Глава 14. Шпион

Сегодня должен был состояться последний суд над захваченными членами Ордена, включая Тонкс. Именно её разбирательство интересовало Гарри больше всего. Во-первых, он знал её лично, в отличие от остальных членов Ордена. Во-вторых, её матерью была Андромеда Блэк — кузина Сириуса и, по его словам, одна из немногих ныне живущих Блэков, с которыми стоило бы познакомиться. Ссора с Нарциссой всё ещё продолжалась. Гарри слышал, как Сириус громко ругался на неё. Зрелище было ещё то. Драко тоже оставался втянутым в эту историю. По-видимому, Нарцисса уже знала, что развод неизбежен, нравится ей это или нет, но она никому не облегчала задачу и заставляла страдать всех вокруг (или тех, кто находился непосредственно рядом с ней). Люциус и другие шпионы в Министерстве сообщили, что до капитуляции ведомства осталось максимум два-три дня. К этому моменту уже не оставалось сомнений, что Пожиратели смерти пойдут на риск и не сдадутся. Гарри знал: некоторые родители уже получили первые письма от детей из Хогвартса, даже если газеты об этом ещё не писали. Первые полосы ждали их завтра. Он уже с нетерпением ждал реакции магического мира. Однако Министерство по-прежнему находилось под давлением из-за «захваченных» в Хогвартсе детей. Никто не хотел рисковать — вдруг Воландеморт внезапно решит использовать их как рычаг давления и действительно причинит им вред. Влияние Тёмного Лорда в самом Министерстве неуклонно росло: число его последователей увеличивалось, равно как и количество сторонников, которые сами не являлись Пожирателями смерти. Добрая треть Визенгамота уже напрямую подчинялась Тёмному Лорду, а ещё примерно четверть — косвенно. Шансы на то, что Министерство не капитулирует, были крайне малы. Фадж по-прежнему безуспешно разглагольствовал. Теперь он, похоже, пытался любым способом устроиться на работу в Министерство даже после захвата власти Тёмным Лордом. Шансы на это были ничтожны. Он, в отличие от всех остальных, этого, кажется, не осознавал. Прежде всего, его попытки свалить всю вину на Гарри не приносили ему ничего хорошего. Почему этот человек считал это удачной идеей, Гарри не понимал. В конце концов, министр знал, что Гарри — родственная душа Тёмного Лорда, однако продолжал ныть, да и статьи в «Ежедневном пророке» не прекращались. Популярность Гарри среди Пожирателей смерти росла с каждым днём. С одной стороны, потому что именно он положил начало их неожиданной череде побед, найдя книгу. С другой — он был соулмейтом их лорда, приносил Тёмному Лорду много пользы, и их отношения, судя по всему, складывались хорошо. Кроме того, его считали очень милым и обаятельным. Гарри с некоторым недоумением это заметил, но знал, как использовать ситуацию, заручившись дружеской поддержкой Гермионы и Рона. Если эти тёмные волшебники думали, что действительно контролируют положение и что их не подталкивают мягко в нужном направлении Золотое Трио Гриффиндора, то они явно ошибались. Гарри взглянул на Сириуса, который сидел на трибуне, держась на безопасном расстоянии от Пожирателей смерти. Некоторые пытались снова подойти к нему, но были отпугнуты злобными взглядами и колкими замечаниями. А поскольку десять минут назад к нему присоединились Ремус и Фенрир, никто не осмеливался приблизиться. Очевидно, никто не хотел рисковать — вдруг Фенрир окажется в плохом настроении. Сириус тоже хотел присутствовать на суде над Тонкс, как и Ремус, который, вероятно, дружил с молодой женщиной. Фенрир же просто следовал за Ремусом повсюду и, похоже, не особо интересовался ходом разбирательства — независимо от того, чья очередь была. Тонкс ввели внутрь; связывать её не понадобилось. Вместо этого она гордо прошла по коридору между двумя охранниками-Пожирателями смерти в масках. Села на стул посреди комнаты и скрестила ноги. Откинувшись назад, рна расслабилась, словно это был приятный послеобеденный чай в компании друзей. Её взгляд скользнул по Эвану Розье, который снова был главным, затем по Тёмному Лорду, восседавшему на троне чуть позади Эвана, а потом по самому Гарри, сидевшему на своём троне рядом с Марволо и державшему того за руку. Затем она перевела взгляд вправо, где заседал трибунал, и окинула взглядом