Вернутся к фанфику

Глава 31. Домой и день рождения.

8 сентября 2026, 22:18
Я ещё долго сидела на подоконнике, глядя на внутренний двор Хогвартса. Замок постепенно пустел. Ещё вчера здесь стоял шумный, живой мир: голоса учеников, хлопающие двери, шаги в коридорах, смех, крики с лестниц. А теперь всё словно стало тише. Чемоданы один за другим исчезали из комнат, ученики прощались, кто-то торопился к каретам, кто-то в последний раз обнимал друзей. Учебный год закончился. Я спустилась с подоконника и оглядела комнату. Моя кровать была уже застелена, вещи собраны. На столе остались только несколько мелочей, которые я почему-то не могла заставить себя убрать. Маленькая заколка, несколько пергаментов, чернильница. Я взяла их и сложила в сумку. Луна устроилась у меня на плече, цепляясь лапками за ткань мантии. За последний год она заметно выросла. Теперь её уже нельзя было назвать крошечной драконихой. Но для меня она всё равно оставалась той самой маленькой Луной, которая когда-то помещалась у меня на ладони. Я погладила её по голове. — Ну что? Домой? — Луна тихо фыркнула. Я улыбнулась. В коридоре меня уже ждал Драко. Он стоял, прислонившись к стене, скрестив руки на груди. Рядом находился Блейз, который явно уже несколько минут наблюдал за тем, как я собираюсь. — Наконец-то, — протянул Блейз. — Я уже начал думать, что ты решила остаться здесь навсегда. — Было такое желание. — Не смешно. — я посмотрела на него и улыбнулась. Драко ничего не сказал. Только взял мой чемодан раньше, чем я успела возразить. — я сама могу. — Знаю. — он просто продолжил идти. Я пошла рядом.  Мы спустились по лестнице. В замке становилось всё тише. Где-то далеко хлопнула дверь, послышался чей-то смех, затем снова наступила тишина. У выхода я остановилась. Папа уже ждал меня. Он стоял чуть в стороне от остальных преподавателей, держа руки за спиной. Как всегда — спокойный, собранный, почти неподвижный. Только я знала, что за этой внешней невозмутимостью скрывается человек, который ещё несколько месяцев назад держал меня на руках, думая, что больше никогда меня не увидит живой. Его взгляд сразу остановился на мне. Потом — на Луне. Потом на чемодане в руках Драко. — Готова? — спросил он. Я кивнула. — Да, папа. — ответила я. Драко поставил мой чемодан рядом. На несколько секунд мы просто стояли друг напротив друга. Странно было понимать, что мы больше не увидимся каждый день. Не будет утренних встреч в коридоре. Не будет Блейза, который ворчит, что я опять куда-то полезла. Не будет Драко, который делает вид, что совершенно не волнуется, хотя волнуется больше всех. Я посмотрела на них обоих. — Я буду писать. — сказала я. Блейз усмехнулся. — Ты обязана. — Хорошо. — И не раз в месяц, — добавил Драко. Я посмотрела на него. — Ты тоже пиши. — Я всегда отвечаю. — он чуть приподнял бровь. — Это не считается. — ответила я. На его губах появилась едва заметная улыбка. — Ладно. — сказал он. Я сделала шаг к Блейзу и крепко его обняла. Он сначала замер, а потом обнял меня в ответ. — Береги себя, Арина. — Ты тоже. — мы отстранились. Я посмотрела на Драко. Он несколько секунд просто молчал. А потом тихо сказал. — До встречи, Цветочек. — я улыбнулась. Никто вокруг не услышал. Только я. — До встречи, Драко. — он обнял меня коротко, крепко, будто не хотел затягивать прощание. Когда мы разошлись, он ещё несколько секунд смотрел на меня. Я подняла руку и помахала им. Блейз ответил тем же. Драко только кивнул. Я пошла за папой. Мы уже почти вышли из замка, когда позади послышались быстрые шаги. — Арина! — я обернулась. Гарри и Гермиона бежали по коридору. Гермиона первой подбежала ко мне и крепко обняла. — я хотела попрощаться раньше! — оправдалась она. Я рассмеялась. — Ничего страшного — ответила я. Она отстранилась, но продолжала держать меня за руки. Её глаза были немного влажными. — Ты ведь будешь писать? — Конечно. — Обещаешь? — Обещаю. — Гарри подошёл следом. Он