Глава 20. Внеплановое раскрытие.

С Хеллоуина прошло не так много времени, но троица сумела ещё больше сблизиться. Гермиона не так сильно раздражалась, когда Рон задавал слишком очевидные вопросы и терпеливо отвечала, разъясняя суть задания. Гарри же просто со смехом наблюдал за попытками девочки что-то объяснить рыжему. Иногда даже сам давал Рону подзатыльник вместо Гермионы. «Для профилактики», — отвечали они, когда Рон злился из-за очередного. Увидев, что некоторые ученики сидят не за своими столами, а с друзьями с других факультетов, то тогда Рон стал смело подсаживаться к ним за завтраком и обедом. Первое время на него обращали внимание несколько недовольных когтевранцев, но вскоре всем стало всё равно, как и кто куда садится. И также как в Большом Зале они сидели вместе, на всех совмещённых уроках они старались сидеть кучкой. Им было без разницы как сидеть, главное — вместе. Но на уроках зельеварения что-то пошло не так. Да, на таких уроках Рон отсутствовал просто потому что совместимость факультетов различалась, но в таких случаях Гарри всегда садился с Гермионой, и претензий у учителей не было. Но вот настало время первой совместной работе по зельям. И, конечно же, Снейп распределил учеников так, как ему было угодно. Гарри до последнего надеялся, что его оставят с Гермионой, но на уроках профессора Снейпа надежда была бесполезна. Его поставили с Драко Малфоем. У Гарри были смешанные чувства на счёт этой личности. Он прекрасно помнил красноречивые рассказы Флимонта о семейке Малфоев, но также Певерелл помнил, как блондин помог ему на первом уроке по зельям. И он всё никак не мог понять, к чему было то действие. За эти два с чем-то месяца Драко не предпринял абсолютно никаких попыток к чему либо. Ни к дружбе, ни к взаимной ненависти. Гарольда это напрягало, но в итоге он решил, что если Малфою что-то от него надо, то Драко сам подойдёт к нему. А тут казалось, что сама судьба их вела к разговору друг с другом. А вот Грейнджер повезло куда больше Певерелла. Ей назначили в пару сокурсницу с когтеврана. Они не особо сильно общались, но и на большие взаимоотношения никто из двоих претендовать не хотел, потому решили, что будут просто работать вместе до окончания работы. К слову, этот проект должен идти не меньше трёх недель, и Гарри осознал, что ему придётся всё это время работать в паре с Драко. И дело даже не в том, что он Малфой. Гарри было трудно заводить новые знакомства ближе, чем обмен именами и вопросами о делах. Ему вполне хватало общества Рона с Гермионой. Ну и, конечно же, Рейна и Цил ему никто не заменит. Пусть даже Рейн не всегда был рядом, но послушать его недовольное карканье в своём новом кабинете было своего рода традицией. А Цил всегда была рядом. Гарри очень беспокоился о ней, и потому не выпускал гулять в одиночку. В месте переполненном детьми он не горел желанием выпускать королевскую кобру просто «погулять». Следовательно Гарольду пришлось искать решение, потому что Цил не горела желанием навсегда оставаться живой татуировкой. И он нашёл. Было решено, что приблизительно раз-два в неделю Гарри будет выходить из замка прогуляться в Запретном Лесу. Там и природа для него будет и Цил можно свободно отпускать. Для обычных магов конечно этот лес будет опасен, но Гарри по природе своей лесной житель, так что в любом случае он будет чувствовать себя как дома. Из мыслей Гарольда вытянул голос внезапно появившегося Малфоя. — Певерелл, ты чего завис? Ты скоро в доске дыру прожжёшь, — Гарри чуть тряхнул головой, возвращаясь к реальности. Про себя он уже представлял, как выходит из замка и гуляет уже по чуть ли не родному лесу. Перед ним стояла доска, на которой было написано какое зелье нужно взять той или иной группе, как задание на двоих. У Гарри с Драко это было бодрящее зелье. Целью их работы