2021

Май, 2021

Это чертовски глупо, что Роз выбыл до конца плей-офф из-за пьяного водителя. С ним, в общем-то, всё в порядке, слава богу — сломанное запястье, ушибы ребер и неприятная травма шеи, — но гнев всё ещё кипит в Марли. Он знает, что Роз тоже будет в ярости, как только перестанет быть под кайфом от обезболивающих. И скорее всего, он взбесится из-за машины и сезона, а не из-за чего-то другого. Клифф приехал в больницу, как только получил звонок. Оказалось, что первый контакт Роза на случай чрезвычайных ситуаций сейчас находится за пределами штата, и, видимо, Клифф был вторым. Эта мысль тяжелым грузом легла на душу Марли. Он старается не думать о своем собственном списке и о том, что ему не нужно было указывать имена товарищей по команде, чтобы его заполнить. Он мысленно отмечает, что позже напишет маме и сестре, просто чтобы узнать, как у них дела. Технически у них сегодня утренняя тренировка перед домашней игрой вечером, но «Бостон» уже проигрывает «Каролине» 1-3, и Клифф мало верил в то, что они смогут отыграться. Но даже так, он в любом случае предпочёл бы сидеть здесь и слушать, как Роз, под кайфом от обезболивающих, бормочет что-то на полуанглийском, полурусском, кивая и соглашаясь на то, что едва понимает. Остальные ребята уже написали, что придут после тренировки, так что Клифф пока в основном держит оборону. Клифф ждал, когда «Джейн» ответит на его сообщения, и постоянно проверял телефон. Это первое, о чем спросил его Роз, когда Клифф вошел к нему в палату сегодня утром. Клифф достал телефон Роза из сумки и увидел кучу сообщений от Джейн, прежде чем тот тут же разрядился. Поэтому Клифф быстро заверил Роза, что с Джейн все в порядке (надеясь, что это правда) и что он пишет ему прямо сейчас (точно правда). Он даже предложил позвонить, но Роз почему-то отказался, вместо этого потребовав, чтобы Клифф держал свой телефон разблокированным и на виду, пока они ждут ответа.