остановился передо мной, несколько секунд просто смотрел, а потом тоже обнял меня. Крепко. Молча. После всего, что произошло в прошлом году, между нами осталось то, о чём не требовалось говорить. И теперь, стоя передо мной живой, всё ещё словно не до конца верил, что это действительно произошло. — Пиши, — тихо сказал он. Я кивнула. — Буду. — ответила я. Гермиона быстро вытерла глаза. — И не пропадай. — Не пропаду. — И рассказывай, как там Луна. — я посмотрела на дракониху. Она как раз высунула морду из-за моего плеча. Гермиона улыбнулась. — Она выросла. — Слишком быстро. — Гарри тихо рассмеялся. — она всё ещё тебя слушается? — Луна тут же издала короткий фыркающий звук. — Видимо, нет, — сказала я. Гермиона снова обняла меня. — Хорошего лета, Арина. — Вам тоже. — мы попрощались. Я ещё несколько секунд смотрела им вслед. Потом почувствовала рядом присутствие папы. — Идём. — Да. — мы вышли из замка.  На улице было светло и тепло. Перед входом уже стояли кареты. Ученики расходились по своим компаниям, кто-то смеялся, кто-то ещё раз прощался. Я обернулась. Хогвартс возвышался над нами, огромный и знакомый. Я знала каждый коридор. Каждую лестницу. Каждое окно. И всё равно сейчас казалось, будто я смотрю на него впервые. Папа взял мой чемодан. — Не нужно, — тихо сказала я. — Нужно. — я больше не спорила. Мы сели в карету. Дверь закрылась. Через несколько минут Хогвартс начал медленно удаляться. Я сидела у окна, прижавшись лбом к прохладному стеклу. Луна устроилась у меня на коленях. Папа сидел напротив. Некоторое время мы ехали молча. Я смотрела, как замок постепенно исчезает за деревьями. Странное чувство. Я была рада ехать домой. Но одновременно мне было тяжело. Наверное, потому что этот год изменил слишком многое. Я чуть повернула голову. Папа сидел неподвижно, глядя в окно. Я заметила, что его рука лежит рядом с краем сиденья. Я несколько секунд колебалась, а потом осторожно протянула свою руку. Пальцы коснулись его ладони. Он посмотрел вниз. На меня. Ничего не сказал. Просто перевернул руку и позволил мне вложить свою ладонь в его. Я улыбнулась. Папа снова посмотрел в окно. Так мы и ехали дальше. Иногда молчание было гораздо теплее любых слов. Я думала о Драко. О Блейзе. О Гарри и Гермионе. О Хогвартсе. О том, что впереди целое лето. И впервые за долгое время мне не было страшно думать о будущем. Я сжала папину руку чуть крепче. Он едва заметно ответил тем же. За окном мелькали поля и деревья. Замок окончательно скрылся из виду. Я закрыла глаза. Учебный год закончился. А моя история — только начиналась.                                      *    *    * Дома её встретил её любимый кот Марц. Он был черным с зелеными глазами. Арина помнила, как выпрашивала его у отца, словно это было вчера. Первые дни он не слезал с хозяйки, подружился с Луной, а потом снова почувствовал власть и гордо расхаживал по дому, изредка играя с Луной, которая заметно выросла и была уже длинной с целую руку Арины. Лето для ее началось непривычно тихо. После всего, что произошло в Хогвартсе, ей казалось странным просыпаться утром и не ждать, что за дверью снова случится что-нибудь опасное. Не было уроков. Не было лестниц, которые меняли направление. Не было Большого зала, сов и бесконечных коридоров. Был дом. И отец. Северус не стал превращать каникулы в бесконечный надзор. Он вообще редко говорил о том, что случилось в конце учебного года. Но Арина замечала другое. Он стал чаще проверять, где она находится. Иногда, проходя мимо её комнаты, задерживался у двери. Если она слишком долго не спускалась к завтраку, через некоторое время слышала его спокойный голос. — Арина. — и этого было достаточно. Он никогда не спрашивал: «Ты точно в порядке?». Просто убеждался сам. Арина проводила много времени во дворе, читала книги, помогала отцу с зельями и иногда просто сидела у окна, переписываясь с друзьями. Письма приходили почти каждый день. От Блейза — короткие, насмешливые и обязательно с жалобами на скуку. От Гермионы — длинные, аккуратные, с рассказами о книгах и планами на следующий учебный год. Гарри писал реже. Но его письма Арина перечитывала особенно долго. Он всегда спрашивал, как она. А потом наступил июль. И вместе с ним — день рождения Арины. Десятое июля Арина встретила рано. Она проснулась ещё до того, как в доме окончательно наступило утро. Несколько секунд лежала неподвижно, глядя в потолок, пока сон окончательно не рассеялся. За окном только начинало светать. В комнате было тихо, воздух казался прохладным, а на подоконнике сидела Луна, свернувшись в небольшой клубок. Арина повернула голову. Дракониха сразу подняла морду. — Уже не спишь? — Луна тихо фыркнула. Арина улыбнулась. Сегодня ей исполнялось шестнадцать. Она медленно села на кровати. Шестнадцать. Когда-то это число казалось ей почти взрослым. Теперь оно почему-то казалось совсем другим. Слишком обычным. Слишком мирным. После всего, что произошло в прошлом году, Арина иногда ловила себя на странной мысли: она вообще не была уверена, что должна была дожить до этого возраста. Ещё год назад она даже не представляла, что сможет снова проснуться утром и просто подумать: Сегодня мой день рождения. Без страха. Без ожидания беды. Без мысли о том, что следующий день может не наступить. Она встала и подошла к окну. На улице было солнечно. Лето только начиналось по-настоящему, и весь мир казался каким-то слишком спокойным. Арина положила ладонь на стекло. — Шестнадцать… — Луна спрыгнула с подоконника и подлетела к ней. Арина повернулась и погладила её по голове. — да. Я тоже не знаю, как это произошло. — в дверь постучали. Арина сразу поняла, кто это. — войдите. — дверь открылась. На пороге стоял Северус. Он окинул комнату привычным внимательным взглядом, задержался на Луне, а потом посмотрел на дочь. — Доброе утро. — Доброе утро, папа. — он подошёл ближе. В руках у него была небольшая коробка. Арина посмотрела на неё и улыбнулась. — это мне? — Нет. Луне. — ответил он. Арина тихо рассмеялась. — Очень смешно. — Северус протянул ей коробку. — С днём рождения. — Арина осторожно взяла подарок. Она не стала открывать сразу. Сначала посмотрела на отца. — Спасибо. — Открой. — под крышкой лежали тонкие серебряные часы на цепочке. Не наручные. Карманные. На крышке была выгравирована маленькая буква «С». Арина провела пальцами по металлу. — Папа… — Они принадлежали моей семье. — она подняла глаза. Северус стоял перед ней совершенно спокойно, но Арина заметила, что он смотрит на часы чуть дольше обычного. — я хочу, чтобы они были у тебя. — она аккуратно закрыла крышку. — Я буду беречь их. — Надеюсь. — ответил Снейп. Арина несколько секунд молчала. Потом подошла к нему и обняла. На этот раз Северус не застыл так, как раньше. Он просто положил руку ей на спину. Ненадолго. Но крепко. — с шестнадцатилетием, Арина. — она прикрыла глаза. — Спасибо, папа. — когда они отстранились, Северус поправил ей выбившуюся прядь волос. Совсем короткое движение. Почти незаметное. Но Арина улыбнулась. — Спускайся. Завтрак через двадцать минут. — Хорошо. — он уже направился к двери. — папа? — Северус остановился. — спасибо. — он посмотрел на неё через плечо. — Я уже услышал. — и вышел. Арина ещё некоторое время стояла посреди комнаты, держа часы в ладони. Потом заметила на столе ещё один свёрток. Она подошла ближе. На нём была аккуратная надпись: «Цветочку.». Арина сразу рассмеялась. — Драко… — она развернула упаковку. Внутри лежала тонкая цепочка с небольшим серебряным цветком. К подарку была прикреплена записка. Письмо было коротким. Но в конце Драко всё-таки написал: «С шестнадцатилетием, Цветочек. И постарайся хотя бы этим летом не искать приключений.». Арина покачала головой. — это ты мне говоришь? — Луна тихо фыркнула. — вот именно. — она надела цепочку. К завтраку на столе уже лежали несколько конвертов. Арина остановилась. — Откуда… — Северус