найти возможный безопасный побочный эффект и воплотить его в жизнь. На данный момент им нужно было изучить всё, что связанно с этим зельем и просчитать возможные исходы. — Да так… Продумывал самые простые побочки зелья, — брови Малфоя скептически поднялись вверх. Было видно невооружённым глазом, что он ему не верит. — Для начала надо хотя бы состав зелья изучить подробнее, а ты даже учебник на нужной странице не открыл, дубина. Гарри закатил глаза и потянулся к учебнику. Состав оказался довольно простым, всего лишь 5 ингредиентов. А вот сам рецепт был впечатляющим. Первые два занятия они должны были досконально изучить все ингредиенты и процесс варки и только потом уже заниматься практикой. Рецепт «Бодроперцовое зелье» (Бодрящие зелье) Сложность: Умеренная (требует точности в обращении с импульсивными компонентами). Цвет готового зелья: Ярко-красный. Необходимые ингредиенты Корень мандрагоры (сушеный) — 1 шт. Отвечает за восстановление тонуса жизненных сил. Измельченный рог двурога — 2 щепотки. Придает зелью разогревающий эффект. Сок Недотроги (Impatiens) — 5 капель. Стабилизирует температуру отвара. Сушеные огненные гусеницы — 3 шт. Усиливают согревающие свойства. Чистая родниковая вода — 1 оловянный котел. Пошаговый процесс приготовления Этап 1: Подготовка основы Наполните оловянный котел (размер 2) родниковой водой и разведите под ним ровный, средний огонь. Возьмите сушеный корень мандрагоры и нарежьте его строго поперёк волокон тончайшими ломтиками. Поместив ломтики в котел, поддерживать температуру воды так, чтобы она закипела ровно через 3 минуты. Этап 2: Точная фаза Пока вода закипает, растолките сушеных огненных гусениц в каменной ступке до состояния крупного порошка. Всыпьте порошок гусениц в кипящий котел. Варево должно окраситься в ярко-оранжевый цвет. Снимите котел с огня на 30 секунд. Добавьте ровно 2 щепотки измельченного рога двурога. Важно: Если добавить рог двурога в зелье, стоящее на огне, котел взорвется или расплавится. Этап 3: Синхронизация и финал Верните котел на медленный огонь. Начинайте помешивать зелье медным черпаком — строго по часовой стрелке с ритмом один оборот в 2 секунды. В это же время пипеткой аккуратно капаете сок Недотроги (по одной капле на каждый третий оборот). На 5-й капле сока зелье резко изменит цвет с оранжевого на ярко-красный и начнет слегка искриться. Погасите огонь. Дайте зелью остыть до комнатной температуры. Первое занятие они просидели в полной тишине между друг другом, пока остальные негромко переговаривались. Они оба решили ответственно подойти к заданию, ведь оценка за этот проект будет довольно сильно влиять на итоговую оценку в году. К середине второго урока Драко наконец закончил изучение нудного текста и повернулся к Гарри: — Ну что, Певерелл, есть какие-то предложения? — первые несколько секунд Гарри молчал. Видимо, проверял свою теорию в голове. — Есть несколько. Самый очевидный и известный из них — это густой белый пар из ушей. Это будет действенным в том случае, если мы нарежем корень мандрагоры недостаточно тонко. И если при нормально нарезании от тебя будет веять лишь лёгким паром, то при такой ошибке изобилие корня будет конфликтовать с соком недотроги, и появится густой пар из ушей. Вторая побочка тоже связана с этим же соком. Если сделать паузу пока капаешь сок в котёл, то в итоге будешь хотеть чесать руки и из-за этого у тебя будут иногда подрагивать пальцы. А у тебя там что? — У меня одно из них связано с иканием. Я предполагаю, что если на финальном этапе сделать не три оборота, а четыре, то после каждого приёма зелья человек будет икать после каждого слова в течении 10 минут. Второе же будет давать прохладу, будто ты съел мятное мороженое. Этот эффект будет в итоговом зелье, если при втором этапе ты высыплешь род двурога на половину