Chapter 23. Шантаж против семьи Уилер никогда не работал

♫ ZAHAROV ARCHITECT - DISASTER

Сектор «Призма» всегда славился своей душной, зеркальной роскошью, но сегодня Аристократы превзошли сами себя. Независимое «Сообщество Свежих Умов», существующее под покровительством местной знати ради поиска юных талантов, устроило грандиозную показательную вечеринку. Пригласили, казалось, всех подряд — от заносчивых мутабилисов разных рангов до амбициозных Хайпо, мечтающих вытянуть свой «золотой билет». Для Уилла этот вечер стал изощрённой пыткой. Майк привёл его сюда открыто, на правах официально объявленного фаворита. Теперь каждый встречный знал, что скромный мальчик-Хайпо принадлежит одному из самых влиятельных и опасных представителей Ранга А. Сам Майк подобные рауты презирал, но в этот раз у него был чёткий расчёт. Он надеялся, что на мероприятии, где смешались разные классы, удастся зацепить хоть какой-то ментальный след или слух, ведущий к Генри. Последние дни Уилла изводили странные уведомления в Pulse. Сообщения вспыхивали на экране и тут же бесследно исчезали. Майк был уверен, что это результат работы его собственной утилиты: сразу после объявления Уилла своим фаворитом он установил на его телефон жёсткий цифровой фильтр. Майк резонно подозревал, что недоброжелатели попытаются атаковать его мальчика волнами угроз, и это могут быть не просто обиженные фанаты, но и изощрённая психологическая атака Генри, действующего чужими руками. Зал торжеств «Площади Лайт» слепил глаза. Стены, облицованные зеркальными панелями, двоили и троили толпу, создавая иллюзию бесконечного бесконтрольного хаоса. Огромные экраны транслировали абстрактное цифровое искусство, сменяющееся эмблемами фондов. Из скрытых аудиосистем лились ритмы Vibration A — тягучая, тяжёлая музыка, насыщенная низкими частотами. Она проникала под кожу, вызывая у присутствующих лёгкую, граничащую с отупением эйфорию, заставляя их двигаться в такт и слащаво улыбаться друг другу. Майк и Уилл отступили к самому дальнему фуршетному столику, затерявшемуся в полумраке за массивной колонной. Отсюда весь этот сверкающий улей был как на ладони. Пока захмелевшая толпа извивалась на зеркальном полу под гипнотические басы, Майк замер, прислонившись спиной к опоре. Его глаза слегка потемнели — парень задействовал экстрасенсорику Ранга А, пытаясь сквозь какофонию чужих поверхностных эмоций нащупать хоть одну фальшивую нить, хоть какой-то намёк на связь с Генри. Но сфокусироваться ему не давали. И виной тому был Уилл, а точнее — тот статус, которым Майк его наделил. Каждые пару минут мимо их столика нарочито медленно проходили группы гостей. Одетый в шёлковый пиджак молодой Аристократ, проходя мимо, скользнул по Уиллу презрительным взглядом и громко, не таясь, бросил своему спутнику: — Ну надо же, малыш-Хайпо ворвался в элиту... И каково это, интересно, быть личной подстилкой знаменитости? Надеялся на социальный лифт, чудо несчастное? Уилл сжал кулаки, чувствуя, как краска стыда заливает шею. Но следом к столику подплыла вальяжная девица из мутантов Ранга В. Она смерила Майка ленивым взглядом и хмыкнула: — А я-то думала, Майк, что ниже прошлых выходок тебе падать некуда. Но притащить на раут такое... Ты превзошёл самого себя в своём раздолбайстве. Майк отреагировал мгновенно. Его расслабленная поза изменилась, плечи развернулись, а в глазах полыхнул опасный, хищный огонёк. Он чуть подался вперёд, демонстрируя в полуулыбке идеальные белые зубы, среди которых на долю секунды мелькнули удлинившиеся клыки. — Ещё один звук в сторону моего фаворита, — тихо, но так веско процедил он, что у девицы перехватило дыхание, — и я разделаюсь со всеми вами за один присест. Прямо здесь. Посмотрим, как организаторы будут отмывать зеркала от вашей крови. Внушительная аура высшего хищника заставила шутников мгновенно испариться, но дело было сделано. Майк резко выдохнул и раздражённо запустил пальцы в волосы. Ему было несвойственно психовать, он всегда контролировал ситуацию, но сейчас его заметно потряхивало. — Проклятье, я не могу так работать, — зло бросил Майк. — Здесь слишком много ментального мусора, слишком громкая, безвкусная музыка. Головы этих придурков забиты такой гнилью, что у меня в висках стучит. — Мне тоже здесь не по себе, Майк, — тихо признался Уилл, устав сжиматься под перекрёстными взглядами сотен глаз. — На нас все глазеют. Будто мы... звери в вольере. — К чёрту. На сегодня с этим отвратительным местом покончено, — Майк решительно полез в карман брюк и выудил матово-чёрный брелок-ключ от своего глайдера. Он вложил его в ладонь Уилла. — На, держи. Иди на парковку первым, подыши воздухом. А я найду этих чертей из оргкомитета и официально сообщу, что на болте вертел их мероприятия. Встретимся у машины, поедем домой и включим какой-нибудь старый фильм. Идёт? Уилл благодарно кивнул, сжимая в пальцах прохладный пластик ключа. Он чуть ли не бегом прокладывал себе путь сквозь плотные