сидел за столом с чашкой чая. — Они пришли с утренней почтой. — ответил он. Арина села. Первое письмо было от Блейза. Оно было довольно длинным, но почти половина состояла из жалоб на то, насколько скучно проводить лето без неё. В конце он написал, что ждёт ответа. Второе было от Гермионы. Она поздравила Арину с шестнадцатилетием, пожелала ей хорошего лета и подробно рассказала о книгах, которые собиралась прочитать. Арина улыбалась, читая. Третье письмо было от Гарри. Она раскрыла его осторожнее. Письмо оказалось короче, чем у Гермионы. Но первые строки заставили её улыбнуться. Гарри поздравлял её. А потом писал, что надеется, что она хорошо проводит лето. И что у него есть одна просьба. Арина нахмурилась. Она перечитала этот кусок ещё раз. Но дальше письмо обрывалось. В конце Гарри написал, что расскажет всё позже. Арина отложила письмо. — Странный он. — сказала она вслух. Северус поднял взгляд. — Кто? — Поттер. — Это достаточно широкое определение. — ответил Снейп. Арина рассмеялась. — Он что-то задумал. — Тогда, вероятно, тебе стоит быть осторожной. — Ты вообще ему не доверяешь? — Я доверяю твоей способности находить неприятности. — Папа! — Северус спокойно сделал глоток чая. — Что? — невзначай спросил он. Арина покачала головой. После завтрака Арина едва успела подняться наверх, как услышала стук в дверь. На этот раз она сразу поняла, кто пришёл. — Крёстный! — Римус Люпин стоял на пороге с широкой улыбкой. В руках он держал большую коробку, поставил на пол, крепко обнял и поднял любимую крестницу.  — Шестнадцать лет. — он покачал головой. — Когда ты успела? — Я сама не знаю. — ответила Арина. Римус вошёл и поставил коробку на стол. — С днём рождения, крестница. — Арина тут же обняла его. — Спасибо. — Римус рассмеялся и крепко обнял её в ответ. — Я собирался сказать что-нибудь мудрое и трогательное. — И? — Забыл. — Хорошо. — Но я помню главное. — он отстранился и внимательно посмотрел на неё. — ты выросла. — Арина улыбнулась. — Мне уже шестнадцать. — Именно поэтому я официально запрещаю тебе взрослеть дальше. — Поздно. — Жаль. — сказал он. Луна подлетела к Римусу и уселась у его ног. Он посмотрел на неё. — а ты тоже выросла — Луна важно фыркнула. — да-да. Очень страшный дракон. — Арина рассмеялась. Римус открыл коробку. Внутри лежала новая книга, несколько редких лакомств для драконов и маленькая деревянная фигурка, изображавшая дракона. — это всё тебе. — Арина взяла фигурку. — Ты сам сделал? — Не смейся. — Я не смеюсь. — Ты улыбаешься. — Потому что мне нравится. — Римус улыбнулся. — Тогда всё хорошо. Днём Арина получила ещё несколько подарков. От Фреда и Джорджа пришла коробка, которую она открывала с большой осторожностью. Внутри оказались несколько совершенно безобидных, но очень странных вещей, каждая из которых сопровождалась запиской с объяснениями. От Гарри и Гермионы пришла общая посылка. Гермиона отправила книгу. Гарри — маленькую фотографию. На ней они стояли втроём в Хогвартсе. Арина долго смотрела на снимок. Не было ничего особенного. Просто три подростка. Улыбающиеся. Живые. Но именно это почему-то тронуло её сильнее всего. Она поставила фотографию на стол. Вечером отец устроил небольшой ужин. Ничего пышного. Только они вдвоём. На столе стояли любимые блюда Арины, а посередине — небольшой торт. Шестнадцать свечей. Арина остановилась перед ним. — Ты сам это приготовил? — Северус посмотрел на неё так, будто она сказала что-то совершенно нелепое. — Нет. — Я так и думала. — Я заказал его. — Уже лучше. — ответила она. Он едва заметно усмехнулся. Арина села. Они ужинали спокойно. Говорили немного. О лете. О Хогвартсе. О том, какие книги ей стоит взять с собой в следующем году. Арина рассказывала о письмах друзей. Северус слушал. Иногда задавал короткие вопросы. Когда настало время задувать свечи, Арина замолчала. Она смотрела на маленькие огоньки. Шестнадцать. Она закрыла глаза. На этот раз желание