Глава 8. Судебный процесс

Гарри держал Сириуса за руку, пока они ждали снаружи большого зала, где должен был состояться суд. Парня тянуло выплеснуть как-то свое волнение, но в то же время он не хотел отпускать руку крёстного, поэтому оставался на месте. Волан-де-Морту даже не потребовалась целая неделя, чтобы всё организовать. Очевидно, Пожиратели смерти тоже были в восторге от этой идеи, как и союзники Волан-де-Морта. Судей официально назвали трибуналом, и сегодня они должно было собраться впервые, чтобы судить заключённых. Помимо Сириуса, суд должен был состояться и над другим членом Ордена — Эммелин Вэнс. Её задержали, когда она охраняла Отдел Тайн. Согласно тихому объяснению от Сириуса, она не была старшим членом Ордена и часто использовалась только для охраны вещей или людей, или для выполнения любых поручений Дамблдора. Также сегодня к суду приговорен сотрудник Министерства, которого один из Пожирателей привёл после того, как обнаружил, что тот совал нос не в свои дела. И двое маглорождённых, пойманные в Ноктюрн-аллее за издевательствами над оборотнем. Таким образом, суд над Сириусом, очевидно, был сегодня самым захватывающим для всех. Нервничая, Гарри продолжал держать Сириуса за руку, в то время как его крёстный успокаивающе поглаживал его по плечам. Последние несколько дней мужчина тоже был очень нервным, но с самого утра он, казалось, обрёл самообладание, что было удивительно. Гарри надеялся, что это потому, что он решил говорить с трибуналом, а значит, и с Пожирателями смерти, открыто и честно, чтобы получить как можно более мягкий приговор. — Не волнуйся, Гарри, — снова заверил он его. — Если они действительно будут судить справедливо, мой суд пройдёт хорошо. А если нет, то тебе просто нужно будет печально посмотреть на своего Марволо своими большими зелёными глазами, — сказал он с усмешкой. В конце концов, за те дни, что он здесь, он несколько раз видел, как быстро Тёмный Лорд уступал во всём, когда сталкивался с большими зелёными глазами Гарри, которые с надеждой смотрели на него. Гарри слегка покраснел, но должен был признать, что в словах его крёстного есть доля истины. Марволо, казалось, действительно был восприимчив, когда Гарри выглядел хоть немного печальным, и тогда он склонен был обещать ему всё, что тот захочет. Сириус был свидетелем этого несколько раз за те немногие дни, что провёл здесь. Его поселили в гостевой комнате недалеко от кабинета Тёмного Лорда, подальше от остальных жилых помещений, чтобы отделить его от других Пожирателей смерти, которые были совсем не рады его присутствию. Особенно потому, что он не томился в одном из подземелий. Но поскольку он обычно находился в компании Гарри, никаких проклятий пока не было. Хотя палочки так или иначе дёргались часто. Сириус улыбнулся, вспомнив, как большинство Пожирателей смерти реагировали на Гарри. Они, казалось, хотели его обнять и были очень нежны с ним. Он видел некоторых Пожирателей, которых боялись на поле боя за их мастерство дуэли и тёмные проклятия, и при этом желали читать каждое желание Гарри по его глазам. Долохов, про которого ходили слухи, что он расчленил члена Ордена, бросился принести ему болеутоляющее зелье, потому что Гарри случайно врезался в комод и ушиб палец на ноге. Сириус находил это уморительным и дразнил своего крестника, что тот держит всех Пожирателей смерти на поводке. Гарри дулся на это. Сириус рассмеялся, когда Гарри сказал, что у него тоже так могло бы быть, если бы он просто признался, что он светлый волшебник. Но он также был заворожён, когда Сириус провёл тёмный очищающий ритуал, чтобы лучше скрыть свое магическое ядро. За время своего пребывания в Ордене он почти никогда не использовал тёмную магию, так как постоянно находился под наблюдением, хотя все они думали, что он тёмный волшебник. Но здесь это было слишком опасно для него. Он предпочёл перестраховаться и сделал это при первой же возможности. Ритуал имел преимущество: это была действительно тёмная магия, которая могла хорошо скрывать его магическое