Часть 23

Соня вздрогнула от тихого стука в дверь - она так углубилась в конспект по биологии, что почти отключилась от реальности. На столе горела настольная лампа, отбрасывая тёплый круг света на раскрытые учебники. За окном давно стемнело, а часы показывали без десяти девять. -Дочка, можно? - мама приоткрыла дверь, держа в руках кружку с травяным чаем. Аромат ромашки мягко разлился по комнате. Соня оторвалась от тетради, осторожно потянулась и тут же сдержала вздох - плечо снова дало о себе знать тупой ноющей болью. Она постаралась скрыть дискомфорт, поворачиваясь к маме. -Заходи, мам. Мама вошла, внимательно разглядывая дочь. Её взгляд невольно задержался на лёгком напряжении в движениях Сони, на чуть сгорбленной позе. -Как прошёл первый день? - она поставила чай на край стола, обойдя груду учебников. - Не слишком тяжело? Соня закрыла тетрадь, собираясь с мыслями. В памяти всплыли эпизоды дня: косые взгляды одноклассников, нарочитая тишина, когда она вошла в класс, и особенно - фигура Артёма у окна, который даже не посмотрел в её сторону. -Нормально, - она попыталась говорить ровно. - Учёба… вроде всё понятно. Учительница по химии даже предложила дополнительную консультацию. Мама присела на стул, не сводя с дочери внимательного взгляда. -А плечо? - в голосе звучала затаённая тревога. - Синяк ещё виден? Соня невольно коснулась ключицы, где под одеждой всё ещё проступали блёклые фиолетово‑синие разводы. -Уже почти прошёл, - она опустила руку. - Доктор сказал, трещина заживает хорошо. Через пару недель снимут ограничения на движения. Мама молча кивнула, но в её глазах читалось невысказанное: «А как же Артём? Никто даже не извинился». Она помнила тот день, когда Соня пришла домой с огромным синяком и слезами на глазах, рассказывая, как «шуточный» толчок на физкультуре обернулся месяцем больничного. -Если что‑то будет непросто - сразу говори, - мама осторожно поправила прядь волос, упавшую на Сонино лицо. - Мы со всем разберёмся. Вместе. Соня почувствовала, как в груди теплеет. Она взяла кружку, согревая ладони о тёплый фарфор. -Спасибо, мам. Я… я справлюсь. За окном шелестел дождь, а в комнате, освещённой мягким светом лампы, царило то самое ощущение дома - где тебя всегда выслушают, поймут и защитят. Соня сделала глоток чая, чувствуя, как усталость понемногу отступает, уступая место тихой уверенности: она действительно справится... Соня сделала ещё один глоток чая, и на губах невольно появилась улыбка - чуть теплее, чем прежде. -Знаешь, мам, - она чуть повернула голову, глядя на мамино отражение в тёмном стекле окна, - сегодня было не только сложно. Ко мне подошли Лëня, Оксана и Антоша. Мама приподняла бровь, и в её взгляде мелькнуло искреннее любопытство. -Правда? И что они сказали? -Лëня первым меня заметил, - Соня невольно рассмеялась, вспоминая. - Он так размашисто махал рукой из конца коридора, будто боялся, что я его не увижу. Подошёл, спросил, как плечо, и пообещал, что будет носить мой рюкзак до конца недели - «чтобы не напрягала руку» а также дал большую тетрадь со всеми конспектами чтобы я наверстала упущенное. Мама мягко улыбнулась: -Какой заботливый. -А Оксана… - Соня замолчала на секунду, подбирая слова. - Она не стала задавать миллион вопросов, как другие. Просто сказала: «Рады, что ты вернулась», - и протянула шоколадку. Ту самую, мою любимую. Представляешь? Она запомнила. В комнате стало как‑то светлее, хотя лампа по‑прежнему отбрасывала лишь узкий круг света. -А Антоша… - Соня покраснела, сама не зная отчего. - Он назвал меня «Сонечка» и тут же засмущался. Потом пробормотал что‑то про то, что без меня на уроках скучно, и предложил вместе делать проект по истории. Сказал, что у него есть крутые идеи. Мама внимательно слушала, не перебивая. -Он всегда такой… тёплый, - продолжила Соня, глядя в чашку. - Даже когда волнуется, всё равно старается поддержать. Сегодня он чуть не опрокинул стакан с водой, когда торопился мне что‑то показать в учебнике, но… это было мило. Мама тихонько вздохнула, но в этом вздохе не было грусти -только тепло. -Рада, что у тебя есть такие друзья, - она осторожно коснулась Сониной руки. - Они явно очень тебя ценят. Соня кивнула, чувствуя, как внутри разливается приятное ощущение - не то чтобы всё сразу стало легко, но теперь точно было за что держаться. -Да, - она улыбнулась уже увереннее. - Они… они настоящие. За окном всё так же шелестел дождь, но теперь он звучал как‑то по‑другому - будто сопровождал тихий, тёплый разговор, в котором не нужно было притворяться сильной. В этом доме, за этим столом, под мягким светом