Спектр невозврата. Принятие неизбежного.

***

      Двери в эндокринологическое отделение захлопнулись, и звук уезжающей каталки быстро растворился в бесконечной глубине коридора. Харви опустился на жесткое кресло, чувствуя как страх начинает его переполнять. В голове все еще мелькал момент, когда Майк просто не мог стоять, а единственное, что он мог сделать для него: погладить по голове и прошептать, что все будет хорошо…       Следом за страхом, последовало удушающие чувство вины. Харви закрыл глаза, но воспоминания о последних днях, все равно всплывали перед ним:       Майк, который улыбался через боль в голове. Майк, вздрагивавший от хлопка новых папок на столе. Заболевший Майк, от которого Харви требовал больше чем нужно…       «А я даже не спросил как у него дела» - медленно, очень тихо, но с огромным чувством вины, произнес Харви, откидываясь на спинку кресла…        Сквозь утреннюю суматоху больницы, не сбавляя шага прошла Донна. Еще издалека она заметила, как Харви сидит замерев от ожидания, а его пальцы были судорожно сцеплены. Она не бежала, но в каждом ее движение читалась тревога, которую она разделяет вместе с Харви. Замедлив шаг, она на мгновение остановилась над своим, обычно очень собранным и железным боссом, изучая его закрытые глаза и плотно сжатые губы. Только после этого, она бесшумно присела рядом с ним.

***

Харви, не открывая глаз, почувствовал рядом присутствие Донны.       — А если все будет плохо? Если у него диабет? Донна, - произнес он почти шепотом, но в этих словах было столько вины, отчаяния и надежды. — Больше никакой горы папок, никаких задержек до поздна. Я больше не позволю ему потерять сознание из за меня!…- на последних словах, голос Наставника дрогнул…       — Я знаю…, - тихо ответила Донна, положив свою руку ему на плечо. — Но даже если так, вы справитесь… Вы всегда справляетесь…       Харви наконец посмотрел на нее, и в его голосе прозвучала искренняя и горькая правда, которую он больше не мог держать в себе.       — Это моя вина, - выдохнул он. Все это время я наблюдал за тем, как мой друг бледнеет, а его руки дрожат, не в силах даже, черт ручку держать! - А я, даже не поинтересовался о его состояние… я только требовал от него все больше... — Донна… я…       — Харви, посмотри на меня, - мягко произнесла Донна, нежно сжимая его плечо, Показывая, что она рядом. Она дождалась пока Харви поднимет на нее взгляд. - Харви, ты величайший адвокат в этом городе, но даже ты не можешь предсказать болезнь, только по тому, как Майк держит ручку. Пойми, что организм должен быть генетически предрасположен к этой болезни, так что даже, если бы ты не дал ему эту работу, он все равно, рано или поздно мог ей заболеть. Теперь важно не то, что произошло, а то что будет дальше. Он не безразличен тебе, твои мысли о собственной вине, это доказывают. Ты думаешь он сейчас лежит там и составляет список твоих грехов? Нет, Харви, он ждет тебя! И самое лучшее , что ты можешь сделать, это быть рядом, какой бы диагноз ему не поставили.       Харви слегка улыбнулся и отвел взгляд. Тень вины никуда не исчезла, но где то внутри он почувствовал небольшое утешение. Решимость и чувство ответственности медленно вытесняли остатки страха, опираясь на принятие ситуации и мысли о лучшем…        Он снова встретился взглядом с Донной и положил свою руку поверх ее, - Спасибо… Без лишних слов, поблагодарил ее Харви.