ядро почти два месяца, и в то же время он оказывал очищающее действие на его разум, что очень помогало с проблемами, от которых он всё ещё страдал после Азкабана и особенно дементоров. И если быть честным, то и после его детства, которое оставило свои шрамы. Гарри тоже подумывал попробовать, но Сириус отговорил его, предупредив, что это не лучшим образом повлияет на всё ещё развивающееся ядро, так как Гарри ещё несовершеннолетний. К тому же это слишком изменило бы его ядро, и он не хочет знать, что бы сделал с ним Тёмный Лорд, если бы Гарри вернулся с такими изменениями. Тем не менее, в тот вечер Тёмный Лорд смотрел на них очень подозрительно, так как даже на Гарри, который просто присутствовал, всё ещё оставалось немного тёмной магии. На следующий день казалось, что он не хотел, чтобы Гарри уходил с Сириусом, но в конце концов он отпустил его. Хотя Гарри, конечно, не упустил того факта, что Пожиратели смерти наблюдали за ними ещё пристальнее и были готовы вмешаться при малейшем поводе. А Маркус Флинт был слишком высоким, чтобы эффективно прятаться за комнатным растением, следуя за ними повсюду. — Мистер Блэк, — холодно сказал Пожиратель смерти, вызывая их. Сириус и Гарри были единственными, кто ждал здесь, так как его суд должен был быть первым, а остальных, конечно, привели бы сюда из подземелий, поскольку они действительно находились здесь не добровольно. Глубоко вздохнув, Сириус встал и ещё раз крепко обнял Гарри, прежде чем они вошли в зал. Многие Пожиратели смерти сидели в рядах и с любопытством наблюдали. Справа сидел трибунал, который должен был его судить, в то время как Эван Розье сидел в центре впереди, так как он был избран главой трибунала. Волан-де-Морт сидел довольно далеко позади него и внешне казался очень скучающим. Слева от него сидел ещё один Пожиратель смерти с пергаментом и зачарованным пером, предположительно для ведения записей. Несколько Пожирателей смерти в полном облачении — чёрных мантиях и масках — стояли вокруг пустого места перед трибуналом и Эваном Розье. Гарри ещё раз сжал его руку, а затем сел на скамью. Его взгляд ненадолго метнулся к Волан-де-Морту, а затем тревожно вернулся к крёстному. Сириус, напротив, с высоко поднятой головой направился к стулу в центре комнаты и сел, не выказывая внешне никакого беспокойства. Когда он уселся, Эван Розье начал говорить: — Мы собрались здесь, чтобы судить преступления, совершённые Сириусом Орионом Блэком во время прошлой войны. Среди них — предательство других тёмных волшебников путём перехода на сторону Альбуса Дамблдора. Он сражался на передовой и отправил многих наших собратьев-Пожирателей смерти в тюрьму Азкабан. — Он сделал паузу. — Однако нам также следует помнить, что он сам невиновен в преступлениях, за которые был обвинён Министерством, доставлен в Азкабан и заключён там на двенадцать лет, и что теперь он наконец отвернулся от Альбуса Дамблдора и светлой стороны и добровольно предстал перед этим судом. В комнате воцарилась мёртвая тишина, пока Сириус всё так же гордо смотрел прямо перед собой, прямо на Эвана Розье, в то время как все взгляды были устремлены на него. — Обвиняемый, признаёте ли вы свою вину и есть ли смягчающие обстоятельства? В конце концов, мы судим преступления, совершённые во время войны, — серьёзно спросил его Эван. Но Гарри также заметил, что он уже частично защитил Сириуса сам, перечислив смягчающие обстоятельства. Очевидно, Марволо заранее использовал своё влияние, чтобы они не назначили Сириусу слишком сурового наказания. Он вздохнул с облегчением. — Признаю себя виновным, — чётко сказал Сириус, но продолжил после короткой паузы. — Но были несколько смягчающих обстоятельств. — Гарри глубоко вздохнул и нетерпеливо ждал, скажет ли Сириус действительно правду. Эван, казалось, удивился такому заявлению, но жестом пригласил Сириуса продолжать. — Тогда, пожалуйста, объясните эти обстоятельства. Сириус склонил голову, а затем немного откинулся на спинку стула, на мгновение закрыв глаза. — Во-первых, этот суд