ряды гостей, игнорируя провожающие его взгляды. Вырвавшись, наконец, из душных недр развлекательного центра, он жадно глотнул прохладный вечерний воздух. Голова всё ещё гудела от низкочастотных басов. На VIP-платформе парковки, поблёскивая лакированным крылом, стоял глайдер Майка. Уилл сделал шаг к машине и занёс руку с брелоком, как вдруг из темноты между автомобилями вывалилась чья-то фигура. Секунда — и к его спине нахально прижалось чужое грузное тело, а в ухо пахнуло тяжёлым, приторным запахом алкоголя вперемешку с «Плазмой-7». — О-о-о, смотрите-ка, кто тут у нас прячется... — пьяный, смазанный женский голос заставил Уилла оцепенеть от отвращения. На вид женщине было под сорок, её дорогое платье от кутюр было смято, а холёные пальцы Аристократки беззастенчиво впились в плечи парня. — Тот самый мальчик-Хайпо... Ну почему я не мутант, а? Я бы устроила тебе такую жизнь, сладенький... Забрала бы под своё крыло. Сколько Майк за тебя хочет, а? Я выкуплю твой контракт у этого избалованного щенка, малютка... Она попыталась развернуть Уилла к себе, её ладонь скользнула ниже, пошло сжимая его бедро. Уилл попытался вырваться, но от шока и омерзения его тело словно налилось свинцом. — А ну пошла вон отсюда, человеческая шваль, пока я тебе пальцы не переломал. Из густой тени деревьев размашистым шагом вышел парень. Уилл вздрогнул, узнав это лицо. Виктор. Мутант Ранга С, тот самый, который совсем недавно устроил акт открытого буллинга над Уиллом, за что получил весьма убедительное предупреждение от Майка. Виктор бесцеремонно схватил аристократку за плечо и с силой отпихнул назад. Женщина едва удержалась на ногах. — Ты что себе позволяешь, мелкий ублюдок?! Да я... — Ты сейчас закроешь рот и исчезнешь в своей «Призме», — ледяным тоном перебил её Виктор, и в его ладони с сухим треском проскочила искра биологического тока — проявление его куцей трансформации Ранга С. — Этот парень принадлежит Майку из «Зенита». Не забывай, на какую жестокость способен этот самонадеянный принц. Аристократка, мгновенно протрезвев, раздражённо фыркнула и, стуча каблуками, припустила обратно к дверям клуба. На парковке воцарилась зловещая тишина. Уилл стоял не шелохнувшись, прижавшись спиной к прохладному борту глайдера. Мысли путались: его только что спас человек, который искренне его презирал. Виктор обернулся, на его губах поигрывала мерзкая, самодовольная ухмылка. — И что, даже спасибо не скажешь, а, Уилл? — хмыкнул он, засовывая руки в карманы куртки. — А ведь я тебе услугу оказал. Кстати, твой Майк... парень, конечно, продуманный. Надо же, догадался поставить блок на сообщения от незнакомых номеров на твой телефон. Заботится. Уилл резко вскинул голову. Озарение ударило, как разряд молнии. — Так эти исчезающие уведомления в Pulse... — выдохнул он. — Это был ты? Зачем ты это делаешь, Виктор? Что тебе нужно? Ухмылка Виктора стала шире. — Мне? Мне просто нравится смотреть, как ты дёргаешься. Видишь ли, я теперь знаю кое-что очень интересное. И у меня на руках есть вещественные доказательства. Конкретно — два неопровержимых факта. Виктор сделал шаг вперёд, наклоняясь к самому лицу Уилла, и зашептал: — Факт первый: твоя обожаемая «близняшка»-сестра — сбежавшее Сырьё с ферм «Пасторали», которую твоя семейка незаконно укрывает уже несколько лет. И факт второй: ты, Уилл, никакой не Хайпо. Ты — дефектный Ранг С, прошедший несанкционированную, подпольную активацию. Ты — незаконный мутант. Мир вокруг Уилла завертелся со страшной скоростью. Земля уходила из-под ног. Виктор не блефовал — он говорил это с такой уверенностью, что сомневаться не приходилось. — Ты... ты стал шестёркой Генри, — севшим голосом произнёс Уилл, чувствуя, как горло сжимает спазм. — Что ты задумал? — Я? Я просто исполнитель, — Виктор пожал плечами. — Могу хоть завтра передать весь этот чудесный пакет данных в Инспекцию Лояльности. Трибунал Конкордата сожрёт твою семью за секунду. Самое мягкое, что вас ждёт — это пожизненный срок в Комплексе «Стазис-9». А при худшем раскладе, который мой покровитель устроит с радостью — вас всех до единого понизят до статуса Сырья и пустят на биотопливо или на стол к Омнифагам. Виктор на мгновение замолчал, наслаждаясь паникой, отразившейся в глазах Уилла. — Но... Генри готов проявить милосердие. Если ты примешь наши условия, доказательства будут уничтожены, а твоя семья продолжит спать спокойно. — Какие ещё условия? — хрипло выдавил из себя Уилл, ощутив себя в западне. — Условия просты. Во-первых, никто — и особенно твой породистый пёсик Майк — не должен знать о нашей сделке. Во-вторых, ты будешь сливать мне каждую деталь планов Майка. Всё, что он замышляет против Генри, всю собранную вами информацию. Будешь нашей ручной крысой, Уилл. На размышления у тебя неделя. Виктор резко подался вперёд, и Уилл инстинктивно зажмурился, ожидая удара, но парень лишь грубо пихнул что-то в карман его куртки. Это был сложенный в несколько раз клочок плотной бумаги. — Тут