Часть 4

На следующий день Александра думала как подчинить себе Горенскую. Она дерзкая и своенравная. Вряд ли это произойдет быстро. Потребуются месяцы, а то и года. Но как же показать гроянам, что им не стоит боятся. Единственный способ - подчинить их правителя. Бывшего правителя. Вдруг в дверь кто-то постучался. Александра сразу догадалась кто это. - Входи, Женя. - сказала она. - Доброе утро, Александра. - сказала Женя и сделала что-то на подобии реверанса. - Нам нужно подчинить Елизавету Горенскую. - Горе. - поправила её Мироненко. - Пока что нам стоит называть её хотя бы Елизаветой. Если мы не будем проявлять к ней хоть какое то уважение, то она нас даже слушать не будет, не то что подчиняться. - Я считаю, что напротив, стоит её сразу поставить перед фактом. Она здесь слуга, не правитель. Её королевства больше нет. У неё нет выбора. Либо она будет служить мне и гроянам, либо её ждет смерть. Женя замерла. Казалось и она, и Александра правы. Так, что же делать? - Может, именно вы будете с ней так жестоки, а мы будем с ней наравне? Александра вздохнула. - Делай как считаешь нужным. - ответила она. - Я буду делать как я считаю нужным. - Хорошо. И ещё я хотела обсудить... Женя заговорила о политических вопросах. О народе, о товарах которые они поставляют в другие королевства, о союзниках, о врагах. Последних кстати не так уж и много. А вернее официального объявления вражества не было. Женя просто предполагала о том, кто может их тайно ненавидеть. Саше было скучно это все слышать. Она просто кивала и иногда что-то добавляла от себя. В глубине души она знала, что править королевством это не то, чего она хочет. Она этим занимается лишь потому, что этого хотел бы её покойный отец. Бои, политика, экономика все это не ее. Она в этом разбиралась, достаточно хорошо. Но... Мысли Александры о нежелании править прервал голос Жени: - Александра? Вы слышите меня? - Да. - Ну так вот, из-за того, что мы присвоили себе новое королевство, нищих и бездомных стало больше. Мы будем что-то предпринимать по этому поводу? - Конечно. Из дворца, где жила Горенская привезите золото и еду. Часть её казны мы раздадим бездомным. - Хорошо, сейчас же отправлю кого-то из войск Даниила. И насчет Горенской...Думаю, ей стоит показать наш дворец. И выделить отдельную комнату. - Отдельную комнату выделять не стоит. Будет жить в темнице пока что. И да, покормите её. А то может голодна. - Ладно. Женя ушла. Экскурсию по дворцу Горенской будет проводить именно она. Хотелось бы еще Тасю привлечь, но Горе может выцарапать ей глаза. Когда она станет более спокойной, тогда может и познокомить. Глубоко вздохнув и набираясь сил Женя отправилась в темницу. У входа в неё стояли стражники. - Пропустите меня. - коротко сказала Женя. Те открыли ей решетку. Когда Женя шла по мрачному коридору темницы, у неё шли мурашки по коже. Наконец она дошла до камеры Горенской. - Здравствуй. - только и сказала Женя. - Что тебе надо? - зло огрызнулась Елизавета. - Вставай. Мы покормим тебя, а затем покажем дворец. - Сами ешьте свою еду и сами смотрите свои дворцы! - с ядом ответила Горенская. - Я не встану отсюда! Убить меня будет легче, чем поднять с этого места! Зачем я вам?! Женя прошла за решетку и села подальше от Горенской. - Знаешь, не хочется тебе говорить, но у тебя нет выбора. Александра не убьет тебя. Знаешь почему? Потому что, ей нужно показать твоему народу, гроянам, что ей можно доверять. Поэтому ей нужно чтобы ты подчинилась. - Ммм, ты в курсе, что теперь я и подавно не буду подчиниться этой Александре, которая возомнила себя королевой этого мира. - По крайней мере она твоя королева. - жестоко