Вернутся к фанфику

Глава 12 : Нил

5 мая 2026, 07:56

Март 2008 г.

Нил не понимал, как его снова в это втянули. За последние два года, что он жил в Пальметто, кузены несколько раз умудрялись затащить его с собой на шопинг, и каждый раз Нилу приходилось следовать за ними, пресекая все попытки Никки обзавестись для него совершенно новым гардеробом. Обычно ему удавалось свести количество покупок к минимуму, но он знал, что сегодня его ждет совершенно новое испытание. Когда Нил увидел, что из окна пассажирского сиденья показался большой торговый центр, он повернулся лицом к своему последнему похитителю. — Как Эндрю вообще дал разрешение на это? Вы же никогда не разговариваете друг с другом, — спросил он, не пытаясь скрыть раздражение в голосе. — Ну пожалуйста, как будто мне нужно было разрешение, — Эллисон пренебрежительно махнула рукой. — Твоя удачная одежда уже два года портит нам всем вид. Конечно, усилия Ники были замечены, но недостаточны. Нужно было что-то предпринять, прежде чем я съеду. Поэтому я купила Миньярду довольно дорогую подарочную карту в пекарню в центре города в обмен на то, что он убедит тебя пойти со мной по магазинам на весь день. — Что? — теперь наконец-то стало понятно, почему Эндрю настоял на том, чтобы Нил поехал с Эллисон, когда она пришла за ним сегодня утром, даже не упомянув, куда они направляются. Вот это убедительность! Ему следовало задать больше вопросов, вместо того чтобы верить, что Эндрю просто хотел сегодня побыть один. Предатель. — Подожди. Он получил что-то за то, что буквально ничего не сделал? А я что получу, кроме пыток? — возмущенно спросил Нил. — Бесплатную одежду? Время, проведенное с любимым товарищем по команде, перед моим отъездом в Нью-Йорк? Немного достоинства? — перечислила она. — И еще, тебе не кажется, что ты, человек, которого буквально пытали в прошлом, немного преувеличиваешь? — Нет, — солгал Нил, пока Эллисон парковала свой розовый «Порше» неподалеку от входа. — Пошли, у нас много дел. — она бросила солнцезащитные очки на приборную панель машины, вышла и закрыла за собой дверь. Нил тяжело вздохнул, готовясь к долгому и утомительному дню, и вышел в свою очередь. Эллисон направилась к торговому центру, не оглядываясь, полагая, что он идет за ней, и Нилу пришлось немного ускориться, чтобы не отставать от нее. К ее раздражению, ноги у нее были гораздо длиннее, чем у него. — Первое и самое важное дело, — заявила она. — Бюстгальтеры. Нил замер на месте. — Эндрю тебе об этом не рассказывал. Эллисон резко повернулась к нему лицом, ее светлые локоны оставались идеально уложенными, несмотря на сильный ветер. — Не вдавался в подробности, но он намекнул. Поэтому я могу только представить, насколько действительно критической должна быть ситуация, чтобы он так поступил. Теперь мне что, придется тащить тебя сюда, как капризного ребенка? — Можешь попробовать, — пробормотал Нил, но все же последовал за ней, потому что, к сожалению, она была права. Ситуация, возможно, была немного, совсем уж безнадежной. Несколько недель назад Эбби сказала ему, что из-за беременности его грудь должна увеличиться, и, к сожалению, это уже произошло. Он не носил бандаж уже почти два месяца: сначала потому, что он слишком сильно давил в груди сразу после беременности, а потом потому, что ему его запрещали. Но теперь ему было трудно носить даже обычные спортивные бюстгальтеры, потому что его грудь значительно увеличилась. По крайней мере, ему так казалось. Не прошло и недели, как они принимали душ, как Эндрю ткнул в бок ребер, где теперь постоянно виднелись воспаленные красные полосы на его коже. — Это уже переходит все границы, — сказал он холодным голосом. — Приобрети новые. — Всё в порядке, — ответил Нил, надеясь, что Эндрю просто забудет об этом. Видимо, он этого не сделал. Они вошли в торговый центр через главный вход, кондиционер уже вовсю дул холодным воздухом, хотя был только март, и на улице явно было недостаточно жарко, чтобы это оправдывало. Эллисон вошла, высоко подняв голову, словно ей принадлежало это место (и, может быть, так оно и было, кто