раньше нужного времени. Когда Малфой поднял голову от тетрадки, то снова заметил, что Певерелл завис. Но теперь это хотя бы было объяснимо тем, что он задумался о выявленных Драко эффектах. Только спустя некоторое время Гарри удовлетворительно закивал. — Все эти побочки стоит сначала проработать, и потом уже проверять их на практике. Драко кивнул головой, и они начали складывать вещи, так как урок близился к концу. Гарри не мог усидеть на месте. Рядом с Малфоем у него возникала нервозность. Он помнил тот раз, когда Драко помог ему на первом уроке зельеварения, но так и не понял почему. Если говорить по-честному, Гарри мучил этот вопрос уже давно. Он сам для себя решил: либо сейчас, либо никогда. — Слушай, Малфой, — Драко лениво повернул голову в его сторону. — Зачем ты мне тогда помог? Ну… на самом первом уроке по зельям? По реакции Драко Гарри догадался, что он не ожидал такого вопроса. Но блондин быстро взял себя в руки и вернул лёгкую надменность на своём лице. — Да так… Я видел, как ты нуждался в помощи, и решил всё же помочь великому Певереллу, — Гарри бесила эта его снисходительная интонация, будто он делает огромное одолжение, отвечая на вопрос Гарольда. Но сейчас он не очень хотел устраивать скандал, особенно на уроке Снейпа. После небольшой паузы, Малфой продолжил: — Во всяком случае, я бы мог тебе помочь с налаживанием связей в магическом мире. Я очень сомневаюсь, что из неоткуда вылезший потомок Певереллов сразу же обзаведётся полезными для него связями. Всё же полезные вещи из воздуха не берутся. С этими словами Драко вытянул руку для рукопожатия. Гарри метал взгляд с его лица на руку и на лицо. Он не понимал, происходит ли это на самом деле, и неосознанно переспросил блондина: — Ты мне предлагаешь стать друзьями? — Ну, вообще да. Гарольд всё так же с недоверием смотрел на его протянутую руку. С одной стороны Малфой его бесил и раздражал. С другой, он может поделиться с ним полезной информацией из библиотеки Малфоев. Будь они хоть Пожирателями Смерти до десятого колена, Гарри это не волновало. Ему нужны были знания, а род Малфой — один из древнейших и чистокровных, а значит знаний у них выше крыши. Тем более Драко обещал ему помочь со связями, а это значит, что у него возможно есть контакты с поставщиками материалов для артефактов, а в будущем Гарольду это было необходимо как воздух. И источник этого всего стоял перед ним, протягивая руку. — Я согласен, но при нескольких условиях, — Драко озадаченно посмотрел на него. — Я дружу с Роном Уизли и Гермионой Грейнджер. Как я знаю, для тебя — они предатель крови и грязнокровка. Так вот, моё условие такое: воздержись от их оскорблений. В любой форме. Ты же примешь это условие? На лице Малфоя появились красноватые пятна. Гарри прекрасно знал по рассказам Флимонта, что для Малфоев оскорблять и поддевать грязнокровок и предателей крови — святое дело, так что он не удивился, а даже позабавился выражению лица Драко. Было забавно наблюдать, как этот самодовольный павлин сейчас борется сам с собой. В конце концов, он всё сказал: — Ладно, я принимаю твоё условие, — Гарри тут же расплылся в улыбке. — Вот и отлично, — Певерелл наконец пожал руку Малфоя. *** Рон и Гермиона конечно же не были особо рады новому другу Гарри. Рон так и вообще взбесился. — Гарри, вот скажи, зачем тебе вообще иметь в друзьях этого напыщенного павлина? От него самодовольноством за милю несёт! — Лично я ему не доверяла бы. Он меня раньше вечно поддевал за то, что я магглорождённая. Но я понимаю, это же твои взаимотношения с ним, а не наши, но всё же… будь осторожен, пожалуйста. Гарольд уже чувствовал, как у него разболелась голова от всех их причитаний. Он понимал, что друзья будут не в восторге от этой новости, но не думал, что их недовольство будет длиться так долго. — Послушайте, я понимаю