пришло сразу. Не было ничего сложного. Она хотела прожить следующий год. Просто прожить. Увидеть друзей. Вернуться в Хогвартс. Снова услышать смех. Поссориться с Драко из-за какой-нибудь глупости. Услышать ворчание Блейза. Получить очередное длинное письмо от Гермионы. Увидеть Гарри. И однажды снова сидеть вот так за одним столом с отцом. Арина открыла глаза и задула свечи. В комнате стало темнее. Северус смотрел на неё. — Что загадала? — спросил он. Арина улыбнулась. — Ничего особенного. — ответила она. Он явно понял, что она не собирается рассказывать. И не стал спрашивать. Арина отрезала кусок торта и вдруг поймала себя на мысли: она действительно была счастлива. Не потому, что её жизнь стала идеальной. Но теперь у неё был ещё один день рождения. Шестнадцатый. И она была жива. Этого было достаточно. Позже, уже перед сном, Арина снова открыла письмо Гарри. Тот странный кусок снова бросился ей в глаза: «У меня есть одна просьба. Я хочу, чтобы ты приехала. Я постараюсь всё устроить.». Арина нахмурилась. Она ещё не знала, что в это самое время Гарри действительно пытался уговорить Петунью Дурсль разрешить ей приехать к нему на день рождения. И что впереди её ждало ещё одно летнее приключение. Она сложила письмо и улыбнулась. Гарри начал просить ещё за несколько дней до своего дня рождения. Сначала он решил, что достаточно будет просто спросить. Это оказалось самой большой его ошибкой. Утром он дождался, когда тётя Петунья закончит накрывать на стол, и осторожно подошёл к ней. — Тётя Петунья? — Что? — Можно я приглашу Арину на день рождения? — Нет. — Петунья даже не обернулась. Гарри моргнул. — Но я ещё не объяснил… — Мне и не нужно объяснять. — Почему? — Потому что я сказала нет. — она продолжила раскладывать тарелки. Гарри постоял рядом. — Она не будет мешать. — Гарри. — Она тихая. — не унимался он. Петунья резко повернулась. — Ты сейчас пытаешься меня уговорить? — Да. — Тогда прекращай. — Гарри понурился. Но ушёл. На несколько минут. Потом вернулся. — А если только на один день? — Нет. — На несколько часов? — Нет. — На обед? — Нет. — На чай? — спросил он. Петунья закрыла глаза. — Гарри. — Я просто предлагаю варианты. — Ты предлагаешь мне одну и ту же вещь разными словами. — Потому что я очень хочу, чтобы она приехала. — Петунья посмотрела на него. На этот раз дольше. В её взгляде промелькнуло что-то странное. Едва заметное. Когда Гарри произнёс имя Арины, она словно на секунду забыла, что собиралась сказать. Потом лицо снова стало холодным. — Нет. — Гарри ушёл. Но теперь он знал, что попал куда-то глубже, чем обычная просьба. На следующий день он подготовился. Он дождался момента, когда Вернон ушёл на работу, а Петунья осталась на кухне. Гарри вошёл и встал перед ней. — Тётя Петунья. — Опять? — Да. — ответил он. Она тяжело вздохнула. — Хорошо. Говори. — Гарри набрал воздуха. — Пожалуйста, разреши Арине приехать хотя бы на два дня. — Петунья замерла. — Два дня? — Да. — Нет. — Пожалуйста. — Гарри… — Мы будем как мышки. — Петунья посмотрела на него. — Что? — Как мышки, — серьёзно повторил Гарри. — Очень тихо. — он начал загибать пальцы. — мы не будем бегать. — второй палец. — не будем шуметь. — третий. — не будем занимать много места. — четвёртый. — я могу спать на полу. — Петунья нахмурилась. — Нет. — Я буду всё убирать. — Нет. — Буду помогать по дому. — Нет. — Буду мыть посуду. — Нет. — Даже ванную. — Петунья медленно повернулась. — Это уже начинает звучать подозрительно. — ответила она. Гарри отчаянно покачал головой. — Я правда хочу только, чтобы она приехала. — он опустил глаза. — пожалуйста. — Петунья ничего не ответила. Гарри остался стоять. Он ждал. Минута. Другая. — Почему именно она? — наконец спросила Петунья. Гарри поднял голову. — Потому что она мой друг. — У тебя есть другие друзья. — Да. — он помолчал. — но Арина особенная. — Петунья замерла. Гарри не заметил. — после прошлого года я понял, насколько она