знает), ее короткие сапоги громко цокали по искусственному мраморному полу, заявляя об их присутствии таким образом, что Нилу стало не по себе, но, похоже, ее не волновало внимание окружающих. По крайней мере, было еще довольно рано, поэтому людей на улице еще было немного. Нил уже мысленно отметил все выходы, которые встречал в торговом центре во время своих предыдущих визитов, но не мог не проверить их точное расположение ещё раз. При этом он практически слышал голос Бетси у себя в ухе, которая говорила ему, что «постоянная повышенная бдительность, подобная этой, сейчас нежелательна, ведь она только усилит его тревогу и паранойю». Но на самом деле, знать ближайший путь к отступлению — это просто логично. Ты не попадёшь в беду, зная выход, но обратное неверно. Так что, воображаемый голос Бетси мог идти куда подальше. Осмотревшись еще раз, он заметил, что они приближаются к магазину нижнего белья, а точнее, к довольно откровенному магазину нижнего белья. У Нила затрепетало сердце, и он чуть было снова не остановился, протест вертелся у него на языке, но Эллисон прошла мимо, даже не взглянув. Он на секунду облегчился, прежде чем догнать ее как раз в тот момент, когда она вошла в их первую остановку на сегодня: спортивный магазин. Нил скрыл своё удивление и огляделся, когда они вошли. Он никогда раньше здесь не был, поскольку, если им когда-либо требовалось какое-либо оборудование для Экси, школа обычно его предоставляла. В противном случае они всегда шли прямо в "Эксит", поскольку этот магазин был посвящен исключительно Экси и имел огромный ассортимент. Здесь он увидел всевозможную экипировку для всех видов спорта, о некоторых из которых он даже не знал и не хотел узнавать. Пройдя немного дальше, он заметил, что в этом магазине есть небольшой отдел для товаров для Экси, но прежде чем он успел остановиться и посмотреть, ухоженные ногти Эллисон схватили его за край толстовки и потянули вперёд. — Мы не будем отвлекаться на этом раннем этапе. Сосредоточьтесь, — предостерегла она. Вместо этого она отвела его в отдел одежды, и они нашли небольшой ряд, где продавались только спортивные бюстгальтеры. — Хорошо, а какой у тебя размер? — спросила она, поворачиваясь к нему лицом. Когда Нил лишь посмотрел на нее в ответ, она устало вздохнула. — Конечно, ты не знаешь. Обернись. Он согласился, и Эллисон потянула его за толстовку, чтобы заглянуть под верхнюю часть его бюстгальтера, который, к счастью, находился довольно высоко на спине. — Нил, — воскликнула она. — У тебя не А-размер, какого черта ты это надел? — До беременности все было хорошо, — ответил он. — Почему-то я в этом сильно сомневаюсь. Подними руки, — приказала она ему. Когда он замялся, на его лице читалось недоумение, она добавила более мягким тоном: — Я не собираюсь поднимать твою рубашку перед всем магазином, я не идиотка. Мне просто нужно кое-что проверить. Я не буду трогать твою грудь, обещаю. Весь этот разговор и так заставлял его чувствовать себя слишком уязвимым, но он подавил своё беспокойство и подчинился. Эллисон лишь коснулась его рёбер через рубашку, нащупывая туго натянутую вокруг него резинку. — Я даже пальцами под края не могу просунуть. Это же смешно, Нил! Как ты вообще дышишь? — раздраженно сказала она, вытаскивая руки обратно. — Мне нужна обтягивающая одежда, если я буду бегать, — ответил он. — А мне нет? — спросила она, указывая на свою значительно возросшую грудь. — Знаешь, что еще полезно для бега? Доступ воздуха. Если тебе нельзя носить бандаж, то уж точно нельзя носить и его. Она повернулась, не дожидаясь ответа Нила, и начала перебирать вещи на вешалках, выбирая разные предметы одежды. Он заметил, что все, что она взяла, было простым, в сдержанных тонах, и все это он сможет носить на тренировках. В рекордно короткие сроки она передала ему стопку вещей. — Я понимаю, что они не сделают твою грудь такой плоской, как бандаж, но на данный момент это твой лучший и самый безопасный вариант, хорошо? Ты не можешь продолжать носить слишком маленькие, они для этого не предназначены, и ты будешь натирать ребра и кожу. Все