должен учитывать, что я был распределён на факультет Гриффиндор в Хогвартсе. Альбус Дамблдор завербовал меня и нескольких других в Орден Феникса на пятом курсе. На Гриффиндоре от него было вообще невозможно скрыться, так как его влияние на этом факультете очень сильное, — осторожно начал он. Эван склонил голову и взглянул на трибунал: — Признаётся ли это обстоятельство смягчающим? Медленно все члены трибунала подняли свои палочки или, в случае с гоблином, руку, и приняли это. Гарри вздохнул. Пока всё шло не слишком плохо, даже несмотря на то, что Сириус напугал его, просто признав свою вину. Хотя это действительно нельзя было объяснить. Было общеизвестно, что он состоял в Ордене Феникса и притом был очень активным членом. Сириус продолжил после ещё одной короткой паузы. Казалось, он собирался с мыслями. — Я родился Блэком, и, как все присутствующие, вероятно, знают, это старинный и уважаемый дом. — Его губы насмешливо скривились. — Даже если не всегда можно сказать то же самое о его членах, — с горечью сказал он. — Моя мать, Вальбурга Блэк, была ужасной женщиной. А мой отец, Орион Блэк, никогда не мог ей перечить. Она дала мне понять с ранних лет, что я полное разочарование для неё и совершенно не гожусь в наследники дома Блэк. Он снова замолчал, пока Эван нахмурился и собирался прервать его, но Сириус продолжил. — Она также дала ясно понять, что светлый волшебник был бы для неё совершенно неприемлем как член дома Блэк. Она предпочла бы сама убить этот позор, чем позволить кому-либо узнать. Члены дома Блэк — сильные, доминантные тёмные волшебники, а не женоподобные светлые волшебники, которые годны только на одно, — слегка передразнил он её, прежде чем снова глубоко вздохнуть и ненадолго закрыть глаза. — Мало кто знает, что можно замаскировать свое магическое ядро, используя много магии противоположного типа. Например, светлый волшебник может ненадолго показаться тёмным, если использует много тёмной магии или окружён ею. В детстве я вырос в доме Блэк, где всё пропитано многовековой тёмной магией. А позже в Хогвартсе я регулярно искал тихий уголок и проводил различные тёмные ритуалы на первом курсе. Всё это чтобы скрыть тот факт, что на самом деле я не тёмный волшебник, а светлый. Начался хаос. Позади Гарри слышал, как Пожиратели смерти перешёптывались и переговаривались друг с другом об этом откровении. Даже члены трибунала с открытыми ртами уставились на Сириуса. Даже Волан-де-Морт удивлённо приподнял бровь. Он бросил быстрый взгляд на Гарри, который лишь утвердительно кивнул. Волан-де-Морт один раз кивнул и, казалось, глубоко задумался, уставившись на Сириуса. Эван громко крикнул: — Тишина! — Затем он посмотрел на трибунал и спросил: — Лорд Роквуд, правдиво ли заявление обвиняемого? Можно ли скрыть магическое ядро, используя противоположную магию? Август Роквуд встал и медленно кивнул. — Да, это возможно, хотя и не рекомендуется. Остатки тёмной магии могут иметь фатальные последствия для светлого волшебника, отравляя его собственную магию, так сказать, пока она не убьёт его. Особенно если это делать в течение длительного времени. — Он бросил на Сириуса обеспокоенный и критический взгляд. Сириус криво улыбнулся. — Я использовал старый очищающий ритуал Блэков. Он помогает очистить разум и очищает магию от упомянутых остатков. Он был очень популярен среди тёмных волшебников рода Блэк, так как может ненадолго помочь против безумия, хотя и ненадолго. Глаза Роквуда вспыхнули от интереса. — Это очень интересно. Каковы требования для ритуала? — Никаких. Вы чертите круг мелом, очищаете свой разум, открываетесь своей магии, приносите требуемую жертву, затем произносите магические слова, — рассказал ему Сириус с лёгкой улыбкой. — На самом деле это очень простой ритуал. Но он требует огромного количества тёмной магии. Эван снова отмахнулся от Роквуда, когда тот, казалось, захотел расспросить Сириуса о ритуале подробнее. — Эта информация очень интересна, но я не уверен, как она оправдывает ваши решения во время прошлой войны. Сириус