всех присутствующих. — Нимфадора Тонкс, вас обвиняют в членстве в террористической организации «Орден Феникса». Как вы себя оправдаете? — спокойно спросил Эван. Её взгляд снова скользнул по залу, но затем она упрямо выпрямилась. — Нортпол Отто Теодор Эмиль Ульрих Два Пять. Озадаченный, Гарри на мгновение посмотрел на неё, затем искоса взглянул на своего соулмейта. Тот тоже слегка нахмурился, словно догадываясь, почему Тонкс только что сморозила такую чушь. Пожиратели смерти тихо перешёптывались за её спиной. Руквуд откашлялся и ответил: — Эмиль Ульрих Два Шесть. Брови Марволо поднялись — казалось, он понял, что происходит, хотя Гарри всё ещё пребывал в замешательстве. Как и все остальные присутствующие. — Спасибо, — почтительно кивнула Тонкс Руквуду. — Меня зовут Нимфадора Тонкс, я шпионка Ордена Феникса, работаю по заданию Отдела Тайн под руководством Августа Руквуда. Глаза Гарри расширились от удивления, и он был не единственным. Весь зал поразился. Гарри увидел, что у Сириуса отвисла челюсть — очевидно, тот тоже ничего не знал. Эван отложил перо. — Это неожиданно, — мягко произнёс он, хотя в его глазах опасно блеснуло. Он посмотрел на Августа. — Вы можете это подтвердить? — Разумеется. Мисс Тонкс поступила в Отдел Тайн в шестнадцать лет, ещё будучи студенткой Хогвартса. Летом ей удалось проникнуть в отдел и незаметно добраться до моего кабинета. Я был впечатлён и тут же завербовал её. Поскольку она находилась в оптимальном положении, чтобы подорвать работу Ордена Феникса и самого Дамблдора, это стало её первым заданием, — спокойно объяснил Руквуд, с гордостью глядя на Тонкс. — Очевидно, она отлично справилась, — сухо заметил Эван. — Действительно, — подтвердил Руквуд. — Она очень компетентна. Большую часть собранной информации я передал непосредственно нашему господину. Эван глубоко вздохнул — видимо, чтобы успокоиться. — Полагаю, это не выяснилось во время первого допроса, поскольку у неё не было допуска к разглашению своей должности. Руквуд утвердительно кивнул. — Я не видел возможности поговорить с ней конфиденциально и узнать, видит ли она хоть какой-то шанс продолжить миссию после того, как её захватили Пожиратели смерти. Видимо, нет? — обратился он к ней с вопросом. — Ни за что, — серьёзно объяснила она. — Никто не поверит, что я сбежала от них одна и вернулась в Орден, когда никому другому, даже Муди, это не удалось. К тому же до захвата Министерства мы вряд ли получим от него какую-либо ценную информацию. Я никогда не пользовалась его особым доверием. Муди, Макгонагалл и Диггл — вот его ближайшие доверенные лица. Руквуд кивнул. — Согласен. Тебя отстранят от этой работы и переведут обратно в обычный Отдел Тайн до следующего задания. Тонкс утвердительно кивнула. — Разве её ценность как шпионки не сведена на нет теперь, когда все здесь знают, что она работает в Отделе Тайн? — мягко спросил Розье. Тонкс слегка улыбнулась, и выражение её лица изменилось, пока она не стала точной копией Розье. — Думаю, это не составит большой проблемы. — Конечно, — сухо ответил Эван. Трибунал совещался всего пять минут и объявил о её оправдании на том основании, что она была шпионкой. Розье всё ещё выглядел слегка раздражённым из-за того, что Руквуд не предупредил его заранее. Руквуду, похоже, было всё равно. Тонкс, довольная, встала и подошла к Сириусу, который крепко обнял её. Гарри быстро поцеловал Марволо в щёку, а затем присоединился к небольшой группе. Они покинули зал как можно незаметнее. Тем не менее, казалось, что каждый Пожиратель смерти в комнате наблюдал за ними. Как только они вернулись в секретную комнату Гарри, Сириус расхохотался. — Ты шпионка, Тонкс! Как, чёрт возьми, тебе это удалось? — спросил он ошеломлённо. Она слегка улыбнулась. — Никто меня не подозревает, потому что я кажусь открытой книгой. Мне очень повезло, что Муди так сильно помог и поддержал. Я вообще-то подала заявку в мракоборцы в надежде как-то привлечь внимание Дамблдора, но действительно повезло, что я привлекла внимание Муди. — Конечно, — Ремус слегка покачал головой и мягко улыбнулся. — Кто бы тебя заподозрил, если твой наставник — Аластор Муди? — Его паранойя хорошо известна. И то, что моя мама — Андромеда, белая ворона среди Блэков, тоже сыграло свою роль, как и мой отец-маглорождённый, — подтвердила она. — Тед и Андромеда знают об этом? — с любопытством спросил Сириус. — Нет, никто не знает. Я была в Министерстве с матерью: она взяла меня с собой на работу, а я тайком сбежала. Я мечтала работать в Отделе Тайн с детства. Это была работа моей мечты. Во время предыдущего визита я заметила человека, который, как мне показалось, там работал. Поэтому я последовала за ним — и действительно попала туда, — призналась она с улыбкой. — И меня тут же приняли на работу. Мечта сбылась. Сириус снова покачал головой. — Я просто не могу в это поверить. Значит, ты всё это время была на стороне Министерства или на стороне Пожирателей смерти? Тонкс снова пожала плечами. — Официально — Министерства, но неофициально я знала, что Август — Пожиратель смерти и что он передаёт мою информацию Тёмному Лорду. Я присоединилась к Ордену только после воскрешения нашего лорда, когда худшая часть безумия была взята под контроль, и, конечно, проблема полностью решилась после того, как Гарри узнал, что он — его родственная душа. И как я могла не быть на стороне Пожирателей смерти? Я сама тёмная ведьма, как и моя мама, которая замужем за своим соулмейтом. Я сама надеюсь скоро найти свою родственную душу. Ремус проворчал: — Но тогда почему ты всё время пыталась со мной завязать отношения? — растерянно спросил он. Услышав это, Фенрир слегка зарычал, притянул Ремуса к себе и бросил на Тонкс подозрительный и сердитый взгляд. Ремус легонько ткнул его в бок, но Фенрира это не впечатлило, и он не отрывал глаз от Тонкс. Она широко улыбнулась. — Честно говоря, это была скорее моя личная второстепенная цель. Я подумала: если смогу подобраться к тебе достаточно близко, то, возможно, похищу тебя и отвезу к нему. — Она помахала Фенриру, который, казалось, уже не так сильно рассердился на это заявление. — К тому же, ты красавчик. Фенрир снова зарычал и оттащил Ремуса ещё дальше от неё, отчего Тонкс лишь шире улыбнулась. — Не волнуйся, здоровяк, я не начинаю отношения с теми, кто уже занят, — заверила она его. Фенрир снова бросил на неё строгий взгляд, но, казалось, смягчился, хотя и пробормотал что-то себе под нос. Гарри слегка улыбнулся. — Значит, ты на самом деле на стороне Пожирателей смерти, и никто об этом не знал. Даже сам Тёмный Лорд! Не терпится увидеть, как на это отреагирует Муди. Тонкс слегка поморщилась и скривилась. — Я не хочу быть рядом, когда он узнает, — честно сказала она и пробормотала: — Это точно не уменьшит его паранойю. На самом деле, он мне даже понравился. — Она слегка вздохнула. — Может, мне стоит поговорить с ним, когда он немного успокоится. Втайне Гарри был вынужден с ней согласиться. Паранойя Муди, вероятно, только усилится. — Да, в это я могу поверить. Ты останешься с мракоборцами? — с любопытством спросил он. Она пожала плечами. — Мне придётся поговорить об этом с Августом. Но, наверное, нет. Моя маскировка под Нимфадору Тонкс раскрыта. Теперь я могу шпионить только под вымышленными именами. — Мне очень жаль это слышать, — сочувственно сказал Гарри, хотя она, казалось, не проявляла особой обеспокоенности. Она пренебрежительно махнула рукой. — Не беспокойтесь об этом. Очень немногие сотрудники Отдела тайн шпионят под своим именем. Да, мы стараемся держать в секрете, кто там работает, но некоторые сотрудники известны всем, как сам Август. Если ничего не выйдет, я перейду в исследовательский отдел. Это тоже очень интересно. — Чем именно занимается Отдел тайн? — искренне и с любопытством спросил Гарри. — Мы расследуем загадки. Будь то в исследовательском отделе, где мы изучаем тайны магии, или когда мы шпионим за различными организациями или людьми, представляющими опасность для общества, — легкомысленно объяснила Тонкс. — Это всё, что я могу вам сказать. — Хорошо, — пробормотал Гарри, но в глубине души ему всё ещё было любопытно. Возможно, он сможет узнать у Марволо что-нибудь ещё об Отделе. — Ты пока останешься здесь, верно? — с надеждой спросил Сириус. — Пока Министерство не капитулирует? Гарри виновато прикусил внутреннюю сторону щеки. С тех пор как он вернулся в школу, он всегда приходил