12 замков глава 3 «Бинты, биты и диско-шар»

Щас, дочка, откроем! — Папа ухватился за тяжелую крышку саркофага, расшитую золотыми нитями. — Раз, два... Тяни! С громким присасывающимся звуком «Плюх!» крышка откинулась. Внутри, на мягких подушках, лежал мумия в солнцезащитных очках и с огромными диджейскими наушниками поверх бинтов. Рядом стоял пульт, слепленный из цельного куска базальта. — Папа, папа! Это же диджей-Мумия! — Лиза всплеснула руками. — Только что он тут делает? Посмотри на его лицо... он недовольный! :( Мумия действительно скрестила руки на груди и обиженно надула губы (насколько это возможно для пластилиновой мумии, конешно) — О, дочка! — Папа задрал голову вверх. — На потолке над саркофагом висит диско-шар! Щас включим, и он будет доволен! Они начали оглядываться. Сбоку от саркофага стояла статуя кошки Бастет, а в её лапах — пустой разъем. — Смотри, тут не хватает рычага! — Лиза заметила на полу за витриной длинную золотую палку с набалдашником в виде грампластинки. — Нашла! Она вставила палку в статую и с силой потянула вниз. «КРАК!» — рычаг поддался. В ту же секунду из колонок-пирамид ударил мощный бит, а диско-шар под потолком завертелся со скоростью пропеллера! — О-о-о, зажигаем! — Диджей-мумия мгновенно подпрыгнул, схватил пластинки и начал выдавать такой скретч, что весь музей затрясся. Весь зал залило разноцветными лучами: красные, синие и зеленые зайчики запрыгали по саркофагам и охранникам. Охранники даже начали забавно притопывать в такт. Мумия крутила вертушки, а Лиза с Папой устроили настоящий пластилиновый брейк-данс прямо у входа! Внезапно музыка стихла так же резко, как и началась. Мумия довольно показала большой палец и снова легла в саркофаг, закрыв глаза. Диско-шар подмигнул последним лучом, и из его центра с тихим звоном вылетел Белый Ключ. — Ага! Эту деталь вставляем сюда и вуаля! — Папа ловко поймал ключ в воздухе. — Третий ключик у нас! Он подошел к сейфу и провернул белый ключ. Один из охранников музея даже подмигнул им, когда замок исчез. — Есть! Белый готов! — Лиза довольно выдохнула. — Осталось девять. Пап, а почему тот Анубис так странно смотрит на свой пустой кулак?