снова вздохнул и ещё раз ненадолго закрыл глаза, а его руки сжали подлокотники. — Моя мать ещё в раннем детстве рассказывала мне, как светлых волшебников продавали на чёрном рынке детьми, и не раз угрожала отвести туда и меня, даже если бы я не был светлым волшебником. Она также не раз давала понять, что предпочла бы сама убить своего сына-гриффиндорца, который является позором для семьи. Когда я сбежал из дома в пятнадцать лет, Поттеры приютили меня. Я тогда подумывал принять зелье, но Поттеры не верили в родственные души, и я не хотел их разочаровывать после того, как они так любезно приняли меня. — Он снова замолчал, прежде чем продолжить: — После Хогвартса мы с Джеймсом пошли в авроры, и даже когда я думал о том, чтобы раскрыть себя как светлого волшебника и принять зелье, я снова колебался. Джеймс был мне как брат. К тому же война достигла очередной кульминации, и я не хотел оставлять его одного. Он никогда бы не принял зелье, и я не знаю, выдержала бы наша дружба, если бы я так поступил и в его глазах перешёл на сторону врага. Бросив взгляд на Тёмного Лорда, он добавил: — Кроме того, я слышал, что Тёмный Лорд становился всё более… нестабильным. Я просто не мог рисковать. После всего, что я слышал от моей матери и других членов семьи, я чувствовал себя в большей безопасности, когда весь мир верил, что я тёмный волшебник, перешедший на сторону Дамблдора. Эван Розье молчал долгие мгновения, прежде чем снова повернуться к трибуналу и спросить их, желают ли они принять эти обстоятельства. Члены трибунала перешёптывались между собой, но в конце концов эти смягчающие обстоятельства также были признаны. — Есть ли другие смягчающие обстоятельства? — спросил его Эван. Теперь его тон был мягче, отчего Сириус слегка нахмурился. Но он гордо поднял подбородок и чётко сказал: — Нет. — Тогда трибунал сейчас совещается и вынесет приговор, — сказал Эван. Затем он встал и присоединился к другим членам, которые наложили на себя заглушающие чары, чтобы спокойно обсудить дело. Гарри встал и подбежал к Сириусу, крепко обнимая его и шепча: — Я очень горжусь тобой. Рука Сириуса слегка дрожала в чёрных волосах крёстника, но он мягко прошептал: — Спасибо. Подросток сделал шаг назад и затем взглянул на трибунал. — Что думаешь? — затем тихо спросил он. — Думаю, у меня хорошие шансы, — задумчиво сказал Сириус. — И даже если нет… Гарри прерывисто вздохнул. — Я не хочу тебя терять. — Не потеряешь, — немедленно заверил его Сириус. — Я ради тебя на край света пойду. Я уже однажды это доказал, — сказал он с полуулыбкой. — Я даже сбежал для тебя из Азкабана. Из тюрьмы, из которой никто никогда не сбегал до этого. Подросток слегка улыбнулся и кивнул, затем сделал шаг назад, но продолжал держать Сириуса за руку, когда Эван отошёл от других членов трибунала. — Сириус Блэк, этот трибунал признаёт вас виновным. Вы присоединились к Альбусу Дамблдору, чтобы противостоять Пожирателям смерти и их усилиям сделать магический мир лучше для всех волшебников, ведьм и магических существ. Гарри глубоко вздохнул и крепче сжал руку Сириуса, который сидел неподвижно на стуле. — Но есть смягчающие обстоятельства. Во-первых, вы были завербованы Альбусом Дамблдором в очень юном возрасте, и вы отвернулись от него по собственной воле сейчас, до того как эта вторая война действительно началась. Кроме того, вы всю жизнь скрывали тот факт, что вы светлый волшебник, из-за травмы, нанесённой вашей матерью, которая также отравила ваше мнение о тёмных волшебниках. Сириус тихо фыркнул, а Гарри нервно сжал губы. Для приговора это звучало довольно хорошо. — Поскольку вы также провели двенадцать лет в Азкабане, приговор таков: вам предписано принять зелье, чтобы найти свою пару. Крёстный Гарри закрыл глаза, а Гарри положил свою вторую руку поверх его руки. Он знал, как трудно это должно быть для старшего мужчины. В конце концов, он не мог просто забыть всё, чему научило его время, проведённое с семьёй, особенно с матерью. Даже если это было не совсем правдой, это оставило