поздно вечером, а это означало, что Сириус проводил много времени в одиночестве. Очевидно, он по-прежнему не хотел добровольно находиться рядом с Пожирателями смерти. И Ремус тоже редко бывал здесь. Тонкс кивнула. — После этого я вернусь в Министерство, — подтвердила она. — Посмотрим, как всё сложится дальше. Мама будет рада. Она никогда не была довольна моим членством в Ордене. В дверь тихо постучали. Когда она открылась, Гарри радостно улыбнулся, увидев Марволо. Он быстро встал и поцеловал своего соулмейта в губы. Тот тут же положил руку ему на затылок и нежно обнял, углубляя поцелуй. Гарри удовлетворённо вздохнул, наконец отпустил его губы и посмотрел в глаза. — Почему ты здесь? Я думал, судебные процессы займут больше времени, — с любопытством спросил он. — Мы сделали перерыв, — объяснил Марволо. — После откровения мисс Тонкс никто особенно не следил за порядком. — Он кивнул в сторону младшей ведьмы. Позади него вошли Эван Розье и Симус. Гарри приветливо улыбнулся и нежно обнял Симуса, освободившись от объятий Марволо. Они тоже сели вместе с остальными. Марволо снова перевёл взгляд на Нимфадору. — Очень рад наконец познакомиться с тобой. Август сообщил, что получил большую часть информации о Дамблдоре от другой шпионки из Отдела тайн и что она также знала о передаче этих сведений мне. Однако он не сказал, кто именно это был. — Я тоже очень рада, милорд, — ответила Тонкс, почтительно склонив голову. Он слегка проворчал и притянул Гарри ближе. — Спасибо за твою работу, — повторил он. — Конечно, милорд, — тут же ответила Тонкс, но, казалось, пыталась взять себя в руки и не выказывать благоговения слишком явно. Особенно после того, как Сириус с насмешливой улыбкой толкнул её локтем. Она бросила на него сердитый взгляд, но, похоже, это вывело её из состояния трепета. — Это определённо стало неожиданностью, — заметил Эван Розье. — Раньше такого во время судебных разбирательств не случалось. — Я до сих пор не могу в это поверить, но, по крайней мере, теперь у меня немного больше компании, — сказал Сириус, снова обнимая Тонкс. Та в ответ оттолкнула его и показала язык. Очевидно, её благоговение перед присутствием Тёмного Лорда исчезло. — У тебя и так уже достаточно компании, — сказал Эван, подняв брови. — Насколько я понимаю, все Пожиратели смерти практически бегают за тобой. Кто твоя вторая половинка? — Не твоё дело, — тут же, почти автоматически, ответил Сириус. — И как будто мне нужна их компания, — тихо проворчал он себе под нос. Тонкс растерянно переводила взгляд с одного на другого, затем подозрительно и задумчиво посмотрела на Сириуса. — Ты чувствуешься иначе. Твое магическое ядро какое-то странное. Но ты же тёмный волшебник, верно? — Нет, — вздохнул Сириус и начал объяснять. Брови Тонкс поднимались всё выше и выше. — Мама сойдёт с ума, когда это услышит. И о чём ты только думал, Сириус? Ты мог умереть от магического отравления! Сириус снова застонал и слегка отодвинулся от неё. Конечно, ему уже несколько раз приходилось выслушивать эти слова от Ремуса, и они ему явно надоели. — У меня всё под контролем. — Конечно, — сухо согласился Ремус. — Всё под контролем. Как можно было предположить обратное, только потому, что ты практически отравлял своё магическое ядро с самого детства? Наверняка не было другого выхода, например, обратиться в другую тёмную семью, которая с радостью приняла бы тебя и защитила от родителей. Или поговорить с твоим дедом, который, вероятно, просто убил бы их за это преступление. — Заткнись, Ремус, — прошипел Сириус. — Или нам следует вернуться к размышлениям о том, почему побег от собственного избранника, о котором ты знал и который тебе даже нравился, показался тебе хорошей идеей — потому что ты боялся реакции друзей. Кстати, этот самый друг, присутствующий здесь, только подтолкнул бы тебя, если бы ты хоть намекнул, что он тебе нравится. — Мы также можем продолжить разговор о том, кто твоя вторая половинка, — тут же предложил Ремус. — Это было бы превосходно. Я поставил пятьдесят галлеонов в тотализаторе на то, кто же является соулмейтом Сириуса, — тут же согласился Эван с широкой улыбкой. Сириус резко повернул голову в его сторону и подозрительно спросил: — В какой тотализатор? — Тот, где почти все Пожиратели смерти. Мы спорим, кто твоя родственная душа. Шансы Долохова сейчас очень высоки, поскольку на прошлой неделе ты особенно рьяно прогнал его. Аргумент такой: ты так плохо отреагировал на него, потому что он твой соулмейт, и у тебя до сих пор осталась травма от этого, — весело объяснил Эван с широкой улыбкой. Симус усмехнулся рядом с ним, но попытался (довольно неумело) скрыть это за рукой. — Я тоже ставлю на Долохова. — Что?! — возмущённо воскликнул Сириус. Тонкс безудержно хихикала, Ремус ухмылялся, а Гарри сжал губы, чтобы не рассмеяться вслух. Его крёстный выглядел так, будто совсем потерял самообладание и с удовольствием выследил бы каждого причастного к этому Пожирателя смерти. Тёмный Лорд спокойно заявил: — Я попросил Люциуса поставить за меня деньги. Гарри посмотрел на него широко раскрытыми глазами. — Почему ты сам не поставил? — растерянно спросил он. — Мне сказали, что у меня несправедливое преимущество: ведь твой крёстный наверняка рассказал тебе, кто его соулмейт, — угрюмо ответил Марволо. Поскольку и Марволо, и Гарри знали, что это не так, Гарри понимал, почему тому это не нравилось. — Как будто, — проворчал Гарри в ответ. Эван удивлённо посмотрел на него, а Симус спросил: — Он тебе даже не сказал? Он вообще кому-нибудь говорил? — Он посмотрел на Сириуса, слегка наклонив голову. — Нет! — громко воскликнул тот, встал и начал расхаживать взад-вперёд. — Потому что это никого не касается! Гарри кивнул в знак подтверждения. — Это всё, что нам удалось от него добиться. Симус поморщился. — А я думал, что это может быть Мальсибер, потому что ты с ним некоторое время разговаривал на прошлой неделе. Гарри покачал головой. — Нет, я тоже ничего не знаю. А с Мальсибером я говорил о магическом строительстве. У него строительная компания, понимаешь? Он рассказал, как перед началом работ нужно вырезать руны на камнях, чтобы щиты лучше держались потом. И что это облегчает наложение постоянных чар на здания, например, заклинаний на чистый воздух или защиту от вредителей и тому подобное. — Чёрт возьми, — снова пробормотал Симус, но слегка улыбнулся, когда Эван коротко поцеловал его в губы. Однако тут же снова поморщился, когда тот самодовольно прошептал: «Я же тебе говорил». Сириус снова громко фыркнул, прежде чем уныло плюхнуться на диван. — Моя личная жизнь абсолютно никого не касается! — сердито прошипел он. — Конечно, — сказал Гарри, сочувственно похлопав его по руке. — Но я не думаю, что кто-то сможет остановить тотализатор. Кажется, Пожиратели смерти ставят на кон всё подряд. Эван произнёс заклинание точного времени и встал. — Мой господин, слушания возобновятся через десять минут. Марволо слегка вздохнул, затем кивнул. — Конечно, — сказал он и встал. Он наклонился над Гарри, чтобы поцеловать его ещё раз — глубже. — Оставайся здесь и утешь крёстного. — Затем он приблизился ещё ближе и прошептал на ухо: — И если сможешь дать мне несправедливое преимущество в споре, я не буду жаловаться. Гарри с ухмылкой проводил его до двери. Тонкс посмотрела на Сириуса, слегка наклонив голову. — Ты же понимаешь, что Август собирается нанять меня, чтобы я выяснила, кто твой соулмейт? — спросила она. Сириус в шоке уставился на неё. — Зачем ему это? Я всего несколько раз рассказывал ему о ритуале, который использовал, чтобы скрыть своё светлое магическое ядро. Почему его это должно волновать? Тонкс сжала губы, вспомнив о возможном отравлении магией, но затем, задумавшись, пожала плечами. — Потому что ты ему нравишься, — сухо добавила она. — Нет, не нравлюсь. Я бы заметил! — воскликнул Сириус. Затем он на мгновение задумался. — Я бы заметил, — неуверенно пробормотал он. Женщина громко рассмеялась. — Нет, ты явно ничего не слышал. Знаешь, сколько раз я о тебе слышала? Сначала это заняло некоторое время, но однажды, когда мы немного перебрали с алкоголем, всё вышло наружу. Оказывается, он был влюблён в тебя с тех пор, как ему самому было пятнадцать, а тебе одиннадцать, и он впервые увидел тебя на балу семьи Смит-Эрроуз. Он долго и нудно рассказывал, как мило ты выглядел, когда подливал шуточное зелье в чашу с пуншем. У крёстного Гарри отвисла