мне дорога. — Петунья медленно поставила чашку на стол. Она знала. Знала то, чего Гарри не мог даже представить. Когда-то её сестра была совсем юной. И у неё была тайна. Тайна, которую Петунья хранила много лет. Она никогда не рассказывала Гарри о том, что знала. Не рассказала бы и сейчас. Поэтому вместо ответа она сказала. — Два дня — это слишком долго. — Гарри тут же оживился. — Значит, один день? — Я не сказала этого. — Полдня? — Гарри. — Хорошо. Один день. — Петунья посмотрела на него. Он действительно умолял. Не требовал. Не капризничал. Он просто очень хотел, чтобы Арина была рядом. И Петунья понимала почему. Не до конца. Но достаточно. В тот же вечер Гарри решил попробовать ещё раз. На этот раз он сделал то, чего раньше никогда не делал. Он написал список. На небольшом клочке бумаги крупными буквами: «ПОЧЕМУ АРИНА НЕ БУДЕТ МЕШАТЬ». Петунья нашла его на кухонном столе. «Первый пункт: Она тихая. Второй: Мы не будем занимать много места. Третий: Мы будем как мышки. Четвёртый: Я всё уберу. Пятый: Я буду хорошо себя вести. Шестой: Она не будет ничего трогать. Седьмой: Я обещаю» — Петунья дочитала до конца. И увидела последний пункт. «Пожалуйста.» Она вздохнула. — Упрямый мальчишка. — из коридора тут же выглянул Гарри. — Это значит да? — Нет. — А если я добавлю ещё один пункт? — Нет. — «Мы будем ещё тише»? — Петунья невольно улыбнулась. Совсем чуть-чуть. Гарри заметил. На следующий день Гарри пошёл ва-банк. Он дождался, когда Вернон вернётся с работы. Когда тот сел в гостиной, Гарри осторожно вошёл. — Дядя Вернон? — Чего тебе? — Можно я кое-кого приглашу на день рождения? — Вернон посмотрел на него поверх газеты. — Нет. — Но ты даже не знаешь кого. — Мне достаточно знать, что это кто-то из твоих странных друзей. — Это Арина — Вернон нахмурился. — Та самая девочка? — спросил он. Гарри кивнул. — Да. — И зачем она тебе? — Потому что она мой друг. — Нет. — Гарри сглотнул. — Пожалуйста. — Я сказал нет. — ответил Вернон. Гарри опустил голову. — Хотя бы на два дня. — Нет. — На один? — Нет. — На несколько часов? — Гарри! — Хорошо. — он отступил. Но прежде чем уйти, тихо сказал — мы будем как мышки. — Вернон посмотрел на него с раздражением. — Что? — Тихие. Маленькие. Много места не займём. — Петунья, стоявшая в дверях кухни, прикрыла глаза рукой. — Гарри… — Я просто объясняю. — Вернон фыркнул. — Делайте что хотите в свой день рождения, лишь бы не мешали мне. — Гарри замер. — Это значит… — Я сказал, лишь бы не мешали. — Гарри повернулся к Петунье. — Тётя? — Петунья посмотрела на него. И впервые за все эти дни не сказала «нет». Она тяжело вздохнула. — Если она действительно приедет только на два дня. — Гарри не поверил своим ушам. — Правда? — Да. — Ты правда разрешаешь? — Да. — ответила она. Он буквально расцвёл. — Спасибо! — Петунья покачала головой. — Но ты отвечаешь за порядок. — Конечно! — И никаких шумных игр. — Конечно! — И вы не будете мешать дяде Вернону. — Мы будем как мышки! — радостно ответил Гарри. Петунья уже не смогла сдержать лёгкую улыбку. Гарри развернулся и побежал наверх. Он даже не заметил, как Петунья осталась стоять в дверях. Она смотрела ему вслед. Потом её взгляд упал на пустой коридор. На несколько секунд её лицо изменилось. Она снова вспомнила сестру. И девочку, которую когда-то видела совсем маленькой. Девочку, о которой Гарри ничего не знал. Тайну, которую она хранила много лет. Петунья отвернулась. Возможно, так будет правильно. А наверху Гарри уже торопливо писал письмо Арине. Он несколько раз переписывал первые строки, потому что не мог подобрать слова. В итоге написал проще всего: «Арина, я уговорил тётю Петунью. Ты можешь приехать ко мне на день рождения. На два дня! Пожалуйста, приезжай. Я очень хочу тебя увидеть.». Он перечитал письмо. Улыбнулся. И впервые за несколько дней почувствовал,что его день рождения действительно будет особенным.

Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!