они на два размера больше и немного шире, примерь их. Все до единого. Нил понимал, что сопротивление бесполезно, поэтому молча отправился в раздевалку. Если поиск и покупка новой одежды были для него утомительным занятием, то примерка была тем, чего он больше всего боялся. Никки давно уже перестал пытаться затащить Нила в примерочную и просто надеялся, что купленная им одежда подойдет (обычно так и было, поскольку Нил предпочитал одежду на размер больше), но теперь он понимал, что для этого случая ему придется пойти на это. Как только он вошёл, он повернулся спиной к большому зеркалу в полный рост, висящему на дальней стене. И без того было тяжело каждый день смотреть в зеркало в ванной комнате общежития, ему совсем не хотелось видеть себя с ног до головы. К тому же, ему не нужно было видеть, как они сидят, а лишь как они ощущаются, когда он их наденет. К сожалению, у Эллисон был очень хороший глаз. Нил надеялся, что она переоценила его размер, но все вещи подошли на удивление хорошо. Ему даже не составляло труда глубоко дышать в них, и даже когда он делал небольшие прыжки, поддержка оставалась хорошей. Он мог бы легко бегать в них. Он быстро надел футболку и провел руками по груди; она определенно не была плоской, но если он наденет сверху свободную толстовку, то все должно быть более-менее нормально. Хотя пока у него не было другого выбора, по крайней мере, до родов. Когда он вышел, его ждала Эллисон с новыми розовыми кроссовками под мышкой (он надеялся, что она купит их себе). — Ну и что? Подходят? — спросила она. — Да, — неохотно ответил он. Эллисон даже не потрудилась скрыть самодовольную улыбку и выхватила у него из рук стопку бюстгальтеров. — Тогда пойдем платить, мы только начинаем. В итоге они обошли гораздо больше магазинов, чем ожидал или надеялся Нил, и, как он и предполагал, Эллисон оказалось гораздо сложнее уговорить не покупать ему вещи. Хорошая новость заключалась в том, что она не пыталась надеть на него ничего, что могло бы вызвать у него дискомфорт, в отличие от того, что обычно советовал ему Ники. Никаких слишком обтягивающих рубашек или брюк, ничего слишком вычурного или броского, и ничего, что слишком сильно обнажало бы шрамы. Но она неизменно отказывалась позволять ему платить за что-либо. — Знаешь, нормальный человек просто сказал бы: „Огромное спасибо, Эллисон, ты настоящая находка среди этой команды чудаков“. — Зачем мне тебя благодарить, если ты покупаешь вещи против моей воли? К тому же, теперь Габриэлла боготворит тебя. Разве этого недостаточно? — Нил, ты не можешь упрекнуть ее во вкусе, — ответила она, входя в помещение, которое выглядело как парикмахерская. — Что мы здесь делаем? — спросил он. — Попробуй угадать, — саркастически ответила она. Затем она подошла к стойке, и Нил узнал, что накануне она записала его на стрижку. Эллисон обычно стригла ему волосы сама, поэтому было немного удивительно, что она попросила кого-то другого сделать это сейчас. В ответ на его вопросительный взгляд она пожала плечами. — Я подумала, что нам стоит попробовать что-то немного другое, и я не была уверена, что справлюсь сама. Знаю, это шокирует, дорогой, но я не могу всё сделать сама. А теперь садись. Она указала на стул перед собой, и Нил со вздохом сел. Он не очень-то хотел, чтобы незнакомка трогала его волосы, но они уже довольно сильно отросли и раздражали его, когда он был в шлеме. Он не понимал, как Эллисон и Габби, с их очень длинными волосами, могут это терпеть. Высокая девушка с высоким хвостом, верхняя часть которого была ярко-розовой и постепенно переходила в нежно-фиолетовый цвет, поприветствовала его удивленным вздохом. — О боже, это же ты! Её реакция вызвала у него приступ тревоги и беспокойства. Он ненавидел, когда его узнавали незнакомцы. Если бы она упомянула хоть слово о его отце, он бы тут же вскочил с этого чёртова стула. — Ты тот невысокий нападающий Лисов. Я смотрю почти каждый матч! — О, — ответил Нил в шоке. — Я сказала Мэгги раньше, что это, должно быть, ты; знаешь, в городе не так уж много Нилов Джостенов, но она мне не поверила. В любом