Клифф: привет джейн - с розом все ок,

он попал в аварию и сейчас он в Бостон Дженерал

Клифф: его телефон отрубился и а у меня

нет зарядки поэтому он тебе не отвечал

Клифф: прости за это

Клифф: я тут с утра с ним и он поправится

но он постоянно спрашивает о тебе

Клифф: я знаю ты наверное далеко но мб ты

сможешь приехать? или хотя бы позвонить

ему или мне

Бормотание Роза (что-то про Скотта Хантера и динозавров) внезапно сменилось более внятной речью, и Клифф, оторвавшись от своих мыслей, увидел, как русский пытается сесть в постели. — Эй, эээй, что ты делаешь? Тебе нельзя вставать, медсестра меня убьёт, — говорит Клифф, поднимаясь со своего места у кровати. — Что тебе нужно? Роз сейчас явно в лучшем состоянии, чем был утром, но все еще переключается между русским и английским чаще обычного. Клифф на мгновение задумался, не стоит ли ему попытаться выучить что-то большее, чем просто оскорбления и ругательства, хотя Роз ясно дал понять, что его акцент оставляет желать лучшего. — Ожерелье... цепочка, где моя цепочка, Марли? — тревожно спрашивает Роз, оглядываясь по сторонам, положив руку на грудь и пытаясь найти то, чего там нет. — О, черт, точно, им пришлось снять ее для рентгена или КТ, или чего-то там еще. Она должна быть здесь — подожди — в пакете с вещами. Клифф хватает пластиковый пакет с личными вещами на прикроватной тумбочке и вытаскивает из него небольшой пакетик с цепочкой. — Вот, хочешь надеть? — спрашивает Клифф, осторожно вытаскивая цепочку из пакета. — Пожалуйста, пожалуйста, — говорит Роз, протягивая руки, замечает, что его рука в гипсе, и со вздохом сдается, позволяя Клифу надеть цепочку ему на шею. Клифф так сосредоточен на том, чтобы застегнуть крошечную застежку, что не замечает нового украшения, пока не откидывается на спинку стула, а Роз свободной рукой играет с крестиком и подвеской, заметно расслабляясь. Но это не просто подвеска. У Роза была эта цепочка ещё до того, как Клифф впервые его встретил; это крест его покойной матери и самая важная вещь, которой владеет Роз, хотя Клифф мало что знает о ней. Однако он точно знает, что до сих пор никогда не видел ничего другого на цепочке, а теперь рядом с крестом висит что-то подозрительно похожее на обручальное или помолвочное кольцо. Наверное, не совсем честно задавать этот вопрос, когда Роз находится под кайфом, но Клифф не может удержаться. — Эй, Роз, ты не хочешь рассказать мне, что это? — спрашивает он, указывая на кольцо. Роз опускает взгляд, нахмуривает брови, затем снова расслабляется и улыбается. — Ах, да, мой Джейн. Мой прекрасный жених. Сделал меня честным человеком. Мы собираемся пожениться. Его речь немного заплетается, когда он произносит имя Джейн, что Клифф объясняет его сильным акцентом. Марли не удержался от удивленного смешка. — Черт возьми, чувак! Я так чертовски рад за тебя, бро. Это просто невероятно — то есть, молодец. Вы оба молодцы. Роз довольно мычит что-то себе под нос, а затем снова хмурится. — Где он? Я скучаю по Джейн, он приедет? — Уверен, он уже в пути, — с надеждой лжет Клифф, и каким-то чудом в этот момент вибрирует его телефон. Он хватает его, открывает уведомления и видит новое сообщение от Джейн. — Слава богу, - вздыхает он, открывая чат. Монреальский Джейн: Спасибо, Клифф. Прости, что не ответил раньше, я был в самолете. Уже еду в больницу. Пожалуйста, скажи Илье, что я в пути, и спроси, подождать ли мне, пока он останется один. Монреальский Джейн: Спасибо еще раз.