что вы хотите для меня лучшего, но я в праве самостоятельно решать, с кем дружить. Это же не вас заставляют дружить с Малфоем. Дружу и общаться с ним буду только я. Да и я поставил ему условие, что ни одно ругательство не полетит в вашу сторону. И я прошу от вас того же. Особенно от тебя, Рон. Я же знаю, как ты можешь обругать кого-то. Весь ужин Рон просидел красный как раз от возмущения. Он ещё пару дней обижался на Гарри, но когда понял что на друга он повлиять не может, всё же сказал: — Ладно, прости. Я слишком вспылил. Ты можешь дружить с кем хочешь. Только не жди, что я буду общаться с ним! — Рон, конечно, я не жду общения между тобой и Малфоем. Вы наедине друг с другом переломаете друг другу кости. Я всё понимаю, но, пожалуйста, не заводи с ним конфликтов, — рыжий помолчал, потом ответил: — Ладно, не буду. — Вот и отлично. *** Работа над зельем продвигалась с хорошим успехом. Гарри и Драко сидели в библиотеке, просчитывая точные мерки неправильных рецептов. На них иногда бросали настороженные взгляды, ведь они думали, что если Певерелл связался с Малфоем хорошего от них не жди. Но они вдвоём занимались работой над проектом, так что их двоих не волновали эти шепотки. По крайней мере Гарри они не волновали, а вот Драко пытался сделать вид что думает над пропорцией измельчённого рога двурога, да вот только Певерелла с его чутьём не обманешь. — Драко, хорош так трестись над своей репутацией. Ничего масштабного не происходит. Они поговорят неделю-две да успокоятся. Сейчас нам надо думать над работой, так что спускайся с небес на землю и продолжай думать, а не делать вид, что думаешь. Малфой недовольно глянул на Певерелла, но всё же оторвался от своих надоедающих мыслей и вернулся в реальность. Всё же изучение всех тонкостей требует концентрации для полного изучения, а не витания в облаках. Именно в этот день Гарольд решил устроить ночую прогулку. Всё было отлично, кроме того, что Гарри всё не мог никак найти мантию невидимку. А ведь без неё риски оказаться замеченным был куда больше. Да, он мог бы применить маскировочный гламур, но в обстановке замка это смотрелось… неестественно. Да и Гарри ещё не изучил столько много тёмных коридоров в замке, чтобы быть уверенным, что дежурные учителя и старосты там не ходят. И всё-таки он решил воспользоваться гламуром. Будет хоть какая-то маскировка. Гермионы в гостиной не было, она пошла в библиотеку вместе с Роном объяснять ему очередную тему по заклинаниям. Хоть на улице уже холодало, но Гарри всё равно не одевался слишком сильно, его температура всё равно стабилизируется под температуру на улице. Он аккуратно вышел из гостиной и направился по коридору прямиком к внешним воротам. По пути ему попались лишь пара приведений, что были заняты друг другом и на окружающую среду не обращали ровно никакого внимания. На его счастье больше на пути ему никто не попадался и он успешно покинул замок, и направлялся к Запретному Лесу. Ну, или он думал, что его никто не заметил. К гостиной Когтеврана двигался Драко Малфой. Ему пришла ещё ода идея для парной работы и до утра он не мог ждать. Комендантского часа ещё не было и он решил всё же дойти до Певерелла. Но, видимо, Певерелл сам шёл к нему. Ему так казалось. Малфой видел, как-будто плохо замаскированная человеческая фигура идёт по первому этажу к главным воротам, а затем просто открывает их и уходит, при этом оставляя их открытыми. По интуиции он понял, что перед ним проходил именно Гарольд. Только у него Драко видел эту дурацкую привычку ходить как на цыпочках. Ему безумно стало интересно, что Певереллу понадобилось вечером на улице, и именно по этому он пошёл за ним, сам не зная куда этот остолоп его приведёт. Гермиона и Рон шли из библиотеки в свои башни, и попутно Рон рассказывал о магических шахматах. Он заикнулся об этом