случае, меня зовут Наоми, сегодня я буду стричь тебе волосы. — Хорошо, да, — сказал он, голова его все еще немного кружилась от ее энтузиазма. — Что ты хочешь делать? — спросила она. Нил посмотрел на Эллисон, и, быстро закатив глаза, она подошла к Наоми и объяснила, что задумала. Он не пытался понять, что она говорит, и его не особо волновала его прическа, лишь бы она немного подстригла его. После этого она быстро принялась за работу, и Эллисон устроилась на туалетном столике перед ним, загородив ему обзор зеркала. Нил не знал, сделала ли она это специально, зная о его своеобразном отношении к зеркалам, или ей просто было так удобнее. В любом случае, он был ей благодарен. Оказалось, Наоми не врала, когда говорила, что смотрела все их игры, потому что следующие полчаса она, работая, рассказывала и комментировала свои любимые моменты прошлого сезона. Когда она спросила его о причине его отсутствия на последних нескольких матчах, Нил лишь ответил, что не хочет об этом говорить. Она оставила вопрос и продолжила свою болтовню. Как ей удавалось так много и так оживленно говорить, при этом не отрывая ему ушей ни кусочка, он не понимал. — Я знаю, что многим не нравится ваше поведение на интервью, но, честно говоря, люди с собственным мнением гораздо интереснее, чем тряпки, так что, понимаете? Да пошли они нахуй. — Э-э, спасибо? — неуверенно ответил он. Затем она потянулась к своему маленькому столику за машинкой для стрижки; Эллисон, должно быть, заметила нервозность на его лице, потому что она пнула основание его стула, чтобы привлечь его внимание. — Расслабься, она не собирается сбривать все волосы. Только немного по бокам и сзади. Поверь мне, детка. На самом деле Наоми не сбрила ему волосы. Как объяснила Эллисон, она, похоже, лишь немного подстригла по бокам. Нилу не нравилось громкое жужжание у ушей, так как он ничего не слышал вокруг, но он заставил себя дышать медленно, и вскоре она закончила. Отложив машинку, она несколько раз провела руками по его волосам, то ли чтобы оценить их ровность, то ли чтобы придать им форму — он не знал. Однако он почувствовал, как длинные ухоженные ногти царапают ему висок и шею, что слишком сильно напоминало то, как это делала Лола, когда он был заперт с ней в багажнике полицейской машины. Внезапно, от одного вздоха до другого, он почувствовал, как ее тошнотворные духи смешались с запахом его собственной горящей кожи, шрам на щеке снова вспыхнул от боли, и он не мог сбросить с себя её чёртов вес… Перед его лицом громко щёлкнули пальцы, и он снова оказался в торговом центре, сидя напротив Эллисон. — Нил, ты меня слышишь? — сказала она и перестала щелкать пальцами, когда он снова оказался рядом. — Что это было? — Ничего, — хрипло ответил Нил и поднялся, лишь колени у него дрожали. Ему было все равно, закончила Наоми или нет, он хотел уйти отсюда. Ожог на щеке все еще пульсировал от фантомной боли. Позже, когда они сидели лицом к лицу и обедали, купив еду в фуд-корте, Нилу стало немного лучше; его диссоциативный эпизод был недолгим и не настолько сильным, чтобы выбить его из колеи на весь остаток дня. Как только он вышел из парикмахерской и немного прогулялся, вдохнув прохладный воздух торгового центра, это состояние почти прошло. Перед уходом он не стал рассматривать свои волосы, но теперь провел рукой по затылку и бокам. Раньше у него никогда не было такой короткой стрижки, но на ощупь она была довольно приятной. К тому же, она идеально подойдет для предстоящего лета и удушающей жары Южной Каролины, которая с ним связана. Эллисон наблюдала за тем, как он трогает волосы, и одарила его хитрой улыбкой. — Я ожидаю получить от твоей сторожевой собаки благодарственную открытку, когда ты вернёшься и увидит в потрясающем виде. — Он не собака, — укоризненно ответил Нил. — И я надеюсь, ты не слишком на это надеешься. В ответ на его ответ она слегка пожала плечами и вернулась к своему салату. После нескольких минут молчания она снова заговорила. — Можно я украду у тебя одну картошку фри? Нил жестом показал на свою тарелку: — Давай, ешь! — когда они пришли в