Клифф: не за что

— Он уже в пути, говорит, что скоро будет, — говорит Клифф, прежде чем Роз успевает спросить (поныть) о том, что происходит. — Джеееееееееейн, даа, — вздыхает Роз, откидывая голову на подушку. — Он... Он спросил, стоит ли ему подождать, пока ты будешь один. Мне выйти или...? — спрашивает Клифф немного неуверенно. И размышляет о том, что Джейн действительно очень серьезно относится к их личной жизни. — Мне всё равно, мне нужен мой Джейн прямо сейчас, пожалуйста. — Пожалуйста? Черт, ты у него под каблуком, да? — Клифф говорит с улыбкой. Роз лишь улыбается, а затем снова надувает губы. Он открывает рот, вероятно, чтобы пожаловаться, что Джейн всё ещё нет, как вдруг дверь открывается. Клифф вздыхает с облегчением; медсестра только что была здесь, и с Розом всё в порядке, так что это мог быть только… — Шейн Холландер?! — Клифф смотрит, пытаясь понять, что, черт возьми, сейчас происходит. Что, блядь, Холландер здесь делает? И почему он выглядит так ужасно? Клифф мог признать, что даже несмотря на то, что он выглядел так, будто добрался сюда, держась за шасси самолета в полете, а затем буквально бежал прямо из аэропорта в больницу, в Холландере все равно было что-то притягательное. Клиффу это даже немного не нравилось, хотя Холландера было очень трудно ненавидеть. — Шеееееееейн, — протяжно тянет Роз, ни о чем не беспокоясь, и тянется, насколько это возможно, здоровой рукой к Холландеру. Холландер краснеет — от напряжения, смущения или сочетания того и другого, Клифф не уверен, — но делает шаг к Розу. У него перекинута через плечо дорожная сумка, глаза немного покраснели, а под ними залегли глубокие тени. — Марло. Я, э-э... я просто хотел узнать, как там Ил... как там Розанов, - неловко говорит Холландер, и Клифф понимает, что тот все еще смотрит на него. Розанов все еще тянется и зовет Холландера, и Клифф отводит взгляд, чтобы снова взглянуть на свой телефон. Новых сообщений нет. — Ладно… эмм. Не хочу показаться невежливым, но Роз вроде как ждет посетителя, — говорит Клифф. Они могут обсудить всю эту историю с Холландером позже, но Джейн должен быть здесь с минуты на минуту, и это определенно важнее. Хотя Роз, кажется, сейчас очень рад видеть Холландера. Клифф тупо наблюдает, как Роз берет одну из рук Холландера в свою и подносит ее к губам, чтобы нежно поцеловать, бормоча что-то на смеси русского и английского. — Да, эмм. Я тот самый посетитель, — неестественно произносит Холландер. Он выглядит так, будто от легкого ветерка его может свалить с ног, и смотрит на Роза, даже разговаривая с Клиффом. Клифф моргает, в его измученном мозгу мелькают обрывки мыслей. Роз радостно снова напевает имя Холландера, и это обрушивается на Клиффа как гром среди ясного неба. Монреальский Джейн. Шейн. Боже, Клифф был таким тупым. — Блядь, я такой тупой, — бормочет он себе под нос, ни к кому не обращаясь. — Шейн, ты пришел, я так скучал по тебе, солнышко, — говорит Роз, не сводя глаз с Холландера. — Я знал, что ты придешь ко мне. — Я так испугался, — отвечает Холландер почти шепотом. — Мне позвонили из больницы и… — он задыхается, всхлипывая. — И я не знал, что происходит, а ты был здесь совсем один и… — Шшш, шшш, моя любовь, всё в порядке, — успокаивает его Роз, потянув за руку, чтобы усадить Холландера на край больничной кровати напротив Клиффа. — Я в порядке. Честно. — У тебя сломано запястье и ушиблены ребра, скорее всего, сотрясение мозга, Илья, это не в порядке… — возражает Холландер, чуть задыхаясь. — Шейн, милый, глубокий вдох, хорошо? Ты здесь, и мне скоро станет лучше, — Роз поглаживает большим пальцем костяшки пальцев Холландера. Клифф с ужасом наблюдает, как Холландер делает дрожащий, но глубокий вдох, затем еще один, и свободной рукой нежно прикасается к щеке Роза. — Хорошо. Да. Ты прав, — еще один вздох. — Я так рад, что с тобой все в порядке. Я тебя очень люблю. — Я тоже тебя люблю, — тихо отвечает Роз. — Прости, это ты лежишь в больничной койке, тебе не следует утешать меня, — говорит Холландер сдавленным голосом. Роз успокаивает его. — Шейн, это нормально. Я испугался, ты испугался. Я понимаю, — Клифф видит, как Роз ждет, пока Холландер немного успокоится, прежде чем медленно начать улыбаться. — Но ты прав… мне больно. Мне нужен