***

      Врач остановился на против Харви, держа в руках медицинскую карту Майка. Харви не медля ни секунду поднялся с кресла. Прошлое оцепенение спало, он по привычке поправил галстук и сделал шаг на встречу к врачу.       — Харви Спектр, - Харви протянул руку для рукопожатия. Расскажите все как есть, он в порядке?       —Мистер Спектр, Я доктор Морган, - он заговорил не громко, но прямо. Выказывая некое уважение. — Мы привели его показатели в норму. Уровень сахара в крови стабилизировался. Майкл в сознании, может чувствовать сильную слабость, сейчас его жизни ничего не угрожает. Молодой Врач опустил руку с планшетом, готовясь сказать нечто важное для Харви, в котором так и горела надежда на лучшее.       — Однако.., - Доктор сделал небольшую, но напряженную паузу. — Результаты анализов подтвердили наши опасения. У мистера Росса сахарный диабет первого типа. - как бы слова врача не хотели звучать твердо, в них слышалась доля сожаления. — это аутоиммунное заболевание, недосып и пропуски обедов лишь усилили итак неизбежный процесс, его организм больше не вырабатывает инсулин. Мне жаль мистер Спектр…       Харви снова замер. Вся та надежда и мысли о том что с его другом все будет хорошо, разбились в осколки о неизбежность. Он замер от того, что привык видеть своего гениального сотрудника в постоянном движении, уплетавшего какой-нибудь батончик по дороге, или покупавшего кофе на перерыве, которое потом, он мог у него отобрать… Погрузившегося в эти мысли Харви, отвлек голос Врача.       — Мистер Спектр, вы можете оставить номер телефона его родственника? Который сможет оказать заботу, в первые дни скачок сахара будет особенно высоким и понадобиться постоянный контроль. Возможна высокая температура и припадки. - закончил доктор выжидающе глядя на Харви. Который на секунду замолк. Он протянул руку за планшетом и сказал, — да, конечно. - При этом вписав туда свой номер телефона. — Если что, говорить мне, я позабочусь о нем. - с некой гордостью и ответственностью в словах, ответил Харви.       — Да, безусловно, если что будем обращаться к вам… - врач замедлился на последних слова и спросил, — А кем вы ему приходитесь?       Абсолютно без каких либо колебаний, мужчина ответил, — Друг…Лучший друг. Донна, стоявшая позади них, не скрытно улыбнулась и почувствовала радость и даже гордость за своего босса, который без каких либо подколов и попыток уйти от вопроса, как обычно он это делает, Твердо ответил, «да это мой друг».

***

      —Ваш друг находится в 211 палате. Я могу проводить вас к нему, - произнес врач. Харви все еще находясь в легком ступоре, кивнул, и молча последовал за ним.        Внезапно остановившись у самой двери к майку, врач повернулся и спросил. — Майк еще не знает о диагнозе, я подумал, что возможно, вы бы сами хотели рассказать об этом ему, но если хотите, я могу зайти с вами.       Харви посмотрел на дверную ручку. Его рука на незаметно дрогнула—ему предстояло стать тем, кто разделит жизнь Майка на «до» и «после» и от этой ответственности в груди снова защемило. Он знал: что именно он должен сказать ему правду, какой бы тяжелой она для него не была. Он все еще чувствовал удушающую вину, которая возможно, будет преследовать его вечно. Но сейчас, он должен быть сильным, не ради собственного статуса, а ради Майка.