номер и продублированные условия. Не потеряй, «Хайпо», — выплюнул Виктор, напоследок одарив Уилла презрительным взглядом, после чего развернулся и растворился в тени парковочных деревьев. Уилла затрясло. Липкий, первобытный страх сковал лёгкие, не давая сделать даже вдоха. Перед ним стоял выбор, от которого веяло смертью: либо предать Майка, ставшего для него всем, либо обречь свою семью, маму и ни в чём не повинную сестру на страшную гибель в застенках Инспекции Лояльности или на подземных фермах. Да, Майк был умён, чертовски богат и умел выкручиваться из самых безнадёжных ситуаций. Но если за этим стоит Генри... Любая ошибка, любая попытка Майка вмешаться могла спровоцировать немедленный донос. Рисковать жизнью матери и сестры Уилл просто не имел права. Шаги по гравию заставили его вздрогнуть и судорожно прижать ладонь к карману, скрывая записку. Из ярких дверей развлекательного центра вышел Майк. Его галстук был слегка ослаблен, а на лице блуждала привычная дерзкая ухмылка — видимо, организаторам он высказал всё в красках. Но стоило ему подойти ближе и вглядеться в лицо Уилла под светом фонарей, как ухмылка мгновенно слетела. Майк уловил его состояние без всякой экстрасенсорики. — Уилл? Эй, что случилось? — Майк мгновенно оказался рядом, его горячие ладони легли на дрожащие плечи Уилла. Глаза Ранга А опасно сузились. — Ты бледный как покойник. Кто здесь был? На тебе лица нет. Уилл сглотнул вставший в горле ком. Смотреть в эти проницательные, полные искренней тревоги глаза Майка было невыносимо. Уиллу казалось, что он совершает предательство прямо сейчас, просто замалчивая правду. Но страх за семью перевесил. — Ко мне... ко мне приставала какая-то женщина, — выдавил из себя Уилл, стараясь, чтобы голос не слишком сильно дрожал. — Из Аристократок... Она была очень пьяна, лапала меня и говорила мерзости про выкуп фаворита... Лицо Майка в секунду превратилось в каменную маску ярости. Вены на его шее вздулись, а пальцы так сильно сжали плечи Уилла, что тот едва не поморщился. — Что? Какая тварь?! — Майк рыкнул, разворачиваясь в сторону входа, готовый ворваться обратно и разнести к чертям весь этот зеркальный павильон «Призмы» вместе с его гостями. — Я ей руки оторву. Показывай, где она! — Нет, Майк, стой! Прошу тебя, не надо! — Уилл мёртвой хваткой вцепился в рукав его пиджака, буквально умоляя. — Её прогнал кто-то из охраны... Мне просто плохо. Я хочу уехать. Пожалуйста, поехали скорее домой... Я больше не выдержу здесь ни минуты. Майк замер, переводя яростный взгляд с дверей клуба на взволнованного Уилла. Протест внутри него боролся с желанием немедленно защитить, спрятать своего хрупкого парня от этого гнилого мира. Наконец, глухо зарычав, Майк распахнул пассажирскую дверь глайдера. — Садись, — бросил он, обходя машину и прыгая за руль. Глайдер с тихим свистом оторвался от земли и рванул ввысь, унося их прочь от сияющей «Призмы». Но Уилл знал: самая страшная буря увязалась за ними следом, прямо в его кармане.

***

♫ Honor of Kings - Born to Rise

Ржавые Пустоши славились своими унылыми пейзажами. Но сегодня концентрация уныния превышала все допустимые нормы. На заброшенном поле, окружённом полуразрушенными скелетами зданий старого мира, пахло выжженной землёй и сухой, мутировавшей травой, чьи жёсткие стебли безжизненно шуршали на ветру. Окутанное дымкой небо над этой зоной казалось выцветшим, лишённым идеальной лазури климатических куполов элитных секторов. Для Уилла это место всегда было синонимом тяжёлого труда, но сегодня оно превратилось в лишающий сил изолятор. С одной задачей Уилл наконец справился — и это было его личной победой. Он научился блокировать спонтанную трансформацию дефектного МутаГена. Теперь, срывая с кожи сдерживающий пластырь, он больше не нуждался в успокоительной музыке сестры или стабилизаторах. Человеческое тело слушалось его, удерживая привычный облик волевым усилием. Но эта победа обернулась обратной, пугающей стороной: заперев монстра внутри себя на замок, Уилл не мог заставить его проснуться, когда это было жизненно необходимо. — Ещё раз, Уилл! Соберись! — зычный голос Стива разнёсся по пустырю. Уилл пытался отдышаться, стоя в центре вытоптанной площадки. Вдруг Стив резко вскинул руку, направляя в его сторону плотный, свистящий поток кинетической энергии — ментальный удар, доступный опытным мутантам. Одновременно с фланга бесшумной тенью рванулась Макс, чьи пальцы на бегу уже начали удлиняться, превращаясь в смертоносные когти Ранга B. Уилл зажмурился, пытаясь вызвать внутри себя то самое знакомое, обжигающее чувство «активации» МутаГена. Он отчаянно искал в глубине сознания ярость, страх — хоть что-то, что заставило бы его плоть измениться и выставить биологический щит. Но внутри была абсолютная пустота. Словно весь его организм покрылся толстой коркой стазиса. Поток энергии Стива врезался Уиллу прямо в грудь. Мощный толчок сбил парня с ног, и он, не успев сгруппироваться, кубарем