мой Шейн, чтобы мне стало лучше. Поцелуй меня… — Илья! — протестует Холландер, хотя его большой палец, словно по собственной воле, нежно поглаживает надутую нижнюю губу Роза. И ладно, Клиффу пора идти. — Я, э-э... дам вам минутку, ок? — вмешивается он, вставая, и Холландер резко оборачивается, будто только вспоминает, что в комнате они не одни. — Черт... извини, я просто... — запинается Холландер и замирает, Клифф машет рукой. — Всё в порядке, Холландер. Роз всё равно спрашивал о тебе всё утро. Ему надоела моя надоедливая физиономия, — он бросает взгляд на Роза, который благодарно смотрит на него. Холландер расслабляет плечи и смущенно смотрит в ответ. Честно говоря, это даже мило — хотя Клифф об этом не думает. Он хватает телефон и кофе и направляется к двери. — Я буду неподалеку. Ребята, наверное, скоро заедут, так что я напишу тебе? Холландер кивает, и Клифф, наконец, выходит за дверь, махнув рукой. Сначала он идет не в ту сторону, пытаясь найти небольшую комнату ожидания, которую видел раньше, и, когда через несколько мгновений возвращается, чтобы пройти в другую сторону, видит сквозь стекло, как Холландер нежно целует Роза в губы. На лице Роза растекается нежная улыбка, когда они отлипают друг от друга, что выглядит непривычно для Клиффа, но кажется естественным для Холландера. Клифф неловко сидит на одном из неудобных и крошечных (для Клиффа) больничных стульев в маленькой приемной, расположенной в конце коридора недалеко от палаты Роза, и пытается собраться с мыслями, которые разбегаются от него. Конечно, это был огромный, чертовски сильный шок, но Клифф не был монстром. Роз заслуживал счастья — черт знает, сколько дерьма ему пришлось пережить, — и если это означало быть парнем женихом своего заклятого врага, то, почему бы и нет. Клифф видел и более странные вещи (наверное). Чем дольше сидел Клифф, тем больше мыслей у него появлялось. Роз переписывался с Джейн уже около восьми лет, и если Клифф подсчитал правильно, это означало... Кармайкл прервал размышления Клиффа и плюхнулся на стул рядом с ним. — Марли! Что ты здесь делаешь? С Розом все в порядке? Хаммерсмит отодвинул Коннорса в сторону и сел с другой стороны от Клиффа, Сент-Симон остановился напротив. Все выглядят так, будто только что вернулись с утренней тренировки. Клифф выпрямился на своем месте. — С ним все хорошо, насколько это вообще возможно. Сейчас с ним Джейн, — говорит он. — Черт возьми, мы наконец-то увидим Джейн! — восклицает Хаммерсмит, вероятно, слишком громко для больницы, и, поднимаясь со своего места, практически бежит по коридору, Коннорс следует за ним, Сент-Симон и Кармайкл — неподалеку. У Клиффа сжалось сердце. — Стойте! Парни, дайте им минутку! Подождите, мне нужно им написать... блядь! — выругался Клифф, бросившись за ними как раз вовремя, чтобы проскользнуть в палату за ними и закрыть дверь. Холландер всё ещё сидел на краю кровати Роза, держа его за руку. Оба мужчины посмотрели на ворвавшихся парней, в глазах Холландера читалась паника. — Ребята, подождите... — безуспешно пытался сказать Клифф. — Привет, Джейн... Холландер?! Что ты здесь делаешь? Где Джейн? — спрашивает Хаммерсмит, оглядывая комнату так, будто Джейн где-то спрятался и вот-вот появится. — Э-э... Привет, — тихо говорит Холландер. — Ты сказал, что Джейн здесь, Марли, — обвиняющим тоном говорит Кармайкл, и Клифф стонет. Ладно, может, он не самый глупый человек на свете. К счастью, Коннорс, похоже, разделяет его точку зрения и шлёпает Кармайкла по руке. — Джейн — Холландер, идиот. Джейн, Шейн? Алло? — Оооооо. Чёрт возьми, — бормочет Сент-Симон. — Это безумие. — Я, блядь, знал, что тот пресс выглядел знакомо, чувак, — добавляет Коннорс. — Что? Я натурал, а не слепой, — парирует он, когда Кармайкл смотрит на него с недоверием. — Мой пресс? — повторяет Холландер с недоуменным выражением лица. — Да, Рози наконец-то показал нам эту фотографию Джейна — ну, тебя, наверное, ха-ха — в одной из его джерси, — говорит Хаммерсмит, усаживаясь на стул у кровати. Кармайкл хватает один из лишних стульев у двери и с неприятным скрипучим звуком тащит его к кровати, что, кажется, раздражает всех, кроме него. — Да, мой Шейн такой милый, такой красивый. У меня много-много хороших фотографий, но большинство из