уже когда они собирались уходить из библиотеки, так как уже было поздно и их оправили к себе. Они шли по первому этажу, как Гермиона заметила подозрительно знакомую блондинистую голову. Она тут же захлопнула рот Рона рукой, чтобы Малфой их не заметил. Рон сначала хотел вспылить, но проследив за взглядом Гермионы он понял, зачем девочка это сделала. Когда Драко ушёл за двери, Рон отдёрнул руку Гермионы и сказал ей шепотом: — Куда это Малфой вечером на улицу попёрся? Подозрительно это. Да и Гарри говорил, что собирался сегодня прогуляться ближе к вечеру. Может этот индюк за ним пошёл? — Рональд, успокойся, ради Бога! Даже если он куда-то пошёл, нас это касаться не должно. Просто пойдём к гостиной и будет ждать Гарри там. — Гермиона, нам надо за ним, я тебе точно это говорю! А вдруг он что-то плохое задумал? Кто его остановит, если не мы? Было видно, как Гермиона не хотела влезать во всю эту чепуху, которая может кончится плачевно для всех. Но Рон не желал слушать отказа и просто взял Гермиону за руку, и потащил в сторону ворот. Когтевранка уже поняла, что сопротивляться бесполезно и просто пошла вслед за Роном. — Рон, только прошу, будь тише, пожалуйста, мы понятия не имеем, что задумал Малфой! — Да я тише всех хожу! Ну, может, не тише, чем Гарри. И всей такой вереницей они пошли неизвестно куда. Только Гарри знал куда они идут, но он не знал, что далеко не один сейчас. *** Певерелл шёл босыми ногами по земле, чувствуя особую магию Запретного Леса. Она просачивалась через всё его тело, вызывая у эльфа необъяснимое удовольствие. Эту магию чувствовала и Цил на его руке, она начала беспокойно перемещаться по верхней части тела, требуя от Гарри, чтобы он её выпустил. Не выдержав ожидания, она уже шипела на Гарри: — Гарольд, выпусти меня. Я хочу сама насладиться этим лесом, — а эльф в ответ зашипел не хуже её самой. — Не нужно на меня клыки скалить, Цил. Мы ещё слишком близко к замку, надо пройти дальше. Потерпи ещё несколько минут. Когда Певерелл зашипел без причины, все трое преследователей знатно испугались и обомлели. Никто из них и не знал, что их друг может разговаривать на змеином языке. Они бы засомневались в этом только в том случае, если бы это был один простой звук, но это было сразу несколько разных по звучанию звуков шипения, что не оставляло сомнений, — это действительно парселтанг. Всем троим стало жутко. Беспокойство наполнило Рона и Гермиону до верху. Драко даже не знал, пугаться этого или благоговеть от того, что он встретил (по своему мнению) наследника Слизерина. Ведь кем, если не наследником самого Салазара он был? Больше ни у кого не было способности разговаривать со змеями. Никто из них не знал, как реагировать на подобное. Не каждый день ты узнаёшь, что твой друг знает и практикует язык змей. Тем временем они уже продвинулись довольно глубоко в лес. Настолько, что они уже не видели замка через деревья. Только тогда Гарольд наконец остановился и присел на корточки. Из всей троицы никто не понял что он делает. Он выпускал Цил из своей руки. Змейка была очень рада тому, что её наконец выпустили погулять. А сам Гарри тоже смог расслабиться и снять с себя уже приевшийся гламур. Вместе с первоначальной внешностью вернулись и обострённые органы чувств, в том числе уши вернулись к своей прежней форме. У всех троих дыхание перехватило от такой картины. Рон думал, что у него галлюцинации. Он поверить не мог, что перед ним действительно его друг. Гермиона поверить не могла в происходящее. Драко стоял как громом поражённый, наблюдая за «трансформацией» Гарольда. Ведь вроде они все друзья Гарри, но они должны знать о друг друге всё, но не в их случае. Тогда кто они для Гарри, если не знают, человек ли он вообще? Гарри уже минуты три просто стоял и вдыхал чистый и прохладный воздух. Всё же ему были