Вернутся к фанфику
Часть 2
18 апреля 2026, 16:05Кофейня на углу оказалась крошечной, с облупившейся вывеской и запахом свежей выпечки, который на мгновение перебил даже их обострившееся обоняние. Тэхён заказал себе двойной эспрессо, Чонгук — ромашковый чай. Они сели за столик у окна, за которым шумел равнодушный вечерний Сеул.
Молчание между ними было не неловким, а наполненным. Каждый вдох Тэхёна приносил с собой шлейф табака и вишни, каждый выдох Чонгука ловил нотки горького кофе. Это походило на странный танец, где партнёры ещё не выучили шагов, но уже чувствуют ритм друг друга.
— Почему ты бросил курить? — спросил Тэхён, грея ладони о горячую чашку. Эспрессо был таким крепким, что, казалось, мог разбудить мёртвого. Ему нравилось.
Чонгук помешал ложечкой в прозрачном чайнике, наблюдая, как ромашковые лепестки кружатся в водовороте.
— Потому что мой альфа становился неконтролируемым, — ответил он ровно, без тени смущения. — Никотин действовал на него как катализатор агрессии. Я мог сорваться из-за мелочи. А когда ты — глава службы безопасности крупного холдинга, такая несдержанность может стоить карьеры. И свободы.
Тэхён понимающе кивнул. Омеги тоже учились контролировать свои инстинкты с юных лет, подавляя желание свернуться в гнезде при малейшем стрессе.
— А ты? — Чонгук поднял на него взгляд, и в полумраке кофейни его глаза казались почти чёрными, лишь на дне тлел опасный рубиновый огонёк. — Почему ненавидишь табак? Только не говори, что из-за пропаганды здорового образа жизни.
Тэхён усмехнулся, но улыбка вышла кривой.
— Отец. Он курил на балконе нашей крошечной квартиры, когда мама уходила в ночную смену. Думал, я не чувствую. А я лежал в кровати и задыхался от этой горечи, боялся, что он сгорит вместе со своей сигаретой, и я останусь один.
Он сам не заметил, как рассказал это. Слова вырвались легко, будто ждали своего часа. Возможно, так действовала связь истинных: правда переставала быть страшной, когда её можно было разделить.
Чонгук молчал долго. Потом протянул руку через стол и накрыл ладонь Тэхёна своей. Кожа альфы была горячей, чуть шершавой, и от этого простого касания по венам Тэхёна разлилось спокойствие, как после первой затяжки.
— Я больше никогда не буду курить, — сказал Чонгук тихо, но весомо. — И я позабочусь, чтобы мой запах не причинял тебе боли. Обещаю.
— Глупый альфа, — Тэхён покачал головой, но руку не убрал. Наоборот, переплёл их пальцы. — Твой запах уже не причиняет боли. Он... как гроза за окном, когда ты в безопасности дома. Немного страшно, но уютно.
Чонгук моргнул, и в его взгляде промелькнуло что-то похожее на благоговение. А потом он улыбнулся — по-настоящему, открыто, и Тэхён увидел, что у грозного начальника охраны есть ямочки на щеках и немного неровные передние зубы, которые делали его похожим на большого кролика.
— А твой кофе, — сказал Чонгук, поднося их сцепленные руки к своему лицу и вдыхая запах с запястья Тэхёна, — это как первый глоток утром, когда понимаешь, что день будет длинным, но ты справишься. Ты — мой кофе, Ким Тэхён.
Тэхён покраснел. От кончиков ушей до ключиц, которые тут же залило жаром. Он попытался высвободить руку, но Чонгук держал крепко, хоть и нежно.
— Мы едва знакомы, а ты уже говоришь такие вещи, — пробормотал Тэхён, пряча глаза.
— Мы знакомы ровно три часа и двадцать минут, — поправил Чонгук с серьезным видом. — Достаточно, чтобы понять: я никуда тебя не отпущу. Истинные пары не ошибаются, ты сам сказал.
Вечер за окном сгущался, в кофейне зажгли тёплые лампы, и их отражения в стекле казались единым целым — два силуэта, склонившиеся друг к другу над столиком.
— Что теперь? — спросил Тэхён. — Мы просто... пойдём каждый по своим делам? У меня завтра сдача проекта, я должен быть в офисе к восьми.
Чонгук нахмурился. Его альфа внутри явно был не согласен с идеей отпускать только что обретённого омегу в ночной город одного.
— Я отвезу тебя домой. И подожду в машине, пока ты не уснёшь. А утром приеду и отвезу на работу.
— Это не очень-то похоже на свободу выбора, — заметил Тэхён, но в голосе не было протеста.
— Это не контроль, — Чонгук покачал головой. — Это инстинкт. Я буду сходить с ума, если не буду знать, что ты в безопасности. Дай мне время привыкнуть. Дай нам время.
Тэхён задумался. Его собственный омега мурлыкал от удовольствия при мысли, что сильный альфа будет охранять его сон. Разум же напоминал о личных границах и феминистических принципах. Но когда Чонгук смотрел на него так — с надеждой, приправленной сталью, — все принципы казались написанными на песке.
— Хорошо, — сдался Тэхён. — Но в машине не курить. Даже электронки. И ты выпьешь со мной ещё по чашке кофе. За знакомство.
— Я же не пью кофе, — напомнил Чонгук.
— Значит, будешь нюхать мой, — Тэхён улыбнулся и подозвал официанта. — И привыкать. Потому что, кажется, теперь твой мир будет пахнуть исключительно американо.
Чонгук ничего не ответил. Он просто смотрел, как Тэхён делает заказ, как двигаются его губы, как блестят глаза в свете ламп. И думал, что ради этого запаха кофе он готов пить самую горькую бодрящую дрянь до конца своих дней. Лишь бы Тэхён улыбался.
Так началась их история. История альфы, пахнущего сигаретами, которые он ненавидел, и омеги, пахнущего кофе, который тот обожал. История о том, что истинность — это не совпадение вкусов, а умение найти покой в чужой горечи и бодрость в чужой слабости.
Они вышли из кофейни в прохладную ночь, и Тэхён впервые не поморщился, когда ветер донёс до него запах сигарет с соседней улицы. Потому что теперь этот запах принадлежал Чонгуку. А значит, ему.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!