лампы, Соня наконец почувствовала: она не одна. И это было главное... В тот момент, когда она допивала чай, в дверь неожиданно постучали - не тихо, как мама, а бодро, с лёгкой нервозной дрожью. -Кто это? - удивилась Соня, бросая взгляд на часы. Почти девять вечера. -Может, соседи? - предположила мама, поднимаясь со стула. Но когда она открыла дверь, на пороге стоял Антон - в слегка растрёпанной куртке, с румяными от вечернего холода щеками и большим клетчатым пакетом в руках. -здравствуйте! - выпалил он, чуть запыхавшись. - Я… это… мама испекла булочки. С корицей. И сказала, что надо отнести Соне. Его глаза на секунду встретились с Сониными, и он тут же смущённо опустил взгляд, переступая с ноги на ногу. Мама улыбнулась: -Какой ты внимательный, Антон. Заходи, не стой на пороге. -Да нет, я… я просто передал, - он протянул пакет, но Соня уже встала из‑за стола. -Антоша, ты что, замëрз, наверное! Заходи хоть на минутку, - она шагнула ближе, и от пакета уже доносился такой уютный, домашний аромат сдобы, что даже желудок тихонько заурчал... Антон всё же переступил порог, осторожно снимая зимние кроссовки. В комнате он казался ещё более взволнованным - то поправлял воротник рубашки, то нервно проводил рукой по волосам. -Мама сказала, что после больничного нужно питаться хорошо, - пробормотал он, ставя пакет на стол. - Тут ещё мёд есть, она специально положила… Соня достала одну булочку - горячую, мягкую, с золотистой корочкой и завитушками корицы. -Пахнет потрясающе! - она улыбнулась. - Передай маме огромное спасибо. Это так мило с её стороны. Парень покраснел, но на этот раз не отвёл взгляд. -Она рада, что ты вернулась. И… я тоже, - добавил он тише. Мама, наблюдавшая за этой сценой, незаметно отошла к окну, давая им немного пространства. -Будешь чай? - предложила Соня, уже доставая вторую чашку. -А… да, давай, - Антон наконец расслабился и даже сел на стул, всё ещё поглядывая на неё с тёплой, чуть застенчивой улыбкой. Они пили чай вчетвером - если считать маму, которая время от времени вставляла пару добрых слов, и аромат булочек смешивался с травяным настоем, создавая совершенно особенное, почти сказочное ощущение вечера... Соня откусила кусочек сдобы, закрыла глаза от удовольствия и подумала: «Вот оно. Вот ради чего стоит возвращаться». А Антон, глядя на её улыбку, решил, что завтра принесёт ещё что‑нибудь - может, варенье или печенье. Просто чтобы снова увидеть, как она радуется. Чай уже допили, булочки почти закончились - на тарелке оставалась лишь пара кусочков. В комнате царила та особенная тишина, когда слова уже не нужны, но расставаться не хочется... Антон неловко поёрзал на стуле, будто собираясь с духом. Потом медленно поднялся, чуть помялся у стола и шагнул к Соне. -Можно?.. - тихо спросил он, не договаривая. Соня подняла на него взгляд - в её глазах читалось лёгкое удивление, но без настороженности. Она кивнула, и Антон осторожно, почти невесомо обнял её. Его руки двигались с невероятной бережностью - будто Соня была не человеком, а хрупкой фарфоровой статуэткой. Он старался не давить на больное плечо, обнимая так, чтобы не причинить ни малейшей боли. Тепло его ладоней сквозь ткань домашней кофты ощущалось удивительно нежно. Соня на секунду замерла, а потом медленно прижалась к нему. В этом объятии было что‑то особенное - не страстное, не требовательное, а тихое, заботливое. Как будто Антон хотел сказать без слов: «Я здесь. Я рядом. Ты не одна». Он уткнулся носом в её волосы, вдохнул знакомый запах шампуня с лёгкой ноткой корицы от булочек и прошептал: -Рад, что ты вернулась. По‑настоящему рад. Соня улыбнулась, не размыкая объятий. Ей вдруг стало так спокойно, как не было уже давно - ни в больничной палате, ни в первые школьные дни после выписки. Это спокойствие шло изнутри, согревало, дарило уверенность... Мама, стоявшая в дверном проёме, тихо отошла, оставив их наедине. Она поняла: этим двум нужно немного времени просто быть - без лишних слов, без суеты, без оглядки на прошлое. Антон чуть отстранился, но не разорвал объятие полностью. Он заглянул Соне в глаза, и в его взгляде читалось столько тепла и искренности, что у неё на мгновение перехватило дыхание. -Спасибо, - тихо сказала она, сама не зная, за что именно благодарит. За булочки? За объятия? За то, что он просто есть? -Не за что, - улыбнулся он. - Я всегда рядом, если нужно. И в этот момент Соня поняла: всё действительно будет хорошо... -спасибо что пришëл..я правда очень рада.. парень улыбнулся ей в ответ, и мило поцеловал в макушку, продолжая прижимать к себе..а она лишь расслабилась в его объятиях...