покатился по жёсткой земле, собирая спиной ржавую пыль и мелкие камни. Макс в последний момент затормозила в шаге от него, убирая когти и разочарованно выдыхая. — Нет, это никуда не годится, — Стив подошёл ближе, качая головой и протягивая Уиллу руку. — Ты заблокировал сам себя, парень. Уилл проигнорировал помощь, зло сплюнул забившийся в рот песок и поднялся самостоятельно, судорожно отряхивая брюки. Стив отошёл к Макс, и они негромко заговорили, даже не пытаясь скрыть свои рассуждения от ученика. — Контроль трансформации — это ведь двухсторонняя дорога, — негромко наставлял Стив, скрестив руки на груди. — Мало просто нацепить на зверя намордник и научиться подавлять импульсы без стимуляторов. Нужно уметь этот намордник срывать по щелчку пальцев. А у Уилла сейчас глухая стена. — Он слишком сильно зажал себя изнутри, — согласилась Макс, косясь на понурого парня. — Причина явно в психологии. Какая-то ментальная травма или дикий стресс, который блокирует адреналиновые триггеры. Нам нужно нащупать новый проводник для его сил. Какой-то раздражитель, который заставит МутаГен проснуться в обход его сознания. Но при этом безопасный. Мы не можем использовать его семью или угрожать его близким ради эксперимента — он тогда вообще сойдёт с ума. Нужно что-то другое. Уилл слушал их, и внутри у него всё клокотало от бессильной обиды. — Да понимаю я всё! — раздражённо бросил он, перебивая их дискуссию. — Всё я понимаю! Но тело просто... не слушается. Будто во мне перегорел какой-то предохранитель! Он отвернулся, делая вид, что поправляет шнуровку на ботинках, лишь бы они не увидели, как у него ходят ходуном желваки. Если бы они только знали, почему внутри него всё выжжено. Настоящая причина его биологического ступора крылась не в тренировках. Мысленно Уилла крутило в яростном, непрекращающемся водовороте ужаса. Прошло уже несколько дней с той проклятой вечеринки в «Призме». Время стремительно истекало. Через каких-то сорок восемь часов он обязан дать ответ Виктору. Дать ответ Генри. Что делать? Стать шпионом? Сливать планы Майка? Каждый раз, когда Уилл представлял, что предаёт парня, который подарил ему ощущение «крыльев за спиной», сердце сжималось от физической боли. Но на другой чаше весов лежала жизнь мамы и сестры, которых Инспекция Лояльности могла заживо сгноить в Комплексе «Стазис-9» или пустить на фарш в подземных секторах «Пасторали». Из-за этого Уилл плохо спал последние несколько ночей. И сегодня, стоя посреди Ржавых Пустошей, он наконец пришёл к финальному, отчаянному выводу. Хватит. Шантажистам нельзя верить. Даже если он выполнит все условия Виктора, Генри ни за что не оставит их в покое — они слишком много знают. Единственный шанс — рассказать всё Майку. Тот сильный, тот из Элиты, он что-нибудь придумает. Сегодня вечером, дома, Уилл выложит ему всё до последнего слова. Будь что будет. — Эй, ну не кисни, — послышался подбадривающий голос Макс за спиной. — Ты себя недооцениваешь. По сравнению со мной в прошлом, ты достаточно быстро освоился. — Вот именно! — подхватил Стив. — А стопор твой мы как-нибудь устраним. Ты главное не загоняйся. — Да как тут не загоняться?! — Уилл расстроенно раскинул руки. — Помните, что Майк говорил? Якобы я должен стать первым H.M. Ранга C, по силе превосходящим даже Ранг A! Но вы взгляните на меня! Как такой слабак вообще может быть сильным мутантом? — Я не для того тебе это говорил, чтобы ты потом принижал себя, — послышался приглушённый голос Майка. Он вышел из павильона стремительной, уверенной походкой. На нём был строгий тёмный костюм, идеально отглаженный — совершенно нетипичный наряд для их неформальных поездок на тренировки. Лицо Аристократа было собранным, сосредоточенным и непривычно холодным. — Своим самобичеванием ты обнуляешь все мои заслуги, — бросил Майк, даже не глядя на Стива и Макс. Его взгляд задержался на Уилле, но в нём не было привычной тёплой насмешливости или азарта. Уилл стыдливо опустил голову, шаркая носком ботинка по сухому грунту. — Прости, не подумал, — виновато промямлил он. Майк глухо хмыкнул и нырнул руками в карманы брюк. — Я бы не выбрал слабака. Если я сказал, что ты будешь самым сильным, значит, так оно и есть. Помни об этом. И сосредоточься на тренировке, хватит витать в облаках. В его голосе не было грубых нот, но отчего-то Уилл почувствовал себя ребёнком, которого прилюдно отчитывают за непослушание. Смерив взглядом непутёвого фаворита (именно так казалось Уиллу), Майк обратился к Стиву: — У меня планы изменились. Мне нужно срочно в «Зенит» по семейным делам. За мной приедет личный водитель. Я дам тебе пульт управления от моего глайдера, довезёшь Уилла до дома после тренировки. Справишься? Глаза Стива засияли от одной мысли, что ему доверят управление элитного глайдера. — Вообще без вопросов! — он вытянул руку, на ладонь которой тут же упал брелок. Уилл похолодел. Всё его выстраданное решение, весь его внутренний план на этот вечер с треском покатился