оборвала её Женя. - Теперь, тебе придется слушаться ее. Хочешь ты этого или нет. Гроян она не убьет. Никого. Даже если кто-то откажется принимать ее как королеву. Таких она просто с деньгами вышел из королевства и никогда болше не позволит вернутся обратно. Через несколько дней ей нужно выступить с публичным обращением ко всему народу. И к тенцам, и к гроянам. На этом обращении будешь и ты, и признаешь, что отдаешь власть Александре. Елизавета сжала кулаки. Почти до крови. - Я. В. Жизни. Такого. Делать. Не. Буду. - отрывисто, но вполне доходчиво сказала она. - Убейте меня! Я не буду таким заниматься! Я навлеку горе на вашу Александру! - Насчет горя... Твоё имя теперь Горе, Александра так решила. - тихо сказала Женя. - Да пошла она! По щекам Горенской скатились слезы. Она не хотела их никому показывать, поэтому отвернулась от Жени. Но та их увидела и лишь ближе подошла к Елизавете. - Я... я понимаю тебе тяжело. Я тебе буду помогать. Честно. Я обещаю, тебя никто здесь не обидит. Даже если, ты как то накосячишь, то наказание понесу я. Только примирения эту сторону. Сними корону. - последнюю просьбу она произнесла очень тихо, еле слышно. На самом деле, она даже не представляла как тяжело Горенской. Ее королевство захватили, а ее саму заставляют подчиниться врагу. Даже не врагу. А человеку, которого она даже не знает! Женя вдруг подошла и робко положила свою руку на плечо Елизаветы. - Пойдем. Ты умрешь с голода, если не поешь. Елизавета молчала. Она стерла последние слезы и приняв жестокую реальность, пошла за Женей. Когда они вышли из темницы, то встретили Даниила. - Здравствуй, Евгения. - сказал он и улыбнулся. - Здравствуй Даниил. - застенчиво ответила Женя и опустила взгляд. Горенская заметила это. - Будьте аккуратнее, с этой ненормальной. Может мне вас сопровождать? - Это я ненормальная?! - вдруг громко спросила Елизавета. - Вы напали на королевство Гроян, захватили мой народ, взяли меня в плен и теперь я ненормальная?! Да ты... - Даниил, она в здравом уме. - вдруг вмешалась Женя. - Не смейте ее так оскорблять. Это нормальная реакция. Сопровождать нас не стоит. Спасибо. - чуть тише добавила она. - Ладно, я тогда пойду. - слегка удивленно сказал Даниил. - Идите. - сказала Женя. - Извини, тенцы, немного не этичные. Только не говори никому, что я так сказала. - Хорошо. Он тебе нравится? - вдруг спросила Елизавета. Женя остановилась. Она внимательно посмотрела на Горенскую. И густо покраснела. - Можешь не отвечать. Я все поняла. Не волнуйся, ему ты тоже нравишься. Я хорошо умею "читать" людей по взгляду и поведению. - Это т-так заметно? - тихо спросила Женя. - Нет, я же говорю, я умею читать людей. - спокойно ответила Горе. Наконец, они дошли до столовой, где уже была готова еда Елизаветы. Правительница не неё буквально налетела, когда все лишние люди ушли из столовой. Жене она почему-то начинала доверять. От неё веяло безопасностью. - Вкусно? - спросила Женя. - Сойдет. - ответила Елизавета. Но вдруг она кое-что вспомнила. - Подожди, а как же Семён? - Семён? Кто это? - Мой помощник. Меня привели сюда с ним. - А, он сидит в темнице. Он не истерит, в отличие от тебя. Поэтому ему приносят еду и он ест. Не беспокойся. - Не хорошо, что меня выпустили, а его нет. - Его выпустить я не могу. Он бесполезен. По крайней мере для Александры. Но если он будет себя хорошо вести, то мы посмотрим. Горенская наконец доела. - Куда мы теперь? - спросила она. - На экскурсию по дворцу. Пойдем. Они принялись ходить по массивным и длинным коридорам. Женя начала говорить не только о местоположении комнат, но и о их истории происхождения. Кто тут жил, кто