыша. На полу лежали обрывки печатей. Несколько серебряных пластин треснули. Лунный свет всё ещё проникал через открытое окно. Тюль продолжала колыхаться от ветра. Будто ничего не произошло. Мураки медленно опустил взгляд на свою ладонь. Там, где только что была рука Ичиго, осталось слабое золотистое свечение. Он сжал пальцы. Свечение исчезло. — Куросаки... Никакого ответа. Мураки закрыл глаза и вдруг почувствовал что-то. Тёплое, едва заметное. Будто кто-то очень далеко всё ещё держал его за руку. Мураки открыл глаза. Он посмотрел на собственную грудь. Сердце билось спокойно, но внутри было что-то новое. Он не забыл. Ни первую встречу, ни разговоры, ни споры, ни взгляд Ичиго, ни его голос. Ничего. Мураки выдохнул. — Значит, ты всё-таки оставил след. Он улыбнулся. Очень тихо. Но затем улыбка исчезла. Потому что он понял ещё кое-что. Он чувствовал направление. Очень слабое. Почти неуловимое, но чувствовал. Мир шинигами и где-то там был Ичиго.       Мураки медленно подошёл к окну. Ночная прохлада коснулась его лица. Он закрыл глаза. — Я не забуду тебя. Пауза. — А если ты когда-нибудь вернёшься... Его пальцы коснулись груди. Там, где теперь навсегда остался чужой духовный след. — Я тебя узнаю. А далеко от него, в совершенно другом мире, Ичиго открыл глаза. Первое, что он почувствовал, — духовное давление. Знакомое. Родное. Он вернулся. Но прежде чем подняться, Ичиго неожиданно прижал ладонь к груди. Там было тепло и на мгновение ему показалось, что он слышит знакомый голос: «Я тебя узнаю».       Ичиго закрыл глаза. Улыбнулся сквозь подступившую к горлу боль. — Обещаешь? Ответа не было, но золотистый отблеск на его ладони исчезать не спешил. И Ичиго понял: Мураки отправил его домой. Но связь между ними не исчезла. Она просто стала чем-то, чему теперь предстояло пережить расстояние между двумя мирами.