Глава 1. Питон.

Для Гарри его день рождения проходил как всегда. Ему никогда не дарили подарков, не вручали открыток, да даже ласкового слова он никогда не слышал от своих «родственников». А ведь ему очень хотелось услышать хоть что-то доброе в свой адрес. Но он получал лишь оскорбления и издевательства. Ему не хотелось думать, что всё это будет длиться до самого его совершеннолетия. А после этого его наверняка выбросят на улицу со словами: «Ты больше не наша забота. Катись отсюда куда подальше». Каждый день был одинаковым. Его сон прерывали крики тёти Петуньи, и весь день ему нужно было работать. Неважно какая, но задача для него всегда находилась. Казалось, что тёте просто не нравился сам факт того, что племянник сидел без дела и надоедал одним своим видом. Ребёнок, одетый в одежду на несколько размеров больше, висящую на нём мешком, явно не вписывался в безупречный интерьер идеальной гостиной. Поэтому Петунья старалась отправить его на улицу выдёргивать бесконечные сорняки из клумбы. С самого утра день у Дурслей не задался. Гарри не на кого было оставить, а одного дома его оставлять категорически нельзя было. Они панически боялись того, что племянник может сделать с их идеальным жильём. Вдруг, когда они приедут, от дома останутся только руины? Им не очень-то хотелось проверять эту гипотезу на практике, и с сиротой надо было что-то делать. Миссис Фигг, старушка из дома напротив, физически не могла присмотреть за мальчиком. Она случайно наступила на одну из своих многочисленных кошек, тем самым сломав себе ногу. Скрепя сердце, Петунья и Вернон решили везти его в зоопарк вместе с Дадли. Для самого мальчика это был наилучший расклад дел. Ему не придётся выслушивать уже заученные наизусть истории о каждой из питомиц миссис Фигг, и вместо этого он поедет в зоопарк! Поэтому в машине Гарри сидел тише воды, ниже травы, стараясь как можно меньше напоминать о себе. У Дурслей всегда сильнее портилось настроение, когда им упоминали о существовании племянника. Его устраивал тот расклад, при котором все забывали о нём. В душе он бесконечно радовался, что поедет смотреть на животных. Он очень сильно их любил. Они нравились ему намного больше, чем люди. Животные хотя бы не произносили множество унизительных оскорблений. Когда они вышли из машины и подошли к кассе, им предложили купить фруктовый лёд. Для Дадли взяли самый большой и вкусный, со вкусом арбуза, а для Гарри приобрели два кубика с лимоном. Но в этом не было ничего страшного, Гарри любил кислое. А в такую жару ему было вообще всё вкусно. Солнце палило нещадно, и если бы не старая кепка кузена на голове мальчика, он бы точно получил солнечный удар. Они уже прошли лошадей, ослов, куриц, жирафов, бегемотов (один был сильно похож на дядю Вернона, когда тот открывал рот, чтобы положить туда очередную ложку жирного супа) и много кого ещё. Вскоре после долгой и жаркой прогулки на свежем воздухе они зашли в террариум. Там было освежающе прохладно — настоящее блаженство после адского зноя июльского дня. Здесь находилось множество разновидностей ящериц. Встречались особи с самыми необычными расцветками: от сочных тонов до камуфляжных. Там, за стёклами, ползали и скользили по камням и корягам самые разнообразные черепахи и змеи. Гарри ходил от одного вольера к другому, разглядывая диковинных рептилий. Он чувствовал к ним какое-то особое влечение, сам не понимая почему. Остановился он рядом со змеёй, габаритами похожей на удава. Её окрас напоминал рисунок на шкуре леопарда, но оттенки чешуи были гораздо темнее. Гарри наблюдал за удавом и понимал его скуку. Наверняка к нему каждый день приходят люди, чтобы просто поглазеть на него. Мальчику и вправду было жаль существо. Ему тут было смертельно скучно. Даже с сородичами не дают пообщаться. Тут к стеклу подлетел Дадли, а за ним ковылял его папаша. — Папа! Разбуди его! Я хочу посмотреть, как он ползает! И, конечно, Вернон не мог отказать своему сыночку и начал чуть ли не дубасить кулаком по стеклу. Гарри удивился: как оно ещё не разбилось под таким натиском массивного кулака дяди Вернона? — Ползи! — и раздалась ещё одна волна стука по стеклу. Тут Дадли не выдержал и уже сам начал долбить по прозрачной перегородке. Гарри был жутко удивлён, что барьер выдержал сразу и дядю Вернона, и Дадли. — ПОЛЗИ! — уже кричал Дадличек. Тут уже не выдержал Гарри. Удава и так уже мучили на протяжении чуть ли не всей его жизни, а тут этот недалёкий ещё больше других надоедает. — Он спит! — Гарри даже сначала не понял, что повысил голос на своего кузена, и не осознал, что за это ему может хорошенько влететь. Он был ошарашен, поняв, что его слова подействовали и, видимо, расплаты за такое не последует. Хотя, может, и последует, просто не сразу. Папаша и сыночек отстали от бедного стекла, которое чуть не лопнуло. Дадли побежал к матери, которая рассматривала рыбок, а Вернон не спеша потопал за ними. Вдруг змей открыл глаза и прошипел еле внятное: «С-спас-сибо». Гарри застыл на месте от таких слов. Ему впервые кто-то выразил признательность. Даже если это сказал огромный питон, мальчику было без разницы. В жизни ему никогда не говорили ничего подобного… Вдруг стекло пропало. Просто взяло и пропало. Гарри понял это по нескольким крикам со стороны других посетителей зоопарка. Пока он витал в облаках, змей поднялся на уровень глаз Гарри. «Мож-жно, я пополз-зу к с-себе… на родину?» — мальчик слышал отчётливые нотки шипения, но его это не пугало. Он почему-то знал, что ему этот питон никак не навредит. «Конечно, полз-зи…» — с такими же шипящими интонациями ответил Гарри. Питон аккуратно выбрался, попутно наматываясь на плечи мальчика. Все вокруг закричали ещё громче. Они думали, что змей сейчас задушит бедного мальчишку, но вот у самого пресмыкающегося такого желания не возникло. Он полностью намотался вокруг мальчика, бережно потёрся. А Гарри был совершенно спокоен. Он погладил хищника по голове. Никакого страха. Никакого отвращения. Только понимание и прощание. Спустя какое-то время питон всё-таки соизволил убраться восвояси, попутно перепугав добрую половину посетителей. «Живи хорошо, питон из зоопарка», — пожелал ему Гарри. *** Дома мальчика ждал полный разнос. Дурсли словно с ума сошли. Нет, они, конечно, и до этого вели себя как умалишённые, но сейчас побили все рекорды. Они несколько часов орали на Гарри, пока у них голоса не охрипли, а потом заперли в чулане на неделю без еды. В принципе, Гарри это не волновало. Они и раньше устраивали ему голодовки, так что как-нибудь проживёт. Только вот уши болели не только от криков, но и от чего-то ещё. Да и не только уши, практически всё тело. Хотя его сегодня даже не били. Видимо, они решили, что на питоне была какая-то зараза и что она передалась Гарри. И вот к мальчику уже брезгуют просто прикасаться. Но ночью что-то кардинально изменилось.