в пропасть. — В «Зенит»? — Уилл зябко повёл плечами, делая шаг навстречу Майку. — Прямо сейчас? Но мы же собирались... Что за дела, Майк? Что-то случилось с расследованием по Генри? Майк стоял, не шелохнувшись. Его поза была закрытой, он поправил манжеты рубашки и ответил как-то отстранённо, глядя куда-то поверх головы Уилла: — Ничего особенного. Просто рутинная проверка Палаты Превосходства. Нужно уладить пару вопросов с отцовскими контрактами. Не забивай голову, Уилл. Обычные дела Элиты. Этот тон — сухой, деловой, чужой — ударил Уилла сильнее, чем кинетический выпад Стива. В груди поднялась липкая волна паники. Майк никогда так с ним не разговаривал. Неужели он что-то узнал? Или Виктор уже сделал свой ход? — Майк, подожди, — Уилл подбежал ближе и практически ухватив его за локоть, заставив наконец посмотреть себе в глаза. — Пожалуйста... Не уезжай так быстро. Я... мне нужно рассказать тебе кое-что. Кое-что очень важное. Прямо сейчас. Это касается... нас. И безопасности. Майк замер. На мгновение под его холодной маской промелькнуло нечто прежнее — та самая глубокая, граничащая с одержимостью нежность, которую он испытывал только к этому дефектному мальчику. Взгляд Майка потеплел, он накрыл ладонь Уилла своей ладонью и мягко сжал её. — Уилл, успокойся, — но голос всё такой же резкий, неприятный. — Я знаю, что ты на взводе, и сейчас надумаешь всякой херни. Расслабься уже. Я приеду к полуночи, и мы поговорим. Договорились? Он, словно по привычке, без присущей ему игривости потрепал волосы Уилла, затем развернулся и быстрым шагом направился к выходу с тренировочного поля. Уилл остался стоять посреди поля, прижимая ладонь к груди. Ждать до полуночи. Майк вернётся только к полуночи. А время на часах его собственной жизни стремительно шло к нулю. И Майк прав хотя бы в одном — Уилл уже начал надумывать всякую херню, накручивая и без того взвинченное сознание. Между ними не произошло ничего, что могло бы заставить Майка вести себя подобным образом. Он либо просто не в духе, либо в Зените его ожидает нечто поистине неприятное. Но что же это?

***

♫ XXIOS - Enemy in the Mirror

Стрелки часов неумолимо приближались к одиннадцати вечера, а комната Уилла с каждой секундой всё больше напоминала тесную клетку. Шаг. Ещё шаг. Разворот. Он мерил половицы собственными шагами так неистово, словно пытался вытоптать в них тропу к ответам. Его хрупкая, болезненно чувствительная душа сейчас горела синим пламенем чистой, изнуряющей тревоги. К дикому, животному страху перед шантажом Виктора примешивалось другое, чисто подростковое, влюблённое безумие. Перед глазами то и дело вставало лицо Майка на тренировочном поле в Пустошах — холодное, отстранённое, с пугающе чужим взглядом. Почему он так ответил? — Уилл запустил пальцы в волосы, едва не выдирая пряди. — Он никогда не говорил со мной таким тоном. Никогда. Я для него теперь просто обуза? Развлечение кончилось? Или... боже, что происходит в этом чёртовом Зените? Когда любишь человека до судорог, до полной, граничащей с зависимостью одержимости, любая смена интонации кажется концом света. Уилл чувствовал, что сходит с ума. Подозрение о том, что Майк мог узнать о шантаже, стояло на последнем месте в списке тревожных догадок. А почётное первое занимало кое-что другое. Абсурдное. До стыда несерьёзное. По-детски надуманное и нелогичное. Череда неудач в тренировках, а также угрозы со стороны приспешника Генри оказали на Уилла губительное влияние. Он начал с простого «что я сделал не так, раз Майк так холодно со мной разговаривал?» и пришёл к тому, что он вообще здесь лишний. Ведь Уилл — мастер накрутить себя до состояния истерики. В попытках найти объяснение отстранённому поведению Майка, вместо того чтобы проанализировать свою реакцию и найти причины паники в себе, Уилл принялся поднимать со дна события последних дней. И тут он вспомнил. Помятый, довольный вид Майка, выходящего из клуба в Призме. Тогда Уилл счёл потрёпанный вид и растянутый галстук признаком небольшой потасовки. Но сейчас... ему начало казаться, что причина была в другом. Может, Майк нашёл кого-то в клубе? Может, у него теперь есть новая игрушка, а от старой он просто не успел ещё избавиться? Может, Уилл наскучил Майку?.. АААААА!! Голова взрывалась от таких гнусных мыслей. Уиллу стало тошно от одной мысли, что сейчас в Зените, в каком-нибудь элитном гадюшнике, Майк мог жадно целовать чужие губы. Казалось, ещё чуть-чуть, и Уилл начнёт биться лбом о стену. Но у этого чудного дома имелась своя воля. Дверь в комнату распахнулась без стука, заставив Уилла вздрогнуть и отпрянуть в сторону. На пороге стояла Эл. Её растрёпанные волосы и заспанный, но яростный взгляд не предвещали ничего хорошего. — Уилл, твою налево! — прошипела она, скрестив руки на груди. — Ты топаешь так, словно у тебя вместо ног гидравлические прессы Рабочей Силы! Я заснуть не могу! Что с тобой опять стряслось? Уилл замер, тяжело дыша, а потом бессильно опустился