на нём свой след. — Однако, — продолжил Эван. — Никто не будет принуждать вас раскрывать, кто ваша пара, или жить с ним. Но этот трибунал настоятельно рекомендует это сделать. Кроме того, вы будете находиться под домашним арестом до конца войны — либо здесь, у Тёмного Лорда, либо с вашей предполагаемой парой. Но как минимум на три года, независимо от того, как долго продлится эта война на этот раз. Сириус удивлённо открыл глаза, услышав, что его не будут принуждать идти к своей паре, и позволил Гарри заключить себя в крепкие объятия, всё ещё моргая в оцепенении. — Это замечательно, Сириус! — взволнованно сказал Гарри. — Ты можешь остаться здесь! Полностью ошеломлённый, Сириус кивнул и ответил на объятие. — Они меня не принуждают, — тихо прошептал он, затем глубоко вздохнул и выпрямился. — Я благодарю трибунал за этот справедливый приговор, — наконец просто сказал он. Эван слегка кивнул и отпустил их. Гарри потянул Сириуса за собой в зону для зрителей, где некоторые Пожиратели смерти уступили им место. Они смотрели на Сириуса, как на совершенно нового человека. — Ты справился, — снова тихо прошептал Гарри, всё ещё крепко сжимая его руку. Его взгляд ненадолго скользнул к Волан-де-Морту, который также слегка улыбнулся ему в ответ. — Я не могу в это поверить, — так же тихо ответил Сириус, всё ещё полностью потрясённый. — Они позволяют мне решать самому и не принуждают идти к моей паре. Подросток снова крепко обнял его. — Вот увидишь, всё будет хорошо. Сириус кивнул и затем облегчённо вздохнул. — Да, всё будет хорошо, — подтвердил он и ещё раз крепко обнял своего крёстника. Но затем привели Эммелин Вэнс. Двое Пожирателей смерти держали её под руки и тащили к стулу, на который её наконец усадили. Затем на неё надели наручники и кандалы на лодыжки, чтобы предотвратить побег. Она нервно и испуганно оглядывалась. Её глаза в панике снова и снова метались по помещению. Она побледнела, когда заметила Волан-де-Морта, и забилась в оковах. — Эммелин Вэнс, вы предстали перед этим трибуналом для суда за ваши преступления, — начал Эван, серьёзно глядя на неё. — Вас обвиняют в том, что вы являетесь членом Ордена Феникса. Как вы объяснитесь? Женщина бросила на него испуганный взгляд и затем слегка взвизгнула, увидев, как Тёмный Лорд сверкнул на неё глазами. Но затем, когда воцарилась тишина, она наконец ответила: — Да, я член Ордена Феникса и горжусь этим. — Её голос лишь слегка дрожал. Эван снова кивнул и затем спросил: — Есть ли смягчающие обстоятельства для ваших преступлений? — Какие преступления? — спросила она, становясь немного смелее. — Я отстаиваю свои убеждения и буду бороться за них! — Тогда трибунал сейчас удалится на совещание, — решил он и снова встал. Очевидно, он не хотел больше её допрашивать. Обвиняемая всё ещё растерянно оглядывалась и, казалось, не совсем понимала, что происходит. — Вы признаны виновной, — объявил Эван после очень короткого совещания. — Поскольку вы также не идёте на контакт, ваш приговор таков: вы примете зелье, чтобы найти свою пару, к которой вас затем отведут. Вам также назначается пять лет домашнего ареста под надзором вашей пары. Эммелин Вэнс снова начала кричать, но её подняли двое Пожирателей смерти и вывели из комнаты. Сириус рядом с ним резко вдохнул, и Гарри быстро посмотрел на него. — Уйдём? — тихо спросил он его. Мужчина благодарно кивнул, и они вышли из зала. — Они просто отведут её к её паре? — тихо спросил Сириус, когда они шли по пустынным коридорам. Гарри слегка кивнул. — Да. Это всё же лучше, чем убивать всех пленных, которых они берут. Сириус вздохнул. — Я не уверен в этом. Что, если их пары причинят им вред? — Они не допустят этого, — сказал Гарри с мгновенной убеждённостью. — Они такие гиперопекающие по отношению к светлым волшебникам. Я не могу представить, чтобы они оставили светлого волшебника в плохой ситуации. Сириус просто снова вздохнул, очевидно, не убеждённый. Но пока оставил эту тему. *** Гарри взволнованно стоял рядом с Сириусом, пока тот медленно и задумчиво крутил