Часть 2

Темница была тихой. Только капли воды с потолка, как будто сам замок плакал. Петир сидел на скамье напротив Нэда, не в своей обычной шелковой мантии — теперь он был в простом сером плаще, почти как у стражника. Фонарь дрожал в его руке, отбрасывая тени, которые выглядели не как ловушки, а как призраки прошлого. — Вы знаете, — сказал он, голос мягче, чем когда-либо, — я когда-то думал, что любовь — это слабость. Что она — ошибка. Слабость, которую можно использовать, но не нужно чувствовать. Он посмотрел на Нэда, и в его глазах не было хитрости. Была только… усталость. — Я был рядом с Кейтелен. Всё время. Помнил, как она смеялась, когда её папа говорил что-то смешное и ждала, часами сидя у окна, когда он покидал Риверран. Помнил, как она читала вслух старые сказки из северных свитков, даже если не понимала их полностью. Она... Всегда внимательно слушала меня. Даже когда я говорил глупости. Он сделал паузу. Его пальцы сжались вокруг фонаря. — Но она никогда не смотрела на меня так, как смотрела на вас. Не так, как будто видит всё. Так, как будто вы не просто человек, а... очередная очень интересная история история. Нэд молчал. Он не знал, что ответить. И впервые за долгое время не хотел ничего говорить. — Я не хочу быть вашим врагом, — сказал Петир. — Я не хочу, чтобы вы умерли. Я не хочу, чтобы кто-то умер из-за моего страха. Он встал. Подошёл к решётке. Его голос стал почти шепотом. — Если бы я мог вернуться назад… Я бы сказал ей: «Я люблю тебя. Только не так, как ты хочешь». Может быть, тогда она выбрала бы меня. А может нет. Может быть, она уже знала, что я не тот, кто нужен. Он повернулся к Нэду. — Я помогу вам бежать. Не ради платы. Не ради игры. Просто потому что вы — единственный человек, который говорит правду, не зная, что это опасно. — А если я не смогу? — спросил Нэд. — Если я не справлюсь? — Тогда я буду ждать. — Петир улыбнулся. На этот раз искренне. — Я знаю, как выглядит страх. Я знаю, как он пахнет. Я знаю, как он звучит. Но я не знаю, как выглядит надежда. А вы... вы её носите. Как свет в углу комнаты. Он достал из кармана маленькую золотую иглу — старинный подарок, который когда-то принадлежал Кейтелен. Один из тех, что она носила на шее. — Возьмите это. Это не ключ. Это — напоминание. О том, что даже самый слабый человек может быть сильным, если он верит. Он положил иглу между решётками. Нэд протянул руку. Пальцы дрожали. — Зачем вы это делаете? — прошептал он. — Почему вы не хотите просто уничтожить меня? — Потому что я не могу больше быть тем, кем был, — сказал Петир. — Я не хочу быть тем, кто только строит ловушки. Я хочу быть тем, кто открывает двери. Даже если он сам не знает, как выйти. Он отступил назад. Свет погас. — Когда будете готовы вы найдёте выход. Я подскажу. Только помните одно: вы — не просто северянин. Вы — человек, который умеет любить, несмотря на риск. Это самое редкое, что есть в этом мире. И он ушёл. Без шуток. Без маски. Без огня. Только шаги, затихающие в каменных коридорах. — Мы не были близки с Кэт до свадьбы. Мы даже почти не разговаривали. Родители заключили этот союз, не мы. Я не слышал её смеха ещё много месяцев после. Может она тогда скучала по вам?.. — наконец решившись, произнёс Нэд с опозданием в спину бывшего противника. Петир не замедлил шага, только содрогнулся всем телом, обернулся на ходу и кинул на Старка какой-то затравленный, испуганный взгляд.

***

Через три ночи, когда луна была полной, Нэд нашёл под своим ложем не ключ, не нож, не план. А книгаюу. Старую, с переплётом из кожи. На обложке — гравировка: «Сказания Старков». На первой странице — запись, сделанная рукой Петира: «Я не знаю, как выжить. Но если Вы найдёте в себе силы быть собой, возможно, я тоже научусь этому. Любовь — не цена. Любовь — это выбор. И я выбираю верить в то, что вы не просто герой. Я выбираю принадлежать Вам.» Нэд закрыл книгу. Сердце впервые за долгое время билось не от страха. От надежды. И впервые он понял: иногда самый опасный человек не тот, кто хочет убить. А тот, кто хочет понять. И кто, возможно, уже начал меняться.