них не для того, чтобы ими делиться, — радостно бормочет Роз. Холландер издает звук, который лучше всего можно описать как писк, а его лицо становится ярко-красным. — Как, блять, ты умудрился заполучить Холландера? Черт возьми, я знал, что Джейн слишком хорош для тебя, — фыркает Сент-Симон. — Так вы двое встречаетесь? И уже довольно давно? — спрашивает Хаммер, наклоняясь вперед и опираясь локтями на колени. — Да, но мы больше не встречаемся, — небрежно говорит Роз, и пять пар глаз в полном изумлении обращаются к нему. Он ждёт момента, и как раз когда Клифф собирается попросить разъяснений (касающихся кольца на цепочке у него на шее), он добавляет, — мы теперь помолвлены. Палата наполнилась хором стонов. — Илья, это худший способ это объявить, — с упреком говорит Холландер, прикрывая покрасневшее лицо рукой. Роз лишь смеется. — Ты, чертов монстр! — фыркает Хаммерсмит, легонько щелкая Роза по голове. — Эй! Ты причинил боль раненому? Чертовски грубо! — Роз поворачивает голову к Холландеру, многозначительно наклоняя ее. — Медсестра, пожалуйста, вылечите, нужно больше поцелуев, cito! — Cito? — фыркает Холландер, но смотрит на Роза с такой нежностью, что Клиффу приходится на секунду отвести глаза. — Сколько медицинских сериалов ты посмотрел? — О, мы с Дэвидом смотрим «Анатомию Страсти» без остановки, очень интересно, — без стеснения говорит Роз. — Коннорс тоже смотрит. Да же? Коннорс немного удивлен, что его упомянули, но легко кивает. — О, конечно. Иногда они слишком перебарщивают с драмой, но это весело смотреть в компании, например, моя сестра просто в восторге. И, судя по всему, все в палате, кроме Холландера, видели хотя бы несколько серий «Анатомии Страсти» (Клифф мог признать, что это один из тех сериалов, в которые легко втянуться), и разговор некоторое время вращается вокруг объяснения Холландеру основной завязки и взаимоотношений персонажей. Клифф почти уверен, что Холландеру сериал совершенно безразличен, но он постепенно расслабляется, и Клифф считает, что это сейчас ему, вероятно, очень нужно, чтобы к нему относились более-менее нормально. В конце концов, разговор возвращается к теме «Джейн», но они успевают задать лишь несколько вопросов, прежде чем подходит медсестра и вежливо выгоняет их. (Лето перед сезоном новичков?! Серьезно?) У Бостона сегодня еще игра, у Холландера тоже, так что даже он не может остаться — хотя, судя по всему, его родители уже едут и будут с Розом в больнице. Роз, похоже, очень доволен этим, хотя и ясно дает понять, что ему не нравится, что Холландер не может остаться подольше. Когда они выходят на парковку, Клифф отводит Холландера в сторону и чувствует себя неловко, когда тот смотрит на него с опаской, напрягая плечи и избегая прямого взгляда. — Эй, Холландер, я просто хотел сказать, что… я знаю, это было тяжело для всех нас, но у нас всё хорошо, да? Парни ничего не скажут, я имею в виду, Роз сказал нам несколько месяцев назад, что ты парень, и это совершенно нормально, это просто дополнительный, знаешь, слой проблем, когда Джейн… ну… ты… Клифф осекается, прежде чем успевает ещё больше усугубить ситуацию. К счастью, Холландер выглядит более расслабленным. — Я… спасибо, Марло. Похоже, вы все действительно его поддерживаете, несмотря ни на что… Это очень много значит для нас обоих. Клифф неловко пожимает плечами. — Конечно, чувак. Никто из нас не может представить, как тяжело вам двоим было, и меньше всего нам хочется усугублять ситуацию. Рози заслуживает счастья, как и ты. Очевидно, ты никогда не щадишь его — или кого-либо из нас — на льду, так какая нам разница, что происходит вне его? К ужасу Клиффа, Холландер, кажется, вот-вот расплачется. — Нет, мы бы никогда… Мне нравится играть против Ильи, но это не… Я думаю, мы играем лучше друг против друга. В каком-то смысле мы подходим друг другу, — он бросает взгляд на Клиффа, который ободряюще кивает, хотя и не совсем понимает, к чему это всё ведёт и откуда это взялось. — И дело не в том, что моя гомосексуальность влияет на мою игру, — хрипло продолжает Холландер. — Или, если и влияет, то это было всегда. Я был геем ещё до того, как меня, блядь, задрафтовали в команду, даже если я ещё этого не признавал и не понимал, так почему же что-то должно измениться