Часть 4

Огонь. Пламя. Красное. Небо тоже красное.... Вода медленно закипает на самодельно разведенном огне. Всё таки уроки по выживанию Сэйкацу анзэн пригодились где то. Два тела сидели за столом. Их души были от них отделены, они летали где то в возникшем стыде и напряжении. Безмолвная тишина оглушала сильнеее крика. Опустевшая пачка с под гречки, никогда не сравнится с опустевшими глазами. Синие глаза. Голубые глаза. Небо. Оно было когда то голубым. И оно было когда то синим. Взгляд Синдзи метался с кастрюли с гречкой к огромной, белой голове Лилит, которая виднелась в запыленом окне. Аска постукивала ногтями по столу и смотрела на парня. Специально громко, разъеренно выдохнув она встала из за стола, подошла к окну и задёрнула старые, дырявые шторы. Посмотрев на Синдзи она вновь громко выдохнула и начала говорить: — Что ж... — слова лелись уверенно, но смысла в них для третьего дитя не было никакого. — Синдзи... — его имя звучало как пустой звук, — ты так и будешь молча сидеть и смотреть в стенку?! Ты ведь понимаешь что нужно что то делать, а не затухляться своей депрессией? Вот, будешь как эта квасоля! Она схватила банку с той самой квасолей. Они плавали в банке от тряски рук Аски. Медленно перекачивались и заменяли один одного в расположении. Синдзи наблюдал за этой квасолей. Он может и хотел что то ответить, но от бессилия губы расомкнуть не смог. Девушка поставила банку на стол и рабочей рукой ударила кулаком парня по голове. Он даже не моргнул. Это безразличие разозлило её в край. — Хватит делать вид что ты тут умираешь! Ты думаешь мне не плохо?! Мне так же плохо как и тебе, но я хотя бы что то делаю! Говорят что люди меняются, но с тобой это не так! Как до третьего удара, так и после ты остаёшься тряпкой! Мокрой, слизкой, плаксливой, никчёмной тряпкой! Хватит!! Аска снова его ударила. И ещё раз. Так как Синдзи никак не реагировал, девушка начала искать взглядом что то побольше, чтоб ударить. Она верила, что насилие вернёт его к жизни. Заметив маленькую сковородку для панкейков которая так одиноко висела рейлинге, Аска не замечая ничего побежала к ней. Даже тот факт, что она нечаянно смахнула банку с квасолей на пол и та разбилась, не остановил её. Мигом схватив правой рукой она побежала к Синдзи и вдруг... Не заметила она горячую кастрюлю с гречей и споткнулась об неё. Прилетела она быстро, к парню под стул. Он запаниковал и встал со стула подняв второе дитя с полу. У Аски был разбит нос. Синдзи обнял её и на удивление девушка не отпрянула. Но самым страшным был не разбитый нос девчонки. Страшным было то, что больше половины гречки смешалась с пылью на полу, со стеклом и плесневой квасолью. Оранжевая жидкость теперь была не только на остатках банки, а теперь и на обуви подростков. Она всё ближе приближалась к ним. Они не извинились перед друг другом, просто друг от друга отпрянули ещё раз встретившись взглядом. Пока Аска промывала нос, Синдзи рассыпал по тарелкам остатки гречки. Она была сухой, без соли и приправ, без мяса. Но на удивление греча была вкусной и кислой. То ли сок протухшей квасоли так повлиял на вкус, то ли их мгновенные взгляды. Это был первый завтрак в этом апокалипстичном мире. Хоть он и не был романтичным, но был живим. В оранжевой жидкости была не только квасоль, а кто то с голубой головой. Оранжевый. Оранжевая жидкость....