на край кровати, пряча лицо в ладонях. Ему было стыдно признаться в собственных терзаниях, но только сестра могла понять и принять его заскоки. А выговориться Уиллу было жизненно необходимо. — Извини, Эл... Я просто... я не могу успокоиться. Майк уехал в Зенит несколько часов назад. Он был таким... другим. Холодным. Словно я пустое место. Я хотел рассказать ему кое-что важное, а он просто отмахнулся. Мне кажется, что-то идёт не так. Очень сильно не так. Эл прошла в комнату, прикрыв за собой дверь, и прислонилась к косяку. В её глазах, обычно колючих, промелькнуло сочувствие. — Слушай, — Эл прищурилась, о чём-то напряжённо думая. — А ты не думал воспользоваться... привилегиями? Твоя метка фаворита. Ты же знаешь, что это не просто красивый рисунок на коже, подтверждающий, что ты под крылом Ранга A? — О чём ты? — Уилл поднял на неё воспалённые глаза. — О ментальном резонансе, идиот, — Эл подошла ближе. — Чистокровные мутанты связывают себя со своими фаворитами. Это двусторонний мост, пусть и с неравными правами. Технически, если ты сильно сосредоточишься, направишь всю свою волю и желание узнать правду в эту метку, ты сможешь пробраться в его голову. Подглядеть, что он сейчас делает. Глазами Майка. Уилл резко выпрямился, его лицо вспыхнуло от возмущения. — Что?! Нет! Эл, это мерзко! Это вторжение в его личное пространство! Я не стану шпионить за Майком! — Ой, да брось ты свою святошу строить! — Эл навис над ним, злобно зыркнув. — Вспомни, как этот твой Майк, пока не перебрался жить сюда, в Субурбию, постоянно пас тебя! Он ловил твои эмоции, заявлялся без приглашения, читал тебя как открытую книгу благодаря своей экстрасенсорике Ранга A! Ему, значит, можно развлекаться и контролировать тебя, а тебе один-единственный разок подглядеть, чтобы спасти свои же нервы, нельзя? Давай, Уилл. Сделай это. Ради своего же спокойствия. Слова Эл упали на благодатную почву его собственной паранойи. Страх за будущее, неизвестность и удушающая любовь победили мораль. — Хорошо... — хрипло выдохнул Уилл. Он сел по-турецки в центре кровати, глубоко вздохнул и прижал ладонь к месту, где под одеждой скрывалась метка. Уилл закрыл глаза, выкидывая из головы лишние шумы. Он сосредоточился на тепле, исходящем от кожи, мысленно потянулся к образу Майка — к его смеху, его запаху, его силе. Сначала ничего не происходило. Но затем метка отозвалась резкой, уколовшей изнутри болью, словно под кожу плеснули раскалённую плазму. Уилл беззвучно выгнулся. Комната в Субурбии растворилась. Его собственное «я» стремительно сжалось, превращаясь в крошечную точку, которую затянуло в тёмный, вибрирующий ментальный коридор. Пространство и время смазались. Вспышка. Уилл открыл глаза, но это были не его глаза. Картинка сначала плыла, двоилась, накатывала волнами чужого, ледяного бешенства. Вокруг пахло сыростью, дорогой кожей и... кровью. Постепенно зрение сфокусировалось, став пугающе чётким. Уилл смотрел на мир с высоты роста Майка. Пространство вокруг было полумрачным, похожим на закрытый подземный паркинг или заброшенный склад в Зените. По обе стороны от «себя» Уилл увидел Рэя и Эша — близких друзей Майка, парней из Ранга A. Их лица были абсолютно равнодушными, а пальцы слегка подёргивались от сдерживаемой трансформации. Они держали под руки человека. Уилл мысленно вскрикнул, но из горла Майка вырвался лишь глухой, презрительный смешок. Человеком, которого держали парни, был Виктор. Его лицо превратилось в кровавое месиво, дорогой костюм был разорван, а колени подкашивались. Майк — то есть Уилл его руками — неторопливо нанёс сокрушительный удар парню в живот. Виктор хрипло зарыдал, выплёвывая кровь на бетон. — Думаешь, ты бессмертный, мразь? — голос Майка, звучавший прямо в сознании Уилла, вибрировал от опасных, низких частот, вызывающих ужас. — Тебе явно мало было одного предупреждения? Ты забыл, с кем связался? Шантаж против семьи Уилер никогда, слышишь, никогда не работал. Ты думал разыграть карту против моего фаворита? Против меня? — Майк... Пожалуйста... Пощади... — Виктор едва ворочал распухшим языком, из его глаз текли слёзы, смешиваясь с грязью. — Я всё удалю... Прости... Я не знал... — Пощады в Новом Мире нужно заслуживать, Виктор, — холодно отчеканил Майк. — Но ты — отработанный материал. Прямо сейчас я полностью ликвидирую активность твоего дефектного МутаГена. Сделаю из тебя пустую, покорную куклу. А затем оформлю твою тушу в списки Сырья для подземных секторов «Пасторали». Там твоё место. — Нет! Нет, умоляю, не надо!!! — истошно закричал Виктор. Но Майк был непреклонен. Уилл почувствовал, как по венам Майка разливается колоссальная, удушающая мощь Ранга A. Пальцы Майка окутались едва видимым, дрожащим полем кинетической энергии. Он занёс руку над головой бьющегося в истерике шантажиста, готовясь выжечь его нервную систему. — НЕТ! — Уилл рванул сознание назад с такой силой, что ментальный мост с треском лопнул. Он распахнул глаза и свалился с кровати