сейчас? У Холландера перехватывает дыхание, и Клифф хмурится. — Кто-нибудь о тебе знает? — мягко спрашивает он. — Они говорят всякую чушь? Ответ вырывается из уст Холландера так быстро, будто прорвали плотину. — Я… я сказал своим товарищам по команде, что я гей. Даже не то, что я встречался с Ильей, или даже не то, что у меня есть парень, чертов жених, если быть точнее. Я хотел просто проверить почву, или что-то в этом роде, а теперь они смотрят на меня неправильно. Будто я неправильный. Хейден меня поддерживает, или, по крайней мере, пытается, и Джей Джей тоже, но это не отменяет всего остального, понимаешь? Эти взгляды, слова, которые бросают в меня, избегание меня в душевых. Они не прикасаются ко мне, совсем. Комо несколько недель назад спросил меня, не потерял ли я шайбу в игре из-за того, что защитник был слишком «отвлекающим», — Холландер фыркает, качая головой в недоумении, которое Клифф внутренне разделяет. — И я даже ничего не могу сказать, потому что тогда я окажусь тем самым чувствительным членососом, каким они меня и так считают, — выплюнул он, проводя рукой по волосам. — Черт. Прости, я не хотел... Тебе, наверное, пора идти. Клифф знает, что иногда он может быть настоящим придурком (он не очень хорошо разбирается в эмоциях и слишком часто называет людей трусами, за что его сестра постоянно — и совершенно справедливо — его ругает), и большинство хоккеистов тоже, но он не может себе представить, что можно так обращаться с кем-либо из своих товарищей по команде, не говоря уже о капитане и лучшем друге. Есть что-то сюрреалистичное в том, что, возможно, самый известный хоккеист в мире стоит перед ним в грязном подземном гараже, пытаясь сдержать слезы, потому что его товарищи по команде (у которых благодаря ему три Кубка Стэнли) ведут себя как придурки просто потому, что у него есть парень, а не девушка (жених, услужливо поправляет его мозг). Клифф всегда был скорее развит физически, чем интеллектуально, и сейчас он явно не в своей тарелке. Он не задумывается, когда обнимает Холландера и крепко прижимая его к себе; так же, как он обнимает свою сестру, когда она паникует, грустит или говорит, что ей просто «нужно, чтобы её прижали». Он ждёт, что Холландер закричит, ударит его или вежливо попросит отпустить, но вместо этого чувствует, как тот медленно расслабляется в его объятиях. Возможно, он сейчас плачет, но единственный признак — дрожь в плечах, и Клифф упорно игнорирует это, просто прижимая его к себе. Он с опозданием думает, что, вероятно, это первый раз за долгое время, когда кто-то, кроме Роза и его родителей, добровольно прикоснулись к Холландеру, по крайней мере, с заботой, и Клифф решает пока перестать думать. Они остаются в таком положении довольно долго. Наконец, когда Холландер начинает шевелиться в его объятиях, Клифф его отпускает. Лицо Холландера покраснело, глаза опухли, но он выглядит немного менее напряженным. Он открывает рот, вероятно, чтобы извиниться, и Клифф перебивает его. — Слушай, я знаю, это не компенсирует ту чушь, с которой ты сталкиваешься в Монреале, но мы здесь ради тебя, да? Эй, я могу добавить тебя в групповой чат, если хочешь? Нас всего пятеро, и Роз. Кто знает, может, будет неплохо с кем-нибудь поговорить? — он пожимает плечами. — Можешь подумать. У меня есть твой номер, так что... Он ухмыляется, и Холландер тихо фыркает в ответ, улыбка тронула его губы. — Да, я думаю, это было бы неплохо. Если вы, парни, конечно, не против. Я бы не хотел навязываться. — Нет, всё в порядке. В любом случае, кто-то же должен следить за Розом. Добавлю тебя, когда вернусь домой. Холландер кивает. — Спасибо, честно. Ты... ты хороший парень, Марло. Клифф улыбается, а затем морщится от внезапного воспоминания. — Мне правда жаль насчет того удара, несколько лет назад. Ох, черт возьми, неудивительно, что Роз был так разбит после той игры… Клиффу есть над чем подумать. Но после сегодняшней игры, наверное. Может быть, даже завтра — он считает, что заслужил отдых. — Правда, всё в порядке, — Холландер лишь грубо смеётся и поворачивается, слегка помахав рукой напоследок. Клифф с лёгким удивлением понимает, что с нетерпением ждёт возможности снова поговорить с Холландером. Он садится за руль своего пикапа и открывает телефон.