***

Харви открыл ту самую дверь, символизирующую новую реальность. Он вошел медленно, почти бесшумно, словно боясь разрушить ту хрупкую тишину, которая установилась внутри, лишь писк мониторов нарушал ее. В палате царил рассеянный свет; плотные шторы были задернуты, но сквозь узкую щель между ними, просачивался солнечный свет, падающий на лицо Майка, подчеркивая все еще бледную кожу. Черты его мягкого лица стали острее, а в его глазах и взъерошенных волосах, не было прежней дерзости. Что-то совсем детское Харви увидел в тот момент, в покорно лежащем Майке.       Харви сделал шаг вперед и Майк обратил на него внимание. В ту же секунду их взгляды наконец столкнулись. Майк сразу же попытался привстать. Немного сморщившись от усталости, он наконец произнес:       — Харви.. , - голос Майка был хриплым. — я уж было подумал, что ты идешь закрывать сделку без меня, - проговорил он, пытаясь изобразить тень своей привычной ухмылки.       Харви сглотнул ком в горле и, сделав шаг к кровати, присел на самый край стула, поближе к Майку.       — Сделка подождет. Я не для того шел на риск, чтобы позволить какому-то обмороку вывести тебя из строя.       В палате снова воцарилась тишина, которая теперь казалась почти физически ощутимой. Майк не сводил глаз с Харви, он чувствовал эту, несвойственную неловкость и в одно время страх на лице, непробиваемого наставника.       Как бы сильно Майк ни жаждал оставаться в неведении, цепляясь за надежду, он уже давно сложил все в одно слово. И не желая больше находиться в этой гнетущей тишине, а уж тем более смотреть на Харви, который отчаянно пытается ему об этом сказать.       Майк почувствовал как пересохло в горле. Он наконец поднял взгляд на Харви, ему казалось, что это тишина длилась вечность.       — брось, Харви…давай покончим с этим….У меня диабет? - выдохнув, бросил Майк, смотря прямо на Друга.       Харви совсем не ожидал этого от Майка. Он посмотрел ему прямо в глаза, полные тревоги. Он честно, без прикрас ответил.       — Да Майк... - эти слова прозвучали тяжелее, чем любой судебный приговор. — Это диабет. Харви медленно протянул руку и накрыл ладонь Майка своей.       — Прости, что молчал…я…Я просто хотел, чтобы ты пришел в себя до того, как я вывалю это все на тебя.       Парень резко выдохнул. Он плавно закрыл глаза, в которых уже накопились слезы страха перед будущим, и его голова бессильно откинулась на подушки. Писк монитора стал отчетливее. Линия пульса на экране предательски подскочила. Он лежал неподвижно, и та покорность, которую Харви видел в нем ранее, снова проявилась. И только пальцы под ладонью Харви едва заметно дрожали, выдавая его внутренний ужас.       — Значит…Теперь это навсегда? - тихо и протянуто, проговорил Майк, — Значит, теперь я больше не буду прежним? - Он посмотрел на капельницу, на прозрачную трубку, по которой медленно передвигались капли раствора.             Майк, который всегда гордился своим совершенной памятью, теперь выглядел совсем подавленным. Но Харви не собирался давать Майку даже мысли о том, что он не больше не прежний гений. Взгляд мужчины стал жестче, буквально заставляя смотреть прямо на него.              — Росс, просто послушай меня, - голос Харви прозвучал ниже обычного, немного властно. - ты не какой то инструмент, который можно списать в утиль при малейшей поломке. Ты человек. И если ты думаешь, что я позволю тебе накручивать мысли о том, что все кончено, то ты глубоко ошибаешься.       Харви чуть сильнее сжал руку Майка, возвращая его из мыслей в реальность. «Их общую реальность».       — Твой мозг все еще работает лучше, чем у любого адвоката в этом городе. Твоя память в порядке, а значит и ты тоже. И твоя наглость, к сожалению тоже никуда не делась. - Харви уловил едва заметную улыбку на лице Майка. — Диабет- это не приговор твоей гениальности и не конец твой карьеры. Это просто очередное дело, с которым мы справимся. Понял?       Майк замер, глядя на Харви. Его места возле глаз были все еще покрасневшими от наворачивающихся слез. Но в его сознание начало проступать спокойствие. И линия пульса на мониторе стабилизировалась, но к сожалению совсем не на долго…       Майк едва успел глубоко вздохнуть, впитывая уверенность и расслабление, которую Харви только что влил в него словами.. как тихий щелчок двери разрушил это хрупкое равновесие. В палату вошла медсестра. Тихий, металлический лязг инструментов в её пластиковом лотке прозвучал в тишине как выстрел.       Пульс на мониторе, только что пришедший в норму, снова стремительно пополз вверх. Майк не сводил глаз с лотка, где на белой салфетке лежала тонкая, блестящая шприц ручка и ланцет.       — Пора проверить сахар, мистер Росс. - мягко произнесла медсестра.       Майк почувствовал, как внутри всё заледенело. Его первый шаг в новую реальность, к которому он еще был не готов. Он инстинктивно отпрянул, вжимаясь затылком в подушку, сжимая ладони, и его взгляд метнулся к Харви — единственному человеку, который возможно, чувствовал тоже самое.       — Харви... — его голос сорвался на хрип. В его глаз сверкал страх, скорее не от предстоящей боли, а от того, что теперь ему придется чувствовать ее постоянно…каждый день, каждый прием пищи, каждый вечер…       — Нет…. Точнее не сейчас, я ведь даже не ел, мне нужно просто отдохнуть… Да?       Харви смотрел на него, и внутри у него всё сжалось. Он видел, как Майк, этот гениальный мальчик , сейчас пытается выиграть в несуществующем суде. Как он тянул время, лишь бы не пускать болезнь внутрь.       