прямо на ковёр. Его грудь высоко вздымалась, он судорожно ловил ртом воздух, а по лицу градом катился холодный пот. Глаза Уилла были огромными от неописуемого, дикого ужаса. Перед взором всё ещё стояла картина жестокой расправы. Майк — чудовище. Безжалостный, кровавый хищник системы, который прямо сейчас убивает человека. — Уилл! Уилл, боже, что случилось?! — Эл подскочила к нему, хватая за плечи. — Что ты там увидел? Ответь мне! Но Уилл её не слышал. В его разорванном на части сознании, сквозь пелену шока, вдруг проросла одна-единственная, леденящая кровь мысль. «Шантаж против семьи Уилер... Откуда Майк узнал про Виктора? Откуда?!» Уилл резко, с безумной силой подорвался с пола, оттолкнув сестру, подскочил к платяному шкафу и рванул дверцы на себя так, что они затрещали. Эл даже вскрикнула от неожиданности. Уилл начал лихорадочно, слепо выкидывать из шкафа вещи. Футболки, джинсы, толстовки летели на пол белым хламом. Наконец он нащупал тёмную куртку — ту самую, в которой он был на злополучной вечеринке в «Призме», когда Виктор сунул ему в карман записку. Пальцы Уилла тряслись так сильно, что он едва попал в карман. Пусто. Он вывернул его наизнанку — ничего. Он залез во второй карман. В потайной. Пусто. Только обрывок старого чека. Записки Виктора не было. Куртка выпала из его ослабевших рук. Всё встало на свои места. Майк нашёл записку. Майк обо всём знал с самого начала. Он не просто поехал по делам — он поехал вырезать угрозу его собственности. Уилл почувствовал, как ноги отказываются его держать. Земля ушла из-под ног, и он тяжело, словно подкошенный, упал на колени прямо посреди разбросанных вещей. Мир Нового Мира, со всей его беспощадной, кровавой иерархией, окончательно раздавил его. Он был абсолютно беззащитен перед той одержимостью, с которой Майк Уилер оберегал его.

***

♫ Kingside - Faust

Полночь опустилась на Субурбию, укрыв её сонные, идеально подстриженные газоны густыми тенями. Уилл сидел на деревянной качели у самого порога дома, обхватив себя руками за плечи. Его била мелкая, непрекращающаяся дрожь. Ночной воздух казался ледяным, но настоящая стужа шла изнутри — из той самой точки на шее, где всё ещё пульсировала, остывая, метка фаворита. В голове набатом стучали окровавленные, жуткие образы из подвала в Зените. Тихий, породистый гул мотора разорвал тишину улицы. Матово-чёрный глайдер плавно опустился у ворот, и его фары на секунду ослепили Уилла. Дверь скользнула вверх. Из машины вышел Майк. Он выглядел безупречно, спокойно и даже расслабленно, на ходу перехватывая и запахивая полы своего дорогого тёмного плаща. Заметив Уилла на крыльце, Майк привычно, с лёгкой, едва заметной полуулыбкой изогнул бровь. В его позе сквозила та самая вальяжная харизма Элиты, которая когда-то так сильно раздражала Уилла. — О, ты так соскучился по мне, что решил встретить меня аж на пороге дома? — в своей излюбленной дразнящей манере протянул Майк, делая шаг к крыльцу. Уилл ничего не ответил. Он лишь буравил его тяжёлым, потемневшим от ярости и боли взглядом. Внутри него со свистом сорвало все предохранители. Уилл резко, рывком поднялся с качелей и в несколько быстрых, размашистых шагов преодолел расстояние между ними. Не успел Майк опомниться, как Уилл мёртвой хваткой вцепился пальцами в грудки его идеально отглаженного плаща и с дикой, неосознанной силой откинул мутанта в сторону. Майк, абсолютно не ожидавший физического отпора от своего мягкого, нежного мальчика, опешил. Он сильно пошатнулся, взмахнув руками, и едва удержал равновесие на ровной дорожке. В его больших глазах отразилось неподдельное, глубокое удивление, но злости в них пока не было. Он лишь поправил смятую ткань на груди и нахмурился: — Уилл? Ты чего творишь? Что случилось? — Что случилось?! — голос Уилла сорвался на крик, эхом разнёсшийся по спящей улице. — Ты ещё спрашиваешь?! Ты поступил со мной как с последним скотом! Какое право ты имел рыться в моих вещах?! Какое право ты имел устраивать обыск в моей комнате и скрывать от меня то, что ты задумал?! Лицо Майка дрогнуло, удивление мгновенно сменилось холодной маской раздражения. Он понял, что тайна раскрыта. Спокойно, сдерживая поднимающуюся внутри силу Ранга A, он сделал шаг к Уиллу. — Вообще-то, по-скотски здесь вёл себя именно ты, Уилл, — жёстко, чеканя каждое слово, ответил Майк. — Ты скрыл от меня, что этот слизняк Виктор тебе угрожал. Ты замалчивал шантаж, когда под реальной угрозой были жизни твоей матери и Эл! Инспекция Лояльности стёрла бы их в порошок, а ты молчал! Это не просто глупо, Уилл, это грёбаная клиника. О таких вещах не молчат, когда у тебя за спиной стою я! — Да что ты понимаешь?! — Уилл задыхался от слёз, которые против воли застилали глаза. Он разрывался напополам между удушающей, больной любовью к этому парню и диким, праведным гневом. — Я был в полной растерянности! Тебя никогда в жизни не заставляли выбирать между любимым человеком и безопасностью собственной семьи! Я... я