в руке флакон с зельем. Он нахмурился, и выглядел так, будто на нём лежала тяжесть всего мира. Они снова были в уединении комнаты Гарри. Эван принёс Гарри флакон с зельем ранее в тот же день, сказав, что он доверяет Сириусу принять его, но никто не будет проверять. Гарри расценил это как жест большого доверия со стороны Пожирателей смерти. И он также пообещал, что, если потребуется, организует целителя разума, который поможет Сириусу. Гарри кивнул и отнёс зелье Сириусу. Хотя он не был до конца уверен, готов ли Сириус принять его сейчас. Гарри опасался, что оно будет стоять на прикроватной тумбочке Сириуса несколько недель, как зловещее предзнаменование. Даже за короткое время, прошедшее со вчерашнего дня, когда состоялся суд, в поведении Пожирателей смерти по отношению к Сириусу можно было заметить перемену. Теперь, когда они знали, что Сириус на самом деле светлый волшебник, они проявляли к нему внимание, наблюдали за ним и смотрели на него с изумлением. Гарри даже слышал, как некоторые из них говорили между собой, интересуясь, может ли быть больше светлых волшебников, которые происходят из тёмных семей и скрывают этот факт. Но они замолкали, когда видели его приближение, а затем спрашивали, как дела у Сириуса. Они все волновались о его крёстном. Они очень быстро изменили своё мнение о нём. Сам Сириус, вероятно, тоже заметил перемену, хотя он нечасто появлялся среди Пожирателей смерти, но он просто хмурился. Ему не нравилось, что они обращаются с ним по-другому только потому, что узнали правду. Он всё ещё был тем же человеком. — Хочешь принять его сейчас или подождать? — осторожно спросил его Гарри. Сириус вздохнул, поднял флакон и быстро проглотил содержимое, крепко зажмурившись. Он нахмурился, и лицо исказилось ещё сильнее. Гарри нервно закусил губы и ждал. Когда Сириус широко открыл глаза, в них было изумление. Осторожно Гарри придвинулся ближе и крепко обнял, прильнув к нему, положив голову на плечо Сириуса. — Я… — начал Сириус, но затем снова замолчал. — Я не ожидал этого. Гарри молчал, он совсем не хотел давить на своего крёстного, но он сжал его крепче, желая дать ему понять, что он не один в этом. После долгих минут молчания, пока Сириус всё ещё хранил молчание с тем же озадаченным выражением на лице, он наконец заговорил: — Ты знаешь этого человека? Все хорошо? Медленно Сириус кивнул, на его лице всё ещё было выражение полного изумления. — Я знаю его. Он немного старше меня и Пожиратель смерти, — медленно признался он. — И как ты думаешь, он может тебе понравиться? — наконец осторожно спросил его Гарри, его лицо было обеспокоенным, когда он смотрел на него своими зелёными глазами. Щёки Сириуса слегка покраснели, и он выглядел смущённым. — Раньше я видел его на балах и мероприятиях, на которые меня таскали родители. Он был моей первой любовью, — наконец признался он. Удивлённый, Гарри посмотрел на него, он не думал, что когда-либо видел своего крёстного таким. — Правда? — взволнованно и радостно спросил Гарри. — Значит, всё в порядке? — Я не знаю, — сказал Сириус спустя некоторое время. — Я не знаю его по-настоящему. Я обменялся с ним, может быть, пятью фразами за всю свою жизнь. И кто знает, хочет ли он меня. В конце концов, я не совсем в расцвете молодости. И годы в Азкабане оставили свой след. Кроме того, я был в Ордене Феникса. Как Пожирателю смерти, ему это наверняка не понравится. Думаю, я даже сражался в дуэли с ним несколько раз во время прошлой войны. — Он выглядел немного удручённым. — Не говори так, Сириус, — немедленно строго приказал Гарри, выпрямляясь и пристально глядя на него. — Любой счёл бы за удачу быть с тобой. — Он не хотел, чтобы его крёстный так плохо думал о себе. Сириус просто вздохнул и слабо улыбнулся ему, взъерошив его волосы. — Всё не так просто, волчонок. Гарри просто фыркнул. — Нет. Просто, — твёрдо сказал он. Его улыбка стала шире, когда он снова обнял своего крёстного. — Спасибо, — прошептал Сириус ему в волосы, затем немного отстранился. — Возможно, я смогу узнать его