[вы добавили Монреальский Джейн в группу Бостонские парни]

[вы изменили название чата на Бостонские парни + Джейн]

Август, 2021

Клифф с кряхтением ставит ящик пива на стойку на кухне. Он увидел, как Коннорс направляется на задний двор, неся складной стол вместе с Пайком, а Сент-Симон тащит с собой эту проклятую караоке-машину. Он уже представляет себе раздраженный взгляд Холлзи и ослепительную улыбку Роза, когда тот уговорит Холлзи присоединиться к нему. До официального начала вечеринки ещё примерно час, хотя большинство парней уже здесь, чтобы помочь всё подготовить. Мел и жена Пайка, Джеки, поехали в город за последними принадлежностями для вечеринки и, судя по словам Хаммерсмита, теперь лучшие подруги. Вероятно, это самый необычный мальчишник, на котором когда-либо был Клифф, и он никогда еще не был так взволнован. Клифф на мгновение выглядывает в окно, любуясь закатом, отражающимся в озере. Он слышит шум со двора и решает, что может сбегать в ванную, прежде чем помочь им закончить все приготовления. Когда он сворачивает в коридор коттеджа Холландера — который, пожалуй, меньше всего похож на коттедж (это же огромное стеклянное здание!) — ему вдруг приходит в голову, что он уже давно не видел ни Роза, ни Холландера. Он уверен, что они где-то здесь, готовят что-то к вечеринке, несмотря на то, что заверили всех, что у них всё готово. Холландер, конечно же, велел парням называть его Шейном. И Клифф сделал это ровно один раз — взгляда, которым Роз одарил его после этого, было достаточно, чтобы Клифф захотел пересмотреть свой полис страхования жизни и никогда больше не произносить имя «Шейн». Из комнаты справа доносится шум, и Клифф автоматически поворачивается в ту сторону. Через полуоткрытую дверь он видит еще одну небольшую гостиную с мебелью, книжными полками и маленьким телевизором, причем окон там гораздо меньше, чем в остальной части дома. В настоящее время там кто-то есть, и нет никаких сомнений в том, что там происходит. Холландер стоит на коленях на диване, положив голову на подлокотник, бедра Роза прижаты к нему сзади, и очевидно, что его трахают. Лицо Клиффа горит. Ему нужно развернуться и молча вернуться тем же путем, а затем выбросить это из головы и никогда больше об этом не думать. Так почему же он просто стоит здесь, окруженный звуками прерывистого дыхания и шлепков кожи? — Тихо, солнышко. Мы же не хотим, чтобы кто-нибудь тебя услышал, правда? — бормочет Роз. Холландер громко стонет, изо всех сил тряся головой, которая покоится на руках. Роз поднимает голову и смотрит Клиффу прямо в глаза поверх плеч Холландера, и у Клиффа мурашки по коже. Он открывает рот (извиниться? сказать что-то в свое оправдание? промолчать и убежать?), но Роз лишь ухмыляется и молча заставляет его замолчать. — Или... может быть, это то, чего ты хочешь, а? — шепчет Роз Холландеру достаточно громко, чтобы Клифф отчетливо это услышал. — Н-нет, — тихо отрицает Холлзи, а Роз лишь смеется. — Не лги мне, котёнок. Я чувствую, как сильно ты этого хочешь. Чувствую, как ты сжимаешься вокруг меня. Холлзи издает еще один прерывистый стон, и его плечи дрожат. — Да, вот так. Такой хороший мальчик для меня, — мурлычет Роз. Клифф видит, как ускоряются