фуд-корт, он был довольно голоден и, возможно, сейчас заказал немного больше, чем нужно, но теперь, когда тошнота почти полностью прошла, он был слишком взволнован, чтобы снова начать есть как обычно. Эллисон кончиками пальцев взяла одну из его картофелин фри, словно это был червяк, ползающий по его тарелке, а не еда. Отвращение было ясно написано на ее лице, но она все равно положила ее в рот. Нил не понимал, зачем она попросила картошку, если не хотела ее есть, но потом вспомнил давний разговор с Мэттом, где тот упомянул, что у Эллисон в старшей школе было довольно серьезное расстройство пищевого поведения, и вся история о том, как она потеряла сознание во время тренировки, была обнародована в прессе еще до того, как она присоединилась к «Фокс». — Я не знал, что у тебя до сих пор проблемы с едой. Эллисон не ответила ему, сосредоточившись на том, чтобы пережевать картошку фри, которую она взяла, проглотила ее, а затем тщательно вытерла пальцы салфеткой, стоявшей рядом. — Как и при любом психическом расстройстве, наверное, у меня бывают хорошие и плохие дни. — она сделала глоток воды и не смотрела ему прямо в глаза, но, похоже, ей не было неловко говорить с ним на эту деликатную тему. — В прошлом году мне было тяжелее, после Сета. — она слегка поджала губы при упоминании смерти своего бывшего парня, но, глубоко вздохнув, снова взяла себя в руки. — Но я справилась, и после того, как мы с Бетси так много об этом говорили, мне сейчас лучше, чем когда-либо за долгое время, но я не думаю, что это когда-нибудь исчезнет полностью. Но все в порядке, я держу это под контролем. — Ага, понятно, — неловко ответил он, так как не знал, что ей сказать. Нил знал, что в прошлом году ей было тяжело после потери Сета, но ему и в голову не приходило, что это могло быть и в таком виде. — Извини, я мало что знаю о расстройствах пищевого поведения. Эллисон быстро отмахнулась рукой и продолжила есть свой салат. — Не кажется ли тебе, что у тебя и так дел по горло, чтобы еще и беспокоиться о чужих проблемах? — Наверное. — Должна сказать, — продолжила она, — Я была немного удивлена, что мне не пришлось сильнее уговаривать тебя примерить бюстгальтеры на размер больше. Твоя реакция была менее бурной, чем я ожидала. Но, в конце концов, тебе не обязательно об этом говорить. Для Эллисон это был довольно неожиданный ответ, не потому что она просила его поговорить о чем-то настолько личном — в конце концов, она была настоящей сплетницей, — а потому что, если бы он ей отказал, она выглядела готовой немедленно прекратить разговор, что случалось довольно редко. До сих пор она ненавязчиво пыталась выведать у него подробности о его отношениях с Эндрю и о том, как они изначально сошлись. Нил действительно подумывал снова ей отказать, поскольку в последнее время тема его гендерной идентичности казалась ему более разумной, и он не был уверен, что именно с Эллисон лучше всего об этом поговорить. Но его немного успокоила её прямолинейность, больше, чем пустая вежливость, которую он встречал у других. И хотя он не хотел этого признавать, сегодня она уже оказала ему немалую помощь. — В последнее время всё как-то странно, — пробормотал он. — Я стал больше об этом думать, и меня переполняют противоречивые чувства. Мне кажется, я не очень хорошо справляюсь с ролью трансгендера. — Что это должно означать? Ему потребовалось несколько секунд, чтобы собраться с мыслями, он не был уверен, как выразить то, что в последнее время не давало ему покоя. — Бетси дала мне ссылку на этот форум пару недель назад, он создан специально для того, чтобы помочь трансгендерным людям общаться друг с другом, делиться своими историями и трудностями. Я еще ни с кем не разговаривал, в основном просто читал то, чем делились и о чем говорили другие люди публично, и… не знаю. Бетси дала мне ссылку, чтобы я чувствовал себя менее одиноким, поскольку я не знаю других трансгендерных людей в реальной жизни, и это в какой-то степени помогло, но в то же время и нет. — Потому что? — подбодрила она. — Трудно объяснить, но каждая прочитанная мной личная история была