получше сейчас. У меня теперь достаточно времени. Кто знает, как долго продлится эта война. — Всё в порядке? — осторожно спросил его крёстник. — Я знаю, что ты не любишь, когда тебя запирают. Он слишком хорошо знал, что Сириус действительно чувствовал себя неважно, когда был заперт на площади Гриммо. — Не волнуйся об этом. Этот замок действительно достаточно большой. И ты тоже здесь. Если мне станет слишком скучно, я всегда могу подшутить над Пожирателями смерти, — сказал он с озорным блеском в глазах и широкой улыбкой. Гарри громко рассмеялся. — Но не переусердствуй, — только и сказал он. Теперь, когда Пожиратели смерти больше не были такими враждебными по отношению к его крёстному, он не хотел, чтобы его он снова настроил их против себя. — Может быть, Ремус скоро будет здесь, — задумчиво сказал Сириус. — Я скучаю по старому бродяге. — Марволо отправил Фенрира в Германию с несколькими другими оборотнями, чтобы найти его, — заверил его Гарри. Он тоже немного волновался за Ремуса, но успокаивал себя словами Волан-де-Морт, что каждый оборотень знает, что не стоит трогать Ремуса Люпина, если не хочет иметь дело с Фенриром Сивым. А этого обычно никто не хотел. Его репутация бежала впереди него. Сириус вздохнул и кивнул, хотя выглядел не особо воодушевлённым. — У тебя есть новости из Хогвартса? — с любопытством спросил его Сириус. Гарри обеспокоенно покачал головой и ответил: — К сожалению, нет. Но надеюсь, Люциус хотя бы скоро уберёт Амбридж из Хогвартса. Обычно Гермиона пишет мне через Драко и Северуса каждую неделю, но последнее письмо пришло две недели назад. — Эта сука, — прорычал Сириус, нахмурившись. Он был не очень доволен, когда услышал, что творится в Хогвартсе. Гарри пришлось отговаривать его от похода в Хогвартс, чтобы он сам разобрался с Амбридж. Но он уступил после того, как Гарри отговорил его, хотя и был не в восторге. Затем он поднял обе брови. — Северус. Не говори мне, что ты подружился с этим сальноволосым засранцем! — Не называй его так! — немедленно сказал Гарри. — Мы поговорили, и он на самом деле очень милый. И мы действительно должны держаться вместе. — Затем он быстро прикусил язык, прежде чем сказать лишнего. Он совсем не хотел выдавать секрет Северуса. Хотя они с Сириусом теперь были практически в одной лодке. Жизнь иногда бывает очень странной. — Ладно, — сказал Сириус, поднимая обе руки в знак примирения. — Я больше ничего против него не скажу. — Хотя он с подозрением смотрел из-за последней фразы. Но он, очевидно, видел, что его крёстник не собирается больше ничего говорить об этом. — Гермиона всё ещё работает над тем, чтобы как можно больше людей приняли зелье, — рассказал ему Гарри, пытаясь ещё больше отвлечь своего крёстного от Амбридж и Северуса. — Это хорошо, — задумчиво сказал Сириус. — Было бы неплохо, если бы мы могли закончить эту войну без новых сражений. Но ей следует быть осторожной, особенно учитывая, что Министерство проявляет такой интерес к Хогвартсу в этом году. — Старший мужчина глубоко вздохнул и затем серьёзно посмотрел на Гарри. — Я устал. Я устал еще во время прошлой войны. Сколько раз я думал о том, чтобы просто перестать сражаться. Принять зелье и посмотреть, захочет ли меня моя пара. Но каждый раз я снова колебался. После того, что я пережил с родителями, я просто не мог этого сделать. — Тебе не нужно бояться, — пообещал ему Гарри. — Если случится что-то, что тебе не понравится, я сбегу с тобой. — И я сбегу с тобой, если случится что-то плохое между тобой и Волан-де-Мортом, — немедленно поклялся Сириус. Его глаза блестели от влаги, и он крепко обнял своего крёстника. Затем он глубоко вздохнул и улыбнулся. — Но хватит об этом. Как насчёт того, чтобы подшутить над Пожирателями? Что-нибудь безобидное. Мы могли бы изменить цвет их волос. Я знаю одно зелье, которое меняет цвет волос в зависимости от настроения. Может, подмешать его в шампунь или что-то в этом роде. — Его глаза озорно блеснули при этой мысли, и он выглядел на годы моложе. Гарри громко рассмеялся и кивнул.