должен был ещё тут жить, а кто мечтает здесь жить. Она рассказала о далёких предках Александры. Елизавете казалось, что теперь родственников Мироненко она знает лучше, чем своих собственных. Вскоре экскурсия превратилась в рассказ про Александру. - Александра она... Она как Снежная королева. - рассказывала Горенской Женя. - Слышала о такой? Ходят легенды, что она одним своим взглядом может убить кого то. Но на самом деле, мне кажется, что в её душе есть что-то человеческое. Просто она так пытается сделать из себя идеальную и холодную правительницу, что забывает;она ведь тоже человек. Вот, ты же была правительницей. Ты наверняка тоже чувствовала эту грань между строгой королевой и человеком. - Женя была права. Елизавета умела различать когда ей нужно быть королевой, а когда обычной девушкой. - Она... Она почему то думает, что все время нужно быть холодной. Даже её покойный отец - король Виктор не был таким. Он конечно не был лентяем, но и был в то же время... живым. С каждым годом Александре все хуже. Она становится все более отстранненой от реальности. Она может сидеть и смотреть часами на одну точку! - Женя вздохнула. - Я её не осуждаю. Она старается соответствовать идеалу. Александра считает, что король Виктор умер из-за нее. Она сказала, что не собирается выходить замуж, королю тут же стало плохо и через пару недель он умер. Мне кажется, ей станет лучше, если она найдет свою любовь. Не просто объект симпатии, а человека, которому сможет доверится. Который поможет ей отпустить эту вину, холодн, чрезмерную строгость. Ей просто нужно влюбиться и научиться доверять. Горенская слушала Женю. Ей даже, в какой то степени, стало жалко Александру. Ведь насколько человек должен "вбить" себе в голову, что он виноват в смерти родного человека, чтобы стать вот таким. Безжалостным и холодным. Елизавета презирала слабость, но не могла не сочувствовать боли. Ее душа разрывалась между двумя желаниями: плюнуть в лицо тому, кто причинил столько зла, и протянуть руку тому, кто так отчаянно нуждался в помощи. Желание помочь было сильнее. Оно поднималось из самых глубин ее существа, вопреки логике и здравому смыслу. - Кстати, у вас состоится встреча. Прямо сейчас. Стой здесь. - вдруг сказала Женя. Елизавета даже не заметила, как они пришли. Пришли они в тронный зал. Снова эти двери. Горенская на секунду прикрыла глаза. Она вспомнила как только вчера, билась здесь в истерике, пока Даниил спрашивал у Александры могут ли с Семёном они войти. Горенская глубоко вздохнула. " Ты сильная. Ты справишься. Прими реальность. Твои истерики не принесут пользы. Прощупай почву. " Дав себе наставления, Елизавета открыла глаза. - Пойдем. - сказала Женя, когда вышла из тронного зала за Елизаветой. - Пожалуйста, старайся быть чуть спокойнее. Александра тоже постарается. - тише, почти шепотом добавила она. Елизавета прошла в зал. На троне восседала она. Александра Мироненко - правительница королевства Тенбрис и та, кто захватил Гроян. - Опусти немного голову. - шепнула Женя Елизавете. Как ни странно, та так и поступила. Когда Горенская вновь подняла взгляд, то встретилась с холодными, пронизывающими до ниточки, голубыми глазами Мироненко. Но она не спешила отводить взгляд, как поступил бы абсолютно любой на её месте, а наоборот, стала всматриваться внимательнее. Словно пытались разгядеть признаки живого там. В её глазах. Александра тоже смотрела на Горенскую. Она казалась ей слишком смелой. Никто не смел так долго смотреть на Александру. Правда, прямого запрета на это не было, но аура Мироненко заставляла опустить взгляд. Со всеми так было. Кроме неё. Продолжение следует...