движения бедер Роза, и даже если бы он не видел, он слышит, как меняются звуки, которые издает Холландер с каждым толчком. — Они все должны увидеть, какой ты хороший для меня, да? Я не буду делиться тобой, нет, ты мой... — он подчеркивает эти слова более сильным толчком, от которого Холландер задыхается, — но я мог бы позволить им смотреть. Мог бы позволить им умолять меня посмотреть, как я тебя разбираю на части. Все они мечтали бы занять мое место. Но ты же не хочешь их, правда? Они не могут дать тебе то, что тебе нужно, не так, как я, м? Холлзи стонет, отчаянно вертя головой, словно не может решить, покачать ею или кивнуть. Дыхание Роза становится все тяжелее, и Клифф понимает, что тоже задерживает дыхание. Клифф любит женщин. Очень. Но ладно, может быть, у Клиффа и были теоретические, гипотетические мысли о сексе с парнем, но, честно говоря, у кого их не было, правда? И, может быть, теоретически, гипотетически, у него сейчас немного встал. Клифф поправляет джинсы, и Роз ловит его взгляд ленивой, многозначительной ухмылкой, прежде чем снова полностью сосредоточиться на мужчине под собой. — Собираешься кончить для меня, мой хороший? — нежно спрашивает Роз, и Холландер что-то бормочет в знак согласия и тихо стонет. — Хороший мальчик. Давай. Тело Холландера мгновенно замирает, затем несколько раз дергается, и он начинает тяжело дышать. После нескольких резких толчков Роз тоже замирает, наклоняясь и уткнувшись лицом в шею Холландера со стоном. На мгновение все замирает, мир словно обретает покой, прежде чем Роз мягко отстраняется, чтобы прошептать Холландеру на ухо (что-то слишком тихое, чтобы Клифф расслышал, но, несомненно, нежное), и тело Клиффа наконец-то приходит в себя настолько, что он заставляет ноги нести его дальше по коридору, где находится — слава богу — ванная. Он, умывшись холодной водой, уперся руками в раковину, упорно игнорируя своё ошеломлённое отражение в зеркале. Клифф не паникует — да и зачем, ведь паника вряд ли улучшит его и без того плохие навыки принятия решений, — но чувствует, как к горлу подступает тошнота. Телефон вибрирует в кармане, и потребность Клиффа в отвлечении перевешивает беспокойство о том, кто это. Роз💪: считай это моим подарком будущему шаферу, Марли Роз💪: надеюсь, тебе понравилось, потому что это больше не повторится Роз💪: не переживай, мы с Шейном поможем тебе найти хорошенького молодого парня для тебя

Клифф: иди нахуй роз

Роз💪: не, спасибо, я пока удовлетворен ;)

Клифф: 🙄

Клифф фыркает от смеха, тошнота уже прошла, и он может смотреть в своё нормальное (почти) отражение. Он собирается вернуться туда, где все готовятся к вечеринке, убедиться, что для Холлзи достаточно имбирного эля, а для всех остальных — пива, и, вероятно, снова сыграть в настольный теннис, пока Мел и Джеки будут выгонять всех из кухни. Он будет наблюдать, как Роз будет раздражать Пайка под смех его жены, и выпьет достаточно пива, чтобы не сопротивляться, когда настанет время караоке. А потом, утром (хотя скорее всего днем, после такой-то вечеринки) он, может быть, подумает о том, почему вид того, как его капитан занимается сексом со своим женихом, возбудил его сильнее, чем любое порно за последние пять лет. Может быть.