челюсть. — Нет, я бы заметил, — недоверчиво сказал он. Тонкс ахнула. — Очевидно, нет. Ты понимаешь, что Август отчасти виноват в переводе Крауча в Департамент международного сотрудничества? Он разозлился, потому что тот не предоставил тебе суда. И он распространял в Министерстве компрометирующие слухи о Фадже с тех пор, как ты сбежал из Азкабана. Когда Фадж отдал приказ немедленно применить «Поцелуй дементора», Августа пришлось физически удерживать от того, чтобы он не погнался за министром через всё Министерство. — О, — пробормотал Сириус. — Я понятия не имел. То есть до того, как мы с Гарри пришли к Пожирателям смерти, мы, может быть, обменялись всего пятью фразами. За всю мою жизнь! — Обещаю, очень скоро моей новой миссией станет выяснить, кто твой соулмейт, чтобы он мог проверить её и убедиться, что она достаточно хороша для тебя, — сухо сказала Тонкс. — Почти неловко, насколько сильно ты ему нравишься. Сириус слегка нахмурился, и Гарри, наклонив голову, вмешался: — Но неужели Руквуд действительно влюблён в Сириуса, если просто хочет убедиться, что его соулмейт достаточно хорош для него? Разве он не должен надеяться, что сам и является его соулмейтом? — О! — проворковала Тонкс, широко улыбаясь. — Это самая лучшая часть всего этого! Он объяснил мне однажды, когда был совершенно не в себе. По его словам, Сириус — самый лучший, самый красивый, самый умный человек на свете. И у него есть титул! Лорд Блэк — такой почтенный род. Август ни за что не подойдёт ему. В конце концов, у него даже нет титула, он из среднего класса, и ему пришлось пробиваться в Отделе тайн, чтобы занять нынешнюю должность. Совершенно не подходит для такого великолепного человека, как Сириус Блэк. Сириус никогда ничего к нему не почувствует. Он недостоин его! Совершенно недостоин! Она драматично прижала руку к груди и откинулась назад, словно вот-вот должна была упасть в обморок, безудержно хихикая. Даже Гарри невольно улыбнулся. — Я не думал, что Руквуд такой драматичный, — пробормотал он сквозь смех. — Он всегда кажется таким серьёзным и спокойным. Тонкс заговорщически ухмыльнулась. — Обычно он такой и есть. Только когда он совсем-совсем пьян, начинает терять сознание от моего дорогого кузена… Сириус подозрительно молчал и выглядел задумчивым. — Значит, я ему действительно нравлюсь? — спросил он немного неуверенно. Тонкс снова кивнула и подмигнула. — Что ж, было бы здорово, если бы ты упростил мне задачу и просто сказал это прямо. Сириус возмущённо посмотрел на неё. — Нет, это никого не касается!

***

Гарри сел на скамейку за столом Гриффиндора рядом с Роном и напротив Гермионы. Гермиона гордо улыбнулась и поднесла ему к носу первую страницу газеты. «Революция в Хогвартсе — студенты находят родственных душ». — Это на удивление позитивно, — сказал Гарри, беря газету. — Я ожидал более негативной реакции. А получилось довольно нейтрально. — Вероятно, боятся Воландеморта, — пробормотал Рон, жуя, но, по крайней мере, не говорил с набитым ртом. — Даже «Ежедневный пророк» должен понимать, что до полного установления контроля над магической Британией осталось всего несколько дней, — серьёзно сказала Гермиона. — Но да, статья довольно нейтральная, даже положительная. Они напечатали несколько отрывков из писем наших одноклассников. Гарри удовлетворённо кивнул и вернул ей газету. — Сами студенты довольны? — спросил он на всякий случай. Гермиона кивнула. — Некоторые младшекурсники жалуются, что им не разрешают принимать зелье. Мы, старшие, ловили некоторых из них на попытках приготовить его самостоятельно. Рецепт достаточно прост, чтобы справиться, если только они не выставят себя полными идиотами. В остальном все относительно счастливы. На старших курсах больше обсуждают, как найти своего соулмейта. Рон добавил: — Кстати, Лаванда и Ли Джордан — не единственные, у кого иностранные родственные души. Возможно, это стоит учесть в будущей внешней политике. Это определённо выставило бы правительство Тёмного Лорда в хорошем свете на международной арене, если бы он активно попытался установить контакт с соответствующими посольствами и правительствами. Гарри задумчиво кивнул. — Или я мог бы сам этим заняться. Так может быть