просто необходимы подобные вылазки на природу. Она наполняла его силой, которую ни с чем не сравнить. Внезапно он услышал ржание лошади. Он было приглушённое, но слышное. Определив примерный источник звука, Гарри бросился туда со всех ног. А вместе с ним и вся троица. Единственные лошади которых он знал и видел здесь — это единороги. Абсолютно чистые существа. Если кто-то убивал единорогов, то всю его жизнь будут преследовать несчастья, очень велика вероятность того, что этот человек умрёт мучительной смертью. Бежать долго не пришлось, Гарри нашёл их через метров тридцать от того места, где сам стоял минуту назад. Как он и думал, здесь убили единорога. Убийца был здесь же. Он сидел над трупом, прильнув головой к его шее. Гарольд сначала даже не понял, что тот делает. Оплакивает? Но реальность оказалось суровее. Этот человек в чёрном балахоне пил кровь единорога. Гарри это понял по стекающей струйке серебристой крови по шее животного. Эльф пытался осторожно приблизиться к человеку, но это не помогло. Неизвестно какой силой или умением он обнаружил Гарри. Когда незнакомец поднял голову и посмотрел в упор на мальчика, у Гарольда внезапно полыхнул огнём шрам. У него в миг разболелась голова, его ноги подкосились. Он не был готов к такой боли. Человек в чёрном тут же оторвался от своего занятия и поднялся во весь рост, выглядя очень даже устрашающе. Но сейчас Гарри мешала лишь бешеная боль в шраме, ничто другое его не волновало. А вот Рона, Гермоину и Драко очень даже пугала такая атмосфера. Они не понимали, что сейчас происходит с Гарри. Драко, до сих пор думающий что он один следит за Гарри, сейчас вообще не понимал что ему делать. Он понимал, каковы его шансы против наверняка взрослого волшебника, и опасался за свою шкуру, но и Гарри в беде он не хотел оставлять. Он разрывался между этими двумя желаниями, и не мог выбрать ничего. Рон уже хотел сорваться с места и пойти помочь Гарри, но Гермиона крепко схватила его за плечи и не пускала. Она тоже боялась за Гарри, но и самой ей было страшно. Страшно и за себя, и за всех. Гарольд тем временем уже согнулся пополам от невыносимой боли. Он понятия не имел, кто это и что применил. Уже скорее от отчаянья, он зашипел: — Хватит... Хватит... Хватит. Хватит! Хватит! Прекрати! Не надо... остановись! Пожалуйста!… Это резкое шипение заставило незнакомца в балахоне застыть на месте. Ему стало очень интересно, откуда мальчишка знал этот язык. Боль в шраме заметно утихла, но осталось неприятное покалывание. Гарри задышал часто и быстро, стараясь «смыть» остатки боли свежим воздухом. — Ты кто такой, раз можешь разговаривать на парселтанге? — прошипел человек в балахоне. Гарри не ответил. Боль ушла, и теперь он мог опознать кто перед ним. От него веяло двойной магией. Будто в одном человеке слились сразу двое. Где-то он уже чувствовал подобное… Точно. — То же могу спросить и у тебя, Квиррелл. Откуда у такого заики имеется дар Слизерина? Фигура профессора отступила назад. Он даже не ожидал, что его раскроют. В этой мантии не было видно даже рук, запах чеснока он нейтрализовал, тогда что его выдало? Что?! — Уходи, пока не поздно. Уходи отсюда сейчас, если ты не хочешь, чтобы я всё это рассказывал под сывороткой правды. Квиррелл всё стоял в замешательстве, а потом быстро ушёл, исчезнув во мраке. Гарри поднялся с земли и подошёл к телу единорога. Он присел на корточки рядом с его головой и начал гладить его по серебряной шёлковой гриве, напевая прощальную песню себе под нос. Гарри уже думал, что все события на этот вечер кончились, но сзади него донёсся оглушающий хруст веток. Он обернулся, оказывается, всё это время на него смотрели все трое его друзей. Никто из них не мог поверить в происходящее. И, судя по всему, Гарольда ждёт очень увлекательный рассказ про то, кто он вообще такой.