собирался рассказать тебе всё сегодня! Именно сегодня вечером! Но у кое-кого ведь абсолютно нет терпения! Ты решил поиграть в бога? И что теперь?! Из-за твоей грёбаной выходки Генри прямо сейчас отправит все доказательства в сеть Инспекции, и мою семью уничтожат! Майк презрительно фыркнул, скрестив руки на груди. В его взгляде промелькнуло высокомерие истинного представителя Сектора «Зенит». — Никаких доказательств у Виктора на руках не было, успокойся. А Генри ничего не отправит. Это просто его очередная дешёвая игра, он прощупывал тебя. Шантаж против семьи Уилер никогда не работал и работать не будет. Я стёр эту проблему до того, как она успела стать реальной. — Стёр?! — Уилла буквально разнесло. Сдерживать внутренний кошмар больше не было сил. — Ты называешь это «стёр»?! Я видел! Слышишь меня, я видел всё через метку! Ты издевался над Виктором вместе с Рэем и Эшем, ты упивался своим статусом Элиты! Ты... ты заживо лишил его МутаГена и отправил в Сырьё, на убой, как скотину! Терпение Майка окончательно лопнуло. Его глаза на секунду хищно блеснули в темноте, а воздух вокруг них словно стал густым и тяжёлым от невидимого силового поля Ранга A. — Да, отправил! — рявкнул Майк, теряя всякую сдержанность. — И я сделал всё правильно! С такими ублюдками только так и нужно поступать! Он посмел протянуть свои грязные лапы к тому, что принадлежит мне. К тебе! Я вырвал это дерьмо с корнем, чтобы твоя мать и твоя сестра могли спать спокойно! Я сделал это ради тебя, ради твоей семьи, пока ты исходил соплями от страха! — А я не просил тебя об этом! — истошно закричал Уилл, делая шаг назад и качая головой. Его трясло от отвращения и шока. — Мне было бы достаточно обычного, формального договора о неразглашении! Да чего угодно, но не этого... не этой показательной казни! Господи, Майк... В тебе с каждым днём становится всё больше безжалостного мутанта и всё меньше человека! Эти слова ударили Майка наотмашь. Он резко замолчал, его лицо побледнело, а в глубине зрачков промелькнула настоящая, живая боль. Обвинение в потере человечности от Уилла — единственного, ради кого он вообще пытался сдерживать своих внутренних демонов — ранило его в самое сердце. Майк психанул. — Да! Да, чёрт возьми, я чистокровный мутант Ранга A! — во всю силу лёгких заорал Майк, шагая вплотную к Уиллу, так что их лица оказались в считанных сантиметрах друг от друга. — Если ты, блять, забыл, я хищник по праву рождения! И человеком я пытаюсь быть исключительно ради тебя! Только ради тебя я притворяюсь этой послушной, правильной куклой в вашей грёбаной Субурбии! А ты... ты этого вообще не ценишь! Ни на грамм! — Я всё ценю! — со слезами на глазах выкрикнул Уилл, упираясь ладонями в его грудь, чтобы удержать дистанцию. — Но мне больно, Майк! Мне невыносимо больно от того, что ты постоянно крутишь свои тайные интриги за моей спиной! Действуешь скрытно, отстранённо, как будто мы чужие друг другу! Я... я уже вообще не понимаю, кто мы, чёрт возьми, друг для друга! Кто я для тебя? Развлечение? Твоя живая игрушка?! Кто?! На последней фразе Уилла Майк словно сдулся. Вся его яростная, карающая энергия Ранга A мгновенно улетучилась, оставив лишь глухую усталость. Он посмотрел на заплаканное, волевое, но такое родное лицо Уилла и глубоко, прерывисто вздохнул. Майк протянул руку, пытаясь коснуться его щеки, и произнёс уже гораздо мягче, с явным намерением погасить этот пожар: — Уилл... Послушай меня. Прямо сейчас вообще не лучший момент для того, чтобы обсуждать наши отношения. Мы оба на взводе, мы наговорим лишнего. Давай мы просто зайдём в дом, успокоимся, переспим с этой ночью, а завтра на свежую голову всё обсудим. Пожалуйста. Его тихий, разумный тон должен был успокоить, но для Уилла, находящегося на грани эмоционального коллапса, это прозвучало как очередная попытка закрыть ему рот, спрятать проблему под ковёр Нового Мира. Гнев, дикое отчаяние и яд увиденного в трансе окончательно выбили почву у него из-под ног. — Да пошёл ты к чёрту, Майк! — выплюнул Уилл, резко отпихивая его руку от своего лица. — Я не хочу с тобой говорить. Я видеть тебя, блять, не хочу! Катись к чертям в свой элитный, грёбаный Зенит к своим породистым друзьям! А здесь тебе ловить нечего. Сегодня ты спишь в гостиной на диване. И близко ко мне не подходи! Не дожидаясь ответа и даже не глядя на то, как потемнело лицо Майка, Уилл развернулся, взлетел по ступеням крыльца и ворвался в дом. Он пробежал по коридору, ворвался в свою комнату и с оглушительным грохотом захлопнул деревянную дверь. Пальцы, ходившие ходуном, со второй попытки провернули ключ в замке. Щёлк. Всё. Отгородился. Уилл обессиленно прижался спиной к закрытой двери, а затем его ноги окончательно подогнулись. Он упал на колени, уткнулся лицом в ладони и разрыдался. Его плечи судорожно вздрагивали, а из груди вырывались глухие, удушливые всхлипы. Для него этот конфликт — не просто банальная ссора. Уилл приравнивал всё это к началу конца.