даже лучше. Что обо мне пишет «Ежедневный пророк»? — с любопытством спросил он Гермиону. Она слегка фыркнула. — Они ещё не поняли, что ты — родственная душа Тёмного Лорда. Так что сейчас всё ещё хуже. Их ждёт неприятный сюрприз, — предсказала она. Подросток кивнул. Теперь он понял, почему Марволо выглядел таким сердитым за завтраком, когда открыл газету. Он снова успешно отвлёк его, переведя разговор на свои подозрения относительно соулмейта крёстного отца. Марволо, по-видимому, предполагал, что это кто-то постарше, возможно, даже намного старше его самого. Он считал, что у Сириуса могла быть довольно рассудительная половинка, способная уравновесить его собственную живую и несколько драматичную натуру. Гарри не мог не согласиться. Тем более что он помнил слова крёстного о том, что тот уже встречал своего соулмейта, когда родители ещё водили его на всевозможные мероприятия. Лично его подозрения больше касались Руквуда. Судя по реакции на рассказы Тонкс, Гарри был в этом уверен. Но Руквуд был всего на пять лет старше. К сожалению, он не очень хорошо знал этого человека, поэтому не мог судить, насколько тот впишется в компанию крёстного отца. Втайне он решил найти способ поговорить с ним, чтобы лучше его оценить. Хотя рассказы Тонкс об этом человеке показались Гарри очень забавными, они всё равно мало говорили о том, действительно ли он подходит Сириусу. По мнению Сириуса, в ближайшем будущем ему нужна была нежная и деликатная вторая половинка, а не кто-то, кто слишком многого требовал бы слишком быстро. Гарри снова обратил мысли к текущей политической ситуации. — Нам следует сохранять мой образ как можно более мягким — противоположностью Марволо. Нужно быть осторожными, чтобы не создавалось впечатление, будто я не могу повлиять на его мнение. Рон кивнул в знак согласия. — Это будет интересная игра на балансе. Но нам определённо нужно найти несколько вопросов, которые ты мог бы особенно поднять. Сироты, например, — это всегда хорошо, поскольку ты сам… э-э… — Он замолчал, смущённый, и почесал затылок. — Извини, приятель, я не сдержался. Гарри лишь ободряюще улыбнулся ему. — Я понимаю, что ты имеешь в виду, и ты прав. Возможно, стоит разработать программу по борьбе с насилием. Гермиона решительно кивнула. — Но не стоит слишком зацикливаться на детях — это будет выглядеть лицемерно. Если ты займёшься возможностью встречи британских светлых волшебников и ведьм со своими иностранными возлюбленными, это станет хорошим противовесом. — Было бы неплохо заручиться поддержкой светлых волшебников и ведьм в целом, — сказал Рон. — Это обеспечило бы тебе хорошую базу среди них. А тёмные волшебники и ведьмы, насколько я понимаю, всегда рады участвовать во всём, что затрагивает жизнь светлых. — Ты имеешь в виду, что они, как правило, чрезмерно заботливые наседки, — сухо заметил Гарри. — Но ты прав. Нужно быть осторожным с моим публичным имиджем. — У нас ещё есть время. Сначала тебе нужно закончить Хогвартс. А мы всего лишь на пятом курсе, — твёрдо сказала Гермиона. — Сейчас ты можешь создать базу, и это идеальное время, чтобы указывать на проблемы Хогвартса или трудности, с которыми сталкиваются юные волшебники и ведьмы, но, кроме этого, тебе пока не нужно постоянно заниматься политическими вопросами. Гарри кивнул и слегка улыбнулся. — У нас ещё есть время, — подтвердил он. — Как у тебя дела? Ты что-нибудь планируешь после Хогвартса? Я точно пойду в политику. Гермиона серьёзно кивнула. — Адриан уже заканчивает учёбу в этом году. Он попал в профессиональную команду по квиддичу, — гордо сказала она, улыбаясь. — После Хогвартса я буду изучать магическое право, а затем работать в Министерстве, или у тебя — посмотрим, что тебе больше подойдёт, когда придёт время. Гарри благодарно улыбнулся ей. — Тебе не нужно строить свою жизнь вокруг меня, ты же это понимаешь, правда? — Конечно, Гарри, — заверила она его. — Но ты так просто от меня не избавишься. Рон слегка усмехнулся. — Я тоже. Сначала мне нужно сойтись с Джеммой, а потом посмотрим, — просто объяснил он. — У меня уже есть план. Он тихо вздохнул, снова с восхищением глядя на Джемму Фарли, которая внимательно слушала, как первокурсник Слизерина, размахивая