Пока Майк боролся с неизбежным, медсестра надорвала упаковку спиртовой салфетки. Резкий, пронзительный запах спирта мгновенно заполнил комнату, еще больше давя на итак испуганного Майка.       — Послушай меня, Майки, — Харви подался вперед, перехватывая его слегка дрожащую руку. Он сделал это нежно, но так властно, что Майк замер. — Ты можешь брать отсрочку ровно до того момента, пока твой организм сам не решит взять отпуск. Это не может подождать, понимаешь? Теперь это часть тебя…       — Харви, пожалуйста... — в голосе Майка упрямство сменилось паникой. - Просто не сейчас…       Харви не отпустил. Он накрыл ладонь Майка своей, прижимая её к простыне, чувствуя, как мелко дрожат его пальцы.       — Ты справишься, — выдохнул Харви, зная что, чтобы он не сказал, это все равно придется сделать.       — Потому что я здесь. И я не дам тебе закрыть глаза, пока ты не поймешь, что ты сильнее этого.       Майк замолчал, осознав, что просто оттягивает момент, который рано или поздно случится снова и снова.        Он тяжело дышал, и его грудь судорожно вздымалась под тонкой больничной тканью. Когда медсестра взяла его за руку, он не стал вырываться, но его пальцы в ладони Харви стали ледяными.       — Просто потерпи немного, — прошептал Харви. Его голос был низким, почти гипнотическим. — Я рядом…             Майк через силу собственным инстинктам, подчинился. Не находя место взгляду, он зажмурил глаза.             Медсестра поднесла ланцет. В ту секунду, когда раздался короткий, сухой щелчок, Майк непроизвольно вздрогнул. Это не была острая боль — скорее резкое неожиданное покалывание.              — Дыши, — произнес Харви, чувствуя, как Майк на мгновение перестал вдыхать воздух. — Всё уже. Слышишь? Ты молодец…       Майк открыл глаза и медленно опустил взгляд на свою руку. На подушечке пальца, на фоне пугающе бледной кожи, медленно росла маленькая, ярко-красная капля крови. Майку вдруг стало тошно от осознания, что теперь его жизнь будет измеряться такими каплями. Что каждый его день теперь будет начинаться с этого ритуала.       Харви, видевший, как Майк проваливается в это оцепенение, еще крепче сжал его холодную ладонь. Он понимал, что парень сейчас не просто смотрит на кровь, он принимает свою новую жизнь.       Глюкометр издал короткий, бесстрастный писк. Майк вздрогнул, словно этот звук был ударом.       — Двенадцать и четыре, — негромко произнесла медсестра. — Для первого раза ожидаемо. Нужно ввести корректирующую дозу. Она потянулась к лотку и достала шприц ручку. Майк, с нарастающим ужасом наблюдал, как она снимает колпачок, обнажая иглу. Она была совсем тонкой, почти незаметной, но для Майка в тот момент она была намного больше и страшнее . — Нет, — Майк попытался отстраниться и заметно напрягся. — Харви, нет... зачем ещё и это? В его голосе снова зазвучало то самое детское упрямство.       — Майкл, это инсулин. Он поможет твоему телу справиться, — медсестра сделала шаг ближе, но Майк судорожно напряг руку, а его дыхание стало прерывистым.       — Я не хочу колоться этой штукой каждый день! Его до этого хриплый голос сорвался на негромкий крик отчаяния. — Ну можно же найти другой путь… Харви, пожалуйста!       Харви молчал. Он видел, как Майк все еще отчаянно пытается отрицать очевидное, хотя прекрасно знает, что это все, теперь, часть его самого. Спектер медленно поднялся со своего места и сел на самый край кровати, почти вплотную к Майку. Он не стал спорить. Он просто аккуратно зафиксировал руку майка, заставляя его расслабиться.       — Расслабь руку Майк, А то будет больнее, — голос Харви был низким, но не громким. заставившим Майка замолчать. Слово «больно» возможно было слишком обнадеживающим для Майка в этой ситуации, как бы говоря, что больно точно будет. Но он просто не знал как сосредоточить его иначе.        — Другого пути нет, Росс. Есть только этот. И мы пройдем его прямо сейчас. Харви медленно разжимал его руку, как бы доверяя ему тот контроль, который только что установил. Медсестра осторожно обнажила плечо Майка. Резкий холод спирта снова обжёг кожу.             Харви присел обратно на стул, — Майк смирись, и просто дыши. - Прошептал Харви. — Вдох... и выдох. Давай, Майк. Один глубокий вдох.       Майк судорожно вдохнул, и зажмурил глаза в ту секунду, когда игла мягко вошла в его плечо. Майк издал надломленный, тихий звук — даже не стон, а выдох боли и окончательного поражения. Он не почувствовал самой стали, он почувствовал, как в его кровь вливается сама жидкость. В этот момент тело Майка резко расслабилось, потому что он почувствовал на голове чью то столь легкую и нежную руку, гладящую его по волосам, пока поршень шприц-ручки шел вниз. В этот миг он нуждался в некой ласке и легкости, которую излучал всего один знакомый ему человек. Когда медсестра извлекла иглу и прижала салфетку, Майк открыл глаза и увидел уже Донну, сидящую возле него, и нежно расчесывающую его волосы своими тонкими пальцами. Его тело бессильно ослабло. Он закрыл глаза, и по его виску пробежала маленькая слезинка, которая оставила мокрую дорожку после себя и скрылась в светлых волосах.       — Всё, — прошептал Харви, сидящий на одном колене возле Донны       — Первый шаг сделан. Ты справился парень. Харви знал: сейчас Майку мало одной лишь мужской поддержки. Ему нужно было тепло, которое в этом мире умела дарить только Донна…

