Вернутся к фанфику
Глава 6: Наследие неоновой крови
6 апреля 2026, 13:16Утро в Майами не спрашивало разрешения — оно врывалось в номер отеля ослепительным белым светом, заставляя пылинки танцевать над кроватью. Бенджамин проснулся первым. Он лежал неподвижно, чувствуя на своей груди мерное, тяжелое дыхание Пандоры. Её мех, всё еще хранящий запах ночной страсти и морской соли, щекотал ему подбородок.
Он смотрел на её когти, которые сейчас мирно покоились на простыне, лишенные своей металлической агрессии. В голове Бена всплыл образ Джеронимо в его пыльном кабинете. «Наследники...» — это слово, которое дядя повторял годами, теперь обретало пугающе реальный смысл.
Пандора пошевелилась. Её веки дрогнули, и она открыла глаза — прозрачные, как прибрежная волна.
— Ты слишком громко думаешь, Бенни, — прошептала она, не поднимая головы. — Опять спасаешь мир или считаешь убытки «Эха»?
Бенджамин улыбнулся, запуская пальцы в её густой мех.
— Я думаю о том, что мы в Майами уже неделю. И о том, что... ну, — он замялся, чувствуя, как по старой привычке к щекам подступает жар. — Мы ведь ни разу не вспомнили о предосторожности, Пандора. Ни в студии, ни здесь.
Пандора замерла. Она медленно приподнялась на локтях, и её тяжелая грудь коснулась его руки. В её взгляде смешались ирония и нечто глубокое, почти первобытное.
— И что? Ты боишься, что маленький Стилтон-Воз родится с камерой в лапах и врожденным талантом к скандалам? — она прищурилась.
— Я не боюсь, — Бен сел в кровати, притягивая колени к подбородку. — Я просто... Какой мир мы ему предложим? Мышенцию 2039-го? Город, который уже обсуждает снимки его матери? Джеронимо, который едва держится, чтобы не сойти с ума от наших выходок?
Пандора села рядом, нагая и абсолютно уверенная в себе. Она взяла его лапу и приложила к своему животу — плоскому, сильному, покрытому шелковистым мехом.
— Послушай меня, Бенджамин Стилтон. Наш ребенок не будет «наследником империи». Он будет продолжением нашей силы. Если я забеременею... если там уже кто-то есть... — она сделала паузу, и Бен почувствовал, как участилось его дыхание. — Он будет знать, что его родители не побоялись сорвать маски. Он будет гордиться тем, какая у него мать. А его отец... его отец научит его быть мужчиной, который не краснеет перед своей страстью.
Бенджамин смотрел на неё, и его костяшки пальцев побелели от того, как сильно он сжал её лапу.
— Ты действительно этого хочешь? Сейчас? Среди всего этого хаоса?
— Хаос — это лучшая колыбель, — Пандора подалась вперед, обдавая его запахом кофе и жасмина. — Представь: маленькая мышка с твоими умными глазами и моими... хм, моими манерами. Джеронимо сначала упадет в обморок, а потом скупит все детские магазины в Мышенции. Он будет носить его на плечах и рассказывать сказки о «старых добрых временах», пока мы с тобой будем делать новую историю.
Она прижалась к нему, и Бен почувствовал, как его страх растворяется в её уверенности. Идея о ребенке больше не казалась ему катастрофой. Это был их высший «эксклюзив». Самый важный проект в их жизни.
— Я хочу, чтобы он был похож на тебя, — прошептал Бен, его ладонь начала медленно двигаться по её бедру вниз к стройным лапам. — Такой же бесстрашный.
— А я хочу, чтобы он умел любить так, как ты, — Пандора мягко повалила его обратно на подушки, нависая сверху. — Нежно, до потери пульса, забывая обо всем мире.
Её поцелуй был со вкусом решимости. Физическое влечение, которое секунду назад было просто привычным утренним жаром, теперь окрасилось в новые тона. Это не был просто секс ради удовольствия — это был танец создания. Бенджамин чувствовал каждое движение Пандоры, каждую линию её тела с каким-то священным трепетом.
Когда он вошел в неё на этот раз, это было медленно, глубоко, с осознанием каждого миллиметра их слияния. Стоны Пандоры больше не были вызывающими — они были тихими, интимными, обращенными только к нему. Её когти не царапали его спину в порыве страсти, а нежно обнимали, удерживая, закрепляя их союз.
Они занимались любовью долго, под лучами утреннего солнца Майами, обсуждая будущее между вздохами и поцелуями. Каждый толчок был как обещание, каждый стон — как клятва.
Когда всё закончилось, Бенджамин лежал, глядя в потолок, и чувствовал странное спокойствие. Если через девять месяцев в их доме зазвучит детский писк, он будет готов. Он больше не был тем робким мышонком из первого фанфика. Он был отцом будущего, которое они с Пандорой строили прямо сейчас на этих влажных простынях.
— Совместимы, — прошептала Пандора, засыпая у него на плече. — По всем параметрам.
Бенджамин улыбнулся и закрыл глаза. Впереди был целый день в Майами и целая жизнь, которая только что стала намного больше, чем просто сенсация.
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!