настолько непохожа на мою. — Ты хочешь сказать, что ни у одного из них не было отца-серийного убийцы, который пытался продать их в спортивный культ? — Ха-ха. Очень смешно. Я имею в виду, я пережил это по-другому. Сам факт того, что я никогда не жил как девочка до трансгендерного перехода, нетипичен. Моему отцу не нужна была дочь, поэтому даже в моем первоначальном свидетельстве о рождении я указан как мальчик, и меня воспитывали соответственно. Прошли годы, прежде чем я вообще понял, что отличаюсь от других мальчиков, и моя мама кратко объяснила мне это. Подчеркиваю, кратко. Это даже не был мой выбор — совершить трансгендерный переход. Это значит, что я никогда не испытывала гендерной дисфории настолько сильной, чтобы решиться на этот шаг, и, не знаю, это заставляет меня чувствовать себя каким то ненастоящим. Эллисон помолчала немного, ее ногти цокали по подносу. — Так если это не твой выбор, почему бы тебе не вернуться к прежнему образу жизни? — он поморщился от ее резкого вопроса. — Потому что я по-прежнему не хочу, чтобы меня воспринимали как девушку. Это просто неправильно. — Тогда какая разница, если это был не твой первоначальный выбор, если ты до сих пор самостоятельно выбираешь тот же самый препарат? — Да, но всё гораздо сложнее. — Нил не понимал, почему так много говорит об этом Эллисон, ведь он даже Бетси не был так же обстоятелен в своих объяснениях. В каком-то смысле, с Эллисон ему было даже легче общаться, чем с психиатром команды. Он знал, что она не разбирает и не анализирует каждое его слово, выискивая скрытый смысл, из-за чего Нил постоянно гадал, что она на самом деле думает, но не говорит во время их сеансов. Эллисон была другой. Она говорила то, что действительно думала, и её даже не волновало, если её вопрос был грубым, и Нилу почему-то больше нравилась эта прямолинейность. По крайней мере, он был уверен в её честности. — В прошлом году, — продолжил он, — Эбби спросила меня, хочу ли я начать гормональную терапию, потому что она могла бы начать этот процесс для меня. Я сказал, что подумаю об этом, потому что не был уверен, но потом понял, разве не странно, что я вообще колебался? Конечно, у меня были и другие сложные проблемы, но дело было не только в этом. Почему я чувствовал неуверенность по поводу того, что поможет мне физически чувствовать себя больше похожим на других мужчин? По поводу того, что даже не требует хирургического вмешательства? Эллисон невзначай промычала в ответ на его вопрос, но через пару секунд ответила: — Конечно, я не эксперт, но мне кажется, это странно только если рассматривать это исключительно в крайних случаях. — Что? — спросил Нил. — Строгое бинарное гендерное разделение — это социальный конструкт. — когда Нил лишь уставился на неё, она раздражённо цокнула языком. — Что? Я изучаю моду, Нил, и прошла пару курсов по современному феминизму и гендерным ролям, ты думаешь, я только и делаю, что читаю бессмысленные журналы? То, что ты знаешь, что не вписываешься в одну категорию, не означает, что ты должен идеально вписываться в другую. Именно в это нас заставляют верить общество и основные СМИ, но на самом деле жизнь устроена не так. Ты можешь жить вне всяких рамок или создавать свои собственные, если хочешь. — Я никогда не думал об этом с такой точки зрения, — медленно произнес Нил. — Если тебя устраивает твое тело таким, какое оно есть сейчас, то почему ты должен заставлять себя принимать лекарства только потому, что другим людям с ними лучше? Ты — не другие люди. А если кто-то пытается сказать тебе, что ты делаешь что-то не так, ну и пошли они нахуй, зачем их слушать? Это было совсем не то, что он ожидал услышать, но её слова показались ему настолько правдивыми, что он был немного ошеломлён. С тех пор, как он посетил тот сайт, он чувствовал себя немного неловко, словно всё делал неправильно, и он подавлял это чувство и пытался забыть о нём. Но теперь, когда всё стало ясно между ними, и после ответов Эллисон, он почувствовал себя лучше, чем за последние несколько недель. Хотя всё ещё было шокирующе, что всё это исходило от неё. — Ты