***

      Солнце стояло в зените, заливая палату ярким, почти безжалостным светом. В коридорах больницы кипела жизнь: хлопали двери, переговаривались врачи, гремели тележки с обедом. Но для Майка мир сузился до размеров кровати и одного монотонного голоса. Он чувствовал, как дневной шум постепенно превращается в неразборчивый гул. Усталость после бессонной ночи и шока от диагноза навалилась на него бетонной плитой. Единственным, что удерживало его в сознании, был Харви. Его голос, читающий сухие строки из дела «Сандерс против Логистик», был островом прошлой реальности.       — …таким образом, истец не имеет права на удержание активов до вынесения окончательного решения, - произнес Харви переворачивая страницу.              Майк прикрыл глаза. В этот момент ему было всё равно на Сандерса, на это дело, и на весь Нью-Йорк. Он просто знал: пока Харви читает, пока он рядом, цифры на приборе не имеют значения.       Под мерный ритм юридических терминов Майк наконец-то перестал бороться. Его рука, лежавшая поверх одеяла, расслабилась, а голова тяжело упала на бок. Харви замолчал на середине предложения. Он посмотрел на Майка, который уснул так внезапно…словно его просто выключили. Спектер закрыл папку и отложил её на край тумбочки. В ярком свете дня Харви выглядел усталым, наконец не скрываясь это чтобы не тревожить больного, но собранным, как перед решающим раундом в суде. Он не собирался уходить. Он просто снял дорогой пиджак , повесил его на спинку стула и устроился поудобнее. Точка невозврата была пройдена. Но смогут ли они двигаться дальше?……. Вот я и закончила эти две долгие, но такие желанные главы, 3 и 4 глава скоро появятся! Ведь я так не хочу, что бы эта история заканчивалась! Если вдруг решите оставить свое мнение, я буду очень рада и благодарна! Всего вам светлого и доброго. Заходите еще!