руками, что-то ей рассказывал. Гарри прикусил губу, а Гермиона слегка закатила глаза. — Мне казалось, у тебя уже должен быть какой-то более продуманный план. Рыжеволосый пожал плечами. — Это немного зависит и от Джеммы. У неё дворянский титул. Она не принадлежит к высшей знати, но и не к низшей, а это значит, что ей и её супругу нужно поддерживать определённый имидж. Это несколько ограничивает выбор. Я хотел бы посоветоваться с ней по этому поводу. Я также могу представить, что в будущем останусь дома с детьми. Но это ещё предстоит увидеть. Гермиона удивлённо посмотрела на него. — Значит, у тебя уже есть подробный план, — наконец сказала она. — Я не думала, что ты будешь готов стать домохозяином. Рон слегка покраснел и смущённо отвернулся. — Мне нравятся дети, — наконец пробормотал он в свою защиту. — Ты отлично ладишь с детьми, дружище, — заверил его Гарри. — И я думаю, что более спокойная жизнь тебе идеально подойдёт. — Спасибо, дружище, — с удовлетворением пробормотал Рон. — Мальчики, — лишь заметила Гермиона, ободряюще улыбнувшись рыжеволосому парню. Все трое встали, чтобы пойти на первый урок — историю магии, которая теперь, с новым учителем, оказалась довольно интересной. Гарри дружелюбно кивнул Пожирателю смерти в маске, стоявшему у входа в Большой зал. Тот, конечно же, кивнул в ответ и жестом пригласил их выйти. Пожиратели смерти по-прежнему носили маски в Хогвартсе — просто чтобы никто не мог с уверенностью определить, кто из них является Пожирателем. Даже в штаб-квартире некоторых из них никогда не видели без масок. Пожиратели смерти продолжали патрулировать Хогвартс и его окрестности: с одной стороны, чтобы предотвратить возможное нападение Министерства или попытки Дамблдора отвоевать школу. С другой — эта задача, по-видимому, стала очень популярной среди них. Им всем нравились многочисленные маленькие первокурсники, которые гонялись за ними и донимали вопросами. Маленькие очаровательные светлые волшебники и ведьмы, очевидно, были главной слабостью всех Пожирателей смерти. — Все действительно раскрыли, кто их соулмейт? — с любопытством спросил Гарри у друзей. Гермиона покачала головой. — По крайней мере, не совсем публично. Многие по-прежнему держат это в секрете или рассказывают только друзьям, как, например, Рон. — Конечно, — задумчиво сказал Гарри. — Но, возможно, нам стоит найти кого-нибудь постарше, кто уже давно состоит в браке со своим соулмейтом, чтобы он консультировал студентов. Мистер и миссис Тонкс могли бы подойти, — предложил он. Рон согласно кивнул. — Я был бы не против поговорить с кем-нибудь обо всём. И это может помочь многим другим. Например, если не знаешь, как заговорить со своим соулмейтом. Или тем, у кого вторая половинка намного старше, как у тебя. Гермиона задумчиво посмотрела на него. — Может, стоит поговорить об этом с префектами? — предложила она. — На следующем собрании. Ты мог бы поднять этот вопрос, — обратилась она к Рону. Он энергично кивнул. — Уверен, Джемме эта идея понравится. Гарри подавил очередную усмешку. — Я поговорю с Пожирателями смерти о том, чтобы пригласить мистера и миссис Тонкс в Хогвартс. — Неужели в Гриффиндоре скоро снова появится глава факультета? — с любопытством спросила Гермиона. — В смысле, пока мы справляемся, и Пожиратели смерти очень помогают, но так продолжаться долго не может. — Я поговорю с Северусом, — вздохнул Гарри. Профессор Снейп практически полностью взял на себя обязанности директора при помощи нескольких других заинтересованных Пожирателей смерти. Уроки зельеварения всё чаще переходили к разным Пожирателям — тем, у кого было время. На самом деле, учиться у разных преподавателей оказалось очень интересно. Гермионе это очень нравилось, и она радовалась каждый раз, когда урок вёл кто-то новый. Особенно потому, что у разных людей были разные сильные стороны и опыт, которыми они могли поделиться со студентами. Вот почему Гарри поговорил с мистером Мальсибером. Он подумал, что студентам, изучающим древние руны, было бы интересно увидеть практическое применение рун. Возможно, стоит также спросить Руквуда, есть ли у него время на урок. Руны и их использование в ритуалах, безусловно, тоже были бы интересны.