действительно изучала это на занятиях? — И в своё свободное время. Настоящая мода не следует глупым гендерным нормам. Женщины в элегантных смокингах, мужчины в юбках — неважно. Чувствуеешь ли ты себя комфортно в том, что на тебе надето? Уверенно ли ты себя чувствуешь? Помогает ли одежда держаться увереннее или ты скрываешь за ней свою истинную сущность? Вот в чём вся суть. Ты можешь быть кем угодно и носить что угодно. Я имею в виду, если бы ты пришёл завтра в платье, я бы не стала считать тебя вдруг девушкой, хотя, — добавила она, убирая поднос, — думаю, некоторые бы так подумали, потому что они глупые. — Ммм, ну, я никогда раньше не носила платье, так что это не входило в мои планы на завтра. Нил тут же пожалел о своих словах, когда на ее губах появилась озорная улыбка, а глаза засияли. — Хочешь попробовать? — Я не знаю Эллисон… — Это не обязательство. Ты примеряешь, и если тебе не нравится, ты возвращаешь, и мы больше никогда об этом не говорим. Нил нервно постучал по подносу, не зная, стоит ли соглашаться. Правда, он никогда раньше этого не пробовал, и поэтому ему, возможно, было немного любопытно узнать, какие ощущения это вызовет, и если он почувствует дискомфорт, то хотя бы узнает. Верно? Или, может быть, это ужасная идея. — Ты обещаешь, что это останется между нами? Никаких фотографий? Никки не даст мне покоя, если узнает об этом. — Клянусь мизинчиком. — она протянула к нему мизинец по неизвестной причине. — Хорошо, но ничего слишком пышного, цветочного или… если можно так выразиться, «девчачьего». Она громко фыркнула. — Как раз когда я собиралась отвести тебя в магазин свадебных платьев, — саркастически сказала она. — Поверь мне, у меня есть отличная идея. Она встала и, с лёгкостью, которой раньше у неё не было, отошла от их столика. Нил вздохнул, уже пожалев о своём решении, взял их сумки с покупками и последовал за ней. К его удивлению, Эллисон не повела их ни в один из магазинов женской одежды, мимо которых они проходили, а выбрала место, которое он уже знал, поскольку посещал его раньше с Эндрю. Там продавалась одежда как для мужчин, так и для женщин, 99% из них были черного или темно-серого цвета, стиль немного дерзкий. Так что, определенно, это был стиль Эндрю. Продавщица на кассе приподняла свою многочисленную бровь, увидев вошедшую Эллисон во всем своем розовом великолепии принцессы-амазонки, но вскоре вернулась к своим делам. Эллисон рассматривала разные стеллажи, видимо, в поисках чего-то конкретного, поэтому Нил позволил ей продолжить поиски. Ему так надоело разглядывать одежду, что он подошел к разным стеклянным витринам в глубине магазина, где были выставлены всевозможные аксессуары. Он заметил стойку с тяжелыми металлическими зажигалками, одну из которых он подарил Эндрю на прошлое Рождество, с выгравированными на ней его инициалами. Он ничего не сказал, когда открывал подарок, но Нил заметил, что после этого Эндрю пользовался только этой зажигалкой, так что, видимо, она ему понравилась. Немного обидно, что скоро он перестанет ею пользоваться. Эндрю сказал ему, что планирует бросить курить после окончания семестра, что его очень удивило. Нил не был идиотом, он знал, что бросает из-за беременности, но не хотел, чтобы Эндрю бросил курить из-за решения Нила. Когда он сказал ему об этом и о том, что, пока он не курит в помещении или рядом с детьми, он не обязан бросать, Эндрю полностью проигнорировал его замечание. Если он решил бросить курить в конце семестра, он сделает это, несмотря ни на что, что скажет Нил. И, честно говоря, его переполняло чувство неловкости от того, что Эндрю был готов на это ради их детей. Его взгляд остановился на витрине с различными пирсингами, самых разных форм, цветов и материалов, и он заметил те, на которые, как он помнил, смотрел Эндрю в прошлый раз, когда они приходили сюда. У Эндрю был только один набор штифтов для его пирсинга «змеиный укус»: угольно-черные, простые. Эти же были темно-зеленого цвета, но нужно было подойти поближе, чтобы заметить, что они не черные. Когда он встретился взглядом с девушкой за прилавком, он указал на штифты за стеклом. — Можно мне вот эти? Быстро расплатившись и положив вещи в один из пакетов, он тут же догнал Эллисон, держа под мышкой небольшую стопку одежды. — Настало время шоу, детка. Давай! Нил тихо застонал, но последовал за ней в гримерную. Он даже не удивился, что она вошла вместе с ним. — Вот! — она протянула ему то, что на первый взгляд показалось ему обычной темной футболкой, но он быстро заметил, что она значительно длиннее. Она была темно-серого, неравномерного цвета, словно ее много раз стирали, но именно вырез горловины заставил его засомневаться. — Шея слишком широкая, Элисон. — его железный шрам определенно будет частично виден в этом наряде. — Знаю, поэтому я и это взяла. — она протянула ему обтягивающую черную майку с высоким воротником. — Надень ее. Давай, примерь! — взволнованно сказала она и, к счастью, вышла, пока он одевался. Он снял рубашку и надел её, и, кроме того, что она доходила до середины бедра, ощущения были почти такими же, как от обычной рубашки. Когда Эллисон вернулась в раздевалку, она сразу же указала на его ноги. — Это платье, Нил. Неужели мне нужно говорить тебе, чтобы ты снял штаны? — после того, как он подчинился, она дала ему длинные черные носки, чуть выше колен. А теперь — кульминация! Она накинула на него кусок черной искусственной кожи, чуть ниже груди, шириной примерно 5-7 сантиметров, и затянула его, но не настолько сильно, чтобы было неудобно или трудно дышать. Она громко ахнула, увидев его отражение в зеркале. — Я гений. Нил медленно провел рукой по ткани на бедрах, разглаживая ее, и с любопытством посмотрел на себя в зеркало. Его живот все еще был недостаточно большим, чтобы быть заметным из-за свободной ткани. Было странно, что его грудь не только не была плоской, но и почти подчеркивалась кожаной вставкой под ней. — Если тебе неудобно носить полукорсет, ты можешь смело отказаться от него и надеть только спортивный бюстгальтер или бандаж, если хочешь, — он все равно будет хорошо смотреться. Что ты думаешь по этому поводу? — Я… — начал он, но остановился, чтобы подумать. Ему нравилось, что оно не слишком обтягивающее, особенно если вынуть кожаную вставку, и оно легко скрывало все его шрамы, кроме, конечно, шрама на лице и предплечьях. Но больше всего ему нравилось, что оно не выглядело ни слишком женственно, ни слишком мужественно. Это вызывало у него странное… возбуждение? — Я бы, знаешь ли, не стал ходить в этом на занятия или тренировки, но в нём не так уж и плохо. Это не вызывает негативных чувств. — И тебе это не обязательно. Это может быть для особых случаев или просто когда тебе захочется. Ты вполне можете пойти в этом в свой эмо-клуб, и с той публикой, которая там будет, ты не привлечешь к себе слишком много внимания. — Да. Мне… мне кажется, что мне это нравится. В ответ на его реакцию она издала тихий, восторженный писк. — И я знаю одного вратаря, который точно захочет вытрахать тебе мозги, когда увидит тебя в этом. — Эллисон, — резко ответил он, и его щеки ничуть не покраснели. Она оставила его одного переодеваться, и, отдернув за собой занавеску, на ее лице появилась ехидная ухмылка. Нил в последний раз взглянул в зеркало, все еще немного ошеломленный тем, насколько ему не так уж и не нравится его одежда, а затем переоделся обратно в свою, не слишком задумываясь об этом. Когда они наконец вернулись к машине Эллисон, они бросили все свои покупки на заднее сиденье; вещей было больше, чем Никки когда-либо заставлял его купить за все два года, что он проработал в Пальметто. Это был изнурительный день, сложный во многих отношениях, но он чувствовал себя хорошо, проведя время с Эллисон и немного больше открывшись ей. И он знал, что когда она уедет в Нью-Йорк через пару недель, он будет по ней скучать. — Спасибо, Элисон, — сказал он, когда она отвезла их обратно. — Детям очень повезет, если ты будешь их тетей. Она надела солнцезащитные очки, затем посмотрела на него, на лице у нее появилась легкая улыбка. — Не называйте меня так. От этого я звучу как старая. ​

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!